Глава 12.

Солнце палило нещадно. Дни растянулись до бесконечности, а воздух дрожал от зноя. В траве неумолчно стрекотали цикады, будто заводили одни и те же раскалённые пружины. Гости «Дома блаженств» лениво нежились в тени или под открытым небом, лишь к вечеру оживая. Спарринги теперь проходили по ночам. Когда жара спадала и на смену палящему солнцу приходила ласковая луна, двор наполнялся звоном мечей и возбуждёнными возгласами. Реставрационные работы давно завершились. Строители разъехались, оставив после себя сияющие фасады и крепкие перекрытия. В «Доме» остались лишь постоянные работники и те, кого привёл Порфирий. Арума мог гордиться собой. Всё, о чём он мечтал, наконец заработало: долги выплачены до последнего медяка, зарплаты выдаются без задержек, спарринги идут по плану — азартно, зрелищно, прибыльно, приют для детей готов к любой непогоде. В приюте царила необычная тишина. Аи, Лиян и Девяносто пятый сидели за столом с детьми, складывая оригами. Яркие бумажные фигурки — журавлики, рыбки, цветы — оживали в их руках. Девяносто пятый, осторожно сгибая лист, вдруг спросил: — Почему именно оригами? Аи замерла. Её взгляд на миг затуманился, а пальцы сжали бумагу чуть крепче. — Мама любила это… — тихо сказала она. — Она возвращалась с работы уставшая, грустная. А когда я показывала ей новую фигурку, она всегда улыбалась. Девяносто пятый смутился, поняв, что затронул болезненную тему. — Простите… Аи мягко улыбнулась: — Ох, не беспокойся, — встряхнула головой, отгоняя воспоминания. — Давайте лучше сделаем журавлика с длинным хвостом! Дети тут же оживились, зашелестели листы бумаги. В комнату ворвалась раскрасневшаяся Маффет. Её волосы выглядели растрёпанно, а глаза горели. — Вы слышали?! Лиян подняла бровь: — Слышали что? Маффет, едва переводя дух, выпалила: — Наш «Дом блаженств» выбрали местом встречи двух делегаций! Гардения и королевство Санглейм! И знаете кто будет? Принцесса Юка — лично! А со стороны Санглейма — кронпринц Хаято! Лиян вздрогнула. В груди что‑то ёкнуло. — «Хаято?» Какая хорошая новость! Маффет сияла: — Вот и я про это! Всю следующую неделю «Дом блаженств» жил в лихорадке подготовки. Повара колдовали над меню, пробуя и переделывая блюда, слуги драили полы, протирали зеркала, расставляли цветы, музыканты разучивали новые мелодии, официанты репетировали сервировку до мельчайших жестов. Каждый уголок проверяли и перепроверяли. Даже цикады, казалось, притихли, чувствуя важность момента. В Квартал красных фонарей одна за другой въезжали роскошные кареты. Воздух наполнился звоном упряжи, возгласами слуг и шорохом шёлковых одежд. Вокруг царила весёлая суматоха: слуги метались с поручениями, повара нервно поглядывали на котлы, а музыканты в последний раз проверяли инструменты. В это время Лиян и Девяносто пятый выходили из приюта, продолжая давний спор. Лиян, чётко выделяя каждое слово, подняла три пальца: — Я тебе ещё раз повторяю: детям не нужно знать больше. Базовая схема проста: чтобы стать богом, сначала ты посол, потом полубог, потом уже бог. Продвижение зависит от заданий — а они у каждого бога свои. Девяносто пятый упёрто мотнул головой: — Нет, это слишком поверхностно! Им нужно понимать всю систему… Лиян резко махнула рукой: — Так мы ни к чему не придём. Давай попросим Аи разрешить нам провести две отдельные лекции. Пока Девяносто пятый размышлял над её предложением, Лиян случайно бросила взгляд в окно — и замерла. В проплывающей мимо карете сидел Хаято. На мгновение их взгляды встретились — его глаза широко раскрылись от удивления. Всего пара секунд — но они безошибочно узнали друг друга. — Ммм, да, думаю, это хорошая идея, — наконец отозвался Девяносто пятый. — Заметив, что Лиян всё ещё смотрит вслед карете, спросил: — Ты чего? Лиян вздрогнула, будто очнулась: — А, да так… До последнего не могла поверить, что такие люди сюда приедут. Девяносто пятый понимающе кивнул: — Ну да, могу понять. Учитывая, каким этот квартал был изначально… Главный зал утопал в свете сотен свечей. Плавная музыка струилась в воздухе, танцовщицы кружились в изысканном танце, а официанты скользили между столиками с безупречной грацией. В центре внимания — два короля: Фумитака Ичиго, король Гардении. Полный мужчина с тёмными волосами и со смуглым оттенком кожи. Его одежда пестрела вычурными украшениями — золотые перстни на каждом пальце, тяжёлые цепи на шее. Он не скрывал своего интереса к куртизанкам, то и дело притягивая их ближе. Эстебан Эдельвейс, король Санглейма. Коренастый мужчина с пшеничными волосами и небесно‑голубыми глазами. В отличие от Фумитаки, он держался сдержанно, вежливо отклоняя предложения куртизанок. Фумитака, отпив саке, бросил взгляд на Эстебана: — Где же моя милейшая сестра? Почему ты привёл лишь сына? Она что, не хочет посмотреть на земли, что её вскормили? Эстебан сдержанно выдохнул: — «Она, возможно, и хотела бы… Но её нежелание видеть такого свина, как ты, оказалось сильнее.» Решила приглядывать за дворцом в моё отсутствие. Фумитака театрально провёл рукой по глазам: — Ох, какая моя сестрица хорошо присматривает за непутёвым мужем! Какую же хорошую партию она вам составила! Эстебан слегка поморщился от формулировки: — Да… Она хорошая жена и заботливая мать. Фумитака энергично закивал: — Вот‑вот! Поэтому почему бы нам не свести наших детей? Я думаю, моя Юка сможет составить хорошую партию вашему сыну. Эстебан поставил чашку с чаем: — Думаю, с этим вопросом надо обращаться напрямую к Хаято. Фумитака нахмурился: — Но он совсем юнец! Как можно у него подобное спрашивать? Эстебан сохранил невозмутимость: — Я хочу, чтобы он был с тем, с кем захочет быть до конца. Поэтому делаю вид, что не знаю о его тайных отношениях. Но судя по тому, что мне известно, он относится к ним серьёзно — и это уже хорошо. Фумитака раздражённо махнул рукой: — Это несерьёзно! Вдруг он какую‑то бродяжку приведёт в дом и скажет, что хочет на ней жениться. Эстебан спокойно пожал плечами: — Тогда так тому и быть. Фумитака цыкнул: — Тц! Мы всегда мыслили по‑разному. Хаято сидел за отдельным столом, погружённый в мысли. Он был похож на отца — те же черты лица, та же стать, — но стройнее, а волосы и кожа на пару тонов светлее. Сильнее всех отличались глаза, они были карие с медовым отливом. Вокруг царил праздничный гул: музыка, смех, звон посуды. Но принц словно не замечал этого. Вдруг его взгляд зацепился за девушку в полумаске. Что‑то в её осанке, в лёгком наклоне головы показалось ему знакомым. Он поднял руку, приглашая её подойти. Когда она приблизилась, на её лице расцвела мягкая улыбка. — Чего желаете? — спросила она вежливо. Хаято едва сдержал волнение. «Это правда она.» — пронеслось у него в голове. Он кашлянул и произнёс: — Я впервые в этом королевстве и плохо знаком с местными блюдами. Не могли бы вы рассказать мне о сегодняшнем меню? Лиян плавно указала на стол: — С удовольствием. Смотрите… Она рассказывала увлечённо и подробно: из чего приготовлены блюда, с каким соусом их лучше сочетать, чем запивать. Перешла к напиткам — объяснила разницу между сортами чая, рассказала об особенностях местного алкоголя. Потом ненавязчиво обратила внимание принца на детали сервировки. — Сегодня рядом с каждым гостем стоит небольшая вазочка с цветком, — говорила она, её голос звучал тихо, но чётко. — На стебле — короткое письмо с пожеланием. Их писали сами сотрудники дома, вкладывая всю душу. Хаято задумчиво посмотрел на вазочку перед собой. В голове вертелось: — «Она же на записку намекает, да?» — Перевёл взгляд на неё.— Сколько всего… Спасибо, что рассказали. Лиян слегка поклонилась: — Для меня честь поделиться этим с вами. Если больше ничего не требуется, я должна вернуться к другим гостям. Принц кивнул, но взгляд его задержался на её фигуре, пока она удалялась. Позже, уже в своей комнате, Хаято наконец решился развернуть записку, прикреплённую к цветку. — Так, что тут у нас? — пробормотал он, разворачивая маленький бумажный прямоугольник. > «Посмотри внимательно меж книг в ящике стола. Клянусь, я просто сунула письмо и ушла, ничего не читая!» Он принялся искать. Переворачивал книги, ощупывал каждый уголок ящика. Наконец — вот оно! — Как же она далеко засунула… — проворчал он. — И прямо рядом с дневником. Надеюсь, она действительно ничего не читала. Развернув лист, он погрузился в чтение: > «Я думаю, ты удивлён увидеть меня здесь. Наши отношения не были близкими, но и не были плохими. Поэтому, надеюсь, ты выполнишь мою просьбу. Большую часть людей королева отправила в Мирт. Гардения далеко от Мирта, и я не знаю, что там происходит. Но уверена: отец, будучи рыцарем, служившим королю, скорее всего, возглавил поисковую группу. Король Мирта, вероятно, выделил рыцарей в помощь и знает о случившемся. Моя просьба: отправь письмо королю. Можешь переслать это письмо как есть — просто отправь. Тогда я буду по гроб жизни тебе обязана». Хаято замер, уставившись на строки. В словах Лиян чувствовалась тревога, неуверенность, но и твёрдая решимость. — Почему в твоём письме столько неуверенности в том, помогу ли я? — прошептал он. — Знаешь ли, я был очень расстроен, когда узнал, что не смогу поговорить с тобой на межшкольных соревнованиях. Хотелось бы пообщаться ещё… Но сейчас это невозможно. Он аккуратно сложил письмо, спрятал его среди личных вещей — подальше от чужих глаз. Как отправить письмо? Вариант 1: пойти и отправить открыто. Просто, но рискованно — у него нет связей, чтобы гарантировать доставку. Вариант 2: скрыть факт отправки. Но как? У него нет доверенных людей, а почтовым службам он не верит. Вариант 3: отправить из дома. Самый безопасный, ведь там у него есть личные почтовые птицы. Но придётся ждать — сначала момента отбытия, потом дороги до дворца. В итоге он выбрал третий путь. Но поговорить с Лиян не мог — как объяснить кронпринцу знакомство с девушкой из дома наслаждений? Тем временем на заднем дворе кипела жизнь. Гости и клиенты с азартом наблюдали за спаррингами — крики, аплодисменты, ставки. Музыка сливалась с гулом голосов, а в воздухе пахло благовониями и жареным мясом.