2.

      Внезапный стук в дверь вырвал ее из оцепенения. – Я видел, как уходил твой клиент, – Хосок ухмыльнулся, его взгляд скользнул по фотографии. – Довольно впечатляющий тип. Ну, как все прошло? – Йонака замялась. Она чувствовала, что должна что-то сказать, но слова застревали в горле. – Что-то в нем показалось мне немного странным, – произнесла она неуверенно, стараясь скрыть беспокойство, которое разливалось по ее телу. Хосок нахмурился, его брови сошлись в одну линию. – В каком смысле странным? – он насторожился, его тон стал более требовательным. – Он вел себя очень скрытно, – Йонака вздохнула, чувствуя, что откровенность не принесет ей ничего хорошего. – Словно пытался избежать любых деталей о деле, что я должна выполнить. – И что он хотел от тебя? – Хосок не унимался, его интуиция подсказывала ему, что Йонака что-то скрывает. “Если я расскажу Хосоку правду, то он точно попытается меня остановить,” – Йонака мысленно взвешивала все “за” и “против”. – Не могу тебе поведать, – она кинула ему легкую расслабленную улыбку, пытаясь сгладить ситуацию. – Знаешь, это должно быть только между журналистом и клиентом. Рабочая этика, как-никак. Хосок раздраженно закатил глаза. – Йонака, не забывай, о чем мы говорили сегодня утром, – он напомнил ей об их разговоре, где он настаивал на том, чтобы она не бралась за рискованные задания. – Да знаю я, все прекрасно знаю, – Йонака старалась успокоить его, но ее голос слегка дрожал. – Не переживай, Хосок. Если через несколько дней все останется как есть, непонятно-странным, я обязательно скажу ему, что больше не буду работать над его заданием, обещаю, – беспокойство на его лице сменилось заметным облегчением. Он подошел ближе и слегка потрепал ее по волосам. – Ну ладно, – он проговорил, как бы успокаивая ее. – Скоро обед.       Хосок ушёл вниз, а все её мысли вернулись к человеку на фото. Юнги… Кто ты, и что этому мужчине от тебя нужно?

~o0o~

      В шумной атмосфере бара, наполненной смехом и разговорами, Йонака терпеливо ждала. Её мысли блуждали, беспокойство грызло изнутри. Ей предстояла важная встреча, но она никак не могла сосредоточиться.       Громкий заразительный смех, доносившийся от группы молодых людей у барной стойки, нарушал её размышления. Йонака, опустив голову на руки, вздохнула, пытаясь игнорировать шум. Несколько минут спустя смех стал еще громче, и она, невольно повернув голову, увидела группу людей, практически полностью оккупировавших барную стойку.       Её внимание моментально привлек мужчина. Это он, её объект наблюдения! Он с уверенностью вел оживленную беседу, его слова, к сожалению, были неразборчивы с этого расстояния. Но даже без слов было ясно, что он – лидер этой компании. Молодые люди с вниманием слушали его, а затем снова взрывались хохотом. Йонака изо всех сил старалась расслышать хоть слово, но шум бара глушил его голос. В отчаянии она пнула ножку стула.       Сдавшись, Йонака вернулась к своему уединенному столику, чтобы продолжать наблюдение. Но стоило ей снова поднять глаза, как она поняла, что Юнги исчез. Её сердце застучало в бешеном ритме. Йонака быстро оглядела бар, но нигде его не обнаружила.       Не раздумывая, она уже собралась броситься в погоню, но в тот момент, когда она уже встала, на сидение напротив Йонаки опустилась тень.       Он хитро ухмыльнулся, подталкивая к ней бокал с напитком. В его глазах – шутливый блеск, который говорил о том, что он заметил её тревогу. – Привет. Я не мог не заметить тебя с барной стойки. Меня, кстати, зовут Юнги. А тебя как? – его голос был мягким, но проницательным, как будто он видел сквозь Йонаку. Её дыхание сбилось. Пытаясь унять дрожь, она сделала глубокий вдох. – Саё, – она сказала первое имя, что пришло ей в голову. – Я тебя здесь раньше не видел. Первый раз? – выражение лица Юнги совершенно открытое, а его глаза сияют непостижимой добротой. Он что, пытается приударить за ней? Йонака, не привыкшая к такому вниманию, ощутила смущение и неловкость. – Ах это, да. Я решила, было бы неплохо сменить обстановку и отдохнуть в новом для себя месте, – Йонака робко улыбнулась ему, пытаясь скрыть свою нервозность. – Я так и подумал. Ты здесь будто не в своей тарелке, окруженная незнакомцами одиночка. Но не переживай. Мы не кусаемся, – он сказал это с легкой иронией, но его слова прозвучали как угроза. Он сделал шаг в её сторону, и Йонака почувствовала, как тело охватил холод. Она сделала глоток напитка, пытаясь спрятать свое беспокойство. – Однако, хочу дать тебе маленький совет, – он наклонился ближе ко Йонаке, и она почувствовала, как его дыхание отдается на шее. – Если хочешь за кем-то последить, тебе нужно более изощренно подходить к своей легенде, – в одно мгновение вся краска исчезла с её лица. – Что? – Йонака попыталась собраться с мыслями, но её голос звучал хрипло и неуверенно. – Заходишь в бар и даже не заказываешь себе выпить? Конечно, можно предположить, что ты ждешь парня, но это же очевидно – его у тебя нет. И ты облажалась с попыткой остаться незамеченной. Ты так пристально глядела на меня! Понравилось то, что увидела? – его слова были холодными и беспощадными, как ледяной ветер. Йонака так крепко сжала свой стакан, что аж кончики пальцев побелели. "Этот парень. Его поведение изменилось за долю секунды. Он опасен," – она попыталась не показать свою панику, но её руки дрожали. – Расслабься. Мы можем упростить нашу беседу. Давай по существу. Кто подослал тебя? – он улыбался, но в его глазах не было ни капли теплоты. – Играем в молчанку, да? Ладненько, а как насчет этого? – он наклонился вперед. – Твое имя не Саё, ты Йонака. Ты сейчас работаешь журналистом по найму, – её дыхание застряло где–то в горле. Ледяная дрожь пробежала по телу. Слова Юнги пронзили Йонаку, словно ледяной ветер. – Твоего брата звали Тэхён. Он трагически погиб несколько лет назад. Ах, я кое-что вспомнил. Ты хотела бы узнать, что с ним случилось на самом деле? – в этот раз она никак не смогла остановить вырвавшийся судорожный вздох.       Йонака не знала, кто такой этот парень. Ей нельзя пока подставляться. Но её молчание, похоже, нисколько не беспокоило Юнги. Он просто продолжал напирать на неё. Непоколебимый, словно скала. – Что? Нечего сказать? - нн начал безудержно смеяться. – Да уж, не свидание, а тоска одна, – Йонака чувствовала, как её щеки вспыхнули от жара смущения, но продолжала упорно молчать. Юнги какое-то время всматривался в её лицо. – Знаешь, а ведь твое молчание красноречивей всяких слов, – такое ощущение, что он видел её насквозь. – На твоем месте я еще бы поработал над своим лицом. Ты плохо скрываешь эмоции, – Юнги снова начал медленно потягивать свой напиток. Но прежде чем Юнги успел вставить еще хоть слово, дверь в бар внезапно распахнулась с оглушительным ударом. – Всем стоять, не двигаться! – раздался громогласный крик. Дверь в бар распахнулась, и в комнату вбежала полиция. Гости замерли с перекошенными от ужаса лицами. Они еще недавно веселились, а теперь на них напала паника. – Похоже, и мне пора, – пробормотала Йонака, поворачиваясь к Юнги.       Она повернулась к Юнги как раз вовремя, чтобы увидеть, как он уходит. Он лишь лукаво подмигнул ей, прежде чем окончательно скрыться из виду. – Постой!              Сердце колотилось в бешеном ритме, а в ушах звенело от нарастающей паники. Она выбежала вслед за ним, не задумываясь ни о чем, кроме того, чтобы не упустить этот, возможно, единственный в жизни шанс.       Но как только Йонака оказалась в толпе, надежда начала таять, словно лед под палящим солнцем. Бар был забит битком. Полицейские, лица которых были искажены тревожными гримасами, огородили все выходы. Море людей, словно взволнованная стихия, кипело вокруг.       Давка нарастала, крики разрывали воздух, пробираясь сквозь густой коктейль из потеющего тела, табака и перегара. Йонака не видела Юнги, и страх неумолимо сковывал её движения. В центре бара разгорелась драка. Оглушительные удары, пронзительные крики, осколки разбитых стекол – все сливалось в хаотичный, непримиримый ревущий беспорядок.       Внезапно толпа двинулась к выходу. Йонака оказалась в центре этого неуправляемого потока, словно корабль в бушующем шторме. Локти и спины толкали её в разные стороны, и она теряла всякую надежду отыскать Юнги в этом безумии.       Её ноги опустились на холодный пол. Йонака попыталась встать, но силы её покинули. В глазах потемнело, и огромная черная завеса спустилась, поглотив её в темноте.

~o0o~

      Йонака открыла глаза, и мир вокруг неё расплылся, словно масляные пятна на воде. Голова раскалывалась так, будто по ней проехался танк. Память отказывалась работать, словно была стерта ластиком. Последнее, что она помнила, – это неясное чувство падения и чьи-то руки, подхватывающие её.       Оглядываясь по сторонам, Йонака обнаружила, что находится в пустой комнате, напоминающей больничную палату. В углу притулился небольшой столик, на котором стояла тусклая лампа. Единственным источником света в этом мрачном помещении служило узкое окно, через которое пробивались лучи. В противоположном углу комнаты стоял высокий широкоплечий мужчина. Его лицо было скрыто в тени, но Йонака чувствовала на себе его пристальный взгляд.       Она пыталась вспомнить, как оказалась здесь. Внезапно Йонака ощутила влагу на лбу. Приложив руку, она почувствовала что-то липкое - кровь. Она ухватилась за край стола, пытаясь подняться, но резкая боль пронзила её голову. Она согнулась пополам, схватившись за рану.       Мужчина, словно почувствовав её страх, медленно подошёл к Йонаке. Его шаги тихие и уверенные. Он протянул ей чистую ткань и аккуратно прижал ее к ране. Несмотря на грубый внешний вид, его прикосновения удивительно нежные. Йонака отвернулась, пытаясь отстраниться, но он крепко удерживал её голову. – Потерпи, – сказал он низким, успокаивающим голосом. – Скоро все будет хорошо, – Йонака смотрела на него исподлобья. – Ты умудрилась очень неудачно упасть.       Медленно, словно в трансе, он осматривал её рану. Его пальцы скользили по её коже, вызывая мурашки. Йонака закрыла глаза, пытаясь сосредоточиться. Когда он закончил, она почувствовала, что боль в голове немного утихла.       Открыв глаза, Йонака снова встретилась с его взглядом. В этот момент между ними пробежала искра. – К-кто вы? – он не ответил, просто поднял руку, чтобы аккуратно взять её за подбородок. – Ой… – Еще чуть-чуть… – он полностью сосредоточен, удерживая Йонаку на месте одной рукой, а второй промокая её лоб.       Наконец, спустя ещё несколько томительных секунд, его руки отстраняются. Он изучающее смотрел на неё сверху вниз, как бы оценивая свою работу.       Он снова осторожно коснулся её лица, и его пальцы оказались удивительно близко к её губам. Йонака уже хотела спросить, что он делает, как вдруг ощутила его теплое прикосновение к щеке.       Должно быть, её потрепали намного больше, чем Йонака изначально предполагала. Кажется, прошла уже целая вечность, и вот он, наконец, отодвинулся от неё с улыбкой на лице. – Так-то лучше, – сказал он, достав из кармана новый платок. – Прижми его крепче сюда, – попросил он, вложив ткань в её пальцы, и поднёс её к голове Йонаки. Он слегка сжал её руку чуть дольше положенного, а затем сделал шаг назад. – Вот так. Уверен, тебе должно стать полегче.       Вдруг он резко опустился перед Йонакой на колени, и их глаза оказались на одном уровне. Его взгляд, который еще секунду назад был полон нежности и заботы, теперь стал серьезным, почти деловым. – Меня зовут Чон Чонгук, – сказал он. – Я детектив. Работаю в этом полицейском участке. Мы нашли тебя без сознания в баре и решили привезти сюда. Тебя что-то беспокоит? Боль? Головокружение? – Йонака покачала головой, ошеломленная такой переменой в его поведении.       Молчаливый взгляд, пробирающий до мурашек, нежная забота, а теперь еще и этот серьезный тон, говорящий о бескомпромиссной готовности сразу же перейти к работе. – Я чувствую себя вполне нормально, – пробормотала Йонака. – Немного болит, конечно, но это ничего. – Рад слышать, но если станет хуже, сразу же дай мне знать, договорились? – спросил он, и его взгляд снова стал мягким и сочувствующим. Он положил свою руку поверх ладони Йонаки, той, что не занята раной на лбу. Его пальцы обхватили её руку. – Ты можешь рассказать мне о том, что случилось, – сказал он, его голос звучал мягко, но уверенно. – Мы должны понять, что произошло.       Йонака пыталась вспомнить, но её голова была словно заполнена туманом, фрагменты воспоминаний мелькали перед глазами, но не складывались в единую картину. – А какая была цель облавы? – Ты же понимаешь, я не смогу поделиться с тобой этой информацией, – ответил он, поглаживая подбородок, погрузившись в размышления. – Но ты можешь рассказать мне, почему ты была там сегодня вечером, – продолжал Чон, уже пытаясь понять мои мотивы, затаившись за маской профессионального безразличия.       Йонака ведь не сделала ничего плохого. Но если она скажет ему, что была там по работе, наверное, так просто он от неё не отвяжется. И тогда ей не избежать кучи нудных вопросов. – У меня был свободный вечер. Я гуляла по городу и наткнулась на это заведение. Это разве незаконно? – прозвучало в ответ от Йонаки. – То есть, ты никогда раньше не была в этом баре? – уточнил он, делая заметку в своем блокноте. – Верно, – подтвердила Йонака. – Так и отметим, – сказал он, продолжая заполнять свой блокнот.       Спустя мгновение он остановился, хмуро глядя на страницу перед собой. На его лице отразилась глубокая задумчивость. Затем взгляд поднялся и тут же встретился с ней. – А когда ты была в баре, ты с кем-то говорила? Или, может, кто-то подходил к тебе? Угощал коктейлем? – спросил он, стараясь проникнуть в детали вечера.       В сознании яркой вспышкой тут же промелькнула дразнящая улыбка Юнги. Мин читал мои мысли, видел насквозь. – Нет. Я весь вечер была одна. Я сидела, расслаблялась и выпивала, это все, – ответила Йонака, но Чон явно заметил легкую дрожь в голосе. Он кивнул, делая еще одну пометку в блокноте. – А ты знала, что этот бар используется как прикрытие для целого ряда незаконных действий? – спросил он, наблюдая за её реакцией. От этих слов кровь стыла в жилах, заковывая все тело в ледяные цепи страха. – Ч-что?! Нет! – воскликнула Йонака, её глаза расширились от ужаса. – Незаконные действия?! Что еще за незаконные дейс... – она хотела было продолжить, но Чон перебил, хлопнув рукой по столу. – Я ни капли тебе не верю. А хочешь знать, почему? – Йонака уставилась на него, застыв. Слова медленно доходили до неё, словно через толщу воды. – Потому что я знаю – ты мне врешь. Только мне неизвестно почему. Спрошу тебя еще раз. Ты знала что-нибудь о преступной деятельности, что велась в баре?       Йонака быстро потрясла головой, все ещё оглушенная его словами. Чонгук выжидающе смотрел на неё, пронзая требовательным взглядом… Затем он вздрхнул и тяжело опустился на свое место.       В комнате царила напряженная тишина, нарушаемая лишь тихим шелестом бумаги, которую Чонгук перебирал в руках. На его лице отражалась тень недоверия, которая не давала Йонаке ни секунды покоя. – Я не знаю, что ты пытаешься так отчаянно скрыть, но поверь мне, он того не стоит, – произнес Чонгук, голос его был полон скрытой угрозы. Он перевернул фотографию, и её сердце сжалось в ледяной кулак. Это была та самая фотография, которую ей показал клиент. – С тобой там сидел этот мужчина, не так ли? – заметил Чонгук, не отрывая от Йонаки взгляда. – Ты знаешь, кто это? – …Не совсем. – Это Мин Юнги, он глава влиятельной семьи якудза. Мы уже продолжительное время следим за его передвижениями. У нас есть основания полагать, что его деятельность связана с баром, где мы проводили обыск.       Она рыла информацию на лидера мафии?!