Часть 3

Он так и не приехал. Вся ночь растворилась в пустоте — Оливия провела её одна, время от времени спускаясь к Эбби, чтобы найти утешение в её спокойном присутствии и коротких разговорах. В сумраке борделя всё казалось тише, и сердце девушки будто звенело от безысходности и томительного ожидания. Под утро, измотанная и опустошённая, она наконец погрузилась в сон, но несколько часов спустя раздался звонок — на другом конце провода был Чарли. — Что-то случилось? — прохрипела Оливия, испугавшись собственного голоса. — Лив, что с голосом? — взволновался мальчик, забыв на мгновение, зачем звонил. Она, прокашлявшись, старалась привести голос в порядок, борясь с хрипотой: — Просто в горле пересохло. Что там? — Ничего особо, — тихо ответил Чарли, — хотел спросить, можно ли мне сегодня не идти в школу… Голос сестры стал теплее, когда она улыбнулась в трубку: — Сегодня же твой праздник! Тринадцать лет, уже почти взрослый. Решай сам, пойдёшь или нет. С той стороны послышался хихик, затем уверенное: — Не пойду! — Тогда жди меня дома, — бодро добавила Оливия, — сегодня и завтра у нас с тобой будет время только для нас двоих. После согласия брата, девушка с чувством лёгкой усталости чистила зубы, размышляя о том, почему ночь прошла в одиночестве. Вдруг что-то случилось, или же всё было действительно так просто — он решил не приезжать. Нахмурившись, она умывалась холодной водой и тихо сказала себе: — Странное ощущение. Проворно натянув джинсы и футболку, накинула шубу и направилась к выходу. — Так рано? — спросила Эбби, встречая её у двери. Получив кивок, улыбнулась: — Поздравь Чарли от меня. В такси под звуки радио Оливия услышала новость о том, что найден третий билет — некой Верукой Солт. Сердце девушки сжалось от разочарования: шансы продолжали стремительно падать. — Чёртовы билеты… — буркнула она, стоя у квартиры. Несколько глубоких вдохов помогли собраться. — Чарли! — крикнула она, входя в квартиру. Мальчик выглянул из комнаты, ещё не собранный. — Быстрее, у нас сегодня день развлечений, и будем мы его проводить не дома! — строго указала пальцем. Через десять минут брат уже застегивал куртку. — Почему без шапки? — удивился он. — Я не болею, — улыбнулась Оливия, выходя из квартиры, — Куда пойдём? Кино? Кафе? Гулять? В клуб? — В клуб? — изумился Чарли. — Точно, — саркастично ответила она, — тебе ведь ещё только тринадцать, а не восемнадцать. Клуб придётся отложить ещё на пять лет, выбирай что-то другое. На улице брат задумался, а сестра продолжала: — А подарок на день рождения ты так и не выбрал. Выбирай любой, я всё куплю своему любимому братику. Чарли не успел ответить, как Лив толкнула его в снег и рассмеялась на всю улицу, привлекая странные взгляды прохожих. — Не знаю насчёт подарка, — отряхиваясь, произнёс мальчик, — а сейчас — игровые автоматы! — и потащил сестру за собой.

***

— Всё, я устал, — вздохнул Чарли, опираясь на диван, а Оливия села рядом, чувствуя себя вымотанной окончательно. Несколько часов они провели в торговом центре: то автоматы, то кино, то снова автоматы, то снова кино. Когда силы были на исходе, было решено ехать домой, но девушка настояла, чтобы пройтись пешком. — Придём, закажем еды и продолжим смотреть что-нибудь, — тихо сказала она, идя рядом. — Мне бы только лечь, — простонал брат. В этот момент мимо прошли две женщины, бурно обсуждавшие найденный четвёртый билет. Оливия и Чарли обменялись взглядами и остановились. Девушка быстро рыскала по новостям — и правда, четвёртый билет был у мальчика по имени Майк Тиви. «Как они так быстро нашли почти все билеты?» — тревожно промелькнуло у неё в голове. — Знаешь, что, — твёрдо сказала она, — давай купим первую попавшуюся шоколадку. Чувствую, именно в ней и будет билет. Ты прошлую-то вскрыл? — Вскрыл, — тихо ответил Чарли, голос у него слегка дрогнул, — но билета там не было, — в его словах прозвучала незначительная грусть. — Тогда пошли, — решительно сказала Оливия, нежданно для себя став серьёзной, — выбирай любую шоколадку, можешь взять даже сто! — она потянула брата за руку и затащила в небольшой магазин неподалёку. Стоя перед стендом, где горы сладостей манили яркими обёртками, Чарли спокойно ответил: — Мне и одной хватит. Оплатив покупку, они направились домой. Чарли собирался развернуть шоколадку дома, но Оливия упрямо предлагала сделать это здесь и сейчас. В её душе пульсировало раздражение — от беготни за билетами, от самой фабрики, которую она даже толком представить не могла, и от Вонки, образ которого, хоть и был чужим, вызывал странное беспокойство. Слава богу, магазин был совсем рядом, и спустя немного времени они уже сидели за небольшим кухонным столом, где в центре лежала только что купленная шоколадка. — Вскрывать будем? — спросила Оливия, глядя на брата, — Или дождёмся, пока билет сам выпрыгнет? Без слов Чарли осторожно начал снимать обёртку. Мгновения тянулись, будто застыла сама жизнь, ожидание было почти невыносимо. — Лив, мы нашли его, — с трудом сдерживая волнение, прошептал мальчик, держа в руках тот самый, последний билет. Оливия вздрогнула, не в силах сразу поверить во всё происходящее. Они действительно нашли его. — Читай быстрее, что там написано, — нетерпеливо подстёгивала она, едва сдерживая дрожь в голосе, постукивая пальцами по столу. Чарли принялся быстро читать: — Счастливый обладатель золотого билета! Я, мистер Вилли Вонка, поздравляю тебя и крепко жму твою руку… — Давай сразу к делу, без всей этой прилюдии, — перебила Лив и, опершись подбородком на ладонь, с лёгкой улыбкой посмотрела на брата, — Когда и при каких условиях? Мальчик быстро пробежался глазами по тексту, пока взгляд не остановился на дате. — Для посещения фабрики я выбрал первый февраля, — сказал он, оторвав взгляд от билета и встретившись глазами с сестрой. — Значит, завтра, Лив. — Это значит, что завтра, мой дорогой братик, мы отправляемся на самую большую шоколадную фабрику в мире! — глаза Оливии вспыхнули живым огнём.