Глава 17

“Что насчет нее?” - гадал Ланьхай, когда следователь быстро зашагал в сторону машины. Ян Кай молчал чуть дольше, чем нужно было, чтобы выехать на проспект и повернуть в сторону подразделения. Парень нахмурившись смотрел на дорогу, невольно считая перекрестки, когда следователь, наконец, завершил свой внутренний диалог и разрушил молчание: - Я пойду скажу офицерам, чтобы отпустили Барри, поставлю подпись, а ты включи мой компьютер. На почте будет сообщение от офицера Ху Минъюэ. Можешь начинать смотреть запись. Ланьхай развернулся лицом к Ян Каю и медленно кивнул. Сосредоточенность следователя заполнила собой весь салон, как и знакомый запах лимонной жвачки. Что-то поменялось, а Ланьхай не мог уловить оттенки перемен. Стоило машине остановиться, как он, не тратя времени, направился выполнять указания следователя. В кабинете было душно и пахло деревом. Кондиционер загудел и Ланьхай опустился в кресло Ян Кая. Глаза и мышка быстро нашли нужный прикрепленный файл с названием “Ресторан “Раки Сяо Ли”. Июнь, 2024. См. с 15 минуты”. Любопытство подгоняло и, не дожидаясь Кая, он нажал на запуск и промотал до указанного времени. Рука замерла над клавиатурой, когда в кадре появилась блондинка европейской внешности. Хотя Ланьхай видел госпожу Сун много раз, это всегда были мимолетные взгляды без длинного обмена репликами. Он старался не поддерживать долгий зрительный контакт, который считался знаком вежливости в западных культурах, но не в Китае. Тем не менее, у парня не оставалось сомнений в том, что на видео в фартуке и с блюдом в руках - Элишка Печова. Ян Кай застал Вэя со смешанным выражением смущения и задумчивости на лице. Он подошел к своему столу и, остановив парня, который хотел уступить ему место, остался смотреть видео стоя. - Он принадлежит Алексу? - Ланьхай посмотел на Яна снизу вверх. - По документам - нет, но я сомневаюсь, что он не в курсе, - бросил Ян Кай. - Точнее, я почти уверен, что он ее туда и устроил. - Запись только за июнь. А потом что, ушла? - Офицер Ху просмотрела все. Элишка появлялась только в июне. Ланьхай снова склонился над монитором и пробормотал: - Судя по уверенным движениям, не первый день там. Ян Кай хмыкнул и присел на край стола. На лице следователя отразилась усмешка вместе с выражением, которое Ланьхай не знал, как трактовать. Ему не понравилось то, что он почувствовал - враждебность? Презрение? Госпожа Сун не была его подругой, даже хорошей знакомой. Он привозил ей продукты, но не был вхож в ее дом и близкий круг. Но тем не менее то, что именно он нашел ее мертвой, оставляло отпечаток - след отношений, которые не смоешь водой и не сотрешь ухмылкой. Ему захотелось оправдать женщину и он тихо начал: - Да, это нелегально, но здесь нет ничего такого... Ян Кай посмотрел Ланьхаю в глаза, чуть смягчившись, а затем снова уставился в монитор. - Всякое бывает. Ты же ее не знал. - Чего я не знал? - ответил Ланьхай чуть резче, чем собирался. - У меня большие сомнения в отношении этого ресторана. Капитан Чжао получит ордер и зайдет туда на следующей неделе. Там... Ян Кай развел руками. - Классика. Массажный салон, караоке, сомнительные листовки. - Но это же не значит... - Ланьхай, - спокойно остановил его следователь Ян. - Ты меня убедить пытаешься? Он указал на Элишку в фартуке, а затем опустил руку на стол. Большой палец с укором показывал на Ланьхая. - Даже если там вели разную... деятельность... - Ланьхай отвернул голову, осознав, что все еще смотрит на следователя, будто обвиняя его. - Это не в нашей компетенции? Да? - Да, - ответил Ян Кай, игнорируя недовольный взгляд. Выбор выражения “нашей” приятно его удивил - Ланьхай не согласен с мнением следователя, пусть так. Но, кажется, он уже принял то, что является частью команды. - Если только ее не убили из-за неправильно поданных раков. Ланьхай покачал головой, прикусив губу. Бессилие вынуждало его замолчать. Он не мог спорить дальше, без доказательств, и не хотел соглашаться с Ян Каем. Оставалось только сверлить взглядом его руку, все также лежавшую на столе.

***

Поздно вечером по дороге домой в мыслях Ян Кая крутилась фраза про юношеский максимализм. Где-то там же проплывало “бунт” и “привыкнет”. Ланьхай вежливо отказал, когда следователь Ян предложил подвезти его домой. Было понятно - его смутили намеки на то, что госпожа Сун могла быть как-то связана с массажным салоном Алекса. Доказательств у него самого не было, но и иллюзий тоже. Ланьхай своими глазами видел результат манипуляции и человеческой злобы, и не должен верить в то, что убитая была святой при жизни. Но, похоже, хотел верить. Жвачка, прилипшая к зубам, осточертела. Он выплюнул ее в бумажку и положил в карман, делая мысленную пометку - не забыть. Ян Кай потер начинавшую отрастать щетину и прикрыл глаза, останавливаясь на парковке. Хотелось спать, но он знал, что не уснет, пока сквозь синеву не начнет проклевываться рассвет. Выходя, он забрал с собой накопившийся за день мусор, протер салфеткой руль и дисплей, а затем отпечаток от пальца на двери машины. Раздражение от этих мелочей было сильнее любой усталости. Дома никто не встречал уже почти полгода. Распорядок сам собой перестроился. По возвращении домой - ужин и работа. На следующее утро - работа, а затем - ужин. Рецепт будней и выходных разведенного следователя - смешать, можно не взбалтывать - возраст уже не тот, повторять каждый день. Есть не хотелось, спасибо Ланьхаю. Губы растянулись в улыбке, стоило только вспомнить это невероятное блюдо. Все-таки Ян Кай всегда выберет что-то одно. Так же как с музыкой: из колонки послышались звуки, больше уместные в токийском джаз-клубе в девяностые, но ему было все равно. Тихий и нежный голос Маи Яманэ пел о чем-то, чего Ян Кай не понимал. Может, поэтому и любил. Повседневный костюм был отправлен в стирку, а вместо него Кай достал новую разглаженную темно-синюю рубашку, и, не найдя очевидных складок, повесил на крючок на двери вместе с брюками. Выбор чаев дома был ограничен - это экономило время и полностью его устраивало. Заварив Те Гуаньинь, Ян Кай сел перед монитором и снова просмотрел записи, что оставила офицер Ху Минъюэ. Элишка вела себя в ресторане свободно и уверенно. Она спокойно общалась с клиентами, брала заказ, выносила еду, шутила с официантами: помимо нее в “Раках Сяо Ли” работали еще два иностранца-парня. Ян Кай понял, что они выносили тяжелые блюда с раками, а Элишка - то, что полегче. На записи мелькал управляющий, мужчина средних лет, который выходил из-за стойки, если появлялись вопросы, требующие его участия. Ресторан не вызывал ассоциаций с подпольным бизнесом, это была обычная китайская забегаловка, которых только у Ян Кая под окнами две. Он потратил три часа на то, чтобы просмотреть все записи за месяц до последней минуты. Ни одной драки. Пару раз к Элишке подходили выпившие клиенты, но управляющий ловко отвлекал их внимание на себя или на кого-то из парней-официантов. С ними женщина держала приветливое выражение лица, но сохраняла дистанцию. Ян Кай почувствовал что-то похожее на укол совести. “Зря подумал...” И тут же одернул себя: “Зря - это когда жалеешь раньше, чем разобрался”. - Кто ты? - пробормотал он себе под нос. - Зачем эти подработки? Он тебе что-то пообещал? Чай в кружке закончился, и Ян Кай поднялся на ноги, разминая затекшие плечи. На часах - идеальное время для прогулки до ближайшего ларька. Выключив музыку, но продолжая напевать себе под нос, следователь вышел на улицу. В нос ударил запах печеного сладкого батата и жареной лапши. Голода он до сих пор не чувствовал, завтрак на ужин снова показался хорошей традицией. Несмотря на поздний час, половина вывесок на улице горела. Летом заведения всегда закрываются чуть позже, работая до последнего клиента. Проходя мимо шашлычных, Ян Кай слышал гул и одобрительный рев отдыхающих посетителей. Суббота уже давно перетекла в воскресенье, неся с собой обещание длинного теплого и ленивого утра. Для кого-то, только не для Ян Кая. Подходя к круглосуточному магазину, он повернулся на звук. В паре метров шел спор на повышенных тонах. Ян Кай увидел пару, которая выясняла отношения. Женщина замахнулась ладонью на мужчину и ударила в грудь, не сильно, но задевая чувство гордости. Ян Кай отвернулся от них и зашел в магазинчик за никотиновым пластырем. Он так и не понял, имел ли он вообще зависимость от табака или это был просто приятный ритуал. Ритуал этот до безумия раздражал Юань Юань, но бросить ему захотелось только после их развода. Ян Кай иногда размышлял, что этот факт говорит о нем, как муже, но не пришел к однозначному выводу. Продавщица пробила пластырь и объяснила, что внутри есть инструкция. Поблагодарив, Ян Кай вышел, заставляя автоматическую запись срываться на очередное: “Заходите к нам еще”. Резкий вскрик - и он машинально среагировал, подорвавшись в сторону кричавшей. Ею оказалась та самая драчунья, поднявшая руку на мужа. Тот схватил ее за шею со спины, заставляя пригнуться под силой мышц. Мужчина - а муж ли это - промелькнуло в голове Ян Кая - был значительно выше и крупнее. Женщина, почувствовав неприкрытую агрессию, тут же сдалась. С ее губ еще раз сорвался звук, больше похожий на скуление щенка. Головы она не подняла, но сжалась, пытаясь закрыть затылок руками. Ян Кай резко схватил мужчину за шкирку и встряхнул. Тот от неожиданности разжал руки на шее женщины и замахнулся в ответ, но следователь заблокировал удар и поставил подножку. Девушка подняла испуганный взгляд на Ян Кая, чтобы тут же перевести его вниз - туда, где с перехваченными за спиной руками лицом в асфальт лежал мужчина. - Все? Больше не распускаешь руки? - Отпусти, зараза... - Полежи, пока я подумаю, что с тобой делать. Ян Кай сильнее прижал его рукой, обращаясь к девушке: - Вы в порядке? Он вам кто? - Он мой парень... теперь уже бывший, говнюк! Страх выходил из ее тела вместе с отборными ругательствами, которых Ян Кай больше не слушал, а позвонил в полицию, вызывая патруль. Парень на полу пытался вырваться, и Ян Каю пришлось придавить его коленом. Уже вскоре тот затих: то ли устал, то ли услышал сигнал сирены. Подъехала полиция. - Что тут случилось? Из машины вышел офицер, оглядывая женщину и картину на полу. Вокруг собрались редкие прохожие. Выбежал хозяин соседней шашлычной, вытирая руки полотенцем. Дедушка с печеным бататом быстро собрал свой переносной ларек и попятился в переулок. - Вам придется с ними поехать. Он вам больше ничего не сделает. Ян Кай поднялся, потянув за собой мужчину. - Вот этого - к вам, девушка расскажет, что случилось, - следователь объяснил патрульному офицеру. Тот подбежал и забрал нарушителя из рук Ян Кая. Он показал удостоверение, которое всегда носил с собой. - Следователь Ян Кай, - прочитал офицер. - Понял, сделаем, - он подтолкнул мужчину, который развернулся и гневно сверкнул глазами на Кая. Тот кивнул женщине и проводил удаляющуюся машину взглядом. Замигало рваным красным светом, и Ян Кай закрыл глаза рукой, опуская голову. Его внимание привлек мягкий блеск на асфальте. Что-то круглое - он сел на корточки у понял, что это пуговица - оторвалось от рубашки парня, когда тот вертелся лицом вниз. Следователь прошел мимо любопытных, сгрудившихся вокруг зрелища, и развернулся в сторону дома. Пощупал карман и убедился, что коробка с пластырем все также лежит на месте, собираясь завтра изучить инструкцию. Снова напевая знакомую мелодию, Ян Кай вернулся в квартиру. В гостиной на одной из полок стояла глубокая тарелка, совершенно не предназначенная для того, что следователь в ней собирал. Он подошел к своему “бюро находок”, где лежал обрывок футболки, линза от очков, металлическая собачка от куртки, перочинный нож и бросил туда пуговицу, напоминая себе - пора спать.