Глава 25

На входе в подразделение его встретил новый охранник. Пристальнее, чем обычно проверил временный пропуск, спросил, кто такой, и провел через рамку металлоискателя. Когда Ланьхай назвал имя следователя Яна, полицейский тщательно прошелся по карманам, рукавам и поясу. Искал ли тот пакеты с кровью или что-то иное, но на душе стало тревожно.  Поднимаясь по лестнице, он чувствовал, будто все взгляды устремлены на него. Парень робко поднял глаза на сотрудников полиции, но те были заняты своими делами. Собравшись с духом, он направился к кабинету. Пакет в руках задрожал, и Ланьхай спрятал его в карманы.  Он не был уверен, что сможет зайти внутрь, но проверять не пришлось, на косяке висела лента, запечатывающая проход. Парень глубоко выдохнул и развернулся, собираясь найти свою команду.  Навстрече шла сотрудница подразделения — Юй Лили, с папкой под мышкой, волосы убраны в низкий пучок, сосредоточенный и внимательный взгляд скользнул по Ланьхаю. — А не подскажете, где теперь... следователь Ян? Помощница Пэн Лина улыбнулась одними губами и махнула рукой в противоположном направлении. — В пятьсот двадцатом. Это вон там. — Спасибо, — Ланьхай расправил плечи и пошел вперед. Ладонь грели еще теплые баоцзы.   Он постучал в дверь и протиснул голову внутрь. Новый кабинет был удивительно просторным. Казалось странным, что они ютились вчетвером на восьми квадратных метрах, когда рядом находилась никем не занятая комната. Ян Кай по привычке выбрал рабочее место подальше от остальных и перенес свою кружку и банку чая.  Сяо Мо и Ванься расположились напротив него на сдвинутых столах. У стены покоился фильтр воздуха, размеренно гудящий под сопение кондиционера.  Ланьхай ступил в кабинет и взглянул на следователя. Ян Кай его не заметил, сложив руки под подбородком и уставившись в бумаги. Вечно выглаженная свежая рубашка помялась, воротник развалился, рукава закатаны наверх, будто он провел всю ночь вот так, за столом.  Ланьхай встряхнул головой, проходя поближе. Он не репетировал, что и как сказать. Извиняться и благодарить он никогда не умел. Однажды его одногруппник заметил, что извинения — это показатель слабости. Ланьхай не согласился, но так и не смог убедить друга в обратном. Когда тот рассказал журналистам, что Вэй был очевидцем “Красного дела”, в обмен на немую ярость парень получил усмешку и выплюнутое “прости”. С тех пор Вэй знал, что цена словам бывает разной. Он сжал зубы, приблизился к Ян Каю и положил пакетик с баоцзы тому на стол. — Вы... это вам, — пробормотал он тише, чем собирался. Ян Кай пару раз моргнул, перемещаясь в здесь и сейчас. Его взгляд упал на булочки, затем поднялся по протянутой руке Ланьхая и зацепился за него. Короткий каштановый ежик волос, сощуренные глаза и сжатые губы без улыбки. Ян Кай не ел со вчерашнего обеда. Следователь откинулся на спинку стула, кивнул Ланьхаю и протянул руку к баоцзы.    — Ланьхай, — Ванься подошла к парню. — Ты в порядке? — Да, — ответил тот, осматриваясь. — Вот, твой компьютер здесь, — девушка указала на стол позади них с Сяо Мо. Ланьхай занял свое место, посмотрев на младшего следователя. Тот впервые выглядел так, будто не отпаривал свой пиджак всю ночь. Под круглыми глазами пролегли тени, подбородок затянула редкая щетина. Сяо Мо уставился на Ланьхая, будто мог пересчитать все мысли в голове парня. “Он думает, это я подстроил”.  — Выйдем, — бросил Сяо Мо, кивая тому на дверь. — Что ты... не надо, — Ванься положила руку Сяо Мо на плечо, но тот мягко ее отвел. Ланьхай включил компьютер и пошел вслед за младшим следователем, не посмотрев на Ян Кая. Тот снова уткнулся в бумаги и молча допивал свое молоко.   Сяо Мо вел Ланьхая в конец коридора, подальше от кабинета. У парня застучало в висках. Ответить на обвинения Сяо Мо он мог, но без доказательств. Что стоит его слово против слова младшего следователя.  Ланьхай нервно усмехнулся: раньше он сам подозревал Сяо Мо. Вид человека перед ним — не спавшего, всю ночь собиравшего улики, — развеивал все подозрения. Ланьхай хотел начать первым, но тот его опередил: — Я не думаю, что это ты.  Слова офицера заставили задержать дыхание. — Ты, конечно, псих, но не тупой.  Сяо Мо помолчал и поправил рукава пиджака. — И что там у тебя, шестое чувство... почему он тебя взял.  Умение говорить возвращалось медленно. — Я и сам не знаю, — наконец выдавил из себя Ланьхай.  Мимо них прошла группа сотрудников уголовного розыска. Коллеги приветственно кивнули Сяо Мо. Ланьхай услышал обрывки разговора о том, что на камерах не видно, кто заходил в кабинет Ян Кая. До него донесся одобрительный гул, когда сообщили, что комнату открыли и собираются вызвать штукатура. Сяо Мо откашлялся и полушепотом произнес: — Думаю... нет, я почти уверен, что знаю, кто это. Ланьхай замер от удивления, сканируя глазами Сяо Мо. “Кто?” — Кто-то из “Красного дела”? Тот покачал головой и кисло усмехнулся.  — Ты считал, что это я тебе записку подбросил. Ланьхай, борясь с неловкостью, встретился взглядом с круглыми проницательными глазами Сяо Мо. Офицер склонил голову на бок: — Ты думаешь, что я — злой гений. Но я не злой.  Губы Ланьхая против воли подернулись в улыбке. Младший следователь повернулся в сторону кабинета. — И ему влетело, — добавил офицер. — Он не говорит, но теперь подозревает всех. Не может не подозревать. И это сильно по нему бьет. Ланьхай вдруг почувствовал, что проделал дырку в кармане брюк, и вытащил руки. Ему было очевидно, что Ян Кай разочарован и видит угрозу во всех, даже если сам того не хочет. Что он может сделать, чтобы снова вернуть доверие? Ланьхай знал, что это будет тяжело, ожидая враждебности от команды. Но он планировал попытаться.  — Спасибо. — Пока не за что, — Сяо Мо вскинул бровь. — Поговорим, когда я докажу, кто это.  

***

  Ян Кай выбросил в мусорное ведро пакетик от баоцзы и поставил чайник. Взгляд то и дело возвращался к Ванься — она постукивала по полу ботинком на плоской подошве.  Получив сообщение о Ли Цзысюя, Ян Кай проходил по коридорам подразделения, намеренно обращая внимание на обувь его коллег. Он искал одну единственную туфлю, с частицами крови на подошве, но не думал, что найдет ее так просто.  Следователь сам занялся “Красным делом” №2, а Сяо Мо дал указание пробить по базе мужчину, обнимавшего Элишку и вторую иностранку-блондинку. Ванься он загрузил оформлением дела на Алекса, как ключевого свидетеля и владельца заведения, где работала убитая.    Следователь взял со стола свою чашку с медведем и залил чай кипятком. Керамика приятно грела кожу, а легкий аромат зеленого чая заземлял в настоящем моменте.  Ян Кай вспомнил вторую чашку, разбитую, чьи осколки он нашел в кабинете. “Они что, планировали налить утиную кровь внутрь?” Все, что казалось чьей-то психоделической фантазией ожило в подразделении. Ян Кай залил листья кипятком, случайно обжигая палец. На коже тут же появилось красное пятно, и следователь на мгновение остановился, разглядывая его. Парные чашки вызывали новый образ, который ускользал прочь. Ян Кай решил, что подумает об этом. Но потом, а сначала — след туфли. В кабинет вернулись Ланьхай и Сяо Мо. Ян ожидал напряженного молчания, но двое зашли как коллеги: не отрывая взгляда от пола, каждый сосредоточен на своем, а между ними — едва окрепшее взаимопонимание. Мужчины вернулись на свои места, и Ланьхай открыл сводку по делу Элишки, будто видя его впервые в жизни. Несколько минут он смотрел на фотографию, заново погружаясь в детали.  Впереди раздался звук поступившего сообщения, и Ванься произнесла: — Ой. Три головы повернулись к девушке, ожидая худшего, но она объяснила уже спокойнее: — Там госпожа Бай пришла к мужу.  

***

  Ян Кай спустился к комнате временного задержания. Серые стены, металлический стол, пластиковый стул и болезненно яркий свет. Алекс сбросил свой напускной лоск, как змея старую кожу. Волосы прилипли ко лбу, а в глазах читалась усталость. Охранники сообщили, что он переносит свое задержание с достоинством, но раздражает всех попытками завязать разговор. Госпожа Бай появилась напротив Ян Кая в белом льняном костюме. Округлившийся живот скрывал широкий пояс в японском стиле, как от кимоно. Черные волосы струились по плечам, в руке — полупрозрачная папка.  “Ее работы” — вспомнил следователь наброски, что они с Ланьхаем видели у нее дома. “Сначала дела, а потом — муж”, — догадался Ян Кай. — Господин следователь, — прозвучал мягкий голос женщины, — Спасибо за заботу о моем муже. Вижу, у вас тут прекрасные условия. — Она повернулась вокраг своей оси, осматривая помещение. — Но, боюсь, нам уже пора. — Я так не думаю, госпожа Бай. Черные глаза женщины едва заметно сузились, когда она задала вопрос: — В последний раз он был в статусе свидетеля. Если вы не выдвигаете обвинений, то зачем здесь держите? Для красоты? — Мы квалифицировали его действия. Дело зарегистрировано. — Какое? — госпожа Бай поджала губы и слегка отклонилась в пояснице. Ян Кай прошел взглядом по ее животу и заключил, что она ведет нечестную игру. Двое против одного. — Слишком долго рассказывать. Начиная с фиктивных договоров, заканчивая симпатичными иностранками в караоке.  — Одни слова, — госпожа Бай перевела взгляд на мужа. — Я звоню адвокату. — Лицзюнь... Она отмахнулась, цокнув языком и достала телефон. Снова повернувшись к Ян Каю, она добавила: — Друг моего отца — лучший юрист в Ханчжоу. И журналистов наша семья знает, особенно тех, кого заинтересует незаконное задержание уважаемых граждан. — Ваше право, — развел руками Ян Кай, снова цепляясь взглядом за папку с рисунками госпожи Бай. Женщина набрала номер и уже поднесла телефон к уху, как в голове следователя прозвучал голос Ланьхая: “Вы заметили на столе ее рисунки? Что-то такое знакомое, но я не могу вспомнить.”  — Только сначала объясните мне вот что, — он остановил госпожу Бай. Та опустила телефон и нетерпеливо посмотрела на Ян Кая. — Почему у вас в папке логотип того кафе, где иностранка была в день смерти?