II — Улыбнись.

— Мы должны выйти на улицу, — заявила Элли с утра, наливая себе уже вторую кружку кофе. — Люди уже думают, что мы странные. — Мы и есть странные, — проворчал Харди, не отрываясь от документов. — Да, но теперь мы не только странные, но ещё и женатые. Так что надевай приличную куртку и выражение лица "я женат и счастлив". Он бросил на неё взгляд, который обычно доводил свидетелей до слёз. Она ответила взглядом, который доводил Харди до… внутреннего крика. Ну, или инсульта. Через десять минут они уже шли по улице, держа друг друга за руку. Харди выглядел как ребёнок, который потерялся в супермаркете. Элли — как человек, которому весело наблюдать за этим. — Ты можешь хотя бы не сжимать мою руку, как тиски? — прошипела она, улыбаясь проходящей мимо пожилой даме. Он послушно ослабил хватку. — Прости. Я просто… не привык. — Быть женатым? Он бросил на неё взгляд. — Быть… прикасаемым. На людях. Она смолкла. Они прошли мимо лавки с надписью "Улыбнись новому дню!", и Элли, не теряя шанса, резко остановилась. — Вот сейчас. Улыбнись. Быстро. — Что? — Люди наблюдают. Он замер. Улыбнулся. На его лице это выглядело, как судорога на грани эпилепсии. — Боже мой, — Элли еле сдержала смешок. Они двинулись дальше, и Элли поймала себя на мысли, что ему как будто легче. Рука не такая ледяная. Идёт чуть спокойнее. А потом — из соседнего дома кто-то крикнул: — Какие вы милые! Прямо как молодожёны! Харди выдавил звук, похожий на «тч». Элли не теряла ни минуты: — Да-аа, до сих пор не можем отлипнуть друг от друга! Он покосился на неё. — Ты наслаждаешься этим. — Каждой секундой, дорогой.