Часть 14

Ночью карета въезжает в тихую деревушку. Гонец, отправленный вперед, позаботился о том, чтобы им предоставили весь верхний этаж местной таверны. Он также распорядился о бане для рыцарей, обильном ужине и, самое главное, горячей ванне для господина. Азазель бросает на Ноа короткий, но красноречивый взгляд, приказывая следовать за ним. Поднявшись в отведенную им комнату, он тут же запирает дверь на замок. Без лишних слов он начинает раздеваться, готовясь к долгожданной ванне, которую слуги уже внесли и установили в углу комнаты за ширмой. Ноа успевает заметить, как он скидывает одежды. Ее взгляд невольно задерживается на его спине и ягодицах, испещренных старыми, грубыми шрамами. Она никогда не видела ничего подобного. Азазель погружается в воду и, не поворачиваясь к ней, властно приказывает: "Подойди и помоги мне помыться." Ноа, повинуясь, берет мыло и тряпку и неуверенно подходит к ванне. Она начинает медленно и осторожно мыть его спину, плечи и грудь. "Боже, ты забыла, как мыть нужно, или не умеешь ни черта?!" - взрывается Азазель, раздраженный ее медлительностью и неуклюжестью. Он хватает ее за руку и с силой тянет к себе в ванну. "Мой... везде. И про член не забудь!" - произносит он с презрительной ухмылкой. Ноа опускает голову, пытаясь спрятать испуганный и смущенный взгляд. Она сидит в теплой воде между его раздвинутых ног, и невольно сглатывает, увидев его возбужденный член. Собравшись с духом, она продолжает мыть его грудь и торс, затем медленно спускается ниже, пытаясь мыть его тряпкой. Азазель издает утробный рык и перехватывает ее руку. ´Руками делай! Забыла, как я тебя мыл?´ - его голос звучит грубо и повелительно. Ноа отрицательно качает головой, показывая, что помнит. С дрожью в руках она начинает мыть его член, стараясь не смотреть ему в глаза. Вода вокруг них становится мутной от мыла и грязи, но Азазель, кажется, не замечает этого. Он с наслаждением откидывается на спинку ванны, наблюдая за каждым ее движением. Азазель хватает ее за руку, с силой притягивая к себе. Туника слетает с Ноа одним резким движением его рук и шмякается на пол. "Ты очень нерасторопная!.." - рычит он, притягивая ее ближе. "Обопрись на меня и сожми бедра!" Ноа, дрожа, выполняет приказ. Ее тело прижимается к его, и она чувствует, как его член оказывается зажат между ее бедер. "Шевелись и мой меня так!" - голос Азазеля груб и повелителен. Ноа начинает двигаться, неловко скользя бедрами вверх и вниз по его возбужденному члену. Вода вокруг них плещется, и ее сердце колотится в груди. Она чувствует себя униженной и уязвимой, но страх заставляет ее подчиняться. Азазель издает довольный стон, прикрыв глаза. Он крепко держит ее за талию, направляя ее движения. Ноа продолжает, стараясь не думать о том, что происходит, и сосредоточиться только на выполнении его приказа. Азазель сжимает ее ягодицы в своей хватке, его пальцы впиваются в ее плоть. Ноа вздрагивает от неожиданности, но замирает. Еще мгновение, и она чувствует, как его тело напрягается, а затем – жаркую волну, выплеснувшуюся на ее бёдра. Азазель кончил.Его грудь тяжело вздымается, он жадно глотает воздух. ´Не шевелись,´ - шепчет он ей на ухо, его голос хриплый от возбуждения. Ноа послушно замирает, чувствуя себя словно каменной, не зная, что делать дальше.Она ощущает, как его хватка на ее ягодицах постепенно ослабевает, но он все еще не отпускает ее. Тишина в ванной комнате становится почти осязаемой, нарушаемая лишь его прерывистым дыханием. Азазель отпускает ее, и Ноа чувствует облегчение, когда его хватка исчезает. Он поднимается из ванны, не обращая на нее больше внимания, словно она предмет мебели. Обматывает бедра полотенцем, небрежно завязывая узел.´Мойся и вылезай... скоро принесут ужин. Всё понятно?´ - говорит он, бросив взгляд через плечо. Его тон не терпит возражений.Ноа кивает, не поднимая глаз. ´Да, господин.´Азазель хмыкает в ответ и выходит из ширмы, оставляя Ноа одну в теплой, мутной воде. Она сидит неподвижно еще несколько мгновений, переваривая произошедшее. Затем, словно очнувшись, начинает быстро мыться, стараясь смыть с себя ощущение его прикосновений и унижения. Мыло скользит по ее коже, но она все еще чувствует его запах.Ноа быстро заканчивает мыться и выбирается из ванны, дрожа от холода. Она ищет глазами свою тунику, лежащую на полу в грязном комке. Надевает ее, чувствуя себя незащищенной и уязвимой.