К финишу.

В воздухе пахло скорым дождем. Ветер метался вокруг, как шаловливая собачонка, выскакивая с разных сторон и норовя холодно лизнуть щеку. Полуденное солнце раздвинуло листву дерева, у которого Квил запарковал мотоцикл Вайлет. Она слезала с пассажирского седла, а солнечные лучи любопытно касались ее лица. Избавившись от шлема, девушка улыбнулась с вопроса Квила: — Как ты себя чувствуешь? Голова не кружится? — Уже нет, — Квил одобрил румянец на щеках Вайлет, веря ее словам. — Спасибо, что подвез. — Ну, а как иначе, Летти, — он закатил глаза, обронив краткую улыбку. Вайлет выдала такую же. И она чуть не заставила Квила слететь с седла. Поэтому он поступил мудро и, пока его сердце не начало сходить с ума от любви к Вайлет, парень встал, размяв плечи и облокачиваясь на мотоцикл. Этот школьный день для Вайлет прошел хорошо. Но жаль, что без Эмбри и Ким. Один был на дежурстве, другая — у бабушки в Портленде. Квил отлично заполнил существование Вайлет смешными анекдотами, непринужденными беседами и своим теплом, на которое она всегда отзывалась дружеской симпатией. Он ее оберегал. Справлялся с этим не хуже Эмбри. Но последний вынудил ее нахмуриться и припомнить кое-что важное. — Квил, а что у вас Эмбри происходит? Квил не был готов к такому вопросу. Прикрыться ему было нечем, кроме кривой улыбки и глупого: — О чем ты? Вайлет устало вздохнула. Значит, она была права. Их отношения испортились по неизвестной ей причине. Вчера она застала парней в другом конце коридора, когда выходила из туалета. Чувствительным слухом девушка не обладала, из-за чего могла только догадываться, насколько неприятный разговор они ведут. Потому что в добрых Квил не сжимал кулаки, а Эмбри не порыкивал, держа с ним дистанцию. — Вы поссорились? Я же вижу, Квил, что между вами пробежала кошка. Квил повел плечом, ненадолго отвернувшись. Вайлет была не права. Кошка между ними не пробежала, а встала посередине — и Беркли была этой кошкой. Квил понимал недовольство Эмбри, но уж точно не думал, что достоин быть в его глазах ожидаемым предателем. Атеара никак не переступал черту, а за свои мысли, изредка прорывающееся в волчьем эфире, был не в ответе. Никто там себя не контролировал. Вздохнув, Квил тихо и умело наплел чуши: — Мы не поссорились, Летти, просто не нашли общий язык в одном вопросе. Не переживай. У нас все норм. Вайлет нахмурилась. Ей проницательность помешала поверить Квилу. Но тот быстро примерил на лицо выражение «я ничего не знаю, а если знаю, то все равно не скажу.» Девушка куснула губу, затеребив рукав своей темно-зеленой ветровки. Нужно было дать нервам какой-то выход, раз плана, как помирить этих друзей у нее не было. — Ну, пока? — подняв глаза на Квила, Вайлет увидела, как он протягивал ей руку. Она не спешила подавать свою. Вдруг вспомнила, неожиданно и уместно, что за этот день они толком не поговорили. Именно по делу. А у Вайлет было достаточно вопросов. Укрыв руки в карманах ветровки, она начала с главного: — Квил, расскажи, откуда у Коллина такой фингал под глазом? — видя, что лицо Квила потеряло улыбку, девушка выдала смешок, добавив. — Его даже из космоса видно. Чуть позже Квил заполнил наступившую тишину тихим: — От Эмбри. — Джаред рассказал? — Да, что Спейси не следит за своим ебальником. Вайлет смущенно куснула губу. Коллина ей стало жаль. Может, он был не подарком и тепло к ней не относился, но парни явно перегибали. Она начала думать, что в ближайшее время, если снова задышит с Коллином одним воздухом, прямо из-под земли вылезет кто-то из братьев, и утянет парня за собой на разборки. — Ты сегодня ругал Коллина, Квил? Или мне показалось? — парень поджал губы. Вайлет поджала свои, зазвучав тише и не оставляя рукав ветровки в покое. — Я не слышала, что ты говорил ему в столовой, но он был испуган. — Сученыш рявкнул, Летти, что ты стала такой же наркоманкой, как остальные в нашей шайке. Вайлет захлопала глазами. Ну и ну. Такого оскорбления она еще не носила. — А ты ему объяснил, что я не наркоманка, Квил? И вы все? — Нет, — Квил вернул на Вайлет глаза. — Я ему донес, чтобы он вообще о тебе не говорил. «Тепло. Тепло.» Квил ощутил, как между ним и Вайлет втиснулось чувство неловкости. Пока она держала молчание, переваривая все услышанное. Судя по тому, что Вайлет была очень доброй и, определенно, была против грубых разговоров — она осудит его за столь яркую защиту. Но это не страшно. Квил, в принципе, согласен даже на споры и скандалы, только бы продлить время, проведенное с Вайлет. Но он нигде не угадал. Девушка чуть передернула плечами и кивнула. Поблагодарила. В волосах Квила гулял ветер, а в глазах прошел блеск, под потрясающе-красивой улыбкой Вайлет. Ей действительно была приятна забота. Но с Коллином можно было обойтись нежнее. В конце концов, Вайлет не сомневалась, что в каждом человеке можно найти что-то хорошее, если его тщательно обыскать. Совершенно случайно и никак не намеренно, Квил заворожился, глядя на Вайлет. Он каждый раз проживал знакомый сценарий, едва задерживался взглядом на этой девушки. Помнится, Атеара заболел самой модной в мире болезнью в тот вечер, когда встретил ее у школы. Когда был бал, на который Вайлет пришла настолько красивой, что он моментально потерял дыхание. До этого времени Беркли рассматривалась красивой, доброй, милой девушкой, с которой было приятно проводить время. А в тот вечер Квилу захотелось упасть ей в ноги. Она была так прекрасна, что все остальные девушки для него превратились в серых и непримечательных. Квил боролся — конечно, боролся, и после обращения замутил с несколькими одноклассницами. И не помогло. Сердце не успокаивалось. Издевалось над ним, над Эмбри и над остальной стаей, которая уже начала одаривать Квила осуждениями за то, что он не мог контролировать. Вайлет ни о чем не подозревала. Она, на самом деле, собаку съела на том, чтобы не замечать ничего другого в Квиле, помимо дружбы, потому что у нее был Эмбри. Его любовь заглушала все прочие. — Квил, слушай, а Эмбри не может попросить Сэма давать ему поменьше дежурств? Просто у него еще работа, — замешкавшись, Вайлет залила глаза грустью. — Тяжелая работа. Глаза Квила тоже стали грустными. Что там теперь Эмбри не думал, а он никогда не переставал о нем переживать. Кинув задумчивый взгляд на небо, Квил вперил ладони в седло мотоцикла, ловко держа равновесие. — Мы с Джейкобом сами говорили с Сэмом. Эмбри не собирался. Но меньше дежурств Сэм не будет ему давать, потому что обстановка сейчас не очень. В Форксе тоже. И Беллу еще караулим. Вайлет еще больше погрустнела, понурив голову. И, что больше всего ее расстраивало, так это отсутствие своей помощи. Просто смешно, что она, с невероятным шаманским даром и видением будущего, никак не могла им помочь. Еще и перетягивала на себя много внимания того же Эмбри, у которого не было лишних перерывов даже на сон. — Может, ты и Джейк попробуете его убедить хотя бы работать поменьше, Квил? Квил вздохнул и выдохнул воздух, беспокойство и свое бессилие. — Тоже говорили об этом. Не слушает он, не слушает. Но в этом плане его можно понять, — Вайлет дрогнула, когда взгляд Квила скользнул по ее животу. — Вам нужны будут деньги. На силе любви успешного будущего не построишь, Летти. Мы-то вам поможем, обязательно… — Вот, — Вайлет почти вскрикнула, довольная, что Квил подкинул спасательный круг. — Поможете. Поэтому он может больше отдыхать. — Эмбри такой человек, Летти, — губы парня тронула легкая улыбка. Гордая, что ли. — Он все сам, все сам. От помощи не откажется, но примет сквозь зубы. Все свои проблемы Эмбри всегда решал в одиночестве. Мы с Джейком узнавали о них не от него. Вайлет нахмурилась, сжав губы. Да, у Эмбри был такой порок. Он страдал не сколько скромностью, из-за чего лично не посвящал других в свои проблемы, сколько невыносимой гордостью. Боялся, может, что его тщательно выстроенный имидж нерушимого героя рухнет, как карточный домик при малейшем дуновении правды. Когда их разговор зашел в тупик, а по телу Вайлет пробежался прохладный ветер, побуждая ее слегка замерзнуть, она потерла ладонь об ладонь, разгоняя кровь. Тут же Квил удосужился благодарной улыбки, когда поделился своим теплом. Держа руки девушки в своих и оглаживая кожу, Квил опустил глаза, тихо говоря: — Я думаю, что только ты сможешь его убедить прекратить строить из себя терминатора. Тебя он послушает, Летти. Будь жестче, — Квил ухмыльнулся, заслышав от Вайлет нервный смешок. — Я в тебя верю. Ты справишься. Вайлет подумала, подумала и решила, что да — Квил прав. Она справится. Если вооружится требовательным тоном, а не тихой монотонностью. Тогда Эмбри, по крайней мере, растеряется и кивнет в знак согласия чисто на рефлексе. Этого Вайлет потом хватит для дальнейшего надавливания. Квил отпустил руки Вайлет, когда почувствовал на своей коже мурашки. И в животе словно забегали миллионы муравьев, вырисовывая стенки трепетом и нежностью. Вайлет дернула бровью, заметив, как лицо парня стало задумчивым. Тогда он сказал: — У меня для тебя подарок. Вайлет удивленно расширила глаза. Квил стянул с плеча свой рюкзак. Он рылся в нем долго. Не потому, что сразу не мог найти подарок, а потому, что подумал, что с ним стоит еще подождать. Он долго не мог подобрать нужный момент, когда получится удачно порадовать Вайлет. Этот день он счел подходящим просто потому, что она может перестать грустить. Мир без улыбки Вайлет — это пустыня, где не растут кактусы, а лишь уныло перекатывается перекати-поле. Грусть девушке не шла. Не ее, абсолютно. Вайлет полагается сиять, как северное сияние, озаряя своим великолепием жалкие будни Квила. Иначе, зачем она вообще существует? Квил зарядился достаточной смелостью, и достал из рюкзака обещанный подарок. В руках Вайлет оказалась маленькая коробочка, красная и пластиковая. На вздернутую бровь девушки Квил слабо улыбнулся, дернув головой. Она открыла коробочку. Громкий вздох стремительно сменился неверующим писком: — Это кулон из… из… О, вау… — скулы Квила трещали, и сам он был в восторге от восторга Вайлет. — Кулон из «H2O: просто добавь воды». Как у девчонок. Черт, Квил! Где ты его достал? — В гик-магазине Сиэтла. Ну, где куча товаров из сериалов и фильмов. Палочки волшебные из «Гарри Поттера», кольцо из «Властелина Колец». А еще там продается перчатка Фредди Крюгера. Ну, и кулон. Я помню, что тебе очень нравится этот сериал. Вайлет так бодро кивала, рассматривая украшение, что Квил начал гадать, не слетит ли ее голова с плеч. На время он слился с природой, пока Вайлет рассматривала кулон лучше. Посеребренная медь приняла форму круглой капли, с маленькой бусинкой, которую можно было подцепить и открыть, как дверцу. Вставить любую фотографию и носить на шее, на длинной цепочке. Восторгу не хватало места в глазах Вайлет. Она покусывала губы, и с каждой секундой они все чаще превращались в улыбку. — А за что… подарок? — Вайлет вернула внимание на Квила, а тот беспечно пожал плечами. — За что подарок? — Просто. Вайлет вмиг превратила глаза в две щели легкого недовольства. Квил фыркнул, но не терял улыбку. Девушка забавно добивалась правды. Ей дальше полагалось сердито топнуть ногой. Но вместо этого последовала лишь многозначительная пауза. — Этот кулон будет лучше лимонадов, — моментально Квил расслабил лицо. Голос прошлого редко радовал. — Еще раз прости, Летти. Вайлет съежилась. Квил чересчур быстро потух. Будто усилившийся ветер его задул, как свечку, на пару с прошлым. Чуть покрутив кулон в руке, Вайлет подошла к парню ближе. Она вытянула руки, держа украшение с очевидным намеком, который даже самый недалекий интеллектуал понял бы с первого раза. Квил слегка растерялся, но вовремя понял, что такими темпами дальше начнет выдавать свою любовь даже в любом шевелении. Он забрал у Вайлет кулон, и та развернулась, поддернув ворот ветровки. Квил помог ей надеть украшение и, на секунду замешкавшись, сделал то, за что ему прилетит и от Эмбри, и от стаи, и от самого себя, когда прояснится разум. Он ласково провел ладонью по волосам девушки. Вайлет, конечно, не дрогнула и не покраснела. Она только была тронута глубиной и искренностью такого дружеского жеста. — Спасибо, Квил, большое спасибо, — рука девушки игралась с кулоном, и лицо вновь сверкало улыбкой. — Это потрясающий подарок. Квил пожал плечами и принял такой беспечный вид, будто постоянно только и делает, что поднимает настроение Вайлет до небес. Вот бы именно он это постоянно делал. — Пожалуйста, Летти. Потоптавшись на месте, Вайлет подумала, что Квил заслуживает легкий чмок на щеке. Она его оставила и остранилась с очередной улыбкой. Атеара застыл в великолепной вечности. Он из нее выплыл, когда не справился с чувствами и, положив одну руку на талию девушки, потянул ее на себя, тоже целуя в щеку. Тогда Вайлет поморгала и подумала, что стоит все-таки покраснеть. Румянец тут же залил щеки, глаза чуть побегали по лицу Квила, после чего они одновременно спросили: — Пока? Вайлет приоткрыла рот, после куснула щеки и поджала губы. Взгляд увела на переплетение их рук. Квил ожил, выгнувшись. Небрежно взлохматил свои кудри и отпустил руку Вайлет, предоставив будущему полную свободу действий. — Ты пешком до школы пойдешь? За своим мотоциклом? — Квил кивнул, после чего Вайлет неловко предложила. — Возьми мой. Доедешь. — А потом — как? — глаза парня озорно прищурились, на что Вайлет растерялась. — Ну, я на твоем байке поеду за своим байком. А потом верну твой и снова поеду за своим? Не могу раздвоиться, Летти, это замкнутый круг получается. Вайлет комично захлопала ресницами, а дальше издала тихое «Ааа» и отдалась смеху. Квил притворно фыркнул и замахал руками, отходя от девушки в сторону кривой дороги. Они не попрощались. В принципе, это было не столь важно, ведь каждый из стаи виделся достаточно часто. Но все равно Вайлет кинула в спину парня громкое «пока». Квил обернулся и увидел, как она машет ему рукой и снова сверкает улыбкой, так сверкает, что затмевает для него даже солнце. Ладно, подумал Квил, подумал и добавил, что готов принять любое последствие за свое поведение, пока его сердце бешено колотиться. Если он прекратит любить Вайлет, то лично отметит этот день в календаре. Ну а пока — так… После неожиданного поцелуя от Квила Вайлет умудрялась сохранять доброжелательное лицо и вежливую улыбку. Но непроизвольное подергивание левого глаза у нее случилось, когда парень исчез. К своему дому Вайлет направлялась не в одиночестве — рядом шагали мысли, что это было как-то… Интимно? Лично? И ей точно не показалось, что глаза Квила заворожились. Ну, нет. Нет, нет. Ничего подобного, решила Вайлет. Она доставала ключи и покачивала головой, хоть так пытаясь вытряхнуть из нее неуместное предположение, что Квил чувствует к ней что-то большее. Он отличный парень. Добрый, искренний, смешной, красивый. Не Эмбри. Именно поэтому совсем ей не подходит. «Голос?» — Моя девочка, — Вайлет зашептала, оглаживая ладонью живот и направляясь в свою комнату. — Проснулась? «Мама. Мама.» Вайлет улыбалась. Это было нормально. Не улыбаться, когда под сердцем улюлюкает Рори, было невозможно. В комнате Вайлет освежила духи, расчесала волосы и отписала сообщение Рэйчел. Когда-нибудь это должно было случится и вот, настал тот день, когда она начнет ходить к психологу. Для своего же душевного здоровья, но больше для душевного здоровья Эмбри. Не то, чтобы он туда гнал ее силой, но очень просил походить к специалисту, провести с ним парочку бесед и выяснить, все ли с ней хорошо или ей так только кажется. Вайлет спорила, конечно, но слишком вяло. После вообще перестала это делать, подумав, что самому Эмбри так будет спокойней. «Голос?» — Тут, тут. «Моя мама. Любимая мама. Мой голос.» Вайлет прошла на кухню, моментально почувствовав запах сегодняшнего ужина. Перед уходом к Тиффани кашеварил Хэмиш. Девушка метнула взгляд на кастрюлю с жареным рисом, пока пила воду. Учитывая, что его готовил папа, то он был на любой вкус — густой, разваренный, комковатый или пригоревший, смотря из какой части кастрюли зачерпнуть. Лотерея вкуса в каждой ложке. Проглотив воду, Вайлет попыталась заранее подготовиться к гастрономическому шоку. До дома Блэков путь упирался примерно в пятнадцать минут ленивой ходьбы. Солнце упорно оставалось в облаках, как бы они не накатывали, и вскоре пригласили присоединиться грозовые тучи. Резервация шумела птичьими трелями, шептала шорохом листьев, дышала солью океана и свежим урожаем ежевики. Вайлет расстегнула ветровку, когда ветер перестал бить по лицу, а пощекотал оголенную кожу легкой прохладой. Она вдохнула, чувствуя, как воздух наполняет легкие. Дорога вилась змеей, пятляя между старыми деревьями, чьи корни проступали сквозь землю морщинами времени. Дом Блэков располагался вблизи опушки леса, не имея соседей. На пустой поляне волкам было очень удобно терять контроль, утягивая друг друга в грызню или в игривые укусы в бока, не травмируя при этом психику простых смертных. Когда на горизонте мелькнуло одноэтажное строение, с пошарпанной красной краской, Вайлет сощурилась. Тогда ее глаза поймали гостя на крыльце. Все квилеты издали казались одинаковыми — два метра мускул, обтянутых красной кожей и с волосами, цвета вороньего крыла. Беркли подходила ближе и пыталась заранее догадаться, кого из ребят пока не пускал дом Блэков. Она замерла, когда поняла, кто это был. Стоило запрокинуть голову под небо и крикнуть кому-нибудь, кто там сидел, возмутительную претензию, что Вайлет не обладала острым зрением. Оттого разглядела Пола только тогда, когда он сам ее разглядел. Их разделяло не меньше пяти метров. Пока ее не окутал страх, она сделала глубокий вдох и начала стремительное совещание всех своих мыслей. Подойти, не подойти? Сбежать, не сбежать? Вообще сложно было думать, когда Вайлет кожей чувствовала на себе обжигающее внимание Пола. Вероятно, его взгляд плавил даже землю под ее ногами. Ведь он то ее прекрасно видел. Может, даже каждую сухую крупицу кожи, открытую пору, подрагивающие от волнения губы. И то, что она вела борьбу с самой собой, парень тоже знал. Определенно. В сжатых кулаках Вайлет держала все свое мужество. Она уверенно пошла вперед, и даже плечи выпрямила, словно несла на них весь мир, а не только груз своей нерешительности. Как бы взгляд Лейхота не пытался смыть ее от этого дома ударной волной. — Привет, — подойдя, Вайлет поздоровалась из вежливости. А криво растянула губы из-за нервов. Пол не сдержал громкий хмык. Раз ей не терпелось выразить к нему отвращение, то она могла выбрать другой способ. Более безболезненный, что ли. Парень лишь кивнул, уведя глаза на землю. — Рэйчел не дома? После такого вопроса мозг Пола включился. Он так быстро поднял взгляд на Вайлет, что та пошатнулась, тронутая таким неуместным вниманием. — Ты тоже к ней? — И ты? — Пол кивнул. Вайлет забегала глазами по крыльцу. — Эм… Она мне не сказала, что ты тоже будешь. — Расслабься, — Пол говорил устало, тихо. Именно так, что Вайлет воспринимала абсолютной неожиданностью. Парень медленно поднялся на ноги, разминая плечи и рассказывал, не смотря на девушку: — Она сказала, что будет лечить не только мою голову. Видать, забыла, что ты у нее тоже на очереди. Хуй знает. Вайлет медлила с ответом. У нее было слишком много поразительной информации, чтобы не начать ее обдумывать. Скользнув взглядом по Полу, она заметила, что он совсем не изменился. Его мускулы все еще кричали о большом эго, сощуренный взгляд намекал о своем превосходстве. Желваки играли на лице предупреждением о взрывном характере. Единственным, чем он отличался от прежнего себя, так это наличием простой черной футболки. Из-за этого Вайлет было совсем непонятно, какими судьбами Пол решил наведаться к Рэйчел и полечить свою голову. Догадываясь, какой шквал эмоций вспыхнул в девушке и какие мысли ее захватили, Пол запрокинул голову под небо, укрывая руки в карманах шорт и саркастично напевая: — Я выяснил, что больной еблан, Вайлет. Поэтому буду лечиться. Джаред и Сэм загнали ссаными тряпками, — не получив в ответ ничего, даже фырканья, Пол вернул глаза на Вайлет, добавляя. — А ты против? — Мне все равно, Пол. Ответила она тихо, но очень уверенно. Пол был тронут таким прогрессом. И, когда девушка спокойно присела на крыльцо, собираясь дожидаться Рэйчел, он решил, что самое время спросить: — Мне уйти? Вайлет подняла на него удивленные глаза. Пол ответил прищуром, повторяя свой вопрос. Странно. Очень странно. Метнув глаза на небо, Беркли увидела, что оно на месте. И солнце продолжает бороться с тучами. А Лейхот выдал такой фееричный номер, показывая, что вдруг позаботился о ее личных границах. Когда Вайлет подумала, что он сам все понял, она сразу об этом забыла. Скрипнув зубами, девушка покачала головой и тут же ее понурила. Пол вернулся на крыльцо, отсев как можно дальше. Вайлет глупо забыла, что на этого парня не надавит сам Бог, но какой-нибудь Сэм, с ворохом приказов, справится с этим успешно. Именно поэтому Лейхот тут. Неприятно было снова быть в его обществе. Но страх от Вайлет отступил, когда она вспомнила, что впредь под защитой. И, более того, сама способна на такие фокусы, от которых самооценка Лейхота разобьется вдребезги. Она не знала, о чем он думал, когда прирос к крыльцу и никак не шевелился. Но у Вайлет не было сомнений, что все его мысли исключительно гадкие, под стать невыносимому характеру. Вайлет стало жаль Рэйчел. Несомненно, при должном старании и из Пола можно сделать человека. Но ей предстоит слишком много работы. На этого парня уйдет ни одна нервная клетка, а запасы потом придется пополнять оптом. Через какое-то время Пол взмел на ноги, навернув пару кружочков вокруг дома. Разогнал кровь, но не мысли. Снова ему захотелось присесть, а лучше прилечь и скончаться, избавившись от всех проблем. Этот месяц после бала выдался у него сложным. Сначала здоровье чуть не убилось перед тем, как его самого чуть не убили. Потом он почти неделю пролежал в доме Сью, а рядом с ним лежали бесчисленные муки совести. Пола ударило достаточно — метко и болезненно только тогда, когда он перенял эмоциональный фон Джареда и Квила. В тот день, на балу, они неосознанно поделились с ним всем своим расстройством, гневом. Отвращением. Хотел того Лейхот или нет, но он призадумался над всем, что сделал. Хорошеньким у него выйти не получилось. Когда заснул волк, потрепанный тяжелым состоянием хозяина — остался только этот хозяин. Только его голова. Она себе оправданий не нашла. Но, как и большинство грешников, Пол решил отложить раскаяние на долгое потом. А это «потом» взяло и пришло, сегодня, разместилось с фальшивым удобством на крыльце и терроризировало его своим сердцем, отказывающимся стучать быстрей. Бездумно гуляя вокруг дома, Пол сам не понимал, как постоянно одаривает Вайлет вниманием. Но она его не принимает, и укрывает глаза в телефоне. Его память вооружилась здоровенным топором. Прорубила окошко в мозгу и начала пропихивать прошлое. Пол еще не думал, что поступал с Вайлет абсолютно неправильно, но уже не сомневался, что ему нужно было поступать по-другому. Не запугивать, по крайней мере, как бы его не распирало желание удержать эту девушку вблизи себя. Нравилась она ему. Нравилась. Хотелось спрятать Вайлет у себя в кармане, чтобы она всегда была под рукой. Неизвестно, впала бы Вайлет в больший страх или нет, раз Пол застыл на месте и начал порыкивать. Она этого не сделала, потому что ненадолго проснулась Рори. «Голос?» — Я здесь, — шепнула девушка, погладив ладонью живот. Пол поймал ее голос. Милая, душевная сценка вынудила его ненадолго задержать дыхание. Его разум заметался с бешеной скоростью, подкидывая воспоминание за воспоминанием. Все были любезно переданы Джаредом. Беременность Вайлет он, и Пол восприняли с полным изумлением. Но, если Кэмерон топил за любую жизнь и гнал себя принципом, что его хата с краю — и он ничего не знает, пока не попросят поделиться своим мнением, то Полу, напротив, искренне захотелось навестить Эмбри и вдолбить ему в голову любым способом твердое убеждение, что ребенок им не нужен. Ведь действительно. Какой ребенок? После такой истории? И в таком настоящем, где они оба всегда будут под очередным ударом несправедливой судьбы? Одна — шаманка, другой — оборотень, и они оба еще дети, без гроша в кармане и даже без личной машины. Ничего у них нет, кроме любви. Любви… Вайлет уже устала, если честно, бояться Пола. Когда ее уши поймали очередные рычания, явно недовольные, девушка только вздохнула и стала общаться с Авророй. Конечно, она знала, что Пол ее слышит. Может именно поэтому он и беситься, разогревая на поляне воздух лучше жаркого солнца. Пусть, думала Вайлет. Она могла стыдиться чего угодно, но только не своей дочери. Но ее радовало, что Пол не навязывал свое неповторимое общество. Если в мире существуют и другие чудеса, то поведение парня было одним из них. Если он не может жить совсем как человек, он может постараться жить не совсем как животное и не портить еще больше то, что уже испортил. Вайлет с трудом подавила изумленный вдох, когда Пол подошел к ней и, склонившись, сказал: — Прости. Даже внутренний голос девушки ковырнул в ухе, думая, что ему такое послышалось. Видя расширенные глаза Вайлет, а в них — полное отсутствие понимания, Пол отвернулся, с рыком говоря: — Я извиняюсь. Вайлет молчала. Она забыла, как говорить и не знала, что ей говорить. Пол отвернулся к ней спиной. Стоял, свирепый и рычащий, непрерывно смотрел на нее затылком. Очевидно, он опять был зол. Еще как. Но прожигающим взглядам Вайлет не поддавалась, а чего-нибудь подейственнее у него не было. Но на языке Беркли закрутился ожидаемый вопрос. Она кинула его в воздух, предугадывая, как минимум, взрыв. — Тебе действительно жаль, Пол? — он мигом к ней развернулся. — Или ты извиняешься для галочки? — Тебе мало того, что я извиняюсь? — он сощурился, а Вайлет тихо хмыкнула. — Считай, что мне стало стыдно. Не сдержавшись, она закатила глаза. Пол пел песню, и даже не думал делать это повыразительней. Искренней. Если у него и была совесть, то в очень малом количестве, что само по себе очень плохо. И, вдобавок, он не умел ее экономить. — Ладно, Пол. Очередной злобный прищур парня вынудил Вайлет встать на иголки. Она даже плечи расправила, сделав лицо таким недовольным, каким только могла. Учитывая положение Пола, в стае и по жизни, для него было странно требовать от Вайлет более бурную реакцию. — Если ты не соизволишь объяснить, чем вызвано твое непрезентабельное выражение лица, то лучше отвернись. Пол замер, расширив глаза. Кажется, что он был тронут острым сарказмом в сердце. Вайлет ждала либо очередных скупых извинений, либо очередных признаков психической нестабильности этого парня. Он может десять раз все повторить, но ни разу не подумает. Страха в ней не было. Но, когда он возник, то только из-за Рори. Девушка рвано вздохнула, вмиг скользнув телом по крыльцу подальше, когда Пол подскочил к ней рывком. Но снова замер, увидев, как Вайлет прижимает обе ладони к своему животу. Это было слишком неприятно. Пол остолбенел. То, что она считает его настолько большим чудовищем, раз боится за свою дочку, просто швырнуло его в океан глубокого расстройства. — Я ничего тебе не сделаю, Вайлет, — надлом в голосе он не сдержал. Отошел. — Не бойся. Вайлет скривилась, какое-то время наблюдая за ненормальным Лейхотом, пока он вновь не начал наворачивать круги вокруг дома. Она увела взгляд на свою сумку. Жаль, что ее размер умещал только кошелек, телефон и помаду, а не хороший кирпич. Спокойствие из нее опять вылетело, когда опять вернулся Пол. Но теперь… Теперь он стал для Вайлет пустым местом. Все свое внимание она уделила его волку. А потом они оба начали разыгрывать странный, пугающий спектакль. Пол вернулся не с перекошенным лицом — и тело его не дрожало, кулаки не чесались. Было видно, что парень сам себя успокоил. Но шерсть его волка встала дыбом. Пасть хрустела в недобром желании вцепиться кому-нибудь в глотку. Пока зверь был нестабилен, рычал и выгибался, Пол тяжело дышал. И дальше спокойствие его покинуло. В мыслях Вайлет вспыхнули все рассказы деда о духах волков. Их было достаточно. И хороших, и плохих. Страшных, пугающих — Пол Лейхот был героем именно такого. Берк Беркли не сомневался в своей правде, когда писал, что некоторые звери чересчур свирепы, и не дают своему человеку спокойно жить, затмевая своими эмоциями все его эмоции. Вайлет, глядя, как позже Пол снова успокаивается, но вновь его глаза заполоняет злость, когда и волк гневается, поняла, что тоже не сомневается в рассказах деда. Она тяжело, удрученно вздохнула. Лейхоту не повезло. Он сам не подарок, конечно. Но его волк превращал своего парня просто в монстра, в моменты, когда заполонял его только яростью. Злобой. Недоверием. Уж она то прекрасно это знала. Сама ощутила себя марионеткой, лишенной собственной воли. Но одно не менялось. Если Вайлет сможет помочь Лейхоту совладать со своим зверем, то все равно не добьется от него искренних извинений. Она не сомневалась, что именно он также не разделял плохое и хорошее. Поэтому Вайлет преследовала свою помощь исключительно желанием проверить свои силы. Она тихо поднялась и, пока Пол стоял, с прикрытыми глазами и выравнивая дыхание, Вайлет коснулась рукой загривка его зверя. В ее сторону хрустнула острая пасть, а слух моментально поймал свирепое: — Отойди, блять! — Пол подскочил, но замер, болезненно застонав и прикладывая руки к голове. — Вайлет, су… Сука, ты сама сказала, что он — ненормальный. Не трогай его! Вайлет дрогнула. В воздухе запахло то ли заботой, то ли попыткой ее отвлечь. Не думая ни о чем, девушка зарылась обеими руками в шерсть волка. Прошли десять секунд — и наступила минута адовой боли. Ее первым и единственным чувствовал Эмбри в спортзале. Это больно, как бы, когда буквально забирают часть твоей души. Вырывают с корней второе «я». Разумеется, Пол больше не был способен противиться, шевелиться, говорить. Даже зная, что это за парень, Вайлет все равно ежилась, вслушиваясь в крики, переполненные болью. Она осторожно поймала его взглядом. Пол крутился по земле, выгибаясь и впивая в нее кулаки. Лейхота пожирала невыносимая агония, в которой будто плавились кости и горела плоть. Все слова застревали в горле Вайлет, словно комья в пепле. Когда дух распался на миллионы песчинок, проникая в ее кожу и пуская жгучий огонь по венам, лицо Пола исказилось в гримасе такой чудовищной боли, что она, казалось, вырывала душу из его тела. Всю, а не только часть. Пока Вайлет свыкалась с новыми ощущениями, тяжело дыша и играя кулаками, чувствуя, в первую очередь, невыносимую агрессию, Пол медленно взмывал на ноги. На место боли пришло сильное удивление, стремительно переросшее в ошеломляющее, когда он услышал: — Я проведу воспитательную беседу с твоим духом, Лейхот. Подожди. Ты слышишь все, что слышу я. Пол выпал в осадок, конечно, но Вайлет это было неважно. Она прикрыла глаза, и видела в темноте белый силуэт его зверя, громкий и недовольный. Он ее тоже видел. Чувствовал, слышал. Как губка, потихоньку и помаленьку, впитывал наставления шамана, который им завладел. «Успокойся.» Волк издал громкий, оглушающий рык, моментально вскочив на лапы. Вайлет прибавила голосу твердости, повторяя: «Успокойся.» Волк не поддавался. Он показывал свой характер, и только зарычал громче. Вайлет поджала губы. Не будь в ней навязанных эмоций зверя, его вопиющей уверенности, то она бы провалилась сквозь землю, поближе к земному ядру. «Успокойся.» Все ее слова пока прилетали в одни ворота. Вздохнув поглубже, Вайлет взорвалась. С ее уст теперь пулеметной очередью слетал приказ успокоиться. Волк боролся до последнего. Шаманы имели сильную власть над духами, но Вайлет была новичком — и невидимыми розгами по морде била не сильно. Не стоило говорить, что Пол чуть не вылетел душой из своего тела, слыша рычание своего волка. И возгласы Вайлет, и то, как она шаталась на месте, агрессивно сжимая кулаки. Но сам он чувствовал… Чувствовал такое необъятное, дикое спокойствие. В ушах не шумело, в глазах не темнило. Ничего не чесалось, и разум был светлым, без всяких агрессивных мыслей. Последний раз он так себя чувствовал, когда был человеком. Лейхот уже забыл — каково это. «Успокойся! Успокойся! Успокойся!» Вайлет справилась. Ненадолго, но справилась. Пока ей хватало даже жалких десяти секунд, в которых дух остыл, медленно опустившись на лапы и понурив морду. Потом им вновь завладела ярость. Но первый шажочек был сделан. Если Вайлет с ним управится, то это будет ее самым огромным достижением. Бороться со злом под силу только добру, потому, раз они все живут в чудесах, граничащих со сказками, то Беркли одержит победу. Медленно открыв глаза, Вайлет отметила, что не перекошенное лицо Полу очень шло. И закрытый рот ему отлично подходил. Такой имидж парня не мог никого напугать. — Ты слышал рычания? — Да, — он кивнул, думая, что скоро лопнет, если не узнает больше. — Что ты сделала? — Хорошее дело, Лейхот, какие ты делать не умеешь, — Вайлет пулялась желчью, ухмыляясь от уха до уха. Она по-другому не умела, когда в ней был этот волк. — Я смогу успокоить твоего духа, Лейхот. Но не ради тебя, а чтобы стать сильней. Станешь моей подопытной крысой, — Вайлет вкинула пальцем на парня, сорвавшись на дрожь. — Поймешь, каково это, Пол, быть абсолютно безвольным и все время чувствовать боль. — Ва… «Плохо… Плохо…» Пол закрутил головой по сторонам, заслышав Рори. Вайлет наслаждалась его растерянностью. Все бы соки испила, чтобы он снова мучился и страдал. «Мама… Мамы нет…» Только Аврору состояние мамы не устраивало. Это не ее мама. Она буквально стала потерянным ребенком, захныкав под сердцем Вайлет. Та затряслась, вмиг придя в себя. — Кто это? — отчаянно спросил Пол, словно боялся, что сошел с ума. — Это Аврора, — Вайлет заговорила тише. — Рори. Моя… Наша Рори. Ты слышишь ее мысли, и… Вайлет выгнулась. В ее сознании зажглась лампочка. Она в упор смотрела на Пола, а тот в упор смотрел на нее. Слушал: — Ты еще чувствуешь все, что чувствую я, Пол. Мои эмоции. Боль, — Вайлет прикрыла глаза, сделала глубокий вдох и поплыла по течению невыносимых воспоминаний. Она не поверит ни одному извинению Пола, потому что он даже не понимает, за что конкретно стоит извиниться. — Чувствуй всю мою боль, Пол. Вайлет делает так: открывает свое сознание и плывет по течению. Обрыв за обрывом. Первое падение — самое страшное, в тот вечер, когда Эмбри ее изнасиловал. Сердце Вайлет дрожало, болело, когда девушка в подробностях вспоминала все, что он делал. Пол рвано вздохнул, прикрыв глаза. Удар. Он действительно чувствовал все, что чувствует Вайлет. Невыносимую боль, расползающуюся заразой по всему сердцу. Каждый ее тихий вдох отдавался эхом в его собственной груди. Его глаза щипало, кожу пекло, в животе крутило, и едкая желчь подступала к горлу, стремясь хотя бы выблевать все, с чем было невыносимо жить. Лейхот никогда, никогда не думал, что Вайлет действительно было так больно. — Такое чувствует девушки, Пол, когда их насилуют. Это не просто потеря плевы, как ты сказал мне в коридоре. Это другое. Это мелочь, только то, что я помню, а реальность была хуже. — Хватит, — хрипло выдал он. Слезы душили. — Сейчас я вспоминаю наш первый разговор в коридоре. Когда ты довел меня до слез. Ты видел только слезы, Пол… Пол взвыл. Еще удар. Такой же болезненный, пропитавший каждую клеточку тела. Но тут была не только боль, но и чувство полной никчемности. Глубокое отчаяние. Ему казалось, что мир вокруг померк, краски потускнели, превратившись в серую, безжизненную массу. — Дальше, Пол… Для него воспоминания Вайлет превосходили самые смелые мечты, стремительно приближаясь к области кошмаров. Он не знал, что теперь она вспоминала — очевидно, что моменты, проведенные лишь с ним. Все то же самое. Лейхоту уже хотелось сжаться в комок, желая исчезнуть в пространстве и никому не показываться на глаза, пока внутренний мир дышал на ладан. Вайлет вспоминала их поцелуи, в которых всегда просила Пола остановиться. Машину, где он запугал ее изнасилованием. Коридор, где посадил на колени. Слезы прорвались из глаз девушки, а в груди застрял громкий скулеж; крик души. Пол заскулил за нее. Понимая, что больше у нее нет сил, Вайлет распахнула глаза. Пол порадовал молчанием, бледностью, мокрыми щеками. Его тоже прорвало. Тело парня дрожало. Вайлет, может, правда его простит; но от зарубочек в памяти не избавиться. — Я надеюсь, Пол, что теперь ты понял. Я не нежная, как ты говорил. Это было больно. Очень больно, — она снова прикрыла глаза, шепнув Авроре тихое. — Спокойно, моя девочка, спокойно. — Извини, Вайлет. Голос Пола девушку порадовал. Слова — нет. — Пожалуйста, Пол, посиди и подумай, за что конкретно ты извиняешься. Или я могу провести тебе повторную экскурсию по своему сердцу. Пол встрепенулся, почти выкрикнув: — Не надо. Вайлет громко хмыкнула. Она снова напиталась эмоциями его духа, но заговорила своим сарказмом: — Что, больно, Пол? Что ж, прости. А я так жила. И ты превратил мою жизнь в кошмар. Раскаиваться хорошо, конечно, но не делать зла еще лучше. В этой правде Вайлет не сомневалась. У нее наготове был еще не один миллион острот, пока Пол до крови кусал губы, а его дух делился с ней всевозможной яростью. Но больше Вайлет ничего не сказала. Ее тоже ударило. В ноздрях девушки, с попутным ветром, прошелся удушающий, омерзительный запах. Она громко задышала, закрутила головой и сжимая зубы. Крепче. Еще крепче. Вайлет почувствовала трупную вонь. Когда Пол услышал от нее громкий, животный рык, он решил, что уже умер — и просто застрял в лимбе, где происходило невероятное. Вайлет выгнулась, поддавшись вперед. В ее глазах бушевал пожар, нечестивое пламя, пожирающее остатки человечности. Волк был в бешенстве. — Кровосос, — сплюнула Вайлет, вновь зарычав. — Рядом кровосос! Пол не знал, что ему ответить. И он бы не успел. Стоило ему моргнуть, как Вайлет подскочила и улетела пулей к чаще леса. Он провожал ее взглядом и, видя, как девушка набирает скорость — приближаясь к нечеловеческой, как у их волков, он побежал следом. Не догонит, конечно. Но никогда себе не простит, если оставит ее в таком состоянии. Кровосос… Она бежит на кровососа. На кровососа! — Стой! — кричал Пол, зная, что она его услышит и за километр. И, определенно, если скорешилась именно с его зверем — не остановится. Ни за что. Уж Пол-то в этом был уверен. Когда он ловил запах кровососов, у него падало забрало. Все инстинкты работали только на истребление пиявки. Вайлет мчалась сквозь лес. Она даже не осознавала, с какой невероятной скоростью бежит. Мир, мелькающий мимо быстрыми вспышками, как кадры киноленты, казался ей абсолютно привычным. Ловкие перепрыгивания через маленькие обрывы, ручьи и бег по покатым скалам, без потери координации — совсем обыденным. Ветер яростно хлестал ее лицо. Корни деревьев пытались запутать ее ноги, но Вайлет летела над ними, как осенний лист, подхваченный ураганом. Ее разум сошел с ума, не думая ни о чем, кроме кровососа, который был на их территории. Вайлет с наслаждением представляла, как поломает его на куски. Услышит крики боли, увидит глаза, полные неизбежной смерти. Такой сладкий, сладкий адреналин, предвкушающий содеянное, разжигал ее все больше. Но дух волка выскользнул. Личных сил Вайлет уже не хватило, чтобы его удержать. Вскрикнув, она резко вперила кроссовки в землю. Пошатнулась, упала, но была несказанно рада, что не успела подскочить к очередному обрыву. И раскинулась на земле целой, а не переломанной во всех местах. Медленно открыв глаза, Вайлет увидела, как белая дымка духа растворилась в холодном воздухе. Быстро прокрутив в голове все, что произошло, Беркли впала в ужас. Кровосос… Она рядом с… с… с кровососом? Вселенная ей, конечно, этого не простит. Но Вайлет не могла не понадеяться на скорое приближение Пола. Его дух вернулся к парню и, если он не совсем монстр, то они оба прискочат и защитят ее. Рори под сердцем закатила истерику, плача и плача, пока Вайлет сидела на земле, спрятав голову в коленях и кидала хоть какие-то утешения. Ее передернуло, когда она услышала громкий хруст веток. Но моментально к ней пришло счастье, счастье, что она будет жить. Потому что в ушах девушки пронесся громкий, дичайше недовольный голос Джареда. Вайлет подняла голову и открыла глаза. Волк парня встал напротив, оскалив пасть и рыча. — Что ты тут делаешь?! Беркли?! — широкая улыбка Вайлет гневила Джареда ни на шутку. — Ты давно здесь, блять?! Сука! Вайлет! Тебе нельзя так далеко заходить в лес, пока по нашей территории гуляют пиявки! — Джаред, ты поймал одного из них? Волк расширил, а после сощурил глаза. В мыслях Джаред заговорил тише, удивленно. — Да, я только что отправил ублюдка к праотцам. Откуда ты это знаешь? Что ты тут делаешь, блять?! — Прости, Джаред. Я гуляла. — Гу… Гуляла? Гуляла?! Беркли! Я тебе ремня, блять, дам! Чтобы ты гулять разучилась! Дура! Ты представляешь, что могло случиться, если бы меня не было рядом? Какого ху… Джаред прервал свою воспитанную речь. В лесу вспыхнул волк Пола. Вайлет увидела, как они оба замерли, не сводя взгляд друг с друга. Судя по отсутствию голосов, Лейхот делился своими воспоминаниями. Раз, два, три… Взрыв. — БЕРКЛИ! БЛЯТЬ! Я ЗАПРУ ТЕБЯ ПОД ЗАМКОМ! — не сдержавшись, Вайлет закрыла руками уши. Аврора вскрикнула: «Громко!» Тогда стыд от девушки отступил, уступив место злости. — Не ори, Джаред! Ты пугаешь мою дочь! — Дочь… — он вмиг перешел почти на шепот. Такой раздраженный шепот, что он коробил громче любого вопля. — Я извиняюсь перед твоей дочерью, Беркли, но ты, ты, блять, просто тупая дура. У тебя ноль мозгов, раз ты творишь такие выкрутасы, в твоем-то положении. Побежала в лес, героиня! — Она себя не контролировала, Джаред! Закрой ебальник! Вайлет расширила глаза. Ну и ну. Пол встал на ее защиту. Джаред тоже этому, разумеется, удивился, но скалится не перестал. — Она знает, что твой дух больной еблан, Лейхот, а все равно к нему полезла! Джаред замолчал. Когда Пол заканчивал прокручивать тяжелое воспоминание, где девушка делилась с ним всей своей болью, голос Кэмерона почти пропал. — Я рад, Пол, что ты все понял. Правда. И мне жаль, детка, что ты снова все это вспомнила, — миг — он снова впал в злость. — Но если ты еще раз выкинешь такую выходку, я запру тебя под семью замками, отпизжу ремнем и по резервации ты дальше будешь передвигаться только в сопровождении Эмбри. О… — Знаю, — Пол усмехнулся. — Мне пиздец, когда он все узнает. — Тебе глобальный пиздец, Пол. Вайлет… — девушка съежилась под столь пристальным вниманием волка Джареда. — Помоги. Пожалуйста. Ты сейчас не чувствуешь его эмоции, но я тебе клянусь, что его разрывает от вины, стыда, так, что я его скоро ебну, потому что мне самому тошно. — Уйди, Джар. Дай нам поговорить. Вайлет помрачнела. Не хотелось оставаться наедине с Полом. Не хотелось делить с ним свое существование. — Я не хочу с тобой оставаться. — Детка, пожалуйста, — Вайлет с трудом подавила смех, заслышав такой умоляющий тон от Джареда. — Ради меня, ну, просто с ним поговори. Ничего он тебе не сделает. Он не монстр. — Если я с ним поговорю, то ты больше не будешь на меня орать, Джаред. Волк парня расширил острые глаза и хрустнул челюстью, отказываясь принимать такой шантаж. — Ладно, Беркли, не говори, потому что я буду на тебя орать до тех пор, пока у тебя не включится инстинкт самосохранения, — Джаред взвыл. Пол опять впал в то болезненное воспоминание. — Ну, блять… Пожалуйста, Вайлет. Разговор, и разойдетесь. Ему еще от Эмбри прилетит. — Я умру от страха рядом с ним, Джаред, — буркнула Вайлет, сев на землю и спрятав голову в коленях. — Такой глупой смерти мне не надо. Пока Пол не впал в отчаяние, Джаред цокнул и спросил: — Глупой смерти? А что, бывает умная смерть? — волк рыкнул, услышав ехидный смех. — Не драматизируй. Разговор. Не больше, детка, все четко. Подгоню в благодарность сорок пачек клубничного мороженого. Прочту всю твою любовную муть. До конца года буду решать за тебя математику. — Ты разбираешься в математике? — изумление Вайлет быстро переросло в тихий смех. Ох, опять Джаред оскорбился. Ну, это его проблемы. Он никак не создавал впечатление человека, который хорошо учится, разбирается в математике и любит читать больше, чем махать кулаками. — Я не отсталый еблан, Беркли, сколько можно повторять? — Вайлет утихла. — Ну, по рукам? Вайлет громко вздохнула. Ладно. Но только ради Джареда, потому что он чрезвычайно славный малый. — Хорошо. Иди. Вайлет не удержала хихиканье, когда волк Джареда подошел и громко лизнул ее щеку. Оставив благодарность, он скрылся между густых деревьев. Беркли заметила, что волка Пола не было. Вздохнув, она медленно поднималась на ноги, и в этих секундах Лейхот вернулся, обратившись в человека. Вайлет узнала шорты Джареда — ему их подарила Ким. И, раз он оторвал такой подарок от сердца, то Пол, видимо, действительно заслуживал разговор. Что ж. Интересно, подумала Вайлет и скрестила руки на груди, наглядно дернув бровью. Но пока Пол держал молчание, бегая мутными глазами по чему угодно, но только не по ней. Вайлет мысленно злорадствовала с его потерянного состояния. Заслужил. На нем природа то отдыхает, то издевается. Зверь, конечно, достаточно управлял этим парнем, но он сам будто и не думал с ним бороться. Ведь Эмбри теперь со своим боролся. И одерживал победу, а Лейхот и шажочка не сделал. Может, он душевнобольной. Но с тяжелыми приступами душевного здоровья, на один из которых попалась Вайлет, когда парень начал говорить. — Я еще раз прошу у тебя прощения, — она тихо хмыкнула, потупив взгляд. Пол заговорил тише, искренней. Он начал делиться всем, что чувствовал; и, если Вайлет это не тронет, по крайней мере, она может увериться, что с ней говорило его сердце. — Я реально, Вайлет, считал, что ты драматизируешь. Но… Да. Мне казалось, что дальше все будет норм, а ты просто неженка и не можешь прийти в себя, — подняв на Пола взгляд, Вайлет заметила, что его глаза стали другими. Как будто он теперь смотрел внутрь себя. — Да, я не понимал, что ты чувствовала. Уж так получилось, что я не читаю и твои мысли. Ты меня бесила или… Не знаю… Или его бесила. Уже неважно. Когда Квил и Джаред меня хорошо отпиздили, я, честно, призадумался над всем, что сделал. И без твоей терапии я понял, что мне жаль, Вайлет. Стыдно за… За угрозы. Но, справедливости ради, я пустозвонил и никогда бы тебе ничего не сделал, — на громкое, неверующее фырканье, Пол прикрыл глаза. — Можешь в это не верить, Вайлет. Спроси других, они подтвердят. Да, я перегибал со своими поцелуями, раз… Раз тебе от них было так больно. Блять. Сейчас… Пол прижал пальцы к переносице, собирая мысли в кучу. Пока он не зацепил Вайлет. Может, стоило смотреть в его глаза? — Ты мне очень нравишься, детка. Очень. У меня никогда не было серьезных отношений, поэтому я особо-то не знал, как правильно действовать. Просто на инстинктах, что ли. Шоколадки там, косметос, вкусняхи всякие. Это все подгонял, но не говорил. Сюрпризы хотел сделать. Тоже инстинкт, наверное. Я вряд ли тебя уверю, Вайлет, что реально хотел, чтобы ты пришла в себя, все забыла и, чтобы тебе со мной было хорошо. Не то, чтобы я никогда не прислушивался к твоему мнению. Просто мое было выше. И гнев, да… Эти пустые трепы, угрозы, выходки — я за это извиняюсь, но думаю… думаю, что это был не я. И я никогда не считал несерьезным твое изнасилование. Ну никогда. В машине я сказал правду. Хотел так успокоить Эмбри, а тебя… Забрать себе. Все. Мне больше нечего сказать. Я не умею любить, но я пытался. И я все еще тебя люблю. Вайлет не спешила с ответом. Она топталась на месте, разгулявшись взглядом по земле. Чувствовала, что Пол смотрел на нее. Его слова были невероятны. Слишком невероятны для лжи. Так глупо и нелепо не лжет никто. Значит, это — правда. Следующий вопрос напрашивался сам собой. Вайлет вернула глаза на Пола и сощурила их. — Почему ты в меня влюбился? — она нахмурилась. Пол тоже нахмурился. — Не знаю, — глупо ответил он, пожав плечами. — Откуда мне знать? Влюбился и все. — Ну, должна быть причина. Это потому, что я тебе все время отказывала? — Может, — вдруг Вайлет удивилась, видя, как Пол куснул губу и отвернулся. — Что-то еще? — Я подумал, что ты похожа на мою мать. Вот это да. Вайлет нервно хихикнула, а Пол тихо добавил: — Реально похожа, Вайлет. Я ее любил и, может, именно поэтому полюбил тебя. Мне с тобой было в кайф. — А мне — в петлю, Пол. Пол слегка дрогнул, но лица не потерял. Ничего страшного. Его устраивало, что Вайлет, кажется, ему поверила. Большего он не требовал. Но, если подумать… То да. Еще как да. Вайлет действительно была похожа на его мать, Анну Лейхот — своим характером. С Вайлет Пол чувствовал себя как дома. — Мать, говоришь… — Пол вмиг вернул глаза на девушку, услышав максимально саркастичный тон. — А дай угадаю, Лейхот. Ты Эмбри не давал жизни, потому что завидовал его отношениям с мамой? Он мне рассказал, что ты вечно оскорблял Тиффани, а его называл маменьким сынком. Пол побледнел. Вайлет полезла совсем не туда. И, сощурившись, она пошла дальше, бесстрашно запев: — Что-то не так, Пол? Лейхот хмыкнул и отвернулся. Но это вышло жалко. Вайлет, отдавшись сарказму, стремительно из него выплыла, когда в ее голове засел Эмбри. До слез было его жаль. Парню прилетал удар за ударом от Лейхота просто потому, что он соизволил заиметь крепкую любовь с мамой, а Пол свою — потерял. Когда Вайлет заметила, что глаза Пола намокли, она пошла в разнос, процедив сквозь зубы: — Ну, заплачь, сопливый маменькин сынок. Вайлет не удивилась последующему сценарию. Даже если бы она не ковырнула рану Пола, все равно бы он себе не изменил. Чуть что — и сразу в крик, в амбиции, в рычания. — Болтай, Вайлет, если тебе это нравится. Но ты меня, блять, не заденешь. Я, может, не был прав, что так вел себя с Эмбри, но это точно не твое дело. Ходите с ним за ручку и ебитесь дальше, вас больше никто не трогает. Вайлет дернулась. Слова Пола прозвучали, как хлесткий удар плетью. Она тихо спросила: — О чем ты? Пол искренне удивился. Дернув бровью, он обвел Вайлет внимательным взглядом и спросил: — Тебе не сказали? — О чем? Вайлет задержала дыхание. Учитывая, что это — Пол, он не порадует ее ничем хорошем. Ее сердце замерло, готовясь услышать страшный приговор. Что Эмбри запечатлен, и просто ей наврал. Ведь в эфире не было секретов. Все должны были знать правду. Но Пол заговорил о другом. Тогда Вайлет решила не разрываться от боли, а сжать зубы, пока ее тело смущенно намекнуло о желании грохнуться в обморок. — После секса на теле девчонок остаются наши запахи. Ты пахнешь Эмбри, Вайлет. Значит, у вас был секс. Ничего нового. Только лютая прямолинейность Лейхота, который все-таки не понимал, что хорошо, а что плохо. Вайлет чудовищно покраснела и, когда сорвалась на писк, сама себя возненавидела за отсутствие уверенности. — У нас ничего не было. Это не твое дело. — Ну, значит было другое, — Пол повел плечом. Вайлет заметила, как его глаза потухли от грусти. Любовь же у парня, точно. Но он из последних сил цеплялся за открытый сарказм, добавляя: — Значит, вы хорошо пообжимались, раз он успел оставить на тебе свой запах. День, два назад развлекались, Вайлет. Все, — пылающий взгляд девушки вынудил его поднять ладони. — Я закрыл ебальник. Мы поговорили. Совет вам и любовь, Вайлет. Надеюсь, что ты больше не будешь плакать. Пошли назад к Блэкам, пока Рэйчел не спросила Джейкоба, где мы шароебимся, а я раньше положенного не получил в ебальник. Не дожидаясь от Вайлет согласия, потому что оно ему, как бы, было не нужно, Пол зашагал по направлению к дому Блэков. Но остановился. К этому побудила замершая и недовольная девушка, а еще его неожиданная находка, под густым кустом крапивы. Довольный, Пол надел брошенные кроссовки кого-то из братьев. Раз совпал размер, то они принадлежали Сэму. Вайлет все еще не подавала признаков жизни. Пол вернулся к ней тихой рысью. Склонился угрозой, наверное, раз Беркли заметила его волка. Опять тот сошел с ума, рыча и пуляясь слюной. Но парень был относительно спокоен. Он раскинул руки, напевая: — Мы в любом случае вернемся к Блэкам, — он перешел в сарказм. — По-хорошему или по-плохому. — Ты никогда не поменяешься, Лейхот. — Я хочу вытащить тебя из леса, Вайлет, пока тут снова не пробежал какой-нибудь кровосос, — проговорив такое сквозь зубы, Пол подумал, подумал — и решил, что терять ему нечего. Эмбри в любом случае попытает удачу что-нибудь ему откусить, когда узнает, что он посмел не только приблизиться к Вайлет, но и заговорить с ней. Еще позволил развлекаться с его духом. Подкинул Лейхот, в общем, себе достаточно бед, поэтому абсолютно неважно, если к ним прибавится еще одна. Вайлет взвизгнула. Она впала в такую растерянность и злость, что даже возмущение Рори проигнорировала. Пол закинул ее себе на плечо молниеносно, как мешок картошки и потащил на выход из леса. — Не смей! — он тут же оглушительно рыкнул, всем нутром почувствовав, как Вайлет решила застучать кулаками по его спине. — Сломаешь руки, блять! — Оставь меня в покое! — Вытащу из леса и отпущу на все четыре стороны, блять. Не ори. — Я не хочу быть с тобой в одном обществе, Лейхот, — Вайлет шипела, но решила его не бить. — Отпусти, и я пойду сама. — Думаю, что твой побег отразился на твоем самочувствии, поэтому не ворчи, закрой ебальник и отдыхай. Вайлет расширила глаза и, громко и театрально простонав, с несчастным видом ответила: — Как же ты мне дорог, Лейхот. — От души. — Я тебя ненавижу. — Ладно. — Ублюдок! — Как скажешь! Отдыхай, Вайлет! Закончив увлекательную беседу, дальше Пол тащил Вайлет в гробовом молчании. В какой-то момент он перешел на тихую рысь, а дальше — на бег, пока небо не прорвало проливным дождем. Вайлет неизящно подпрыгивала на его плече и, когда Рори сообщила о плохом самочувствии, девушка вскрикнула: — Помедленней! Рори плохо! Пол внял просьбе, сбавив скорость. Хоть что-то хорошее он мог сделать, подумала Вайлет. Из чащи леса они вышли за рекордно короткое время. Поляна возле дома Блэков все еще была безжизненна. Пол поставил Вайлет на землю и, выслушав громкое фырканье, хотел напомнить, что больше ничего ей не сделает. Перебила Рэйчел. Ее низкий, бархатный голос прилетел из открытого окна, из которого она их заметила: — Гуляли? Ничего, что мое время, как бы, не резиновое и я вас жду? — Извини, пожалуйста, Рэйчел! Больше такого не повторится! — говоря, Вайлет шла ко входу в дом. Пол прирос к земле. Поморгал, размял шею. Странно. Голос Рэйчел ему показался очень… Приятным. Он в мыслях прокрутил все, что она сказала, но зациклился только на ее голосе. — Пацан, ты живой? Да, приятный голос. Но слова — бесят. Скрипнув зубами, Пол зашел за Вайлет в дом. Он решил громко хлопнуть дверью, чтобы войти под аплодисменты, но передумал. Вайлет уже чирикала с гостиной с Рэйчел, а та сидела на диване, с озорным прищуром рассматривая, как девушка достает из кармана сверточек зеленых и рассказывает: — Рэйчел, Эмбри мне сказал, что ты не хочешь принимать деньги за свою работу. Ну, со мной… За пару сеансов, но мы оба считаем, что это неправильно, и твой труд должен оплачиваться. Вот, возьми, пожалуйста, — Рэйчел не принимала деньги. Она чуть склонила голову и, заблуждав внимательным взглядом по растерянной Вайлет, сказала: — У меня мало опыта — это первое. Папа сказал, что вы близкие люди для нашей семьи — это второе. И на эти деньги вам стоит купить каждому по шоколадке, особенно тебе. Это третье. Угомонись, Вайлет. За пару сеансов я не обеднею. Вайлет было неловко. Но взгляд Рэйчел теперь лучше любых слов намекал, что деньги должны уйти на шоколадки. Вздохнув, девушка их убрала и присела за диван. Пока Рэйчел молчала, отвечая на вызов своего телефона, Вайлет ее аккуратно рассматривала. О Рэйчел Блэк она знала мало. И еще меньше ее видела. Закончив школу, девушка укатила в большой город и поступила в университет. В резервацию она вернулась после его окончания и врачебной практики. В двадцать пять лет Рэйчел была образованной и, определенно, дерзкой и самоуверенной девушкой. Красивой. У нее были острые, даже грубые черты лица — с тяжелыми скулами, но пухлыми губами. Густые брови гармонировали с темными, большими глазами. У Рэйчел был кошачий взгляд. И укороченные черные волосы, по линию подбородка. Она была мало похожа на Джейка. И лицом, и фигурой; конечно, в отличии от него, Рэйчел не страдала мышцами, но отличалась таким же высоким ростом. Она даже догоняла в нем других квилетов. Длинными, тонкими ногами; вместе с чуть нескладной фигурой и невыразительными формами. И плечи ее были широкими. Рэйчел насквозь была пропитана изюминками. Переговорив с папой, он вернула внимание на Вайлет. — Ты поэтому захотела со мной сегодня ненадолго встретиться? Из-за денег? — на кивок Вайлет Рэйчел закатила глаза. — Ну, ты дурочка. Больше ничего не хотела? Тогда можешь идти домой. — Хорошо, — Вайлет смутилась. Рэйчел говорила с ней, как с ребенком. — Тогда до следующей недели? Во вторник? — Ну да, — ухмылка сверкнула на ее лице. — Только без прогулок по лесу, ладно? А то у меня и своя жизнь есть. — Хорошо. Еще раз извини. — Позови этого умалишенного. Он в прихожей спрятался в комоде? Пол замер, услышав такие приятные слова. Но не спешил проходить в гостиную. Сначала ему нужно поступить умно и справиться с гневом, моментально растекшимся жгучим огнем по венам. — Я тебя слышу, и ты это знаешь. — А, да. Острый слух всех псов. Забыла. Вайлет потеряла дыхание. Но спрашивать ничего не стала. Очевидно, что Рэйчел знала о волках, и что они ей не нравились. Как и Полу. Он вспыхнул в гостиной со сжатыми кулаками. На Рэйчел не смотрел, процедив сквозь зубы: — Ты на сеансах будешь также себя вести? — Это как — так? — Злить меня, блять. Рэйчел сощурилась, подумав, что в ее рейтинге разумных существ Лейхот скоро займет место морского котика. Она толком его не знала. Но, вооружившись своей памятью, где этот совсем юный пацан затеивал драки на ровном месте, а в настоящем, по рассказам других — приносил всем беды и разочарования, Рэйчел рассматривала его в ключе исключительно нестабильного ребенка, чье эго распиралось за пределы резервации. — Очень хорошо разговариваешь, Лейхот, — мелодично протянула Рэйчел. — Я уже знаю, какие таблетки тебе назначать и в какой дозировке. Вайлет несдержанно хихикнула, прикрыв рот ладонью. Одарив ее жгучим вниманием, Пол решил, что самое время показать такое Рэйчел. Да, она будет ему помогать. Но это не значит, что об него можно с порога начать вытирать ноги. Все его планы держать оборону и скалить зубы провалились. По крайней мере — пока. В этих секундах, которые перерастали в вечность, пока он на нее смотрел.

Запечатление.

Взгляд Рэйчел — бездонный колодец, засасывающий его, как зыбучие пески. Пол тонул, захлебываясь не воздухом, а самой сутью ее бытия. Каждая клеточка парня кричала о ней. О Рэйчел. О ее близости, ее запахе, о той буре эмоций, что она вызывала своим присутствием. Пол чувствовал, как стены вокруг его сердца рушатся под напором невыносимой силы. Лейхот прикрыл глаза и тяжело задышал. Нет. Только не запечатление. Только не оно. Он опять, черт возьми, себя теряет. Вайлет глотала открытым ртом воздух, наблюдая невероятную сцену. Хорошо, что Рэйчел ее не видела и только хмурилась с двух ребят, впавших в странное состояние. Волк Пола улегся в ее ноги, высунув язык и громко фырча. Но стал недовольным — злобным, когда услышал от девушки: — Пацан, ты совсем неадекватный? — ответа не было, только громкий рык. — Поняла. Эти слова дали запечатленному волку по морде. Он вмиг поднял глаза, и хотел что-то сказать, но не сказал. Стоял с открытым ртом, всматриваясь в хмурую Рэйчел и думая, как она прекрасна. Нет. Нет, не так. Она его бесит. Но все же она прекрасна. И прекрасно его бесит. — А ты… — неясно протянул Пол, чувствуя, что вскоре окончательно сойдет с ума. — Точно, — Рэйчел картинно хлопнула себя по лбу. — Я же забыла представиться, да? Я — Рэйчел. — Рэйчел… И… — И все, — девушка развела руками. — Раздвоением личности не страдаю. Переведя взгляд на Вайлет, Рэйчел увидела, что та тоже — странная. Она расстроено вздохнула. Нужно было ей сидеть и не рыпаться, не кичиться своей красной корочкой и освоенной профессией. Рэйчел вообще не любила посвящать других в то, что она психиатр. Тогда ей все время приходилось наблюдать, как люди пытаются вести себя нормально. Когда голос Вайлет рассек тишину, Рэйчел напряглась. — А ты знаешь о… о волках? — кивнув, девушка услышала тихий писк. — Я думаю, что Пол на тебе запечатлелся. Не то, что Пол, но и Вайлет не ожидали от девушки следующей реакции. Она подскочила с дивана и отошла на шаг назад, подальше от Лейхота, лучшим способом показывая, что он — в пролете. — Ну нет, пацан. Нет. Никогда в жизни. — По… Почему? — сначала Пол спросил тихо, а потом решил не портить свою репутацию и встал на дыбы. — Почему? Схуяли?! Я это не контролирую, блять! — В каком месте это моя проблема? Ты мне не нужен. Бери свое запечатление в руки и выгуливай его в другом месте. Вайлет ахнула с того, как непринужденно говорила Рэйчел. Она словно не кидалась в пасть его волка, формально, а рассказывала последние новости из жизни. Ни капли страха девушка не показывала. Рычащий и шатающийся Пол удосужился лишь непонимающего: — В чем дело? Я тебе сказала отчалить. — Нет, Нет уж, блять, Блэк. У нас будет любовь. Рэйчел вдруг протяжно свистнула и покачала головой. Она подошла к Полу ближе, вперила руки в боки, обтянутые тонким черным лонгсливом. Осмотрев парня, как неудавшийся эксперимент, Рэйчел вдруг взяла — и зачитала приговор. — Сученыш, ты, видимо, не понимаешь. Взрослые тебе о запечатлении толком не рассказывали? — Пол замер, оглох, онемел. И почувствовал яркую боль, когда Рэйчел вскинула палец в его сторону. — Мой отец рассказывал мне все о запечатлении. Считал, что я кого-то из вас выиграю в лотерею. И вот, к сожалению, мне совсем не повезло, учитывая все, что я о тебе слышала. Теперь ты запечатлен, Лейхот. И ты сделаешь все, что я у тебя попрошу. Ты не можешь не исполнить приказ нареченной. Пол подавил в себе крик, преобразив его в одно емкое ругательство, выражающее нелестный отзыв о его запечатлении. — Могу еще раз повторить, что ты упадешь мне в ноги и исполнишь любой каприз, — Рэйчел пела, сверкала, потешаясь с бледного лица Лейхота. Ей не нужно было запечатление на восемнадцатилетнем бешеном подростке. Никак. Она и в резервацию приехала ненадолго. — Спасибо, что предупредила, — сквозь зубы процедил Пол. — Действительно, — Рэйчел вздохнула. — Надо было сохранить сюрприз. Ну, а теперь серьезно. Вайлет с большим испугом наблюдала за парочкой. Она представляла, что Пол взорвется. И повторится ситуация, как с Эмили. Но Рэйчел не боялась. Знала все о волках, о запечатлении и больше, чем сами ребята знали. Она приблизилась к Полу бесстрашно. Рэйчел была высокой, очень высокой. Она упиралась губами в маленькую ямочку на подбородке Лейхота. Вайлет не могла не отметить, что со стороны они выглядели красивой парой. Оба статные, высокие. В их глазах живет ночь, а губы держат дерзкую ухмылку. Если Джаред и Ким, допустим, выглядели парочкой из комедий — где девушка, которая не доставала парню и до плеча, уморительно держала его в ежовых рукавицах, то Пол и Рэйчел были той парой, которая могла пытаться загрызть друг друга. Но остывала в страсти. В огненной, даже животной страсти. — Давай потом поговорим? Я понял, что ты с огоньком, — Пол пытался натянуть ухмылку, но пока его натягивала только Рэйчел. Его самолюбие. Он полюбил Вайлет за то, что она была похожа на его тихую мать. А судьба ему подослала натуральную мать, которая им командовала и учила уму разуму. Вайлет взвизгнула, переведя на себя внимание Рэйчел, но не Пола. Тот отдался гневу и, следом за зверем, громко рыкнул. Отскочил. Блэк склонила голову и процедила: — Мне сейчас отдать тебе приказ исчезнуть или чуть позже? Вайлет съежилась. Но это не она. Это ее доброе сердце, которому такое отвращение в голосе Рэйчел не понравилось. Полу тоже. Кажется, оно его убило, раз он чуть не упал и сорвался на сбивчивый шепот. — Я… Я, блять… Дай мне шанс. Просто узнаем друг друга получше. — Я тебя узнала, — Рэйчел снова сощурилась. Она — кошка. Она — атакует. — Я хотела тебе помочь, Лейхот, поставить мозги на место. Но теперь ищи себе другую помощь, потому что мне не нужно твое запечатление. Пол пока сохранял самообладание. Сквозь жгучую боль, он даже смог пошутить. — Не нужно запечатление… Согласен. Ты прямо читаешь мои мысли. — Это не трудно, — Рэйчел опять держала ухмылку. — Скоро ты тоже научишься читать свои мысли. — Не понимаю, блять. Я тебе так отвратителен из-за своего нездорового чердака? Когда Рэйчел держала молчание, Пол рассчитывал услышать внятные объяснения. Он их получил. Нокаут. Рэйчел показательно обвела взглядом Вайлет. — Мне брат рассказал, как ты обращался с этой девочкой. У меня к тебе был чисто врачебный интерес. Не симпатия и, господи боже, не любовь. Я лучше лягу под кровососа, Лейхот, чем пожму тебе одну руку. Свободен. Идеалы Лейхота насчет его нареченной разрушились и дали ему по зубам. Его загнали в тупик. Прилетела карма. И черная полоса в жизни Пола закончилась. Началась очень черная. Рэйчел приготовилась отдать буквальный приказ и велеть этому парню больше никогда не попадаться ей на глаза, но в доме возник Джейк. Вайлет передернуло, когда он схватил безвольного Пола за грудки, перед этим заметив недовольное лицо Рэйчел. — В чем дело? Он что-то сде… — Вайлет мигом отвернулась, когда глаза Джейка упали на нее. — Ты что тут делаешь, Беркли? Рядом с ним? Джейк вырос перед ней сплошной нотацией. Но, в отличии от Джареда, не кричал. И больше ничего не сказал, лишь взяв за руку и собираясь вытащить на улицу, пока сюда не прилетел Эмбри и не разобрал его дом на кирпичики. «Беспокойно… Беспокойно…» — Алло! Прием! — Джейк защелкал пальцами перед взглядом Вайлет. Но она его видела. Просто отдалась расстройству, потому что скулеж духа Пола был невыносим. Под кожу пробирался, и кровь леденил. Решив, что согласие ему не нужно, Джейк аккуратно подхватил Вайлет под плечи и повел к выходу из дома. Но замер. Моментально. Вайлет запищала, когда он бесстыдно одернул ворот ее ветровки. Когда девушка упала в лесу, она заработала себе на шее синяк. Джейк перевел почерневшие глаза на Пола. Вайлет дрогнула, когда он ее отпустил и, сделав к Лейхоту угрожающий шаг, перевел взгляд на Рэйчел и сказал: — Уйди куда-нибудь. — Зачем? — Рэйчел дернула бровью. — Затем, что я его сейчас убивать буду. — Ну, нет, — Вайлет вздохнула, услышав такое, но последующие слова Рэйчел рассосали пол под ее ногами. У Рэйчел голос такой… Ехидный, елейный. Бесчувственный. — Я тут буду мыть полы твоей кровью, Джейк, если ты здесь его убьешь. Не знаю, в чем дело, но дуйте на улицу. Ему давно пора, — Джейк нахмурился, глядя на сестру. И та нахмурилась. Кажется, они умели общаться молча. — Он на мне запечатлелся. Вайлет очнулась, когда Джейк уже вытащил Пола на улицу. За шкирку, наверное, и тот не сопротивлялся. Это нормально. Его жизнь кончена. Но если сказать по секрету, то Лейхот, так-то, белый и пушистый. Только шерстью внутрь. Оставив незаинтересованной Рэйчел максимально кривую улыбку, Вайлет выскочила на улицу. Но, вроде, пока все было хорошо. Уж очень Беркли не хотелось видеть, как Джейк начнет выбивать из него всю дурь. Пока он стоял и тяжело дышал, играя кулаками в воздухе. Вайлет радовало, что Блэк цеплялся за человечность. Пол стоял неживой статуей, облокачиваясь на перила крыльца. Вайлет подумала — если его зверь продолжил так отчаянно завывать, то этот вой начнет преследовать ее в кошмарах. Девушка заметила, как парни ожили. Пол рвано выдохнул и резко опустил голову. А Джейк встрепенулся, смотря за горизонт. — Ты вовремя, Эмбри. Вайлет показалось, что ее вывернули наизнанку. Сюда приближался Эмбри. Это не к добру. Появившись, он уделил внимание Вайлет, обнимая ее, а после кладя ладони на щеки. Ее губы обжег рваный шепот: — Моя девочка, — он коснулся ее губ кратким поцелуем. — Ты как? Почему не отвечаешь на звонки? Все в порядке? — Да, Эмбри, все… — Хорошо. Потом. Вайлет взвизгнула, моментально обнимая его со спины. Конечно, Эмбри замер. Хотя желваки на его лице от злости разыгрались. Чувствуя, как парень в мыслях растерзывает Пола, а в реальности прожигает его взглядом, Вайлет устало вздохнула. Она осторожно встала напротив, обвивая руками шею Эмбри и рассказывая: — Мы пересеклись с Полом, Эмбри, как ты видишь. Но он ничего мне не сделал. Все хорошо. Вайлет тихо ахнула, видя, как глаза Эмбри залились красным. Зубы сжались. Сквозь них слетел громкий рык. — Опять, Вэй? Опять у тебя все хорошо? Вайлет не обиделась его недоверию. Она сама заработала такую репутацию, потому лишь заговорила уверенней, припоминая: — Обратись, Эмбри, выйди в волчий эфир. У Джареда, эм... Сегодняшние воспоминания... Посмотри. — Нет, Эмбри, — прогремел громогласный голос Джейка. Вайлет вскрикнула, а Эмбри зарычал, моментально, когда Джейкоб схватил девушку и оторвал ее от парня, утянув на себя. Но взрыва не случилось. Пока. Одергивая ворот ветровки Вайлет, Блэк рычал, показывая Эмбри синяк. — Вот сюда посмотри. Все стихло. И парни, и Вайлет. Природа, их окружавшая. Мир застыл в свирепом молчании. Не в силах что-нибудь придумать, что помогло бы Эмбри сохранить трезвый рассудок, Вайлет затряслась. Она сделала шаг в его сторону, как вдруг, Джейк схватил ее за капюшон ветровки и потянул назад. И еще дальше, почти на метр от Пола и Эмбри. Последний не отреагировал. Он задыхался от ярости. — Джейк, отпусти меня! — Вайлет завизжала. Джейк не давал ей никак помочь, а, когда девушка снова попыталась подорваться к Эмбри, он обнял ее со спины так крепко, что на миг она потеряла дыхание. Рори снова запаниковала. — Извини, — Джейк ослабил хватку, ощутив дрожь, пробежавшую по телу Вайлет, но все еще ее не отпускал. — Не подходи сейчас к нему. — Джейк, все было не так! Не… — Давай как в старые-добрые, Эмбри. Как наши предки. Вайлет и Джейк отвели глаза на Пола. Тот говорил странным голосом. Не своим. И будто каждое слово далось ему с боем. Удивляясь, как Эмбри еще сохранял контроль, Пол выпрямился, смотря сквозь парня. — Наши предки, если в стае возникал жесткий конфликт, решали проблему одним способом. Боем. Давай. Выплеснешь свой гнев. И я скажу тебе спасибо, если ты меня убьешь. — Все за это скажут спасибо, Лейхот, — Вайлет дернулась. И удивилась, как Джейк не захлебнулся своим ядом. — Эмбри, давай. Ты справишься. — Да, — голос Эмбри, на удивление, зазвучал ровно, но хрипло. Он тоже — не его. — Я тебя разорву, тварь. — Вперед, — Пол глубоко вздохнул, но сверкнул ухмылкой. — Но я поборюсь. — Не здесь, — скомандовал Джейк. — В лес. Когда Вайлет затрепыхалась в его руках, впав в ужас от такого расклада, Эмбри подошел. Моментально Джейк спрятал девушку за спиной. Он смерил парня тяжелым, внимательным взглядом, проконтролировав его состояние. И, раз отпустил Вайлет, то не сомневался в Эмбри. — Эмбри, не на… А! Эмбри! Такое чувство, что действия парня происходили на рефлексе.

Помочь, защитить, уберечь.

Эмбри закинул Вайлет на плечо и, не вслушиваясь в ее визги, потащил ко входу в дом Блэков. Абсолютно все комментарии девушки пролетели мимо его слуха со свистом. Вайлет просто не понимает. Не понимает, что он обязан ее защитить и, нравится ей это или нет, Эмбри будет заниматься этим до конца жизни. — Эмбри, отпусти меня! Не надо драки, не надо! Эмбри! Эмбри! Оглядев бешеным взглядом Джейка и Пола и, не видя в них желания помочь, Вайлет набрала в легкие побольше воздуха и оглушительно заорала. Тут же Эмбри замер на последних ступеньках. — Джаред! Джаред, на помощь! На помощь! Веди всех, всех! Сюда, всех! — Беркли, блять! — гаркнул Джейк. — Успокойся! Ты защищаешь эту суку после всего, что он сделал?! Тогда будешь лечиться у Рэйчел до конца своей жизни! — По фактам, — Пол заговорил едва слышно. — Уймись, Вайлет. Не лезь в мужские разборки. — Не лезь, Вэй. Вайлет порадовало, что Эмбри заговорил. И то, что он поставил ее на крыльцо, укрывая в теплых, ласковых объятьях. Не менее ласковый поцелуй она поймала на губах. Но все-таки услышала страшное. — Извини, Вэй. Я не смирюсь со всем, что он сделал. Я убью его. — Эмбри, не… — Синяк, — ожидаемо, Эмбри зарычал, попавшись на него взглядом. — У тебя синяк. — Дождись Джареда, Эмбри! Умоляю! Эмбри! Опять он перестал слушать Вайлет. Но не стал дальше тащить ее в дом. Тяжело вздохнув, Эмбри быстро пресек поток бурной речи девушки, затыкая ее поцелуем. — Паникерша, Беркли, ты паникерша и мать Тереза. — Завались, Джейк, — Эмбри метнул острый взгляд на Джейка. Когда вдалеке показался волк Джареда, ведущего за собой волка Сэма, Эмбри отошел от Вайлет. Но перед этим взял ее за руку, всего на секунду. В этой секунде было обещание вечной защиты. — Не надо… — ее глаза намокли. Ладони приложились к животу, где Рори заплакала. — Эмбри, Рори… Рори плачет… Эмбри замер. Остановился. Но не сошел с уверенной прямой, где в конце будет могила гребаного Лейхота. Вайлет взвизгнула, но от неожиданности, когда парень без усилий вскинул ее в воздух, прикладывая губы к животу. Рори предала мать, успокоившись и довольно шепнув: «Папа. Мой папа. Люблю.» — Больше не плачет? — Вайлет не ответила, потупив взгляд, когда он поставил ее на крыльцо. — Не плачет. Я вас чувствую. Впереди маячило страшное будущее. Для Вайлет оно было очень страшным. Все надежды были только на Джареда. Но и тот предал. Не в силах сидеть дома, Вайлет вернулась на улицу. Джаред был человеком. Он говорил, стоя рядом с серьезным Сэмом: — Да, он ничего ей не сделал. Но, блять… Давайте бой, потому что Эмбри не успокоится, — Колл чуть не утонул под животным страхом в глазах Джареда, когда тот на него посмотрел. — Только до крови, ладно? — До крови, Эмбри, — раздался громогласный голос Сэма. — Нет. До смерти. Вайлет поперхнулась воздухом. Ее сознание плыло, взгляд туманился. Она поняла, что вся стая уже была у дома Блэков, когда рядом оказался Квил. Он был сзади, держа руки на ее плечах и шепнув в ухо: — Не переживай, Летти. Не стоит. — Я не хочу, чтобы он его убил, Квил, — Вайлет захныкала, прикрыв глаза. Эмбри к ней не подскакивал и не собирался бить Квилу морду, но только потому, что его все еще брала ярость. Взгляд от Пола он не отводил. Тот не отводил свой. Один пропитался жаждой к жизни, а другой — умер до смерти. — Можешь отдать мне приказ, Сэм, — Эмбри говорил мертвым голосом. — Но вспомни, что у тебя есть Эмили. Сэм ничего не ответил. Значит, вспомнил. Приказа тоже не прозвучало. Вайлет поймала на себе серьезный и, кажется, сочувствующий взгляд Ли. Но она не подошла и ничего не сказала. Девушка облокачивалась на перила крыльца, скрестив руки на груди, с таким скучающим видом, будто ни во что не ставила никого из братьев. — Пиздец, — вдруг раздался голос Рэйчел. Она цокнула, ненадолго выскользнув из дома. Тут же Пол одарил ее вниманием. Зря. Так еще больней. — Надеюсь, это быстро закончится. Вернулась, блять, называется… Домой. Ох… — девушка снова скрылась в доме. Интереса к судьбе Пола у нее было, примерно, около нуля. А у Вайлет, как бы это не было смешно и неуместно — около миллиона. Лейхоту нельзя умирать. Ни от рук Эмбри. Ни от чьих рук. Но она ничего не могла сделать. Только бегло оглядывать всех присутствующих и прискорбно подмечать, что только Джаред выглядел встревоженным. И Сэм — чуть-чуть. Джейк-то понятно — он уже вырыл Полу могилу и сделал бы это без боя. Вздохнув, Вайлет осторожно взглянула на Квила. Тот словно окаменел, обнимая ее со спины и не сводя взгляд с поляны, куда Эмбри и Пол выходили тихой рысью. Взгляд Квила тоже — стальной. — Он ответит за все, что сделал, Летти. Вайлет выпала из реальности. Она не увидела, как парни обратились, не пощадив своих шорт и кроссовок. Не почувствовала, как Квил оставил легкий, неуловимый чмок на ее плече. Но услышала голос Рэйчел. С приоткрытого окна прилетело: — Скажу большое спасибо, если ты его ебнешь, Эмбри. Он мне не нужен. Так странно. Странно, странно. Словно теперь Пол, на ее примере, делился с ней своим состоянием. Или эта эмпатия, чуткость… Большое, доброе сердце Вайлет, которое разрывала боль. Страх. — Не нужно его убивать, — она говорила сама с собой. — Не хочу, чтобы Эмбри это делал. Не стоит. Не надо… Квил тяжело вздохнул и покачал головой. Плечо Вайлет снова получило чмок. Он должен быть рядом, чтобы ее успокоить. Только Рори опять плакала. Она тоже чувствовала своего отца. Он ее расстраивал.