Brucia per accenderne un altro

Brucia per accenderne un altro

***

«Ты сошла с ума! Так нельзя! С коллегой!» - думала Одри, пока горячая широкая ладонь Давида, крепко сжимала её талию, притягивая к своему телу, а ноги синхронно продвигались вдоль узких улиц. На её губах остался его вкус. Сладковатый, немного терпкий, наверно, даже пряный. Она невольно провела языком по своей верхней, пока щеки безжалостно краснели. Девушка смотрела себе под ноги, а мужчина рассказывал ей историю Палермо: – Итак, вот мы у ворот порта Нуова… «Его сильные руки… Такой властный…» – … Их возвели, когда Карл V одержал победу над турками… « Не знаю, какой там был Карл, но одну победу ты сегодня одержал точно» – …Рядом Норманнский дворец. Отсюда все гиды начинают свои туры. Она слышала его урываками. Из головы не входило его обжигающее дыхание, что так безжалостно и жадно терзало кожу. Давид коснулся её подбородка: – Ведьмочка, ты меня слушаешь? - его вопрос выбил оценщицу из колеи мыслей: – А, да, Карл строил ворота с турками. Очень интересно… - проморгавшись ответила девушка, приводя в порядок собственные внутренние голоса. – Я так скучно рассказываю? - уточнил демон, приподняв одну бровь, стремясь заглянуть Одри в глаза. – Нет-нет, что ты… Я просто задумалась. Прости. Она выглядела почти виноватой, придумывая глупое оправдание находу. – О чем думала? - уголки его губ поползли вверх, в глазах плескались остатки того океана, что четверть часа назад, готовы были вымыть из под ног оценщицы всю оставшуюся твердую почву. «О тебе…» - подумала Одри. «О том, как бессовестно ты развернул голову, ловя мои губы… о том, как жарко целовал, не желая останавливаться. О том, как я поддалась на эту провокацию» – О том, что я совсем ничего не знаю про Италию. Мне повезло с попутчиком - она искренне улыбнулась: – Карл и турки, интересно - она перевела глаза на высокие своды арки ворот. – Сделаем вид, что я тебе поверил… - он немного ослабил хватку на её талии, понимая, что вызывает только смущение: – Наверно, слишком жаркое начало экскурсии. Я думал, ты… – Давид, все хорошо! - она настойчиво вернула его руку на место: – Всё очень хорошо… Я, наверно, впервые за долгое время счастлива. Спасибо. «Даже если весь мир сейчас рухнет, пусть это будет последним, что я запомню» В подтверждение своих слов и мыслей, она устремила свой взор с ворот в две голубые бездны. Подняла ладонь к его лицу, невесомо очертив скулу: «Обещаю, я не буду об этом жалеть…». Словно прочитав её мысли, Давид опустил обе руки ей на поясницу, разворачивая к себе. Мужчина не торопил её, ему нужно было прямое согласие, доверие и взаимное желание: – Одри, прошу, скажи, что мне не кажется… - его голос стал тише, дыхание – чаще, пальцы, сдерживаемые внутренним стержнем, еле-еле оказывали давление на хрупкий девичий позвоночник. – Адвокату, что не проиграл ни одного дела, не может просто показаться. - с этими словами она закинула обе руки на его плечи и вновь привстала на носочки. Дышали в унисон. Глаза в глаза. Она острожно придвинулась ближе, проверяя свои внутренние ощущения. Игнорировать тот факт, что мужчина рядом с ней был невозможно привлекателен, стало просто невыносимо. «Какая же я глупая!». Она столько времени игнорировала его сигналы, пропускала мимо ушей его комплименты, отшучивалась на прямой флирт. И вот сейчас, в городе мечты, девушка наконец увидела всё, что так бессовестно гнала от себя. Она была влюблена. Бесповоротно. Все, чего она большего всего хотела, было буквально у неё в руках. И в этот раз, она не стала бежать от своих чувств. Легким осторожным касанием, она накрыла его губы своими. Нежно, насколько была способна. Насколько помнила. Мужчина не давил. Давал время на «подумать», но так сильно хотелось… И он не сдержался. Толкнулся навстречу её порыву, сокрушенный. Женские уста разомкнулись, пуская его глубже. Она пробовала на вкус его язык, медленно и ласково. Показывая, что это не только горячее желание. Это нечто другое, новое, особенное. Поняв правила этой спонтанной игры, Давид поднял руки выше, к ребрам, чуть сильнее прижимая к себе. Без похоти и пламени. Он вкладывал в этот поцелуй куда больше, чем сам планировал. Если примерочная была молниеносной импровизацией, то сейчас он хотел подчиниться ей. Мягко, почти воздушно он гладил её волосы, смакуя сладковатую дымку её губ. Она была невозможной. Эфемерной, неосязаемой, нереальной. Таких не бывает. Таких просто не может быть. Таких чутких, понимающих, умных, невероятно красивых. Если они в раю, то она — тот самый запретный плод. А Давид — тот самый первый грешник: – Все-таки одно дело я только что проиграл… - он отстранился, открывая глаза. Одри прильнула губами к его щеке, спустилась к шее, выпустила мужчину из своих тисков нежности: – Жалеешь? - спросила она, чуть смеясь. – Я готов проигрывать тебе раз за разом.

***

Теплый летний день скоротечно стремился к закату. Белоснежные облака окрасились в розовые оттенки, лазурный небосвод неспешно темнел. Золотое солнце стремительно приближалось к горизонту, внедряя в свою палитру красно-оранжевые оттенки: – Ты же знаешь, что Италия — страна любви и страсти? - Давид держал её за руку, пока они неспешно прогуливались по Foro Italico. – Примечательно, что из всех возможных мест, ты привез меня сюда. Давид смотрел на неё иначе. Мягче, трепетнее. Её волосы блестели в лучах уходящего солнца, в глазах отражались размеренные волны залива. Она была похожа на комету, сияла ярче любой другой фигуры, что встречалась им в дороге. Она стала центром его внимания, затмила собой всех. Он слушал её смех, ловил каждый вдох, считывал мимику и жесты. Каждая маленькая деталь её поведения была прекрасной. За день под жарким солнцем кожа девушки покрылась легким загаром, на лице россыпью, как мелкие звезды, проступили веснушки. Демон так внимательно изучал её, что даже выстроил несколько созвездий, которые тянулись от одной скулы к другой через тонкую переносицу. – Мне показалось, что эта страна тебе подходит… - мужчина сплел их пальцы. – Мне? Ты уверен, что я подхожу под местный колорит? - Одри остановилась, разворачиваясь к нему. На лице красовалась искренняя белоснежная улыбка. Давид привел несколько аргументов: – Ты красива… - поцеловал её кисть, хитро смотря исподлобья: – … Грациозна… - решительно шагнул вперед и развернул девушку спиной к бетонном ограждению, что разделяло прогулочную часть от пляжа: – …Фурией ворвалась в мою жизнь и перевернула все с ног на голову - быстрым движением посадил её на парапет. Теперь их глаза были на одном уровне. – Ты разве недоволен? - она хищно прищурилась, будто дразнила, манила, искушала. Демон провел носом по её шее, пока рука требовательно сжала бедро сквозь голубую ткань его подарка. Его дыхание обжигало, пробуждая мурашки, отзывалось тяжестью в ногах и где-то внутри под ребрами: – А ты как думаешь? - тонкую кожу шеи пробило током от его мокрого касания. Девушка слышала, как участился его пульс, как его вдохи стали глубже, выдохи — громче. Улица была пуста. Туристы были в центре города, а местные отдыхали после тяжелого рабочего дня. Такое положение вещей мысленно развязывало демону руки. Одной своей ладонью, которую скрывал своим же телом, он осторожно поднял ткань платья и коснулся сначала её колена. Продолжая осыпать шею горячими касаниями губ, он двинул руку выше по бедру, спрашивая: – Так что скажешь? Его рука ловко оказалась на внутренней стороне женской ноги. – Давид… - прошептала Одри, сжимая теплую кисть ногами. Он впился пальцами в её тело, освобождая себе путь дальше. Прикусил мочку уха: – Отвечай, ведьмочка - его шепот звучал где-то глубоко в подсознании. Эпицентр чувств был сконцентрировал в ноющем низу живота. Двумя пальцами он достиг своей цели. Ткань белого кружева отдавала влагой, что не смущало никого из них. Как только он провел рукой по ткани, оценщица прерывисто вздохнула, давая ему зеленый свет. Он медленно оглаживал её лоно сквозь кружева, разжигая новое пламя. Пальцы двигались снизу вверх, ткань беспощадно терлась об кожу. Губами он прильнул к её ключицам, надавив на взбухшие складки центра её возбуждения: – Я все еще жду ответ. Глаза девушки были затянуты туманом. Она судорожно оглядывалась по сторонам: – Давид, здесь ходят люди! - ей не хотелось, чтобы он останавливался, но быть настолько откровенной посреди улицы девушка была не готова. Демон отодвинул её белье в сторону: – Сначала ответить. Мужские пальцы соединились с оголенной кожей её тела. Он был слишком близко. Слишком крепко держал в своих руках. Слишком горячо. Слишком томно. Слишком сладко. Слишком желанно. Слишком. Вслепую демон надавливал на ничем не прикрытое нутро, вызывая румянец на женском лице. Гладил сверху, задевая главный нервный узел, бережно кружил вокруг него, изводя свою сбитую с толку жертву. Одри держалась за его плечи, издавала томные звуки через сомкнутые губы. Всё действие казалось ей до безобразия диким, грязным и прекрасным одновременно. Он знал, что делать и как. Как заставить её дрожать и просить о большем, как стать главным образом её ночных фантазий. Но мужчина даже не догадался, что самая сокровенная фантазия Одри воплощается прямо сейчас. Так и не получив от неё ответ, Давид крайний раз провел рукой по её влажным складкам. Посмотрел внимательно в глаза и прошептал в самые губы: – Я доволен абсолютно всем. Не разрывая зрительный контакт, демон погрузил два пальца внутрь неё. Стенки её тела с охотой приняли их, приятно сократившись. Мокро, горячо. Девушка закинула голову назад, пока мужская рука выводила иероглифы внутри неё, толкаясь глубже, стимулируя ту самую заветную точку. Волна за волной он двигался в ней, тонул в ней, горел ей. Их лица были в миллиметре друг от друга, она тихо стонала ему в губы, и за каждый её стон он готов был отдать все, что имел. Его глаза приобрели алый оттенок. Было ли это отражение заката или что-то иное – Одри не знала. Как только солнце окончательно опустилось за горизонт, погружая мир в объятия ночи, её тело новым объятием обхватило мужскую кисть. Остро и ярко, словно свет фейерверка среди полного мрака, она слегка вскрикнула и содрогнулась в сильных мужских руках. Он покинул плен женских бедер и демонтративно погрузил влажный от смазки палец себе в рот: – Как бы я хотел попробовать тебя всю. Мужчина заботливо поправил её белье и юбку. Заправил выбившуюся прядь её волос за ухо. Она краснела, стеснялась, буквально потерялась от такого красноречивого громкого жеста. Девушка с силой притянула его за воротник рубашки к себе, лукаво улыбнулась и провела кончиком языка по его разгоряченным манящим губам: – Если ты сейчас же не купишь мне вина, то ни о чем большем можешь и не мечтать. – Я же говорил, что готов рискнуть исполнить все твои желания.