Глава 14: Визит к Оскару.

Пискля Дюбуа сидела на камне возле ручья, положив голову на лапы, и наблюдала за проплывающими мимо стаями мальков. Тишина и спокойствие. Ни шушуканий психованной Гейт, ни едких замечаний заносчивого Акила, ни тупо смотрящих в рот Сигурду Клиффа и Люба, ни высокомерной Патриции. Самое время подумать обо всём, что произошло за последние дни. На следующий день после последнего издевательства над Котопсом они попались на глаза взбешённому мэру города Рэндсиду. Естественно, Нирбург – маленький городок, где практически все если не знакомы лично, то по крайней мере примерно представляют, кто чем живёт. А Рэндсид, будучи мэром, был также наслышан о репутации Грязнуль, как и много кто ещё, и предложил поработать вместе, чтобы «найти уродцев и устроить им хорошую взбучку». Оказалось, что их неизменная игрушка для биться трусливо скрылась ранним утром, а офицер полиции только махнул лапой: «Я и рад, меньше проблем». Но Рэндсид не хотел их так просто отпускать, поэтому предложил банде, тем, кто презирал сиамцев за данное природой уродство чуть ли не с пелёнок, сотрудничество. Уличные хулиганы, конечно, были раздосадованы, что у них не вышло достойно проводить близнецов в добрый путь, парочки синяков явно было мало, но сначала они не горели желанием ехать неизвестно куда за тридевять земель только ради того, чтобы их избить. Однако мэр предложил им нехилое вознаграждение, от чего банда уже не могла отказаться. Особенно Клифф и Люб, у которых были проблемы с деньгами и работой, Пискля сама была родом из богатой семьи, но ведь деньги лишними не бывают? Тем более, это отличная возможность совместить приятное с полезным. Благодаря своим связям мэр сумел выследить автомобиль Котопса, и так они узнали, что те остановились в некоем городишке, ещё мало кому известном, под названием Клыки-и-Когти. Да уж, выбрали местечко себе под стать! Прибыв на место назначения, Грязнули и Рэндсид познакомились с двумя враждующими бандами котов и собак, которые решили временно объединить силы ради того, чтобы портить кровь жителям того самого города. Группировка собак со странным названием Альфы с радостью приняла Клиффа, Писклю и Люба, узнав об их отношении к семейству кошачьих. Но как к равным к ним никто и не думал относиться, ведь они здесь были не то, что новенькими, а вообще, можно сказать, проходными гостями. Клиффорд, конечно, в силу извечного желания понукать, а не быть понукаемым, пытался завоевать расположение, но для Дарена, законного главы группировки Альф, его слова были пустым звуком. Поэтому, ради получения желаемого, приходилось свыкаться со своим положением. Хотя в то же время у Рэндсида получилось завоевать доверие главы Прайда Сигурда, преступного сообщества котов, презирающего собак, с помощью обаяния и красноречия. Именно он проинформировал их о плане, изложенном также двойняшкам Гейт и Акилу. По его словам, в план входило заманить Котопса в лес и там «раз и навсегда показать ему его место в иерархии мерзких отродий», то есть, вдоволь поизмываться, чтобы потом сам Филип Стоунбрайт поседел от ужаса. Клиффу идея понравилась, Любу, который почти никогда не имел своего мнения и любил поддакивать барбосу, тоже. А вот Пискля отчего-то сразу поняла, что кролик будто недоговаривает. Позже она поделилась своими опасениями с Клиффом, но тот только посмеялся: «Расслабься, подруга, чего тут можно недоговорить? Отделаем их хорошенько, покажем, где раки зимуют, чтобы месяц потом через трубочку питались! Как в старые добрые, только в десять раз круче, согласна?» Такой реакции Пискля не удивилась. И зачем надо было об этом говорить? Сигурд и Дарен были профессиональными руководителями, даже сумели преодолеть природную ненависть друг к другу ради общего дела. В миссии участвовали немногие, только самые проверенные – двойняшки-доберманы из Альф и Патриция из Прайда, которые хоть и были полными придурками, но, справедливости ради, были в действительности хороши. Грязнуль, правда, не хотели отправлять, но ситуацию спас всё тот же Рэндсид своим красноречием. Кто что будет делать, где будет стоять, какие меры предпринимать, если всё пойдёт не по плану, - всё было чётко продумано. Однако банда начала нервничать, когда пришлось торчать на берегу слишком долго. Было понятно, что что-то не так, вдалеке слышались душераздирающие крики Гейт и выстрелы, но утиного крика, который обещал подать кролик в случае чего, всё не было. Оружия Грязнулям не доверили, они бы не смогли помочь товарищам при всём желании. И тут появились они. Выскочили из кустов как торпеда и словно в один прыжок оказались за десяток метров от них. Точнее, Кот выскочил и оказался, а Пёс, по непонятной причине, лежал у него на спине, обхватив за шею. Постояв в замешательстве несколько секунд, Грязнули устремились за ними. Тогда Пискля заметила кровь на плече вислоухого. Она не знала, обратили ли на неё внимание друзья, но она очень испугалась. Ей хотелось остановиться, крикнуть Клиффу и Любу, чтобы они одумались. Но в итоге они остановились только тогда, когда вдалеке показалась небольшая толпа полицейских из Клыки-и-Когти во главе с Филипом. Пришлось свернуть всю операцию. Как выяснилось позже, всё накрылось медным тазом благодаря Гейт и Акилу, которые недооценили своих жертв, и частично Рэндсиду, который решил, что это подходящее время, чтобы созвониться с племянницей и рассказать ей о своих прогулках по лесу. Конечно, после такого провала, доверие к этим личностям пошатнулось. Сигурд ходил весь злой и хмурый, Дарен в сторону двойняшек старался не смотреть, Патриция донимала их бесконечными издёвками. Вдобавок всем троим нехило досталось. Гейт была вся в синяках, царапинах от когтей, её плечо было вывихнуто, на нём виднелись следы зубов, и его пришлось долго и мучительно вправлять. Явные признаки борьбы с Котосом. Акил вообще заработал огнестрельное ранение, и его также укусил Пёс. Стыдно признать, но, наблюдая за их мучениями, Пискля испытала садистское удовольствие. Что говорить о Рэндсиде, то он вообще был найден побитым, лежащим без сознания неподалёку от поста Грязнуль. И какого же было их удивление, когда они узнали, что это Кот его так отделал! Об этом сообщила Гейт, но никто сначала не поверил, однако, судя по тому, как стыдливо мэр Нирубурга отводил глаза, это было правдой. Подумать только, такой с виду слабы и хилый ботаник не побоялся дать отпор вооружённому противнику, при том, что от тех же Грязнуль он всю жизнь бегал как от огня. Но большинство вещей оставались непонятными. Почему Сигурд и все вокруг так убиваются из-за того, что не получилось избить какого-то уродца? Почему была стрельба, о которой в плане и речи не было? И в конце концов, почему Пёс истекал кровью? Последнее беспокоило Писклю больше всего, поскольку, она никогда никому в этом не признавалась, ей нравился Пёс. Её чувства к нему были странными и даже противоречивыми. Девушку бесило то, что он привязан к чёртовому коту, причём не только физически, но и духовно. Как никак, родные братья. Но в глазах Грязнуль это его не оправдывало. Они были единодушны в том, что кошки – самые мерзкие существа на планете Земля. С Прайдом они согласились сотрудничать только ради того, чтобы потрепать Котопсу пёрышки напоследок. В целом, если не считать связи с одним из семейства кошачьих, Пискле нравился Пёс. Она восхищалась его смелостью, желанием помочь каждому, умилялась его доверчивости и наивности. Ну и, конечно, он был очень даже ничего внешне. Поэтому, когда она увидела его раненым, ей стало, мягко говоря, не по себе. Да, просто избить – это всегда пожалуйста, но вредить таким способом… Об этом даже речи не было! Расспрашивать об этом юная Дюбуа не стала намеренно, ибо знала, что в ответ получит очередную ложь. Одно пуделиха знала точно: эти лесные обитатели не так просты, какими хотят казаться, и их планы включают в себя нечто более серьёзное, чем простое глумление. Она не хотела позволить этому нечто случиться с Псом. Да и с Котом тоже! Хоть она и презирала его, обвиняла во всех смертных грехах, частенько фантазировала о том, как бы они с Псом были счастливы, если бы этот высокомерный и педантичный комок шерсти просто исчез, будто его и не существовало, но, если подумать об этом всерьёз, Пискля и ему не желала плохой судьбы. Она выше этого. Зашелестели кусты, послышались частые хлюпанья, как если бы кто-то ступал тяжёлыми ботинками по грязи. Эти посторонние звуки отвлекли Писклю от размышлений. Обернувшись, она увидела Клиффа, который шёл к ней через заросли. - Вот ты где! Мы тебя потеряли, - он приблизился к Пискле, открыто улыбаясь. - Мне хотелось побыть одной, - принялась оправдываться Пискля, вернувшись к наблюдению за мальками, - Прости, если заставила поволноваться. - Да что там… Ты же не дама в беде. Можешь за себя постоять, - Клифф присел на соседний камень и озабоченно взглянул на подругу, - У тебя всё нормально? - Не знаю… Не уверенна, - вздохнула Дюбуа и выдала, - У тебя нет ощущения того, что тебя водят за нос? Барбос задумчиво помолчал, а потом утвердительно кивнул. Тогда Пискля вывалила на него все свои опасения, опустив только свои истинные чувства к Псу. Как подобает хорошему слушателю, Клифф не перебивал её, только изредка кивал, то ли соглашаясь, то ли показывая, что понимает, о чём она говорит. - На самом деле, у меня были такие же мысли, - признался он, когда девушка закончила говорить, - Сигурд для такого простого дела кажется слишком озабоченным, да и не только он. Тут что-то нечисто. Как будто этот мутант значит для них гораздо больше, чем кажется. - Клифф, - необычайно робко позвала Пискля, - А что если…они хотят их убить? Глава банды Грязнуль снова задумчиво помолчал. - Поживём – увидим, - наконец ответил он, - Ты видела кровь, я тоже её видел. Это уже о многом говорит. Если у них правда есть что-то такое на уме, - он усмехнулся, - то они об этом пожалеют. Пискля уставилась на него, не пытаясь скрыть восхищение и гордость. - Я терпеть не могу дружбу между кошками и собаками, смешанные браки, котов и Котопса, - продолжал барбос уже без усмешки, - Но тех, кто не считает зазорным отнять чью-то жизнь только из-за личных убеждений, я презираю гораздо больше. Поэтому можешь не волноваться. Это я тебе гарантирую, - он мягко улыбнулся Пискле, положив лапу ей на плечо. Та улыбнулась ему в ответ, почувствовав небывалое облегчение. Уже в который раз она убедилась в подлинности их дружбы. Этот барбос при всём своём скверном характере никогда не будет смеяться или смотреть сквозь пальцы на её переживания и чувства, даже если не разделяет их. Он всегда готов её поддержать. - Пойдём-ка в лагерь, а то уже холодает. Небось уже всю задницу на этом камне отморозила? - Да иди ты! – засмеялась Пискля, но всё-таки направилась к лагерю за другом, не забыв стряхнуть грязь с джинсов. Утром после пробуждения близнецы сначала не могли понять, почему на душе так легко и радостно. Стала ещё лучше, когда они вспомнили о своём вчерашнем примирении. Кот и Пёс счастливо улыбнулись друг другу, сказали «доброе утро» и пошли умываться. - Мы навестим Оскара сегодня? – поинтересовался Пёс, сплёвывая в раковину зубную пасту. - Вообще, надо бы, - ответил Кот, умывая мордочку, - Но мы и так три дня пропустили на работе. Не будет ли наглостью ещё и отпрашиваться на час каждый день, пока Оскара не выпишут? - Но мы не обязаны каждый день к нему ходить, ведь так? Сходим хотя бы сегодня, - рассудил Пёс и добавил, - Я должен убедиться, что с ним точно всё в порядке. Кот понимающе взглянул на него. - Мистер Миллер персона понимающая. Я попробую сегодня его уломать. Заведующий библиотекой действительно отнёсся с пониманием к ситуации в семье одного из лучших работников и разрешил братьям отлучится в середине рабочего дня на час. - Но, если вы освободитесь раньше, будьте добры вернуться к работе, а не гулять по городу, - поставил он условие, - При всём уважении к мистеру Стоунбрайту, я не буду относиться к вам по-особенному. Слова мистера Миллера показались Коту обидными, но он промолчал. Понятное дело, их начальник не из таких, кто с превеликим удовольствием прогибается под тех, кто рангом выше. Но последние слова прозвучали так, словно он воспринимает Кота и его брата как очередных избалованных сыночков, каковыми они точно не являлись. По дороге в больницу усатый всё же отбросил эти мысли. Даже если и так, мистер Миллер – лучший работодатель, который ему когда-либо попадался. Предыдущие ни во что не ставили ни Кота, ни его близнеца по понятным причинам. Миллер был далёк от таких предрассудков и судил сотрудников в первую очередь за личные качества и навыки. Возле больницы близнецов встречали Гораций, Ингрид и Мэларин. - Вот и вы! – обрадованно воскликнул Гораций, похлопав племянников по плечу, - Брюзга Миллер всё же отпустил? - Не такой уж он и брюзга, - неуверенно вступился за начальника Пёс. - Филип уже внутри вместе с Оскаром, - сообщила Ингрид, - Хэдвиг сказала по телефону, что задержится. - Может не будем здесь стоять? – нетерпеливо поинтересовалась Мэл, - Нас там ждут не дождутся! - Не ворчи ты, уже идём, - произнёс Кот, с улыбкой глядя на сестру. - Правильно, Мэл, не ворчи, - поддержал Гораций, - А то рано постареешь, как твоя мама. После этих слов Ингрид замахнулась, чтобы дать мужу подзатыльник, но тот увернулся, чем заставил братьев и Мэларин сдавленно хихикнуть, после чего тут же извинился, дабы избежать ещё одной атаки. - Дурак, - прошипела Ингрид, но сама не смогла сдержать улыбки. В палате Филипа почему-то не оказалось. Зато Оскар Янсон сидел с недовольной миной, облокотившись здоровой лапой на тумбочку около койки. Неужели они уже успели поругаться? - Оу, привет! – пациент заметно повеселел, увидев родных, которые не действуют ему на нервы, - Как жизнь? - Идёт себе потихоньку, - ответил Гораций, обняв шурина. - А вы как? Уже отошли? – вдруг обратился он к близнецам. - Всё в порядке, у меня ничего уже не болит, - ответил Пёс, - Мне так жаль, что с тобой это случилось. Из-за моей глупости. - Да что толку плакать над пролитым молоком, верно? – хмыкнул дядя, - Я рад, что вы оба целы. А я-то что, не первый раз в меня стреляют. - Нашёл чем гордиться. Сам-то как? – спросила Мэларин. - Лучше не бывает. Ещё денёк – и буду отжиматься, - хохотнул Оскар. - Одной лапой? – насмешливо поинтересовалась Ингрид и тоже обняла брата, - Тебе тут немного гостинцев перепало, - она протянула Оскару пакет после объятий, - Стефания положила пирог. - Девочки, я вас, конечно, очень люблю, но вы перебарщивайте! – широко улыбнулся Оскар, принимая подношение, - Куда мне столько еды? Я прошлую партию ещё не осилил! - То, что не лезет, можно раздать больным, которым меньше повезло с родственниками, - предложил Пёс. Конечно, у него в голове редко всплывало понятие «то, что не лезет», Пёс был очень прожорливым. Идею делиться с обделёнными вниманием и заботой пациентами ему подкинул, внезапно, Кот, когда они лежали в больнице и Пёс понял, что не может умять за три дня всё принесённое, учитывая, что в больнице было предусмотрено стандартное трёхразовое питание. - Это хорошая мысль, - одобрила Мэларин. - Я этим регулярно занимаюсь. А сейчас, когда тебя выписали и вся еда идёт ко мне, этим придётся заниматься ещё чаще, - обратился к Псу Оскар, - Нет, не думайте, что я жмот и всё такое… Мне делиться только в радость! - Скажи лучше, где Фил, благодетель ты наш, - спросил Гораций. - Пошёл наливать себе кофе, чтобы успокоиться, - бросил Оскар, усмехнувшись, - Его долго нет, небось уже шестую кружку хлещет. - Опять его до белого каления довёл? – проворчала Ингрид, прикрыв глаза лапой, - Что на этот раз? - Вчера после визита он впервые, - Оскар сделал акцент на последнем слове, - удосужился спросить, что мне принести, чтобы не было так скучно здесь. Я заказал несколько томов «Ходячих мертвецов». Просто захотел понастольгировать, - как и Пёс, дядя любил комиксы, - Я рассчитывал, что он принесёт первые, например, семь томов. А он вот что учудил! Янсон полез в тумбочку и продемонстрировал три тома популярного комикса с мрачными и кровавыми иллюстрациями. На них мелким шрифтом красовались числа пять, тринадцать и двадцать один. - Я просто не понимаю, как можно управлять целым городом, будучи таким невнимательным, - Оскар убрал комиксы обратно в тумбочку. - Это просто комиксы, дурашка. Это ничего не доказывает, - ворчала Ингрид в ладонь. - У отца в последнее время очень много работы, - вступился до этого молчавший Кот, - Собирался он к тебе скорее всего впопыхах. Старший брат сам не понимал, как можно было так невнимательно отобрать комиксы, но для него это не было поводом для перепалки. - Фил и правда сейчас как белка в колесе, - поддержал Гораций без тени улыбки, - Прайд и Альфы с каждым днём всё больше наглеют, нужно думать над усилением безопасности, - он мельком взглянул на близнецов и тут же отвернулся, - Вчера поступила информация о том, что они опять воруют овощи с грядок огородников и кур у фермеров. В городе полно и других проблем: экология, беспризорники, недоразвитость местной промышленности. - Зато будешь впредь регулярно убираться дома! – бросила Ингрид, - А то я как к тебе не зайду, у тебя вечно жуткий бедлам! - Да я понял, понял, - Оскар выставил вперёд лапу, словно щит, осознавая, что никто его уже не поддержит, - Просто ничего не могу с собой поделать. Он так забавно бесится, - он улыбнулся. - Завязывай с этим, - максимально серьёзно произнёс Кот, - Это вообще не по-взрослому. Ингрид энергично закивала в знак согласия. Остальные недоумённо посмотрели на старшего из близнецов. Было из-за чего. Кот сверлил дядю своим фирменным осуждающим, смотрящим в душу взглядом изумрудных глаз. Псу был знаком этот взгляд больше, чем кому бы то ни было. Даже сейчас, когда этот взгляд был адресован не ему, вислоухий инстинктивно съёжился. А Оскар только неловко прокашлялся и хотел было перевести тему, как тут появился Филип. Да не один, а в компании Хэдвиг и Лили. - Явились – не запылились, - буркнул Оскар, и его замечание явно адресовалось вдове и её дочери. Ингрид и Мэларин недовольно на него зыркнули, и он тут же осёкся. Хэдвиг, судя по всему, решила сделать вид, что не услышала его, поскольку кивнула всем собравшимся в знак приветствия, включая Кота и Пса, а потом и вовсе протянула Оскару букет белых роз. Тем временем Лили радостно бросилась в объятия сначала к Коту, потом к Псу. - Я так поняла, еды тебе больше носить не стоит, а то ты совсем раздобреешь. Поэтому вот, - пояснила Хэдвиг, улыбнувшись максимально доброжелательно. - Спасибо, - суховато поблагодарил Оскар. В отличие от Хэдвиг он не так хорошо умел прятать свои истинные чувства. - Кстати, Лили тут тебе ещё картинку нарисовала, - женщина полезла в сумочку, явно чувствуя себя неловко от такого внимания: все взоры в палате были устремлены на неё. - Мама, нет! – вдруг воскликнула Лили, отрываясь от близнецов, - Я сама! - Точно. Прости, - хихикнула Хэдвиг, протягивая ей изрисованный лист. - Ой, - Ингрид прижала ладонь к груди и расплылась в улыбке, - Какая прелесть! - Да уж, согласен, - кивнул Гораций, тоже улыбнувшись, - Художница! - Чтобы ты быстрее поправился! – широко улыбнулась Лили, протягивая рисунок Янсону. Она вся светилась от гордости. Оскар заметно оттаял, увидев рисунок, на котором был изображён классический для детского творчества пейзаж: зелёная поляна с цветочками, деревце, речка, солнышко и, конечно же, радуга. Подобных рисунков у Кота с Псом было навалом дома, они бережно хранили каждый из них. - Спасибо, милая, - Оскар осторожно пригладил рисунок на тумбочке и убрал в ящик. После этого разговор зашёл о более приземлённых вещах. Филип правда ещё немного поворчал по поводу комиксов, но его быстро успокоили. Говорили о планах Мэларин и её друзей на будущее, о творческих задатках Лили, о проблемах на работе, обсудили мигрень Ингрид от жары и сезонную аллергию Оскара. Обычные семейные посиделки, одним словом, несмотря на то, что проходили они в больнице. Только одно, как обычно, смущало. Филип и Оскар были отрешены от Хэдвиг, и это уже начало порядком раздражать. Особенно раздражала неосведомлённость о причинах подобного поведения этих двоих, да и многих других жителей Клыки-и-Когти. Родство с Радгаром? Что такого он сделал при жизни ужасного? Отец обещал, что на все вопросы в своё время будут ответы. Когда наступит это самое время? За проведённые в городе недели близнецы успели привязаться к Хэдвиг и Лили, поэтому были солидарны в чувстве несправедливости от подобного отношения. Постепенно палата начала пустеть. Родственники уходили по своим делам, предварительно попрощавшись с Оскаром. Пёс как мог намекал брату, что им тоже пора, время, отведённое мистером Миллером, стремительно подходило к концу. Но Кот как будто и думать забыл о работе, упорно дожидаясь, когда они смогут остаться с Оскаром наедине. Когда Ингрид покинула палату последней, он спросил: - Оскар, скажи мне, почему ты так невзлюбил Хэдвиг? Она мало чем отличается от остальных членов нашей семьи, и я… - он мельком взглянул на младшего брата, который активно делал ему знаки молчать, - Мы искренне не понимаем, чем она заслужила такое отношение к себе. Тем, что она была женой Радгара и родила от него? Дядя задумчиво помолчал, обдумывая ответ. - Эта причина – оправдание для многих, - наконец ответил он, - Но не для меня. Вы считаете её хорошей, Ингрид и Гораций всячески пытаются её защищать. Но лично мне она не понравилась с самого начала. Поверьте мне, она далеко не так проста, каковой хочет казаться. Да и подружка её, Патриция эта, весьма подозрительна. Мне даже иногда кажется, что она неслучайно сошлась именно с Радгаром. Что они…стоят друг друга. Не знаю, как ещё это объяснить. Но помяните моё слово, моё шестое чувство ещё никогда меня не подводило.