Часть 15

Мягкий утренний свет пробивался сквозь занавески, заливая комнату золотистыми бликами. В воздухе читал лёгкий аромат трав и деревьев. На кровати, среди смятых простыней, Цай Эр чуть-чуть шевельнулась, и её длинные волосы рассыпались по подушке, блестя, как шёлк. Рядом, обнимая её, всё ещё спал Хао Чень. Он выглядел удивительно спокойно, будто за ночь все тревоги ушли, растворились где-то между её ладоней и тихим дыханием. Цай Эр улыбнулась, глядя на него, и осторожно провела пальцами по щеке парня. Он тут же пошевелился и пробормотал сонно: — Ещё пять минут… — Ты же даже не знаешь, сколько времени, — тихо засмеялась она. — Тогда десять, — ответил он, не открывая глаз, и снова уткнулся носом в её плечо. Она хихикнула, слегка толкнув его: — Вставай, соня. Дедушка, наверное, уже ждёт. — Пусть подождёт, — пробормотал он, притягивая её ближе. — Ему не привыкать. — Хао Чень! — фыркнула она, но осталась лежать, потому что отрываться от его рук совсем не хотелось. Рыцарь наконец открыл глаза. Взгляд был мягким, немного сонным, но тёплым. — Доброе утро, Цай Эр. — Доброе, — ответила она, тихо, почти шёпотом. На секунду оба замерли, просто глядя друг на друга. Между ними повисло приятное молчание,а в комнате воцариловоцарилось спокойствие. Сейчас весь мир кажется далёким и неважным. Только их дыхание, утро и лёгкий запах зелени. — Знаешь, — сказал Хао Чень, — Если каждое утро будет таким, я начну думать, что сон — лучшая часть жизни. — Только если ты не храпишь, — поддразнила она. — Эй! — он сделал вид, что возмущён, — я, между прочим, не храплю. Я просто… мелодично дышу. — Конечно, — засмеялась она, вставая. — Тогда мелодично одевайся, мой мелодичный рыцарь, а то опоздаем. Хао Чень вздохнул театрально, но встал. Через несколько минут оба уже стояли у двери, приведённые в порядок. Цай Эр поправила ленту в волосах, а Хао Чень огляделся — в его взгляде всё ещё была та лёгкая растерянность, что бывает после долгих снов. — Пойдём? — спросила она, подавая ему руку. — Ага..— ответил он, улыбаясь. В столовой уже сидели остальные — Лун Тянь Ин, Сыма Сянь, Хань Юй, Линь Синь, Ван Юань Юань и Чень Ин Эр. При их появлении за столом сразу послышались смешки. — А вот и наши сонные пташки! — довольно заметил Сыма Сянь. — Мы уже начали думать, что вы на облаках ночевали. — Почти, — не моргнув ответил Хао Чень. — Просто очень мягкие облака попались. Цай Эр едва не подавилась от смеха, а дед покачал головой, но с лёгкой улыбкой: — Мягкие облака, говоришь? Главное, чтобы не упали с небес раньше времени. Садитесь, завтрак остывает. Они заняли свои места, и команда приступила к завтраку. Стол ломился от еды: свежие фрукты, тёплый хлеб, запечённая рыба и сладкий чай с медом. Цай Эр тихо вздохнула. На её памяти давно не было такого спокойного утра. Хао Чень с удовольствием поедал явства, сначала не замечая взгляда Цай Эр, а после, посмотрев на девушку, спросил. — Хочешь кусочек? — Я уже взяла, — ответила она, но он всё равно протянул ложку к её губам. — На, вдруг мой на вкус лучше. — Твой? — фыркнула она, но всё же попробовала. — Хм… не хуже. За столом снова послышались смешки. Хань Юй тихо сказал: — Они уже ведут себя как старожёны. — Главное, чтобы не начали спорить, кто главный в паре, — добавил Линь Синь. — Это легко, — вмешался Сыма Сянь. — Конечно же, она! — Верно, — без колебаний подтвердила Цай Эр, и все рассмеялись. Даже старший Лун, не удержавшись, усмехнулся: — Ну что же, хоть с этим у вас согласие. День обещает выдаться мирным. Завтрак прошёл в тепле и смехе. После него дед попросил всех отдохнуть. Выслушав наставления старшего, команда разошлась кто куда. Цай Эр потянула Хао Ченя за рукав. — Пойдём прогуляемся по саду? Он посмотрел на неё, будто хотел сказать «а может, поспим ещё?», но потом кивнул. — Если ты со мной — куда угодно. *** Сад на перевале был удивительно красив. Каменные дорожки петляли между цветущими деревьями, а над ними плыли по воздуху лепестки сакуры. Воздух был полон сладкого аромата, лёгкого шелеста листвы и пения птиц. — Как будто сама богиня Природы рисовала, — прошептала Цай Эр. — Может, и рисовала, — улыбнулся Хао Чень. — Но явно вдохновлялся тобой. Девушка смутилась, но ответила с лёгким вызовом: — Ты так говоришь всем девушкам? — Только тем, кто позволяет себе спорить со мной, — парировал он. - И только одной единственной. — Значит, я особенная, — сказала она и, смеясь, побежала вперёд по дорожке. — Эй, подожди! — окликнул Хао Чень, догоняя её. Вскоре пара оказалась у большого дерева сакуры, стоящего прямо на краю сада. Под ветвями висела старые деревянные качели, которые немного покачивались от ветра. — Красиво… — выдохнула Цай Эр. — Хочешь покачаться? — Если ты со мной, — ответил рыцарь тем же тоном, снова ловя улыбку своей избранницы. Они уселись вдвоём, и качели мягко заскрипели, поднимаясь вверх. Лепестки сыпались сверху, казалось, что шёл розовый дождь. — Знаешь, — сказал Хао Чень после долгого молчания, — Когда я был маленьким, я мечтал, чтобы рядом со мной всегда было вот так: тихо, спокойно и кто-то, кто просто сидит рядом. Без слов, без громких обещаний. — И вот — сидишь, — прошептала она, глядя в сторону. — И не один. Он улыбнулся, и в глазах блеснуло то тепло, что редко показывал другим. — Не один, — повторил он. — И не хочу, чтобы это когда-нибудь изменилось. Они долго молчали. Ветер играл с их волосами, качели плавно раскачивались, а солнце медленно клонилось к закату. Цай Эр посмотрела на него, потом тихо наклонилась и поцеловала в щёку. — На счастье, — сказала она. — Тогда я должен ответить, — прошептал он и поцеловал её в ответ. — Эй, это уже не на счастье, а просто потому что хочется, — сказала она, смеясь. — А разве это плохо? — Нет, — ответила она. — Это… правильно. Солнце садилось за горы, окрашивая небо в золотые и розовые оттенки. Они сидели, прижавшись друг к другу, розоватые лепестки кружились вокруг, словно сама природа решила не мешать им говорить. — Цай Эр, — тихо сказал Хао Чень. — Когда всё это закончится… когда не будет больше демонов и богов, когда мы будем просто людьми… — Тогда что? — Тогда я построю для нас дом. Прямо под сакурой. Она посмотрела на него, и её глаза блеснули. — Тогда я буду ждать. Он обнял её, и они снова замолчали, просто слушая, как шелестят листья. Ночь спустилась мягко, незаметно. Луна заглянула между ветвей, а они всё ещё сидели на качелях — тихо, спокойно, как будто весь мир остановился, чтобы дать им время. Он шепнул: — Цай Эр… я люблю тебя. Она улыбнулась и ответила, не глядя — просто зная, что он услышит: — Я тоже, Хао Чень. И больше слов не нужно было. Только они, шелест ветра и качели под сакурой, покачивающиеся в ритме их сердец.