Часть 5

3 ноября 3 ноября выдался особенно пасмурным и ветреным. День рождения Сириуса Блэка начался не с торта и поздравлений, а с ревущего мотора. Его дядя Альфард, известный чудак в семье Блэков, прислал племяннику подарок, от которого бы у любой уважающей себя чистокровной ведьмы случился сердечный приступ: настоящий волшебный мотоцикл с зачарованным левитационным заклинанием и возможностью невидимости. Сириус даже не сразу поверил — пока не обхватил руль и не ощутил под пальцами приятный холод металла. Он едва сдержал улыбку. Вот уж кто понимал его по-настоящему. Но радость от подарка быстро сменилось привычным раздражением в доме на площади Гриммо, 12, собрались гости. Не те, кого он хотел бы видеть, а те, кого позвала его мать, Вальбурга Блэк: заносчивые, холодные, говорящие носом родственники, которые больше обсуждали родословные, чем именинника. За столом витал запах миндального печенья, смеси отчуждённости и принуждённой вежливости. Сириус только и делал, что смотрел на часы. Когда, наконец, последний плащ с гербом какого-нибудь Лестрейнджа скрылся за входной дверью, он сбежал в свою комнату единственное место, которое ощущалось хоть сколько-то своим. И там его ждали они. Подарки. Настоящие. От настоящих друзей. Принесённые совами, как он и надеялся. В черной коробке лежали дорогие перчатки для мотоцикла, тонкая тёмная кожа, будто Джеймс знал то что ему понадобиться и записка:

«Чтобы руки не мёрзли, когда будешь нестись сквозь ночь, братец. Жду покатушек. Сохатый.»

Книга. Старинное издание с потрёпанным корешком и много шоколада:

«Путь волка: древние мифы и легенды о превращениях» Внутри: «С днём рождения, Бродяга. Ты — легенда сам по себе. — Лунатик»

Крошечный механический золотой комар, который начинал гудеть и светиться при щелчке.

«Чтобы бесить всех в библиотеке. Или кого хочешь. — Хвост»

Яркий свитер с надписью “Sirius-ly Hot” и баночка остроумных записок с названиями фраз, которые он когда-то отпускал.

«Ты невыносим, но мы тебя любим. — Лили и Марлин»

Винтажная пластинка. Старая обложка, на которой золотыми чернилами выведено: “All you need is love” альбом, собранный ею вручную из его любимых песен The Beatles. Внутри приклеена записка:

«Пусть хоть что-то в этом доме звучит по-настоящему. Только не включай слишком громко — мать в ярости будет, знаешь ли. — Джуд»

Сириус прижал пластинку к груди. Его глаза сверкнули от нежности, которую он редко позволял себе показывать. И, наконец, один свёрток — чуть в стороне. Он был завёрнут аккуратно, черной лентой. Подпись: R.A.B. Сириус застыл. Он осторожно развернул упаковку. Внутри лежала старая серебряная зажигалка с гравировкой:

“Тепло не всегда уходит. Иногда оно возвращается.”

На секунду всё стихло. Только ветер за окном стучал по стеклу. Сириус долго смотрел на зажигалку, прежде чем прошептать: — Спасибо, Рег.

***

Вот и подошли к концу каникулы. Погода на вокзале Кингс-Кросс была прохладной, с лёгким туманом, пробегавшим по платформе 9¾, словно призрачная вуаль между мирами. Хогвартс-экспресс уже пыхтел, выпуская клубы пара, зовущие учеников обратно в замок. Джеймс и Джуд Поттеры прибыли на платформу в сопровождении родителей. Поезд уже уверенно стучал колёсами, увозя учеников обратно в Хогвартс. Осеннее солнце заглядывало в окна купе, бросая золотистые отблески на лица сидящих. В купе, где расположились Джеймс, Джуд, Сириус, Римус и Питер, стоял шумный гул разговора. Уютно свернувшись клубком на коленях Джуд, дремал чёрный кот с янтарными глазами — Асмодей. Родители, провожая их на вокзале, настояли, чтобы кот поехал с ними, ведь "дома ему скучно, да и вам веселее будет с ним". — У него, кажется, хандра, — уверенно сказала Юфемия, протягивая переноску. — Пускай наберётся впечатлений. Асмодей явно не возражал. — Джеймс, посиди с ним, — сказала Джуд, поднимаясь. — Пойду к Лили и Марлин. — Конечно, — отмахнулся брат, продолжая болтать с Сириусом о тактике предстоящего матча. Когда Джуд вернулась спустя полчаса, купе было в том же составе, но чего-то не хватало. Вернее, кого-то. — Где Асмодей? — спросила она, оглядываясь. Джеймс застыл. — Я... — начал он, а потом резко поднялся. — Чёрт. Он спрыгнул, когда я открывал дверь, наверное. Я забыл — Ты что?! — воскликнула Джуд. — Джеймс, я тебя на десять минут оставила! Он же может заблудиться, его кто угодно может затоптать! Не дожидаясь ответов, она выскочила в коридор и бросилась в поиски. Сердце колотилось — страх и злость мешались в ней, сбивая дыхание. Она открывала одно купе за другим: в одном кто-то играл в шахматы, в другом спорили о домашке по зельям. Кота нигде не было. Девочка уже почти расплакалась. Он был не просто питомцем с самого начала между ними была особая связь, словно он понимал её с полувзгляда. Она остановилась, тяжело дыша, и, облокотившись о стену, прикрыла глаза. И тут голос. Холодный, спокойный, с лёгкий: — Красивое имя для кота. Асмодей, да? Джуд распахнула глаза. Перед ней стоял Регулус Блэк. Он выглядел, как всегда, безупречно: аккуратно застёгнутый мантийный ворот, чёрные волосы гладко зачесаны. Его лицо было невозмутимо, как мрамор без тени эмоций, но в глубине глаз вспыхивал лукавый огонёк. На его руках, будто устроившись там по своей воле, сидел Асмодей, довольно урча и потягиваясь. — Он зашёл в наше купе, — сказал Регулус, невозмутимо поглаживая кота. — Удивительно, как быстро он освоился. Даже не шипел. Джуд на мгновение остолбенела. Сама мысль, что её кот — питомец, с трудом терпящий незнакомцев — спокойно забрался к Регулусу, будто чувствовал себя дома, была... странной. Почти мистической. — Спасибо, что нашёл его, — выдавила она, протягивая руки. Он передал ей кота. Их пальцы едва коснулись друг друга, и в это короткое прикосновение Джуд почувствовала, будто электрический импульс прошёл по коже. Она посмотрела на него, пытаясь понять, было ли это только у неё, но Регулус по-прежнему сохранял ту же ледяную невозмутимость. — Твой кот — умный, — сказал он, чуть склонив голову. — Интересно, почему он пришёл именно ко мне? — Может, почувствовал, что ты тоже кот. Только в маске человека, — слабо улыбнулась Джуд, стараясь скрыть замешательство. Уголок его рта чуть дёрнулся. Почти-улыбка. Но слишком быстрая, чтобы быть уверенностью, не показалось ли ей. — Осторожней с ним, — произнёс он. — Он не такой безобидный, каким кажется. — Это я могла бы сказать и о тебе, — ответила Джуд, прижимая кота к себе. Мгновение повисло в воздухе, наполненное чем-то другим. Не словами. Не чувствами. Это было напряжение, будто искры от двух столкнувшихся миров льда и пламени. А кот, удобно устроившись в её руках, всё ещё смотрел на Регулуса, будто он был не случайной находкой, а частью плана. Она кивнула, отвернулась и направилась в свой вагон. Джуд крепче прижала к груди Асмодея, его бархатистая шерсть согревала руки, а сердцебиение ровное и тёплое странным образом успокаивало. Она шла по узкому коридору поезда, словно вынырнув из странного, зыбкого сна, оставшегося в купе позади. Купе, где стоял он. Регулус Блэк Казалось бы, ничего особенного не произошло. Он просто держал её кота на руках, как если бы это была обыденность — чёрный кот в его объятиях, словно сотканный из тени, а сам Регулус такой же тёмный, безмолвный, сдержанный. Но в том, как он посмотрел на неё в этот короткий миг было что-то странно личное. И Джуд чувствовала это до сих пор, будто прикосновение взгляда всё ещё горело на коже. Она чуть встряхнула головой. Глупости. Блэк-младший был известен своим ледяным высокомерием. Да, он вёл себя вежливо — даже почти ласково с Асмодеем — но в этом тоже чувствовалась отстранённость, будто между ними всегда будет стеклянная стена. Холодная, прозрачная, непрошибаемая. И всё же, мысли о нём липли к разуму Джуд, как капли дождя к стеклу легко стереть, но оставляют след. Когда она вернулась в купе, где сидели Джеймс, Сириус, Питер и Римус, двери громко скользнули в сторону. — О, слава Мерлину! — воскликнул Джеймс, подскочив с места. — Где ты его нашла?! Я ведь тебе говорил — я отвлёкся только на секунду, он выскользнул как тень! — Он был в багажном купе, — спокойно ответила Джуд, опуская Асмодея на колени. Кот тут же уютно свернулся калачиком, будто весь его побег был тщательно спланирован для того, чтобы привести её туда к нему. К Регулусу. Сириус фыркнул и уселся обратно: — Кот с характером. Не удивлюсь, если он на самом деле анимаг, решивший поиграть с нами в прятки. — Скорее дух мщения, — пробормотал Питер, — посланный, чтобы свести Джеймса с ума. Джуд слабо улыбнулась, но почти не слушала. Она села у окна, глядя на скользящие за стеклом туманные поля. С каждой минутой становилось холоднее. Лондон оставался позади, а впереди тянулся промозглый ноябрь. “Почему я вообще волнуюсь о нём?”, — думала она, глядя, как Асмодей шевелит ухом во сне. — “Это просто кот, просто случайность... Но почему его голос до сих пор звучит у меня в голове?” Поезд замедлил ход. Хогвартс. Вдали показались башни замка, окутанные сизым вечерним туманом. Лошадей-фестралов едва было видно в полумраке, кареты тронулись одна за другой. Мародёры выбрались из вагона, смеясь и подтрунивая друг над другом. Джуд задержалась с Лили и Марлин, села с ними в соседнюю карету. Но даже там, под перестуком колёс, под пледом и мягким голосом Лили о том, как она провела каникулы, мысли Джуд снова возвращались к тому моменту. К тихому, насыщенному взгляду серых глаз.

***

Кабинет зельеварения на седьмом этаже — тот самый, что когда-то принадлежал профессору Вилкосту, а теперь служил уютной крепостью Горация Слизнорта — был настоящим убежищем знаний и ароматов. Пахло сушёными травами, мятой, древесной корой и ещё чем-то странным, напоминающим одновременно озеро после дождя и яблочный пирог. Высокие окна открывали изумительный вид на сверкающую поверхность чёрного озера, застывшего в недвижимости под тяжёлым свинцовым небом — ноябрь чувствовался в воздухе каждой каплей, каждым дуновением сквозняка, каждым холодным касанием каменного пола под подошвами. Джуд Поттер вошла в кабинет вместе с другими учениками пятого курса, сжимая в руке перо и свиток с записями. Сегодня они должны были приступить к созданию сложного, многоступенчатого зелья — Укрепляющего раствора. Зелье требовало особой концентрации и терпения, ведь готовилось оно не за один урок, а в течение нескольких дней, и к финалу СОВ должно было получиться идеально. Джуд волновалась её зельеварение нельзя было назвать выдающимся. Она была прилежной ученицей, но зелья всегда казались ей чем-то между колдовским искусством и настоящей алхимией, где ошибка в доле грамма могла обернуться фиаско. — Джуд, — вдруг послышался знакомый голос. — Будешь со мной в паре? Она обернулась — к ней подошёл Барти Крауч-младший, с лёгкой улыбкой и уже развёрнутым конспектом в руках. Его взгляд был внимательным, почти светившимся от энтузиазма. — Конечно, — кивнула она, с облегчением. Барти был одним из лучших на курсе, и если с кем и работать, так только с ним. — Отлично. Нам предстоит настоящее волшебство, — проговорил он, уже занимая место у одного из котлов. По классу быстро распределялись пары: Рабастан Лестрейндж и Алекто Кэрроу заняли стол возле стены, их работа обещала быть громкой и наполненной взаимными придирками. Рядом с ними устроились Регулус Блэк и брат Алекто — Эмикус. Джуд мельком взглянула в ту сторону, и словно по какому-то странному совпадению, Регулус в этот самый момент поднял голову и встретился с ней глазами. Его лицо оставалось каменным, холодным, но взгляд — цепким, внимательным, будто он её изучал. Она быстро отвернулась, чувствуя, как внутри что-то едва заметно дрогнуло. Барти уже готовил ингредиенты ровными, точными движениями. Он объяснял всё спокойно, с увлечением: — Нам понадобится порошок когтей грифона. Это основа. Затем добавим кровь саламандры активирует регенеративные свойства зелья. Но важно не перегреть котёл. Если температура поднимется выше нормы, кровь свернётся. Джуд записывала каждое слово, не отрывая взгляда от его движений. Работать с Барти было легко. Он не смотрел на неё как на дилетантку, не ворчал, не торопил. Их котёл мягко закипал, и жидкость постепенно начинала приобретать нужный бирюзовый оттенок яркий, насыщенный, почти магический. — Прекрасно, — подошёл Слизнорт, потирая руки. — Очень, очень хорошо, мисс Поттер, мистер Крауч. Идеальное взаимодействие, особенно для первого этапа. Приятно видеть, когда зелье — результат дружеской кооперации. Джуд едва сдержала улыбку. Профессор подошёл к следующему котлу. Зелье Рабастана и Алекто было… мутно-зелёным, с подозрительным осадком. Слизнорт сдержал комментарий, но по его лицу всё было ясно. Когда он добрался до Регулуса и Эмикуса, то кивнул одобрительно: — Почти безупречно, мистер Блэк. Вы снова удивляете. Джуд, казалось бы, была сосредоточена на своём котле, но внутренне она чувствовала, как чей-то взгляд скользит по ней — пристальный, холодный, но почему-то неотступный. И когда Барти рассказывал о взаимодействии крови саламандры с пыльцой чарофлоры, она почти физически ощущала это внимание. Будто под прозрачным куполом и взгляд не даёт забыть, что она не одна. Что он там думает? Почему смотрит? Снова случайность? Или нет? Она машинально мешала зелье, но её мысли уходили всё дальше от котла. Регулус Блэк. Его холодная внешность, вечная отстранённость, даже не надменность — просто лёд. И всё же... он был тем, кто нашёл Асмодея. Кто держал его, гладил. Кто заговорил. Почему он вообще…? — Джуд, добавь последнюю каплю, — подсказал Барти. Она вздрогнула и быстро вернулась к действительности. Зелье заискрилось мягким светом. Бирюзовый. Тот самый оттенок. Слизнорт снова подошёл и кивнул с благосклонной улыбкой: — Идеально. Так держать. Когда урок закончился и ученики начали собирать вещи, Джуд обернулась к Барти: — Спасибо тебе. Без тебя у меня бы точно не получилось. — У тебя получилось бы, — он усмехнулся. — Я просто чуть ускорил процесс. Она снова улыбнулась, убирая перо и свитки в сумку. И только проходя мимо Регулуса, почувствовала, как его взгляд коснулся её в последний раз, прежде чем она вышла из кабинета.