Запись. Опять и снова в городе у Пустоши

Илан оставлял мне послания, что он не являлся мне на ритуале в черной стеклянной башне, я не верил… слишком уж явно все это, блядь, было! Но если это все же не он, значит, все-таки шиза! Не лучше, черт возьми! В конце концов он уломал меня (кстати, хуй знает, сколько прошло дней с тех пор?) вернуться на наши места, пока новых заказов не поступало. И вот я вернулся, чтобы найти хоть одну трещину в заплесневевших стенах, откуда проступит он. Для этого я снова полез в приют и скоблил, как чертова крыса, стены, ломая ногти. Кровь меня не пугала, она — моя родная. Любимая, черт бы ее побрал! Вспышки случались одна за другой. Я вновь был мальчиком, сидящим в темноте подполья, и рыдал, пока никто не видел. Меня особенно жестко отпиздили за то, что я разговаривал стихами и смеялся слишком громко. И в этот момент я увидел его… И Л А Н Как он пробрался — без понятия. Но его там не должно было находиться! Однако раз за разом он всегда находил меня. Вот и сейчас сел рядом, словно на обычной прогулке, и протянул ладони над моими сломанными в мясо пальцами. Я отдёрнул руку и отмахнулся: — Иди, иди отсюда, меня за тебя снова накажут! Ты только мешаешь! — Мешаю, — улыбнулся он. — Хорошо. Значит, я тут нужен, брат. — Иди, Илан… правда, черт бы тебя побрал! — Я фыркал, прятался за ершистостью, как пёс за укусами. Но он не уходил, а принялся гладить мои руки. — Сильно болит? — тихо сказал он. Я не ответил, и тогда он зашептал незнакомые эльфийские слова, и боль ушла… остался лишь он и его объятия. И я тогда понял, что он лечил не просто тело, он лечил мою душу… а это куда важнее. Вспышка закончилась. Я снова очутился в настоящем, среди щепок и обглоданных костей на полу. Сердце колотилось и колотилось, проклятое! Казалось, что если я сейчас обернусь, то увижу его там сидящим в углу, со скрещенными ногами. А потом он снова вытянет руки и прошепчет: — Успокойся, дурак. Я тут. Я же всегда тут… Стало до того больно, что я заорал, выливая все, что копилось во мне… Я кричал его имя, царапал пол, резал себя и рыдал, как псих, глотая слезы… лучше бы это был яд… В башку пробрался вдруг его голос… «Я не ушёл, Селлар. Ты просто все забыл...» (Страница исписана невнятными кровавыми письменами на древнем языке дроу вперемешку с выдуманным наречием.) Пишу, пишу, пишу! Уже исписал целый лист! Боюсь, если перестану писать — он уйдет насовсем. Боюсь, что все это — бред, и я просто сумасшедший некромант с глюками и шизой! Похуй! Пусть даже это бред! Я хочу, чтобы он длился вечно! Пусть Илан будет здесь! Здесь, блядь! Всегда! В подвалах, в моих руках, в моем сердце! Насрать даже на то, что я не знаю, где заканчиваюсь я и начинается он! Насрать! Ведь мы всегда были одним телом! И я найду тебя, Илан! Я готов найти тебя в настоящем! Даже если для этого придётся сдохнуть ещё десять раз… Я не имею права окончательно умирать, пока не отыщу тебя, брат…