Глава 6.

Несколько дней царила тишина — настолько непривычная, что даже тревожная. Но вот в помещение вошёл один из рабочих Порфирия. Без лишних слов он окинул взглядом собравшихся и жестом указал на двадцать человек — среди них были и взрослые, и подростки. Выборка казалась случайной, будто он просто ткнул пальцем в толпу. Вскоре всех вывели к заднему двору, где уже ждали оседланные лошади. У входа стоял Порфирий в своём неизменном чёрном плаще, рядом — несколько молчаливых сопровождающих. — Садитесь, — коротко бросил рабочий. Лиян с Маффет взобрались на одну лошадь. Леннон оказался в паре с незнакомым парнем — лошадей на всех не хватало, и приходилось сидеть по двое. Порфирий тронул поводья, и колонна двинулась. Он ехал впереди, уверенно задавая темп. Спустя несколько часов путники достигли края морского порта. У причала ждал корабль — массивный, с потрёпанными парусами, словно видевший не одно опасное плавание. Погрузка прошла быстро. Лошадей завели в трюм, люди поднялись на борт. Корабль отчалил, медленно набирая ход. Пассажирам разрешили передвигаться по палубе, хотя сопровождающие явно предпочитали, чтобы те держались кучно. Трое друзей устроились у борта, наблюдая за закатом. Солнце медленно погружалось в море, окрашивая волны в огненно‑оранжевые тона. Влажный ветер играл с волосами, принося с собой солоноватый запах моря. На мгновение мир казался почти прекрасным. Почти. Идиллия рушилась от каждого громкого вздоха Леннона. Лиян не выдержала: — Чего ты только и делаешь, что вздыхаешь? Отвлекись, насладись видом. Леннон махнул рукой, его лицо исказилось в гримасе вселенской скорби: — Ой, ты не понимаешь. Ты ещё молода, ты ещё не знаешь этого чувства, когда жизнь утекает из рук, как песок. Лиян приподняла бровь: — Ты старше меня всего на год. Да и вообще, длина жизни человека в нашем мире около пятиста лет, а тебе всего восемнадцать. Ты даже ещё несовершеннолетний. Леннон бросил на неё недовольный взгляд, его губы скривились: — Ой, да дай пострадать спокойно. Лиян подняла руки в примирительном жесте: — Ладно‑ладно, не трогаю. Но страдай потише, пожалуйста. Леннон уже открыл рот для очередного возмущённого возгласа, но тут раздался тихий смех Маффет. Её лицо озарилось улыбкой, а глаза блеснули: — Пхех, вы всегда так забавно перерекаетесь. Даже тревога уходит. Внезапно раздался звонкий голос одного из подростков — мальчика, которому повезло оказаться рядом с матерью: — Мама, смотри! Рыбы прыгают! Все, кто был поблизости, повернулись к морю. Действительно — стайка рыб выпрыгивала из воды, сверкая на закатном солнце. На секунду сердца наполнились радостью. Но почти сразу пришла другая мысль — о тех, кто сейчас был где-то там. О родных, которые сейчас так далеко… В королевство Мирт прибыли два отряда — те, кому предстояло проверить шахты, и те, кто возглавит поиски пропавших. Среди рыцарей из Стрелиции был и Алан, отец Лиян. Высокий, с чёрными волосами до плеч, собранными в небрежный хвостик, он выделялся даже в строю. Его глаза — голубые, почти серые. Бледная кожа контрастировала с чёрной рыцарской формой: кожаные нарукавники, рубаха со шнуровкой на груди, чёрные штаны и берцы. В холода под рубаху надевали шерстяную водолазку — но сейчас было тепло. Рядом с Аланом стоял Артур, командир поискового отряда. Русые волосы, зелёные, как свежая трава, глаза, слегка загорелая кожа — он выглядел так, будто провёл лето в полях, а не в замковых коридорах. Форма та же, что у Алана, но на поясе — потрёпанная карта с пометками. Они отошли в сторону, чтобы обсудить план. Алан провёл пальцем по карте, обводя огромную территорию: — Вот здесь раньше был барьер. Думаю, начать стоит с той части, что всегда оставалась открытой. Конечно, нельзя исключать, что нападавшие — из Стрелиции, но надо с чего‑то стартовать. Артур кивнул: — Согласен. Можно разделиться на группы. Не успел он договорить, как в комнату вошёл Каспер — командир имперского отряда. Среднего роста, смуглый, с вьющимися светлыми волосами и ясными голубыми глазами. Его походка была уверенной, а взгляд — слегка надменным. — Простите, задержался, — бросил он, даже не пытаясь скрыть ноток пренебрежения в голосе. Алан и Артур переглянулись, но промолчали. Каспер всегда говорил так — будто ему все обязаны. Алан повторил свою мысль, стараясь сохранять спокойствие: — Поскольку барьер пал, это неплохой вариант для начала. Каспер фыркнул: — «Вы решили», а меня спросить не хотели? Артур приподнял бровь: — Мы как раз обсуждаем это сейчас. Но Каспер, будто не слыша, продолжил: — Всё понятно. Император снизошёл, чтобы помочь искать ваших людей, а вы вот так обращаетесь с тем, кого он послал. Алан и Артур снова обменялись взглядами. Как такой человек вообще стал командиром? — читалось в их глазах. Вдруг Каспер ткнул пальцем в Алана: — Слышал, у тебя дочь где‑то там. Думаю… Алан резко перебил: — Лучше тебе не заканчивать это предложение. Каспер замолчал, явно осознав, что перегнул. Прокашлялся: — Кх… Думаю, лучше продолжить обсуждение плана. В итоге договорились на следующее Майор Каспер Триачера берёт на себя западную часть. Капитан первого ранга Алан Иерихонский — восточную. Капитан второго ранга Артур Галахад — центральную зону между ними. Утром они разъяснили план своим отрядам, погрузили снаряжение на корабль и отправились в путь. В это время корабль Порфирия наконец причалил к порту королевства Гардения. Утренний туман ещё стелился над водой, размывая очертания причалов и парусников. Порфирий, не теряя ни секунды, скомандовал: — Снимайте лошадей! Седлать — и за мной! Лошадей спустили на землю. Не было ни передышки, ни слов утешения. Только стук копыт по булыжной мостовой, когда отряд тронулся вслед за Порфирием. Путь оказался изматывающим. Они мчались без остановок, сквозь леса, где деревья смыкались над головой, словно своды собора, и через долины, залитые серебристым лунным светом. Всадники молчали — даже дышать старались тише. Только Леннон время от времени бросал тревожные взгляды на Лиян и Маффет, будто проверял, держатся ли они. К утру усталость начала сдавать позиции перед чудом. Птицы запели свои первые трели, а солнце, поднявшееся над горизонтом, мягко озарило незнакомые пейзажи. И тогда впереди, словно мираж, возникли очертания города. Красные крыши зданий пронзали небо, будто копья. Воздушные бордовые ткани — знамёна или навесы — колыхались на ветру, добавляя картине торжественности. Город казался одновременно величественным и чужим, будто вырос из снов. Порфирий наконец остановил коня. Повернулся к отряду — его лицо в утреннем свете выглядело ещё более резким, почти хищным. — Прибыли. Коротко произнёс он, глядя на изумлённую группу.