Двоя в одном аду.

Квартал красных фонарей погрузился в мёртвую тишину. Все жильцы были эвакуированы. Кровь впиталась в доски полов. Свет ламп колыхался на ветру, и посреди улицы стоял он — Шиншо Урауме. Его лицо было скрыто маской, глаза горели багрово-фиолетовым светом. На его лезвиях — ни капли крови. Пока. — Ах, кто это у нас? — протянула приторно, насмешливо Даки, выходя из переулка, извиваясь, как змея. — Ты ведь даже не из Корпуса… Хмм… но у тебя запах… странный. — Он пахнет… как мы, сестра, — донёсся низкий, хриплый голос из тьмы. С крови, как из болота, поднялся Гютару — кривой, покрытый язвами демон с глазами, полными отвращения и зависти. — Он красивее нас… И сильнее… Я это чувствую… Шиншо не двигался. — Даки, Гютару. Вы убили двадцать девять женщин за две недели.И это я ещё не говорю про то сколько вы убили людей за всю свою жизнь. Игра окончена. — Ты думаешь, ты нас убьёшь? Один? — ухмыльнулась Даки. — Ну тогда покажи, на что ты способен, ублюдок с красивыми глазами! В ту же секунду она рванула вперёд, её ленты мелькнули в воздухе, словно хлысты. Но она промахнулась. Тело Шиншо растворилось в воздухе, исчезнув прямо перед её ударом. Он появился у неё за спиной, и перед глазами вспыхнула воронка. Даки даже не успела обернуться, как её тело начало искажаться — части её плоти втягивались в другое пространство. — Камуи. — произнёс он холодно. Он не убил её. Он телепортировал большую часть её тела — оставив только голову. Ленты медленно начали восстанавливать её тело. — Сестра! — заорал Гютару, бросаясь вперёд. Его косы закрутились, сверкая ядовито красными шипами. Тогда Шиншо активировал ещё одну способность своего левого глаза. Он стал призраком. Коса прошла сквозь его живот, будто его не существовало. Гютару не успел ничего понять, как лезвие белого танто вонзилось ему в шею разрезая её по горизонтали. — Камуи. Гютаро взревел, рана начала затягиваться, но от белого клинка шёл дым — он был создан из чистого металла Ничирин. — Ты… ты не человек… ты не демон… ЧТО ТЫ?! — заорал Гютаро, отпрыгивая назад. И тут впервые Шиншо сорвал с лица маску. Под ней открылись клыки, чуть вытянутые черты лица, и по коже прошли тёмные жилы. Его правая рука изменилась — когтистая, с кожей, покрытой чешуей, тянувшейся вверх по плечу. Глаза сверкнули демоническим светом. — Я — ошибка. Но даже ошибки могут убивать таких чудовищ как вы. И тут он использует — Котоамацуками. Гютаро на миг замер. Его выражение лица смягчилось. После чего он уронил свою косу. — ...... Брат что.... нам делать.... дальше?.. Даки в тот же миг закричала: — НЕ СЛУШАЙ ЕГО, ОЧНИСЬ ДУРАК! Но было поздно. Котоамацуками сработал идеально. Шиншо использовал его не для убийства — он внушил Гютару иллюзию будто они братья, а Даки — это враг, пытающийся убить их. Они начали драться между собой. На мгновение Шиншо почувствовал… страх. Такой силы он не проявлял раньше. Демоническая сущность внутри него шептала: «Продолжай. Убей. Сожри их». Он сжал кулаки. — Нет. После чего снова надел маску. Убрал когти. Подавил демоническую форму. Когда Гютару очнулся от иллюзии, они оба уже были обезглавлены. Шиншо стоял в стороне, дыша тяжело, его глаза снова стали более человеческими. — Не будь у меня контроля над собой..….я бы стал хуже вас. Он посмотрел в небо. — Камадо Танджиро… ты говорил, что веришь в таких, как я. Надеюсь, ты не ошибся.