Часть 6

Ноябрь в хогвартсе начался с заморозками по утрам и ледяными бурями, обжигавшими лицо и руки. Небо на потолке Большого зала затянула жемчужно-серая мгла, горы вокруг Хогвартса надели снежные шапки, а в замке стало так холодно, что между занятиями ученики ходили по коридорам в толстых перчатках из драконьей кожи. Утро матча выдалось ясным и колким, словно хрусталь. Джуд проснулась от шелеста шагов — это Марлин уже завязывала шарф и натягивала гетры: проснулась рано, чтобы позавтракать и перевести дух. Матч против Слизерина — событие, от которого всегда холодело в груди, не только из-за ветра над стадионом. На Гриффиндорском столе было шумно и пестро: все носили красное с золотом, словно собирались в бой. Джеймс сидел прямо и серьёзно, будто готовился к дуэли, а рядом с ним Сириус что-то шутливо говорил, стараясь его приободрить. Питер, разумеется, кивал с жаром, поддерживая каждый вдохновляющий выкрик. Римус тоже добавлял свои идеи, хоть и не играл — он всегда замечал такие детали, о которых никто не задумывался. Марлин искрилась уверенностью. Её рыжие волосы были заплетены в косу, и в глазах читалась решимость. Она всегда преображалась перед матчем — спокойная обычно, сегодня она казалась грозной. — Сегодня мы их разнесём, — сказала она, откусывая тост с джемом. — Именно, — подхватила Лили, обняв Джуд за плечи. — Мы с Джуд будем орать с трибун, так что пусть только попробуют промахнуться! — Только не надорвитесь, — фыркнул Римус, улыбаясь, — ещё голос потеряете. К ним присоединились близнецы Прюэтт: Гидеон охотник с глазами, будто высматривающими противника за милю, и Фабиан загонщик с всегда чуть хриплым смехом. Они были на седьмом курсе, но с лёгкостью находили общий язык со всеми. Рядом шла Эммелина Вэнс ловец гриффиндорской команды, худенькая, с серьёзным лицом и длинными пальцами, словно созданными для того, чтобы ловить снитч. Она была с Джуд на одном курсе, и всегда казалась немного отстранённой но перед матчем её сдержанность превращалась в сосредоточенность. Вратарь, Теодор Корнер, сидел на другом конце стола, бросая на всех внимательные взгляды — он был шестикурсником, высоким и мускулистым, с руками, которые могли поймать квффл как яблоко. А ещё был Фрэнк Долгопупс — загонщик, честный, сильный, и всегда немного забывчивый, но на поле превращавшийся в настоящего защитника. Джеймс встал, чтобы объяснить последние указания он был охотником, и мысли его были остры и точны. Он говорил чётко, и все слушали его, будто генерала перед сражением. Джуд сжала кружку с тыквенным соком и огляделась. Всё это — шум, цвет, азарт - казалось ей на мгновение далёким, как будто она смотрела на них сквозь стекло. А потом она почувствовала чей-то взгляд. Она подняла глаза — и встретилась с глазами Регулуса. Он сидел за слизеринским столом, одетый в зелёное с серебром, его волосы были аккуратно зачёсаны, лицо спокойно, даже чуть насмешливо. Он не улыбался — просто смотрел. Не слишком долго, но достаточно, чтобы Джуд заметила. Он был ловцом их команды, и у него был свой собственный холод.

***

Джеймс уже был в спортивной форме: красная мантия с золотыми полосами развевалась у него за спиной. Он стоял в центре раздевалки и давал последние указания команде. Его голос звучал уверенно, но в глазах горел привычный боевой азарт. Рядом сидели Марлин, Гидеон, Фабиан, Эммелина, Фрэнк и Теодор Корнер, внимательно слушая каждое слово. Из-за стены слышался нарастающий гомон — толпы учеников стекались к стадиону. Голоса, смех, звуки шагов — всё сливалось в волнующую какофонию предматчевого возбуждения. — Пора, — сказал Джеймс, взглянув на наручные часы и поднявшись. — Идём. Ни пуха, ни пера. В это же время на трибунах уже собрались болельщики. Джуд сидела между Сириусом и Лили. Питер с важным видом держал перед собой флаг «ГРИФФИНДОР ВПЕРЁД!», разукрашенный в красно-золотые цвета. Римус в шарфе с гербом факультета неспешно обсуждал с Лили стратегию игры. Сириус, заранее подготовившись, извлёк из кармана пакет мармеладных червячков и, подмигнув Джуд, протянул ей горсть. Они принялись жевать сладости, не отрывая глаз от поля. Гриффиндорская команда поднялась, взвалила метлы на плечо и в строю вышла на поле. Толпа взорвалась овациями — зрители приветствовали игроков, скандируя фамилии. Над полем развевались флаги. Музыка духового оркестра вперемешку с криками болельщиков заглушала всё. Слизеринцы уже выстроились на другой стороне поля. Все — в зелёном и серебряном, с хищным блеском в глазах. Их новый капитан — Эйвери — стоял в центре, высокий и жёсткий. За его спиной маячили загонщики Рабастан Лестрейндж и один из близнецов Кэрроу, с битами наперевес. Регулус Блэк держался чуть поодаль, сдержанно, будто выше всей этой суматохи. Бледное ноябрьское солнце падало на его чёрные волосы, придавая ему почти неземной вид. Джуд невольно встретилась с ним взглядом. Он смотрел на неё спокойно, почти изучающе. Она тут же отвернулась, спрятав лёгкую улыбку, и принялась фотографировать с Сириусом стадион и свою команду. — Капитаны, пожмите руки, — приказала мадам Трюк. Джеймс шагнул вперёд. Эйвери пожал ему руку с такой силой, что суставы хрустнули, но Поттер даже не моргнул. — Седлайте метлы! Свисток. Солнце блеснуло на поднятых мётлах — и через секунду четырнадцать игроков взмыли в небо. Квоффл, два бладжера и золотой снитч вырвались на свободу. Матч начался. Голкипер Теодор Корнер занял позицию у колец. Ловцы Эммелина Вэнс и Регулус Блэк почти сразу поднялись выше всех и начали кругами облетать поле. Эммелина, сосредоточенная и решительная, скользила вдоль линии, не отрывая взгляда от пространства перед собой. Регулус — тень на противоположной стороне поля, скользил столь же легко, будто был частью ветра. — С мячом Поттер! — голос Алисы Фортескью разнёсся по трибунам. — Поттер овладел квоффлом. Какой игрок, я годами твержу Лили, а она его отвергает! — АЛИСА! — возмущённо выкрикнула профессор Макгонагалл. — Биографический факт, профессор, для оживления репортажа... — с невозмутимым видом ответила Алиса. — Поттер уходит от Лестрейнджа, обводит Эйвери, о-о-ох, получает бладжером от Кэрроу! Эйвери перехватывает мяч! — Эйвери взмыл к кольцам Гриффиндора, но тут в дело вмешался Фабиан Пруэтт — его бладжер с гулким стуком ударил капитана Слизерина прямо в плечо. Квоффл выскользнул из его рук — и тут же его подхватила Марлин МакКиннон. Её мантия развевалась, когда она мчалась по полю. Обходя одного за другим, она сделала финт и передала мяч Гидеону... ГОЛ! — взревела Алиса, когда квоффл прошёл через центральное кольцо. Трибуны Гриффиндора взорвались от восторга. Сириус подбросил вверх горсть мармеладок, Джуд вскочила на ноги, обнимая его и Лили. Питер визжал,махая флагом. — Десять — ноль, ведёт Гриффиндор! — донёсся голос Алисы. Но радость была недолгой. Слизеринцы бросились в атаку, и вскоре Эйвери вновь овладел квоффлом. Уверенно обходя защитников, он направился к кольцам. Корнер бросился вперёд — но поздно. Мяч вошёл в нижнее кольцо. — Десять — десять, — сдержанно произнесла Алиса. — Игра обостряется... — Следующие минуты прошли в буре атак и контратак. Гидеон потерял мяч, но тут же Фабиан отбил бладжером Лестрейнджа. Квоффл у Марлин — и снова она, мчится как вихрь, обходит защиту, передаёт мяч Поттеру. Джеймс делает финт и... ГОЛ! — крик Алисы снова заглушает всё. — Двадцать — десять в пользу Гриффиндора! Регулус и Эммелина продолжали облетать поле. Он не отставал ни на шаг. Они оба были сосредоточены до предела — никакой пощады, никакой ошибки. Эммелина чувствовала, как сердце колотится в груди. Только бы найти его первой. Только бы... И тут она увидела — золотой мячик блеснул возле башни комментаторов. Ловец резко рванулась вверх, обогнала Регулуса на один поворот, согнулась над мётлой, как стрела, вытянула руку. — ВЭНС ПОЙМАЛА СНИТЧ! — закричала Алиса. — ГРИФФИНДОР ПОБЕЖДАЕТ СО СЧЁТОМ 170 — 10!!! Трибуны взорвались. В небо взлетели флажки, шарфы, перчатки. Джуд визжала от радости, Сириус обнимал её и смеялся, а Питер залез на лавку, чтобы махать флагом ещё выше. На поле команда Гриффиндора кружилась, обнимаясь. Джеймс поднял Эммелину на руки, Марлин радостно хлопала по плечу Гидеона, Фабиан и Фрэнк радостные обнимались. Все кричали, пели и обнимались. А высоко на трибунах, с мармеладом в ладони, Джуд смотрела на Регулуса. Он уже спускался на землю. Сдержанный, как всегда, но в его глазах сквозил холод. И почему-то ей показалось, будто он снова искал её взгляд. — Идём, — тронул её за плечо Сириус, поднимаясь. — Надо поздравить нашего чемпиона. Вниз с трибун спустились Джуд, Сириус, Питер, Римус и Лили. Шум, смех, приветственные крики наполняли воздух, но Джуд, не обращая внимания ни на что, сорвалась с места и, смеясь, побежала к брату. Джеймс как раз ставил метлу в стойку, когда его младшая сестра со всего разбега прыгнула на него. Он с лёгкостью поймал её, закружил на месте и крепко обнял. — Джеймс! — восторженно кричала Джуд, — Это было потресающе! — Это была командная работа, — скромно буркнул Джеймс, хотя лицо его светилось гордостью. К ним подходили друзья, поздравляя и обмениваясь шутками. Питер аж подпрыгивал от радости, размахивая своим флажком с надписью «ГРИФФИНДОР — ВПЕРЁД!». Лили, чуть смущённая, всё же улыбнулась Джеймсу и протянула руку: — Отличная игра, Джеймс. Это было... впечатляюще. Джеймс, кажется, даже забыл, как дышать, он вспыхнул, как факел, и растерянно пробормотал: — Спасибо. Правда. Это много значит. Сириус хлопнул его по спине: — Всё, хватит любоваться на неё, чемпион. Это нужно отпраздновать! — Только не как в прошлый раз, — быстро вставил Римус, поднимая брови, — а то потом с похмельем в больничном крыле Все рассмеялись. Джуд чуть не уронила мармеладных червячков, схватившись за живот от смеха. — И что же мы такого сделали? — с невинным видом спросил Сириус. — Всего-то трансфигурировали портрет Кассандры Ворч в фонтан огненной виски... Смех не утихал, когда к ним подошла профессор Макгонагалл. Обычно строгая и сдержанная, сегодня она улыбалась, и её взгляд был почти ласковым. — Господа, — начала она и осмотрела команду победителей и их друзей, — это была достойная игра. Я горжусь вами. Поттер, вы вели команду с умом. — Спасибо, профессор, — с неожиданной скромностью ответил Джеймс. — И если вы, скажем, вдруг решите... слегка отметить победу, — Макгонагалл прищурилась, — то я разрешаю. Только, пожалуйста, в этот раз — без фейерверков внутри замка. Снова смех. Даже Римус позволил себе редкую широкую улыбку. Джеймс засиял, словно только что снова поймал снитч. — Устроим что-нибудь весёлое. В этот раз — спокойно, — пообещал он. — Наверное. — Вот и отлично. И, Поттер, — она уже разворачивалась, но бросила через плечо: — Отличная работа. По-настоящему лидерская игра. Когда она ушла, все стояли в лёгкой тишине, как будто стараясь сохранить это мгновение. А потом разом закричали, кто-то бросил шапку вверх, и началась настоящая радость. — В гостиную! — крикнул Сириус. — У нас праздник! И Гриффиндор пошёл праздновать — весело, громко, как они умели. А Джуд оглянулась — на поле, где ещё стояли слизеринцы, где Регулус уже отвернулся и уходил к выходу со стадиона.

***

Вся команда Гриффиндора, вместе с друзьями, устроилась у камина в уютной гостиной. Вечерний свет мягко мерцал на стенах, огонь потрескивал в очаге, отбрасывая тёплые отблески на уставшие лица победителей. Джеймс полулежал на диване, поглаживая Асмодея, чёрного пушистого кота Джуд, устроившегося у него на коленях. Сириус и Питер устроились рядом, лениво доедая сладости со стола, а Римус, откинув голову на подушку кресла, читал какую-то старую книгу о волшебных существах, которую с трудом держал в руках — усталость всё же брала своё. Только Лили отсутствовала она вышла на прогулку с Северусом, и Джеймс с того момента заметно помрачнел. Он не сказал ни слова, только гладил кота и смотрел в огонь, будто пытаясь прогнать мысли, которые вовсе не хотелось думать. Тут в гостиную вбежал первый курс — Джек Тайлер, нескладный мальчишка с вихром на макушке. Он замер у дивана, вглядываясь в Джуд. — Э-э... Джуд! Это тебе, — пробормотал он и, краснея, протянул сложенный вчетверо лист пергамента. Все в комнате замерли. Питер уронил зефирку. Джеймс поднял бровь. Сириус повернулся к Джуд с хищной улыбкой. А Марлин, которая сидела на ковре и разматывала шарф, радостно хихикнула: — О-о, от поклонника? Как романтично! — Кто он такой? — тут же спросил Джеймс с явным напряжением в голосе. Он сел прямее, Асмодей с раздражённым "мррр!" соскочил с его колен. — Я его знаю? — Джеймс, — сказала Джуд с нарочитой невинностью, пряча письмо за спиной, — не твоё дело. И, оставив после себя загадочную улыбку, она направилась вверх по лестнице к спальням. За ней звенела тишина, а потом раздалось довольно громкое ворчание: — Она ещё маленькая! Какие ещё парни? — Джеймс, ей пятнадцать, это нормально, — спокойно заметил Римус, не отрывая взгляда от книги. — Да, — добавил Сириус, лениво потягиваясь. — Наша Джуд — красавица, к ней ещё толпы мерзавцев будут липнуть. Надо привыкать, Джеймс. Ты у нас теперь брат прекрасной леди. — Прекрасной леди? — фыркнул Джеймс, но уже без особой злости. — Только попробует кто-то к ней подойти, я ноги сломаю ему — Да брось, Джуд не будет же ведь с кем попало встречаться — подмигнул Сириус.

***

Джуд открыла дверь в спальню, сердце все ещё колотилось от шума, смеха и восторгов после матча. В её руке была записка, аккуратно сложенная вдвое, бумага тёплая от пальцев. Она села на край кровати, развернула её — и сразу наткнулась на короткую, но весьма интригующую фразу:

«Встречаемся на кухне через 10 минут. — Барти»

Никаких лишних слов, никаких витиеватых фраз. Просто — встречаемся. И всё. Джуд удивилась. Барти? Что ему нужно? Она метнула взгляд на своё отражение в овальном зеркале у окна. Всколыхнув пальцами тёмные пряди, пригладила их, разгладила складку на мантии и быстро вышла из комнаты, стараясь не наступить на чей-то шарф. Коридоры были полупусты большая часть учеников либо праздновала в гостиной, либо спала. Хогвартс уже начинал замирать в уютном, послематчевом спокойствии. Джуд, стараясь не шуметь, спустилась по витой лестнице, миновала гобелен с троллями, вытирающими носы, и подошла к натюрморту с весёлыми фруктами. На этот раз она точно знала, что делать. — Щекотка, — пробормотала она, легко коснувшись пальцем зелёной груши. Груша задорно захихикала, поёжилась и тут же обернулась блестящей зелёной ручкой. Джуд осторожно взялась за неё и приоткрыла дверь. В нос ударил тёплый запах свежего хлеба, сливочного масла и чего-то сладко-пряного кажется, яблочных пирожков. На одной из скамеек в глубине кухни сидел Барти Крауч-младший. Он что-то оживлённо рассказывал домовому эльфу который кивнул, бросив на Джуд короткий, но восторженный взгляд. — А вот и ты! — Барти встал, дружелюбно улыбаясь. — Садись. Я сказал Госби, что мы хотим тыквенный сок. Надеюсь, ты не против? — Конечно, не против, — ответила она, усаживаясь на лавку напротив. Госби, кажется, был в полном восторге. Он сделал смешной реверанс, при этом чуть не споткнулся и тут же исчез среди кастрюль и булочек. — Поздравляю с победой, — сказал Барти, мягко улыбаясь. — Матч был великолепен — Спасибо, — Джуд почувствовала, как уши вспыхнули. — Но это всё Эммелина, если честно. Барти уже открыл рот, чтобы что-то сказать, как тут появился Госби, держащий в каждой руке по большой кружке тыквенного сока. Он поставил их на стол с гордым видом и удалился, весело напевая себе под нос. Они чокнулись звук кружек был тёплым, домашним, совсем не торжественным, но в этой простой детали Джуд почувствовала магию. — Значит… — начала она, когда отпила глоток. — Ты хотел меня видеть? Барти поставил кружку и кивнул, чуть склонив голову вбок, будто обдумывая, как сформулировать. — Как ты, наверное, знаешь… Я в клубе Слизней. Его ведёт профессор Слизнорт. — Лили там тоже, — заметила Джуд, делая глоток. — Да, именно, — он одобрительно кивнул. — Так вот… Профессор устраивает Рождественский приём. Это довольно большое событие, к нему приглашаются только избранные ученики, преподаватели, некоторые известные маги. И у каждого, кто получил приглашение, есть возможность пригласить кого-то с собой… в качестве пары. Джуд моргнула. Сердце её будто на мгновение остановилось. — Пары? — переспросила она, уже понимая, к чему всё идёт. — Да. И я хочу пригласить тебя, знаю до рождества еще есть время — просто сказал Барти. — Но думаю, если ты согласишься это будет замечательно. Ты же будешь не одна — Лили тоже там будет. Ну, и я, разумеется. Джуд внимательно посмотрела на него. Его голос был спокойным, но в глазах плясал огонёк, и она поняла, что это не просто жест вежливости. Он хотел, чтобы именно она пошла с ним. — Я согласна, — сказала она, и уголки губ потянулись вверх. Барти расслабился, будто всё это время затаивал дыхание. Он поднял кружку. — За праздник, — сказал он. — И за тыквенный сок, — добавила Джуд, и они рассмеялись. Госби, словно почувствовав настроение, вновь появился с подносом пирожных.