Часть 8

Она была источником утешения, возможностью выговориться, почувствовать поддержку и уют у близкого человека.

Девушка, как и планировала, на следующий день направилась в бордель, чтобы встретиться с подругой и поговорить по душам. Но сначала решила предупредить брата о своём отъезде. Быстро перебежав коридор, она остановилась у двери кабинета и, не дожидаясь ответа, мягко постучала, а затем осторожно приоткрыла дверь. Внутри за массивным столом не было Чарли — единственным присутствующим оказался Вилли. Сосредоточенно всматриваясь в экран ноутбука, он казался погружённым в свои мысли. — А где ребёнок? — скрестив руки на груди, Оливия нахмурилась, пытаясь скрыть раздражение. — Если бы мисс Баккет больше общалась с братом, а не с разными мужчинами, знала бы, что он весь день в школе, — не отрываясь от экрана, ответил он с лёгкой усмешкой. — А вы, мистер Вонка, от ревности совсем с ума не сходите, — холодно, с уколом ответила она, не сдерживая раздражения. — В вашем возрасте волноваться опасно. С этими словами Оливия сделала решительный шаг назад и хлопнула дверью так, что звук раздался по коридору, оставляя за собой шлейф раздражения. Выйдя из дома, она поспешила написать брату, что едет к Эбби, а потом, улыбаясь, ответила на несколько сообщений Джереми. Их переписка пробуждала в ней нежные чувства — он был таким вежливым, галантным, настоящим воплощением спокойствия и тепла. Это был резкий контраст с холодным магнатом, который стер все близкие связи с ней, оставив только ледяную стену отчуждения. Злость и обида тихо стучались в груди — прежде между ними были страстные ночи, общие тайны, а теперь всё казалось будто выжженным огнём, будто мужчина просто забыл о том, что когда-то связывало их. Отогнав мрачные мысли, Оливия вышла из машины и, шагнув навстречу знакомой атмосфере, почувствовала, как соскучилась по этому месту — несмотря ни на что, это был её мир. Заходя в бордель, она сразу заметила Эбби — девушка стояла спиной к входу, поглощённая телефонным разговором. У Лив на губах застыла озорная улыбка — она быстро подкралась и выкрикнула: — Это ограбление! Блондинка подпрыгнула, чуть не выпуская телефон из рук. Недовольный взгляд сменился на лёгкую улыбку, она отложила трубку и обернулась: — Очень смешно, Оливия. Но тёплый блеск в глазах выдал, как сильно она соскучилась по подруге. Они устроились на диване, бок о бок, рядом поставив пепельницу и пачку сигарет — атмосфера наполнилась дымом, теплом и уютом доверия. Оливия заговорила о Джереми с искренним восторгом, глаза горели при воспоминании о его нежности, о том, как он бережно относился к ней, не спеша переходить к интиму, что было для неё чем-то новым и важным. Эбби слушала, поглощённая каждым словом, никогда не уставала быть слушательницей, особенно когда подруга так вдохновенно делилась чувствами. — Он такой… — Лив жестикулировала, будто слова не могли полностью вместить её эмоции. — Ты даже не представляешь, как мне он понравился. — Любовь с первого взгляда? — смеясь, спросила Эбби, стряхивая пепел. — Пока нет, — загадочно ответила Оливия. — Но на вторую встречу в пятницу он уже пригласил меня в ресторан. — Из-за него ты ушла с работы? — интересовалась Эбби, пытаясь понять всю загадку причин. — Нет, это было по другим причинам, — девушка замялась, но блондинка сразу подняла брови в ожидании откровения. — Помнишь те самые золотые билеты? — спросила Лив, немного устало опуская взгляд вниз. — Да, — кивнула Эбби, напоминая прошлое. — Чарли нашёл билет, но пошёл на фабрику один, потому что ты заболела, а потом выиграл и стал учеником Вонки. — Одним из условий выигрыша был переезд на фабрику, — выдохнула Оливия, её улыбка была почти вымученной. — И теперь мы живём под одной крышей с этим социофобом. При упоминании Вилли тень раздражения пробежала по её лицу, губы невольно надулись, а брови чуть сведены вместе. — И какой он? — глаза Эбби загорелись неподдельным интересом, искренним и живым, как горящие искры в темноте. — Упрямый как баран, — фыркнула Лив, и сарказм в её голосе разрядил атмосферу, заставив обеих рассмеяться. — Но вы-то знакомы совсем недолго, он уже успел натворить что-то особенное? — не унималась Эбби, весело посмеиваясь. — Честно говоря, я ожидала совершенно другого человека, — призналась Оливия. — Позволь догадаться: ты думала, что там будет какой-то маленький пузатый дядечка, который сразу же, едва взглянув на твоё декольте, перепишет фабрику на Чарли? — смеялась Эбби, подогревая атмосферу. Оливия кивнула, её возглас смеха легко рассеял остатки тяжести в душе. — А там оказался высокий, статный мужчина, который, похоже, ничего не собирается делать ради моего декольте, — голос девушки на мгновение охватил оттенок горечи и разочарования. Она вздохнула, пытаясь объяснить это странное смешение эмоций: — Я пришла к нему недавно — красивая, в лёгких шортах и майке, вся такая открытая, и знаешь, что он сказал? — Что? — глаза Эбби расширились, отражая неподдельный интерес. Сатирически скривившись, она спародировла Вилли: — Мисс Баккет, кроме вашего брата, нас ничего связывать не будет. — Может, гей? — без промедления предположила Эбби, подмигнув. — Перед этой репликой мы даже поцеловались, — тяжело выдохнула Оливия, её голос едва скрывал усталость и обиду. Глаза Эбби округлились на мгновение — немой шок и попытка осмыслить ситуацию. — Импотент, — с невозмутимым видом вынесла диагноз блондинка. — Иначе я не знаю. — Сегодня утром, когда я искала Чарли, он сказал, что если бы я меньше гуляла с разными парнями, то знала бы, что брат с утра в школе, — грубость этой фразы всё ещё оставляла неприятный осадок в душе Оливии. — Ревнивый импотент, — смеясь, подхватила Эбби, играя с волосами. Лив усмехнулась сквозь дым сигареты, стараясь не отдавать себе отчёт, как сильно тянет её к этому непредсказуемому кондитеру. — Он такой притягательный, — призналась она тихо, — будто в нём есть что-то особенное. Что-то, что одновременно раздражает и ещё сильнее тянет меня к нему. От этих мыслей сердце сжалось, в пальцах пробежала лёгкая дрожь — непонятное и болезненное желание, которое сложно было объяснить словами. — А теперь расскажи, что у вас тут происходит, — переключилась она на более лёгкую тему, улыбаясь. — Стивен чуть ли не рыдает, спрашивает, когда ты вернёшься, — улыбнулась Эбби. — Если у меня что-то получится с Джереми, — ответила Оливия, — я, пожалуй, никогда не вернусь. После нескольких часов беседы, пока в бордель начали заходить клиенты и Эбби пришлось уходить работать, Оливия покинула знакомое место и села в такси, направляясь обратно на фабрику. В дороге мысли не отпускали. Встреча с подругой помогла слегка освободить голову от тяжёлых воспоминаний, но груз отразился глубже — образ Вилли продолжал преследовать, жгучий и противоречивый, ложась тяжким грузом на её хрупкие плечи. В ней бурлило непонятное смешение чувств — разочарование, обида и неизменное, холодное притяжение, от которого она не могла избавиться.