Часть 7

Сон пришёл не сразу. Софья долго ворочалась в постели, прокручивая в голове слова все произошедшее за столько короткое время. Она задремала, проваливаясь в вязкую темноту.

***

Ей снился сад. Тот самый, где цвела сирень. Но теперь цветы были чёрными, словно обугленными. Небо затянуло багровыми тучами, а воздух дрожал от звона шпаг. — Беги! — крикнул Ричард, загораживая ей дорогу. На его плече красовалась ярко алое пятно крови, но он продолжал сражаться, отбивая удары сразу троих. Врагов было слишком много. Ими командовал Эстебан — его лицо искажала не усмешка, а безжалостная гримаса палача. — Ричард! — закричала Софья, пытаясь пробиться к брату, но ноги приросли к земле, будто вязли в болоте. — Смотри, Окделл, — прошептал Колиньяр, не оборачиваясь, и одним точным ударом пронзил сердце Ричарда. Брат рухнул на колени, а затем ничком на пожухлую траву. Его голубые глаза, такие же, как у неё, остекленели. — НЕТ! — закричала Софья. Слёзы душили её, она рванулась вперёд, но чьи-то невидимые руки держали её. — Это ещё не всё, — раздался голос за спиной. Она обернулась. В нескольких шагах стояла Айрис — но не та, которую она знала. Её лицо было бледным как мел, на груди алели красные полосы, которое быстро расползалось. Рядом, прижимая к её горлу кинжал, стоял Эстебан. Он улыбался - той самой своей ядовитой улыбкой. — Выбирай, — прошептал он. — Её или себя. — Отпусти её! — Софья попыталась шагнуть, но руки, державшие её, сдавили горло. — Неверный ответ. Лезвие полоснуло по тонкой шее Айрис. Сестра не вскрикнула. Она только беззвучно открыла рот и рухнула на колени рядом с Ричардом. Их кровь смешалась, растекаясь по саду чёрной лужей. — Айрис! Ричард! — закричала Софья, вырываясь из невидимых оков. Ноги больше не держали её. Она упала, поднялась и побежала к ним. Она бежала по чёрной траве, не чувствуя боли от содранных коленей, не замечая, как ветки хлещут по лицу. — Я здесь! Я с вами! — кричала она сквозь слёзы. Она упала на колени между их телами, схватила Ричарда за холодную руку, другой рукой коснулась лица Айрис. Кровь была липкой и тёплой. — Не оставляйте меня... прошу... не оставляйте одну... Она прижалась щекой к руке брата, чувствуя, как слёзы смешиваются с чужой кровью. Над ней нависла тень. Софья подняла голову. Эстебан стоял в двух шагах, всё с той же улыбкой, и крутил в руке кинжал. — Трогательная картина, — сказал он. — Окделлы в куче как мусор. Она не ответила. Не могла. Она только крепче сжала руки брата и сестры. — Хочешь быть с ними? — Колиньяр наклонил голову набок — Будь. Она почувствовала удар между рёбер раньше, чем услышала шаг. Боль пришла не сразу, постепенно разливаясь по всему телу. Софья упала на землю рядом с братом, схватившись за рану. — Видишь, что ты наделала? — Голос, донёсся откуда-то из темноты. Знакомый до боли. Из багровой тьмы вышел он. Эгмонт Окделл – в том самом камзоле, в котором уезжал в свой последний поход. Только лицо его было мёртвенно-бледным, а глаза — пустыми, как у статуи. — Отец... — прошептала Софья, — Папа, я...я — Ты их погубила.. — произнёс он, и каждое слово падало на неё, как удар плети. Голос отца был ледяным, чужим, жестоким. — И себя тоже..Ты позволила ненависти и страху разлучить вас. Ты не уберегла их. Где была твоя мудрость, Софья? Я доверил тебе семью, а ты привела смерть. — Нет! Прошу! Я не хотела! — слёзы заливали её лицо, Софа хотела коснуться руки отца, но встать она не могла. Его фигура начала таять, превращаясь в чёрный дым. — Ты - не дочь Окделлов, — донёсся последний шёпот... И тьма захлестнула ее полностью...