Часть 17. Выполненное обещание

Здание, в которое они с Себастьяном вошли, было ей почему-то знакомо, но Лия отмахнулась от этого впечатления. Дело было в Хогсмиде, так что мимо всех домов она проходила как минимум один раз. А вечерние сумерки делали вообще их всех похожими друг на друга. Закутанная в капюшон фигура, только молча поклонилась и повела их по уклончивому длинному коридору вниз. Лия крепко сжала палочку, спрятав её в кармане мантии, но, действительно, не начинать же переговоры на входе… Вот только на выходе из коридора их ждал не кабинет или что-то подобное, а скорее пустая площадка напоминающая арену. Она уже хотела спросить Невыразимца, что за странное место для встреч, но тот резко остановился за пределами комнаты, и одним движением палочки закрыл за собой ворота. Когда Лия развернулась, то уперлась уже в тяжёлый металл. Раздалось множество механических щелчков, и дверь покрылась белёсой магической плёнкой. Явно какие-то серьёзные чары. Девушка с уже открыто выставленной палочкой медленно развернулась к центру зала, краем глаза отмечая, что Себастьян делает тоже самое, явно находясь в таком же недоумении. — Ну, ну, не нужно начинать мирную встречу с наставления палочек друг на друга, — сверху донёсся странно знакомый голос. А затем по всему кругу зажглось около двадцати огоньков, направленных прямо на них, и фигура в цилиндре вышла из тени ложи. — Руквуд! — Лорд Руквуд, мисс Пилигрим. Негоже начинать нашу дружественную встречу с нарушения этикета. — Руки тёмного волшебника были обманчиво свободны. — Вы знаете друг друга? — Себастьян произнес это с таким искренним недоумением, что Лия сморщилась. Она ведь так и не поделилась с ним никакой информацией о Викторе Руквуде. — Скажем так, наше знакомство произошло заочно. И мне так хотелось исправить эту печальную ситуацию, что я отправил письмо о встрече через вас, мистер Селлоу. То-то в письме было указано, что Невыразимец будет «только рад охране»… Девушка сжала палочку и как можно кратче поделилась чуть другой интерпретацией событий, все еще внимательно следя за направленными на них палочками: — Лорд Руквуд, — и в этот титул она вложила все свои совершенно неуважительные чувства, — это именно тот человек, который натравил на деревню троллей, пытаясь меня убить. И сейчас через тебя заманил меня в ловушку, чтобы завершить начатое. Даже интересно, что бы тот делал, если бы Себастьян пришел один? Лия тут же мрачно себе призналась: использовал как заложника, разумеется. Откуда «лорд Руквуд» знает об их знакомстве, тоже не было секретом — против тролля они сражались вместе. — Ну, ну, не надо столь скоропалительных выводов. Всё, что я написал этому молодому джентельмену, — чистая правда. Я знаю, как вылечить мисс Селлоу, и потребую лишь небольшую информацию в ответ. Правда, не от вас, мистер Селлоу, а от вашей подруги. Друзья ведь и нужны для того, чтобы помогать, не так ли? «Знает? С другой стороны он же и наложил то самое злосчастное заклятие… и кажется, сейчас самое время вспомнить точные формулировки того письма…» — А эти милые люди всего лишь свидетели сделки? — Лия обвела палочкой всех остальных молчаливых фигур в чёрном. — Именно, мисс Пилигрим, вы правильно уловили суть. — Виктор Руквуд начал вальяжно спускаться по боковой лестнице вниз, ничуть не напрягаясь от двух наставленных на него палочек. — Значит, вы прежде работали в Отделе Тайн? — Лия спросила опустив своё оружие. Нападать, учитывая численный перевес и присутствующего под боком Себастьяна, было бы глупо, а от длительного удержания руки на весу та быстро уставала. — Да, эти невежды не ценили меня так, как следовало, так что наши пути некоторое время назад разошлись, — и, видимо, лорд Руквуд был не прочь поболтать. Отчего же нет, если преимущество на его стороне? — И вы знаете, как излечить Анну именно оттуда? — то есть это было проклятие Отдела Тайн? — Не совсем, я написал, что знаю способ благодаря моему положению. Но, боюсь, не как бывшего Невыразимца, это был лишь ваш вывод. Снятие этого проклятия — наш фамильный ритуал, которым я милостиво готов поделиться. Лия очень постаралась не закатить глаза на подобное позерство. — В обмен на? — она спросила уже подозревая ответ. — Конечно, на местоположение хранилища Древней магии. Оно принадлежало моему предку и, соответственно, сейчас принадлежит мне. Но я разумный человек и готов компенсировать ваше сотрудничество. А в противном случае — сурово наказать воров. «Учитывая, что сам Чарльз Руквуд с таким толкованием наследственности был категорически не согласен…» — А как же тот факт, что вы написали, что нам ничего не грозит? — Мистеру Селлоу действительно ничего не грозит, если у меня будет другой выбор, а он будет, если мистер Селлоу убедит вас в целесообразности этой сделки. «Какая замечательная игра словами… Все просто в восторге…» — Лия… — Себастьян, лучше помолчи, — она огрызнулась. Девушка действительно, действительно не хотела его сейчас слушать. — Хорошенько подумайте, мисс Пилигрим. Вы ничем не обязаны этим так называемым Хранителям, а на самом деле просто ворам. С другой стороны, все ваши проблемы могут исчезнуть. Я ведь на самом деле не желаю вашей смерти, это было желание Ранрока, и, получив то, что я хочу, у меня не будет причин продолжать учитывать его пожелания. Более того, после того как я получу желаемое, мерзкий гоблин в ближайшем будущем вообще покинет это уравнение. И вы сможете вернуть свою обычную, безопасную школьную жизнь. Лия остановилась. «А если?» — И предложенный вами ритуал не включает в себя человеческие жертвы или какие-либо серьёзные последствия проведённому или проводящему? Тёмный волшебник удивленно моргнул, будто это был странный вопрос с её стороны, но с большим энтузиазмом отозвался: — Конечно, нет. Руквуды не варвары. Там просто точное вопроизведение всех действий проклятия в обратном порядке. Девочка будет как новенькая. — Тогда я согласна, лорд Руквуд. — Лия на всякий случай еще и кивнула. Виктор Руквуд снова удивленно моргнул, но быстро взял себя в руки и явно ускорил свой сценарий: — Вот и прекрасно! — он хлопнул в ладоши. — Тогда, ради прозрачности этой сделки, вы наверняка не против небольшого Непреложного обета. Уверяю, ничего экстремального, просто вещи, которые успокоят нас обоих. Вы убедитесь, что я передам вам полную, рабочую версию ритуала без каких-либо жертв или неожиданных последствий, а вы — что сообщенные вами данные правдивы. Видите, с моей стороны я ставлю гораздо больше ограничений. Лия чуть расслабилась, но все же решила на всякий случай уточнить: — Себастьян, не напомнишь мне, какое наказание за нарушение Непреложного Обета? — Немедленная смерть, Лия, — это окончательно её успокоило. — Тебе не обяз… Руквуд одним движением мгновенно появившейся в его руке палочки наложил на парня Силенцио. А когда Себастьян дернулся в его сторону, кинул ещё и Инкарцеро. — Продолжим? Лия бросила взгляд на связанного слизеринца. Ладно, очко в пользу Себастьяна. — Конечно, лорд Руквуд, — девушка постаралась максимально убрать сарказм из своего обращения. В прочем, не совсем, а то её собеседник мог что-то и заподозрить. — Я также хочу напомнить, что раз я делаю это ради Себастьяна, то нападение на него — не лучшая стратегия. С вашей стороны было бы вежливо отменить наложенные вами чары. Если Руквуд и был раздражен её требованиями, то этого никак не показал. Лишь любезно кивнул: — Конечно, пока вы и мистер Селлоу понимаете, что при принесении клятв или после, при попытке нападения среагируют мои люди. И они не привыкли сдерживаться, — и наконец наложил Фините. Себастьян посмотрел на неё, получил в ответ отрицательное покачивание головой и остался на месте. — Непреложный обет также требует свидетеля… — Это не будет Себастьян, — Лия отрезала. И снова Виктор Руквуд изобразил саму любезность: — Конечно, мисс Пилигрим, этого и не планировалось. Как на счет моей правой руки, Теофила Харлоу? При своём упоминании лысый волшебник начал спускаться с верхнего уровня даже не дожидаясь её согласия. Девушка подняла бровь, но не стала спорить. — Надеюсь, вы не против показать мне пример, лорд Руквуд? Все же, это мой первый раз… Мужчина слишком масляно улыбнулся, но протянул ей руку. Лия уверенно взялась за неё, и Харлоу связал их руки белоснежной нитью. — Кхм, клянусь, что отдам Лие Пилигрим полное описание ритуала, правильное выполнение которого избавит Анну Селлоу от охватившего её проклятия без каких-либо побочных эффектов, не требуя жертв. Описание ритуала будет передано после завершения принесения клятв с обеих сторон. Да услышит свидетель мою клятву. — Клятва услышана. — Хриплый голос Харлоу эхом отозвался от стен. После чего оба взрослых намекающе посмотрели на неё. Как и ещё двадцать волшебников, так и не отведших от неё своих палочек. Лия тщательно обдумывая каждое слово произнесла: — Клянусь, что передам Виктору Руквуду местоположение хранилища, которое я получила от Хранителей. Местоположение будет передано после завершения принесения клятв с обеих сторон. Да услышит свидетель мою клятву. — Клятва услышана. И вот белая светящаяся нить распалась на две части, аккуратно обмотавшись вокруг их соответствующих рук. — Лорд Руквуд, передадите свою информацию первым? Тот неприятно улыбнулся: — Если вы хотите избавить меня от моих смертельных обязательств первым, то возражать не буду. И в её руки аккуратно перелетели пару листов бумаги, которые Лия внимательно начала осматривать. Каждая строчка буквально должна была вбиться в её память. — Мисс Пилигрим… — её собеседник намекающе надавил. — Дайте закончить осмотр, лорд Руквуд. Не то чтобы я с моим другом могли куда-то деться из ваших рук. — Не задерживайтесь, мисс Пилигрим, Непреложный обет не любит тех, кто затягивает свои обязательства, — Виктор довольно любезно предупредил, потирая предплечье, на котором уже исчезла его белая нить. Лия и сама ощущала, как её руку все сильнее сжимает принесенная клятва. Но тем не менее медленно и обстоятельно закончила осмотр. На всякий случай посмотрела на обратные стороны пергамента, ничего не нашла и улыбнулась: — Знаете, я, кажется, передумала! — и напоследок показала «лорду Руквуду» язык. В последний момент своей жизни она насладилась ошеломлённым лицом человека, уже думающего, что победил. И перед ней снова стоял только сам Виктор Руквуд, который самодовольно произнес: — Конечно, нет. Руквуды не варвары. Просто точное воспроизведение всех действий в обратном порядке. Лия удовлетворенно кивнула, ещё раз прогоняя в памяти сохранённые благодаря окклюменции страницы, и внезапно почувствовала, что нить на её предплечье никуда не исчезла. «Черт! А вот о такой возможности я вообще не подумала!» Кстати, сама нить, резко вернулась как будто в полуспящее положение. «Действительно, «будет передано после завершения принесения клятв с обеих сторон»… Так мне и просто выпалить не получится!»

***

Это вынудило её быстро пересмотреть свои прежние идеи. К счастью, её кивок приняли за согласие, и все события продолжались в том же порядке, что и в прошлый раз. Лия невольно включила автопилот и остановилась только когда их руки снова были пожаты. — Босс, на девочке уже висит один обет… Виктор Руквуд удивленно посмотрел на неё. Как и Себастьян. — И это вам мешает? — Лия легкомысленно уточнила. Вот умора будет, если на неё просто нельзя будет наложить второй… — Не совсем мне… Мисс Пилигрим, вынужден предупредить, что противоположные обеты немедленно убьют принесшего. И почему Руквуд был внезапно довольно разумен? Не, понятно, что он не хотел потерять свой источник информации, но всё равно, злодеи не должны так себя вести! — Тогда всё хорошо. Обеты не противоречат. — Если вы так говорите, мисс Пилигрим. Харлоу начинай! Лия внимательно следила, но её партнёр по клятве повторил свои слова дословно, и она последовала его примеру. — Местоположение хранилища прямо под Хогвартсом, за залом картографии. — Обе нити ослабли, но не полностью исчезли. — Вы должны сообщить больше подробностей. — Виктор Руквуд напряженно смотрел на обе развязываемые нити. Лия пожала плечами и максимально описала путь от входа в замок до буквально дверей в пещере и нити испарились. В неё плавно отправили два листа, но те упали на пол, что в прочем, не помешало нити на Руквуде исчезнуть. Видимо принятие ею бумаг в чужой обет не входило. Темный волшебник понимающе ухмыльнулся, отвесил даже чуть уважительный поклон и отправился обратно на балкон параллельно начав еще один монолог: — Конечно, мне несомненно интересно, что это был за второй обет, но, полагаю, это уже ни на что не влияет. Своё я получил. И теперь вы мне не нужны. Вы буквально не оставляете другого выбора, как избавиться от вас, как от лишних свидетелей… Харлоу, убей их, в конце концов, детей должно быть видно, а не слышно… — Авада Кедавра! — начало крика Себастьяна совпало с хлопком аппарации, а секунду спустя Лия уже телекинезом сильно толкнула парня, в которого летели сразу десяток лучей. Второй десяток летел в неё, так что ей срочно нужно было сменить дислокацию. — Он проклял мою сес… — слизеринец начал ошеломлённо бормотать, но получил ещё один толчок, снова не давая тому попасть под очередной шквал, и так и не договорил. В прочем, всё и так было довольно очевидно. — Себ, не тормози! На тебе этот лысик, я же займусь верхним рядом! — и, не разменивая слова с делом, с силой оттолкнувшись телекинезом, сразу на второй этаж. Еще в полете открыла свою сумку и, вытащив кинжал из её половины неотравленного арсенала, тем же телекинезом отправила в ближайшего врага. Лия тщательно целила в руку с палочкой. Уклонилась от внезапно более пристального внимания всех магов к себе. Мельком глянула вниз, где оставленный ею Себастьян вполне уверенно отбивался от правой руки Руквуда. Значит, её выбор был правильным. На счёт парня Лия не сильно волновалась — что ни говори, но, за исключением Древней магии, тренировались она с ним вполне всерьёз. Всё же дуэли — чертовски полезная часть обучения в Хогвартсе. Снова кувырок чуть вбок, уклонившись от чужих атак, выхватить из арсенала меч и получить еще одного обезвреженного врага. «И не надо так орать, волшебники от обычной потери крови не помирают! Да и конечность отрезана не Тёмной магией — вполне можно отрастить.» Вот теперь можно окончательно не беспокоиться об их целенаправленных попытках убить заодно и Себастьяна, им и наверху вполне было чем заняться. Потому что обычно люди больше беспокоятся о своей шкуре, а не чужой, пусть даже и чуть более «главной». Уклониться, ещё раз метнуть в этот раз цеп (вот зачем ты попытался уклониться? Так я тебе голову проломлю!) и с чуть большей точностью повторить. Ан, нет, прежде кинуть накопленной Древней магией в ту плотно стоящую пятёрку, поспите, милки… Где-то ещё через пару бросков, волшебники наконец догадались бить не только по ней, но и по бокам от неё, но нескоординированность атак и их относительная малочисленность не позволила не оставлять зазоров, куда можно было легко проскользнуть. Топор, меч, кинжал, пара болтов, снова топор, кинжал, кинжал, кинжал… — Авада… — разносится хриплым голосом, и на это сочетание звуков она реагирует внеочереди. Время как будто замедляется (нередкость при использовании Древней магии), её теликинез тянется к сумке, но в неотравленной половине арсенала ничего не осталось… Она переходит к соседнему отсеку, но на решающую секунду замирает от данного Оминису обещания… — Авада Кедавра! — голос Себастьяна прекрасно разносится по залу, не давая Харлоу завершить заклинание. Палочка Темного волшебника, прежде направленная на нее, падает на пол. — Не смей ее трогать! Оставшаяся мелкая сошка получает заряд Древней магии. Смертельный. Не гоже оставлять свидетелей. И Лия ошеломленно смотрит на Себастьяна. Тот резко принимает защитную позу, скрещивая руки на груди: — Давай ты накричишь на меня по поводу использованного мной этого заклинания позже. Виктор Руквуд выжил и в любой момент может вызвать подкрепление. — Но… я не собиралась на тебя кричать по этому поводу… — А как же твоя нелюбовь к Тёмной магии? — Себастьян фыркает, но чуть расслабляется. Лия тоже фыркает и жестом по очереди собирает ранее использованное оружие. — Переживёт. Хватай свой ритуал и пошли. — Когда мы с Харлоу дрались, тот уничтожил его случайной Бомбадой… — как-то слишком равнодушно отзывается слизеринец. — Репаро? — Слишком мало деталей. — Тогда я тебе позже нарисую заново. А теперь ты прав, нам нужно идти. — Лия не церемонится с явно крепко запечатанной дверью, просто пробивая проход сбоку. А после чего оборачивается и сжигает труп Харлоу. Проверяет, есть ли ещё кто-то в сознании, но оставшиеся в живых давно были в отрубе от потери крови. Значит, улик использования Непростительного не осталось. Если Себастьян и задается вопросом, зачем она всё это делает, у него есть гораздо более важная тема для обсуждения: — Ты же этот ритуал даже нормально не видела… — Краткий ответ: Древняя магия. Более длинный ответ: продвинутая Древняя магия. Себастьян снова фыркает, мотает волосами, правую половину будто ровнял безумный парикмахер, но подстраивается сбоку и осторожно уточняет: — И никаких жалоб, что мы попали прямо в ловушку и тебе пришлось выдать довольно важную информацию? Лия снова отмахивается. Если честно, после всего произошедшего злиться на Себастьяна совершенно не хотелось. Да и что ему вменить: она чем обернётся эта встреча, тоже не догадалась. Не за попытку же всё же найти лекарство? За это девушка его даже в свои самые тёмные моменты не осуждала. — Как и Руквуд, я всегда очень осторожна со своими формулировками. Но ты прав, стоит предупредить Хранителей. — «И заодно уточнить кое-что очень важное…» Они наконец покидают дом, в котором слишком поздно Лия узнает то самое место сбора тёмных волшебников из одного из её видений. Как-то поздновато. Девушка выпускает красный сноп искр — универсальный знак вызова авроров (после той первой стычки с лагерем гоблинов она подновила свое знание местных процедур) и с силой тянет Себастьяна в сторону закрытого «Зонко». Туннель под ним позволит сократить путь и чуть уменьшить возможные подозрения. Хотя куча обезвреженных темных волшебников с помощью чистого металла, может навести авроров на определённые мысли. Ан, нет, прошлых гоблинов она в основном победила дромарогом. Так что у неё есть ещё один раз до нормальной серии. И вообще, это явно восставшие гоблины, с которыми эти тёмные волшебники определённо сотрудничали, а потом что-то не поделили. Клянусь своей отсутствующей пятёркой по истории магии, офицер!

***

В зале Картографии её снова встретил Сан Бакар. — Юная леди, для начала я не могу промолчать, что вы прекрасны в любом одеянии и причёске, но всё же также не могу не спросить, почему именно такое изменение вашего привычного стиля? Лия, не отвечая, просто подходит к одностороннему порталу, что в остальное время играл роль обыкновенного зеркала, и недовольно приглаживает всколоченные волосы. Её мантия вся в грязи от валяния по полу, а на форме видны брызги крови, прилетевшие в неё из отрубленных конечностей. — Тергео. Репаро, — очищающее заклинание, а в след за ним и чинящее приводят её одежду и её саму в более-менее презентабельный вид. — Благодарю за ваше указание, профессор Бакар. Но боюсь, сегодняшним вечером мне хотелось бы поговорить не с вами. — Моё сердце разбито! — портрет прикладывает руку к груди, но тут же принимает собранный вид: — Так с кем же вы хотите чтобы я связался? — Вначале, профессор Руквуд. — Я могу обещать ему жизнь? — он лишь наполовину шутливо уточняет. — У меня сейчас проблемы серьёзнее прошлых обид. А после этого, наверное, стоит позвать и всех остальных. Потому что, даже если они разозлятся на её выбор, свои ответы она получит. — Тогда я позову Чарльза. И Лия остаётся в полном одиночестве. В прошлый раз в этом зале это было в самом начале её пути. — Хранительница, вы меня звали? — тучный профессор Руквуд мало напоминал своего дальнего потомка. И это было хорошо. — Хранительница? — всё же невольно уточняет Лия. — Вы все же прошли все четыре испытания, и, что важнее, надежно сохранили сферу. Следовательно — Хранительница. — Ладно… — теперь ей было даже чуть стыдно за то, что она выдала информацию о прошлом хранилище. Но она честно попыталась этого избежать! В прочем, это не отменяло её вопроса. Она трансфигурировала два листа заполненных плотным почерком, и протянула их Руквуду: — В чем подвох? Потому что даже если Виктор Руквуд собирался их убить, он не из тех, кто делится своим фамильным наследием. Это буквально вся его фишка. Да и, учитывая его время на подготовку и до буквы одинаковую формулировку обета и уже показанное умение играть словами… Ей нужно было убедиться, прежде чем передавать ритуал Себастьяну. — Ни в чем. Я не буду спрашивать, как это оказалось у вас в руках, но это стандартное контрзаклятие против наших же фамильных заклинаний. Наложение проклятий требует живой мишени, и Руквуды не варвары, чтобы при каждой тренировке безвозвратно проклинать толпами. Поэтому наложившему заклинание достаточно повторить свои манипуляции в обратном порядке, чтобы отменить его действие. Что этот ритуал и обеспечивает. Лия вздрогнула на явно семейной присказке «Руквуды не варвары», но в остальном осталась полностью спокойной: — Только наложивший? — Конечно. В чем польза от проклятия, которое может отменить любой? Это также давало весьма надежный стимул врагам оставить нас в живых. — Благодарю за консультацию. — Лия аккуратно убрала бумаги в карман. — Мне также нужно сообщить, и вы имеете право знать первым как родственник, пусть и дальний: Виктор Руквуд узнал об изначальном местоположении Хранилища. Профессор Руквуд поморщился, и мрачно пробормотал: — Позор на всю семью Руквудов, что вырастила такого подлеца… — Чарльз, вы там закончили секретничать? — Сан Бакар аккуратно заглянул в свой же портрет. — Сан, не смей лезть в мои фамильные дела! — несмотря на весьма резкое замечание, тучная фигура профессора несколько распрямила плечи и как будто немного сбросила с себя тяжелый груз. Именно в такие моменты было видно, что несмотря на все различия, они были друзьями. — Но да, ты прав, необходимо поделиться этой информацией и с остальными… И вот уже вся четвёрка Хранителей была в сборе. Или, учитывая её, — вся пятёрка? — Хочу сообщить, что Виктор Руквуд узнал об изначальном местоположении Хранилища. Весьма вероятно, что он попробует воспользоваться этой информацией самостоятельно, без участия Ранрока, но это только моё предположение. — Тогда хорошо, что там ничего полезного нет, не так ли, мисс Пилигрим? — профессор Рекхем снова взял на себя лидерство. Гипотеза Сан Бакара снова проскользнула на первый план её мыслей. Лия сглотнула и взяла себя в руки. В конце концов, портреты — это не настоящие люди, даже если обладают их полной памятью. — Я думала над тем, чтобы установить там ловушку. — «В конце концов, это было прерогативой не только злодеев, но и героев с мозгами…». — Здравая идея. У меня как раз на примете есть заклинание, что делает стражей невидимыми и неосязаемыми для действий врагов, но оставляющет у них возможность действовать самим… Раз у нас у той двери все равно два неиспользованных стоит. — Руквуд явно решил воплотить в жизнь лучшие заветы Тараса Бульбы. — Чарльз, это все же твой потомок… — Сан Бакар осторожно напомнил. — И значит, именно моя обязанность не оставлять такое пятно на своей родословной! — «Да, точно, родственная душа казака», — Так, мисс Пилигрим, вы готовы учиться? Лия криво усмехнулась: — Всегда готова.