Часть 22

— Ты меня нянькой наняла? — недовольно, но с лёгкой улыбкой произнёс Чарли, крепко прижимая к себе мальчика семи лет — Джаспера. В его взгляде сквозила мягкая ирония, а в голосе — тёплая забота, которая обволакивала ребёнка, давая ощущение спокойствия и защищённости. Мальчик был точной копией Оливии — удивительное сходство бросалось в глаза: нежные очертания лица, пухлые губы и яркие, живые глаза, полные неукротимого любопытства. Это молчаливое родство трогало до глубины души, наполняя воздух вокруг безмолвным теплом и трепетом. — Ты делаешь это добровольно! — с игривым блеском в глазах ответила Оливия, отставляя бокал с шампанским, щурясь от яркого солнца. — Рабство давно отменили, — буркнул Чарли, аккуратно усаживая племянника на качели. — Не для тебя, Чарли, не для тебя, — улыбнулась Оливия, делая глоток из бокала, глаза её светились, говоря, что здесь и сейчас она в полнейшем контроле. Она откинулась в кресле, позволяя лучам солнца нежно ласкать кожу, чувствуя, как тепло проникает в самую глубину души. Время как будто замедлилось — вдалеке слышался звонкий смех и тихие разговоры, что переливались радостью и жизненной энергией. — Скинула ребёнка на брата и сидишь довольная? — игриво улыбаясь, Вилли сложил руки на её плечах, его прикосновения были наполнены лёгким вызовом, но и искренней любовью одновременно. Баккет вздрогнула от неожиданности, но мгновенно обернулась через плечо, и в её взгляде заиграла нежность: — Я не скинула, а подарила ему возможность провести время с любимым племянником. Она плавно поднялась с кресла, и тут же оказалась в тёплых объятиях магната — ощущение безопасности и домашнего уюта наполнило каждую клеточку её тела. Его руки были словно щитом, за которым можно спрятаться от всех тревог мира. — Люблю тебя, Оливия Баккет, — нежно прошептал он, уткнувшись носом в её шелковистые волосы, впитывая каждую частичку её сущности. — Я уже столько лет не Баккет, — улыбнулась она сквозь лёгкое волнение, чувствуя, как внутри медленно разливается тёплый свет. Их идиллию нарушил голос Чарли. — Раз теперь вы оба здесь, я пока возвращаю вам Джаспера, а сам ненадолго уйду, — с лёгким сожалением в голосе сообщил он, нежно поглаживая мальчика по волосам. — Куда? — с лёгким интересом спросил Вилли, склоняя голову. — Помочь Эбби, — спокойно ответил Чарли, в его тоне слышалась ответственность и тихая усталость. — Чарли, не повторяй моей судьбы, — с лёгким недовольством покачала головой Оливия, но её губы дрогнули в улыбке, когда Вилли ущипнул её бок. — Во-первых, мы просто друзья, во-вторых, она старше меня не на восемнадцать лет, а всего лишь на десять, — рассмеялся Чарли и поспешил уйти. — Всего лишь десять лет, действительно, — усмехнулся Вилли, поднимая сына на руки. — Ты так загонял Чарли, что он решил сбежать к Эбби? — Это неправда, — хихикнул Джаспер. — Пошли тоже играть! — Пошли-пошли! — согласился Вонка, укутывая мальчика в тепло и уют, ведя его в дом. Оливия посмотрела им вслед, улыбка коснулась уголков её губ. В сердце тихо разливалась благодарность — она сделала правильный выбор, оставаясь рядом с Вилли. Их непростая совместная дорога — боль, страхи и зависимость — слились в сильное, настоящее чувство, которое теперь согревало и защищало их обоих. Они прошли через многое и шли дальше вместе, не оглядываясь назад. Она направилась в дом, при этом мысли её уносили в прошлое. Если бы кто-то тогда сказал, что раздражающий и упрямый магнат станет её мужем, подарит сына и станет настоящей семьёй — она бы только рассмеялась и назвала этого человека безумцем. — Кажется, это Джаспер устал, а не наоборот, — улыбнулся Вилли, спускаясь по лестнице. — Уснул мгновенно. Оливия обернулась, её взгляд встретился с его: — Ты заставил его лечь? — Дневной сон никто не отменял, особенно добровольный, — улыбнулся Вилли и медленно приблизился, смотря ей прямо в глаза. Его взгляд был полон нежности и любви — любовь, которая превращала прошлые ошибки в уроки, а боль — в обещание беречь друг друга. Он аккуратно заправил прядь волос за её ухо, улыбаясь, не отрывая взгляда. — И чем же мы теперь займёмся? — игриво спросила Оливия, обнимая мужа за шею, чувствуя прикосновение его рук на талии, будто весь мир сокращался до этого момента, до этих единственных нот их единства. — Можем посмотреть фильм и посвятить время друг другу, — предложил он тихо, вдыхая её запах и не спеша растворяясь в атмосфере домашнего уюта, который они создавали вместе. В этот миг их сердца бились в унисон — настоящая, глубокая любовь, до боли искренняя, окутывала их. Невидимая и непобедимая нить — нить, что связывала их навсегда с каждым днём становилась только крепче. — Один раз ты мне уже предлагал посмотреть фильм, — тихо рассмеялась Лив, мягко прикасаясь к мужчине. — Помнишь, чем это закончилось? Вонка улыбнулся, чувствуя, как от её прикосновений сердце начинает биться быстрее, а внутри разливается всё более тёплый и уютный огонь. — Напомни, — с игривой заинтересованностью ответил он, не отрывая взгляда от её сияющих глаз. — Сейчас твой фильм спит на втором этаже, — прошептала она, слегка улыбаясь и притягивая его к себе. Она так легко и естественно сломала его сопротивление. Их губы слились в поцелуе, где было всё — нежность, доверие и понимание. В этом прикосновении звучала их общая история: две судьбы, которые несмотря ни на что нашли друг друга. В этот момент казалось, что весь мир растворился, уступив место пространству их любви. Они оба знали, когда-то, совершив каждый свой выбор, они выстроили прочный мост через все преграды. Только так можно было прийти к тому самому светлому финалу, который теперь был не мечтой, а их ежедневной реальностью. Все прежние сомнения, недопонимания и боль остались позади, растворившись в этом теплом настоящем, наполненном уважением, искренностью и верностью. Вместе они перешагнули невидимые барьеры и стали хранителями своего счастливого будущего. И в их взглядах горело немое спасибо — за то, что не отступили и сумели сохранить любовь, сделав её главным смыслом своей жизни.