Глава 2

Арслан

Какой черт в меня вселился, что я послушал друзей и поперся в бар, наплевав на собственные принципы? В таких местах мне всегда хотелось курить и трахнуть какую-нибудь дамочку на вечер. Но матери я обещал завязать с вредной привычкой, а настроения на поиск девахи не было, потому я сидел на диване и крутил в руках давно уже смятую сигарету. Усталость после очередного скандала дома проявлялась все сильнее, из-за чего друзей я слушал лишь вполуха, особо не вдаваясь в подробности обсуждений. — Арс, ты как на это смотришь? – вывел из оцепенения Марат, из всех присутствующих он единственный, кто знал всю подноготную моего состояния, и, скорее всего, задал этот вопрос лишь бы прервать удручающий поток моих мыслей. — Мне срать на всё, — грубо ответил я, поднимаясь с кресла, наконец выкинув несчастную сигарету в урну. — Я освежусь. Сунув руки в карманы брюк, я небрежно толкнул плечом дверь из кабинета, что заглушала громкие звуки зала. Я не ценитель музыки, что разрывает барабанные перепонки, в отличие от Марата, но раз явился, обязан стерпеть. После того случая, когда я оказался в доме, где минутой позже прогремел взрыв, я стал чувствителен на любое повышенное звучание, будь то музыка или крики, даже шепот в некоторые периоды жизни оглушали меня. Сказать, что с этим трудно жить, ничего не сказать, но кто я такой, чтобы жаловаться на обстоятельства. Так и сейчас, все ближе подходя к выходу из бара, на уши давила громкость басов, заставляя уши кровоточить. Чтоб я еще хоть раз согласился войти в этот гадюшник. Достав из внутреннего кармана пиджака беруши, я уже готовился заткнуть уши, лишь бы не чувствовать эту раздирающую боль, но тонким слухом услышал то, что хотелось бы проигнорировать. Направившись к источнику шума, я заметил привычную картину подобных заведений. Парочка, зажимающаяся в углу, только вот одно, но. Чем ближе я подходил к голубкам, тем меньше это походило на что-то хорошее. Я надеялся на ошибку, в особенности, когда навстречу, не замечая ничего вокруг, попался паренек, что пулей уходил от этих «влюбленных». То ли юнца бросили, то ли ему чхать на происходящее. Музыка глушила часть фраз, но все же настроение этой встречи я уловил. Девчонка бегала взглядом то ли в поисках спасения, то ли оружия для защиты. — Уважь постоянного клиента, — чуть ли не стонал какой-то обдолбыш возле девчонки. Я вздыхаю, все же придется вмешаться. Марат просил не устраивать мордобои в его баре, решать все цивильно, но руки уже чешутся в предвкушении драки. — Мне кажется, девушка не горит желанием с вами общаться, — привлекая к себе внимание, выдаю я, мужик вроде как даже отпускает девочку. — Мужик, иди куда шел, — от него разит перегаром, что режет все органы чувств, заставляя меня принять более радикальные меры. — Мы… Договорить я ему не даю, пытаясь размазать по стене, наношу один единственный удар, точно в хлебало. Вижу, как девчонка дергается, когда мудачье пролетает возле нее. Маленькая тянет руки к себе, протирая запястья после лап этого чудовища. В голове миллион мыслей, и все о том, что бы было, оставь я все как есть. Я зарекался не оказывать помощь никому, ни единой душе, после того как однажды не сдержал слово. Но она… Я словно слышал, как она просила о помощи, и отчего-то прям отчетливо слышал ее голос в своей голове, хотя она точно молчала. — Арс, ну говорил же, научись разговаривать с людьми, — раздался голос Марата, вытаскивая меня из собственных мыслей. Только сейчас я заметил за собой, что нагло рассматриваю девчушку с ног до головы. — Эльвира, в норме? «Эльвира» - более чем уверен, что ее имя — липа. Это интригует меня, заставляет не уйти прочь из этого места. Хочется разузнать о ней побольше. Кто она, что она и почему я на нее продолжаю смотреть? — Я пытался, Марат, — усмехаюсь я, ловя на себя взгляд рыженькой танцовщицы. — Не мое это, не мое. Отчего-то, когда Марат добродушно накидывает пиджак на трясущуюся то ли от страха, то ли от холода рыжулю, мне становится некомфортно. Будто друг облапал ее, хотя лапать хотелось бы мне. Он что-то говорит, пока мы идем в направлении к его кабинету, но я старательно не вслушиваюсь в его слова, но прозвище, что он так быстро придумал для рыжули, оседает прямо в голове, заставляя меня закипать. — Кошечка, — улыбается ей Марат. — Прости за этого обалдуя, он сначала делает, потом уже думает. «Как начистил бы я тебе морду, кошатник» - пролетает в моей голове, но вслух я выдаю совсем другое, благо еще дружу с головой. — Вообще-то я ее от внепланового секса спас, — устраиваясь в кресле Марата, усмехаюсь. — Могла бы и поблагодарить. — С-спасибо, — девчонка едва шепчет, а я лишь убеждаюсь, что именно этот голос и слышал в своей голове. — Твоя «кошечка» разговаривать, оказывается, умеет. — нарочно выделяя обращение, я продолжаю язвить, а на деле полностью погружаюсь в ее голос. Как так получилось, что я так отчетливо представил этот мягкий и звонкий голосок в своей голове. Он льется, как родник в густом лесу, из ее уст, невольно приковывая к себе всех слушателей. Не хватает только пения птиц, и то не уверен, возможно, не сбеги она сейчас из кабинета, я услышал бы и соловья. Прыскаю от раздражения, понимая, что позволил какой-то девчонке за одну встречу занять мои мысли. Давно такого не встречалось, а возможно и никогда. — Да, жаль будет потерять такую красавицу из своих рядов, — смеется Давид, один из друзей Марата. Остальные присутствующие подхватывают шутку, продолжая подкалывать Марата. И только мы не оцениваем такие шутки. Я как никто другой знаю, что парню она не интересна, он грезит своей беглянкой. Остальные ему по барабану. А вот мне… Меня интересует эта девчонка, а значит я найду способ устранить этот интерес как можно скорее. Это заставляет меня подняться с кресла, направляясь прочь из заведения. Лишь бы успеть. — Ты куда? — останавливая меня, спрашивает Марат. — Сам знаешь, — резче, чем планировал, отвечаю я, скидывая сплеча руку парня. Я достаточно быстро оказываюсь на парковке, высматривая у входа беглянку. Но пока все тщетно, кроме нескольких поддетых парочек, никого, я уже теряю всю надежду изловить ее, когда на дорогу выбегает рыжее создание, явно пытающееся поймать такси. К ее сожалению или же к счастью, никто и не думает останавливаться. С улыбкой дурака я останавливаюсь возле нее. — Извините, не могли бы Вы подбросить меня, я заплачу. — проговаривает девчонка, когда опускаю стекло автомобиля. — Кошечка любит приключения, я так посмотрю, — зачем-то язвлю я, когда яркие голубые глазки в шоке рассматривают меня. — Падай, пока какого-нибудь извращенца не подхватила. — Такого, как Вы? — девочка начинает пятиться в попытке закончить разговор. — Я дождусь такси. — И это вместо благодарности? — и снова этот холодный тон от меня, за что хочется самому себе язык отрезать. — Не заставляй меня силой заталкивать тебя в машину. Такси ты здесь не поймаешь либо заплатишь втридорога. Рыжуля практически убегает от моей машины, направляясь к пешеходному переходу, но мы и не таких излавливали. Продолжая тупо улыбаться, я стартую за ней, забивая на все правила дорожного движения. Единственное, чего я хочу, так это вытолкнуть из своих мыслей эту девчонку. Девчонка продолжает ускоренно отдаляться, когда я, выбегая из припаркованной на тротуаре машины, подлетаю к ней, подхватывая на руки. — Какого черта ты себе позволяешь? — кричит она, что звоном отдается в ушах. — Отпусти меня. — Я предупреждал, — рыжуля сильно сопротивляется, из-за чего мне приходится крепче сжать ее в руках. — Я просил тебя сесть в машину. Пока я усаживаю все еще выбивающуюся из моих рук девчонку, она умудряется знатно так цапнуть меня за руку, что мне приходится прикладывать все свои силы, лишь бы не выдать боль, что причинили ее зубки. — Да ты не кошечка, — усмехаюсь я и, незаметно протирая кровоточащее от ее криков ухо, усаживаюсь на свое место, резво стартуя с перехода обратно на дорогу. — Самая настоящая лиса, рыжая такая. Бешенства хоть нет? Девчонка продолжает меня игнорировать, даже когда я уже выезжаю на трассу. — Куда тебе, Лисица? — не отрывая взгляда от дороги, спрашиваю. — Возле третьей школы, если можно, на Лесной. Сворачиваю на другую полосу, а после увожу машину на проселочную дорогу. Всем своим нутром чую, как глазки этой лисицы бегают по моему лицу. Ищет во мне черты лица маньяка? Хотя, наверно, я сам буду проклинать себя за такое ее похищение в черте-то города. — Насмотрелась, Лисица? — решив прервать молчание, спрашиваю. — Прекратите меня так называть, — она заметно краснеет, отворачиваясь к окну. — И не смотрела я на Вас. — До встречи, Лисица, — останавливаюсь возле нужного места, позволяя себе детально рассмотреть ее лицо. — Надеюсь, мы больше не пересечемся, — смешно дернув носиком, бурчит девчонка. — И меня зовут Эльвира! — До встречи, Эль-ви-ра, — специально выделяю ее имя, намекая, что догадываюсь, что это не больше чем псевдоним. Не дожидаясь, когда она мне хоть что-то ответит, я трогаюсь с места, отметив эту точку в навигаторе. Я более чем уверен, что наведаюсь сюда вновь и разузнаю все о своем интересе. Утром проснулся в холодном поту. Это уже стало нормой, но в этот раз сон был с Лисицей в главных ролях. Я все звал ее, кричал что есть мочи, бежал по ее следам, но она так и оставалась недосягаемой. Каждый раз, когда я приближался к ее силуэту, он оказывался ложным. В то мгновение, что я ступал на ее маленький золотистый след, он окрашивался черным либо же кровавым оттенком. Это пугало, но заставляло меня идти быстрее. Но, как оказалось, это стало не самым кошмаром. Ад начался, когда я схватил рыжулю за руку и дернул на себя. Ее лицо в агонии от моего касания я никогда не сотру из своей памяти. Взбодрившись под ледяным душем, я стер с лица воспоминания о дурацком сне, но стоило лишь закрыть глаза, как перед глазами снова появлялось обезображенное лицо Лисицы. Само нутро говорило, что все не просто так. Нельзя мне сближаться с этой девицей. Погублю. Но от одной мысли не подходить к ней в груди сжималось. Решив провести день в зале, я попытался дозвониться до Марата, но абонент каждый раз оставался недоступным. Бросив эту затею, я сел в машину и в полной тишине направился в тренажёрку. В городе было полно залов, где можно было побоксировать, но именно этот захолустный, в самой глубинке, доставлял больше удовольствия. Здесь не было какой-то вычурной окраски стен, народ редко вспоминал об этом месте, поэтому можно было заниматься, не привлекая лишнего внимания. Однажды я и сам решил для себя забыть это место, в особенности, когда узнал, чем здесь занимался Марат со своей беглянкой, но по итогу вынужден был проглотить это и вернуться в обитель чьей-то похоти. — Почему-то я был уверен, что встречу тебя именно здесь, — прохохотал Марат, останавливая мою тренировку постукиванием по плечу, вынуждая меня снять с себя наушники. Я всегда занимался в берушах или же в наушниках с шумоподавлением. Это ухудшало мое дыхание, но хотя бы не разрывало на части. — Чего явился? — пробурчал в ответ, не скрывая обиду от друга. — Ты не поверишь, с кем я сегодня обедал, — вставая на дорожку, начал Марат. — Помнишь ту танцовщицу, что ты от придурка спас? Внутри все сжалось от одного упоминания о той, кто отняла мой спокойный сон. Я сам почувствовал, как напряглись мышцы, а сердце заколотилось быстрее. Неужто Марат решил переключиться на девочек помладше? — Мне какое дело? — сжав зубы, произнес. — Рад, что ты переключился. — Ой, ну тебя, вообще-то я чисто не мог ее оставить на морозе в слезах, — Марат хитро улыбнулся, скорее всего заметив мою истинную реакцию. — Не мог я оставить девушку в беде. У нее там такой трындец в универе. — Что ты забыл в универе, мать твою… — почти выкрикнул я. — Опять искал Лизу? Выражение лица мужчины сменилось. Зеленые глаза практически почернели, а желваки заиграли на хмуром лице. — Да, искал! — прошипел Марат, стараясь держать себя в руках. — Не могу я ее отпустить, понимаешь, не могу. Ты бы оставил все как есть? Я смолчал. Мы оба знали, что нет. Я до сих пор не мог отпустить друга, что погиб по моей вине, а тут девушка, практически невеста, которая жива и где-то прячется. — Так вот, девицу-красавицу из-за отмены спонсирования отчислить хотят. — Не имеют права, — резко ответил я, надеясь этим завершить разговор. — У нее много прогулов, задолженность по учебе, — никак не угомонится друг. — Но знаешь, такое чувство, будто дело не только в этом. — Мне плевать. — Элли отказывалась даже поесть со мной, говорила, что нет денег, все время смотрела на телефон, будто в ожидании звонка. Но ее друг, это конечно… Я хмыкнул. Элли, значит. Ну вот я и узнал ее имя. Оно куда более красивое, нежели я представлял его в своих мыслях. — Что за друг? Парень? — Нет, благо чисто друг, но я думаю, он надеется на большее. — задумчиво отвечает Марат. — Она подозревает, что он видел ту сцену в баре и решил, что она не против. — Хм, интересно. — Ну в общем, я обещал ей помочь, но пока все глухо. Но дал ей неделю отпуска, пусть закроет долги, а там уже буду думать… Я полностью ушел в свои мысли, не слушая дальше Марата. Это был знак. Явно знак, что она во мне нуждается. Мой синдром спасителя ликовал, а тревожность забилась в истерике, что еще одна душа будет погублена мной. — Я сам, — резко выдал я, обернувшись к Марату, что обвязывал руки бинтами для драки. — Притормози, парень, — усмехнулся он в ответ. — Чего ты удумал? — Я хочу ей помочь, — проговорил я, и яркая улыбка озарила лицо товарища. — Ты знаешь мои принципы. Однажды я уже помог ей… Но, сука… — Слушай, то, что произошло… — Это здесь ни при чем. Я боюсь, что сделаю хуже, — признаюсь я. — Но я не могу. Я обязан разобраться с ее проблемами. — Я справлюсь, тебе нечего переживать, Арс. — Она моя! — громче положенного сказал я, чем не на шутку напугал Марата. Не дожидаясь полноценной реакции Марата, я вылетел из зала, растворяясь в темноте коридора. — Сахарова, — вдруг раздается голос из зала. — Элли Сахарова, педагогический, третий курс. Улыбнувшись, я покидаю здание, полностью уверенным, что мне делать дальше. Чхать на страх, на предрассудки. Она нуждается в помощи, и я помогу. Даже, если мне придется скрываться от нее. Я верю, что мы с Элли не случайно столкнулись в баре. Я помог ей там, а значит теперь ее проблемы переходят в мои. Отныне она под моей защитой, и никому не позволено ее забрать из-под моего крыла.