Часть 16

Ночь. Все спали. Крепость погрузилась в глубокую, густую тьму, сквозь которую пробивался лишь серебряный свет луны. Где-то далеко шумел ветер, перекатываясь по вершинам гор, и холодные звёзды, что мерцали над перевалом, слушая дыхание мира. Но двое не спали.ж Из дома тихо вышел юноша. Он двигался осторожно, стараясь не разбудить никого внутри. Холодный воздух коснулся лица, лёгкие клубы пара вырвались из уст. Плащ, накинутый на плечи, чуть колыхался на ветру. — Дедушка, — негромко позвал он. Скрипнула дверь, и на пороге появился старший рыцарь. Лун Тянь Ин выглядел спокойным, хоть и немного удивлённым, что внук не спит. Он шагнул к нему, гулко ступая по каменным плитам. — Хао Чень, зачем позвал? — спросил он, пристально всматриваясь в лицо юноши. — Тебя что-то волнует? Хао Чень не ответил сразу. Он поднял взгляд к небу, где звёзды мерцали тысячами искр. В глазах отражался их свет — холодный, как сама ночь. — Церковь… Истинного Света, вроде, да? — тихо произнёс он. — Откуда она взялась? Дед помолчал, тяжело выдохнул и чуть опустил голову. — Это не очень приятная история, — произнёс он наконец. — Ты уверен, что хочешь знать об этом? Юноша кивнул, не отрывая взгляда от неба. — Они докучают моей семье, — твёрдо ответил Хао Чень. — Естественно, я обязан знать всё. Лун Тянь Ин немного помолчал, глядя на внука. В его взгляде мелькнула тень воспоминаний. Потом он тихо сказал: — Хорошо… Она появилась, когда Император демонов забрал твою мать. Со словами, что она его дочь. — Как я уже говорил, твой отец тогда был разбит, но всё же начал искать её, несмотря на всё, что начали говорить люди. — Голос его стал глуше. — И в один день появились эти гады. Из ниоткуда. Просто появились — в своих мантиях, с надменными лицами. Начали кричать, что твоя мать — дьяволица, которую нужно уничтожить. А потом когда Синь Юй нашел Бай Юэ и стало известно о тебе...они прямо взбесились. Он сжал кулаки, и в уголках губ мелькнула горькая усмешка. — Твой отец чуть не убил их сразу на месте, — добавил он, тихо разразившись хриплым смехом. — И я бы его не остановил. Хао Чень не смотрел на деда. Его взгляд всё ещё был прикован к небу. С каждой минутой там загорались новые звёзды, словно само небо слушало их разговор. — Почему Альянс ничего не сделал? — спросил он негромко. — Потому что люди начали ходить в Церковь, — ответил Лун. — Им нет дела до разбирательств. Они просто нашли способ хоть что-то делать. Большинство чувствовало себя ненужными, беспомощными… Бременем для охотников. А тут им дали шанс чуствовать себя нужными. Вот и пошли молиться Богам. — Но ведь это не так! — резко сказал Хао Чень. — Люди дают причину охотникам продолжать сражаться! Старик улыбнулся, устало, с лёгкой грустью. — Верно, — кивнул он. — Но Альянс ничего не смог сделать. Как бы народ ни уважал старца Яна, ему не удалось никого переубедить. Слова веры глушат слова разума. Пусть большинство даже не понимают истиную причину создания этой церкви, всё равно ходят. Юноша нахмурился, сжал руки в кулаки. — Есть ли шанс переубедить саму Церковь? — спросил он после короткой паузы. — Есть, конечно, — ответил дед, и в его голосе мелькнула теплая уверенность. — Тем более что ты теперь здесь. Хао Чень глубоко вздохнул, усталость отразилась в чертах лица. — Тогда нужно попробовать… — сказал он тихо, почти себе под нос. Лун Тянь Ин посмотрел на него, и глаза старика на миг смягчились. — Хорошо, — произнёс он с лёгкой улыбкой. — Но не сейчас. Иди уже спать, а то, думаю, твоя Цай Эр места себе не находит. Вдруг сбежал или упал в обморок. — Он засмеялся, искренне, по-доброму. Хао Чень лишь улыбнулся в ответ, устало, но с теплом. — Доброй ночи, дедушка, — сказал он. — Спокойной ночи, Хао Чень, — ответил Лун Тянь Ин, глядя, как юноша уходит обратно в дом. Когда за ним закрылась дверь, старик поднял глаза к небу. Звёзды мерцали, холодные и далёкие, как вечность. Он тихо вздохнул и прошептал в пустоту: — Если кто и сможет что-то изменить, то только ты, мальчишка… Ветер мягко прошелестел в соснах. Ночь снова стала безмолвной.