Глава 26. «Утечка»

После завершения второй миссии и недавнего ожесточённого боя, наследникам наконец выделили несколько часов тишины. Но даже в это затишье невозможно было расслабиться полностью: над головами продолжал сгущаться тот самый неприятный туман недоверия. Связь со штабом установлена не напрямую — в целях безопасности вся информация поступает через зашифрованные устройства, подключаемые только по индивидуальному протоколу. Каждое из устройств защищено настолько, что даже малейшее отклонение в использовании грозит уничтожением его содержимого. Сегодня пришли сразу четыре пакета данных. Первый — от Шикамару Нара. Стратег передал сводную карту последних движений противников и возможные места их следующей дислокации. Все маршруты сопровождались схемами обхода и рекомендациями по незаметному проникновению. Второй — от Сая Яманака. Его досье содержало тревожную аналитическую справку: кто-то из верхов точно сливает информацию. Причём делает это умело, обрезая каналы так, что кажется, будто утечка случается в полевых условиях. На деле же всё начинается ещё до старта миссий. Третий пакет — вмешательство Иноджина. Он не должен был подключаться к передаче, но нашёл способ войти в канал. Его вмешательство было неожиданным, но метким: > — Вы сами понимаете, что если в прошлый раз вас ждали в точке B ещё до того, как вы покинули A — значит, шпион сидит рядом с вами, только этажом выше? Четвёртый — от Собаку Но. Подтверждение того, что враги меняют паттерны передвижений, но лишь тогда, когда информация из штаба «случайно» утекает. Речь идёт не об одном эпизоде, а о систематике. --- Когда все материалы были обработаны, в комнате собрались: Каваки, Сумирэ, Боруто и Шинки. Каждый — со своим мнением, со своей яростью, но все они — единым фронтом. > — Не могу поверить, что столько людей погибло, потому что кто-то наверху играет в предателя, — процедил Шинки, зрачки сузились. — Играет? — фыркнул Каваки. — Он торгует нами. И я хочу, чтоб он знал: когда мы его найдём — пощады не будет. — Штаб всё отрицает, — Боруто пожал плечами. — Говорят, что «всё под контролем». — Тогда пусть поживут в поле, — холодно сказала Сумирэ. — Хоть раз. Сами. Без связи. Наступила пауза. Густая, зловещая, насыщенная злостью и разочарованием. > — Мы думали, что эта миссия будет просто сопровождением… в крайнем случае, короткой стычкой, — Каваки провёл рукой по щеке, где ещё не до конца затянулась рана. — А она чуть не закончилась могильной плитой, — мрачно добавил Шинки. — Поэтому на следующую миссию мы идём вооружённые до зубов, — жёстко отрезал Боруто. — Каждая деталь будет учтена. Каждая хрень, вплоть до сменных перчаток и подстраховочных чипов. — Я уже связалась с поставщиками, — подтвердила Сумирэ. — Спецодежда, контактные гранаты, двойные карманы под скрытые ножи, даже броненакладки в форму встроим. — Если нас снова ждут — пусть тоже готовятся, — Каваки усмехнулся мрачно. — Но на этот раз они не доживут до конца миссии. И тут голос Сумирэ стал тише, но резче: > — Каваки. Есть только один источник, откуда информация могла уйти так быстро. — Думаешь, это штаб? — он приподнял бровь. — Не думаю. Я уверена. Слишком точные сливы, слишком стабильная утечка. Мы получаем координаты — и уже по ним ждут. Это кто-то из элиты, кто сидит выше нас всех. — Значит, ищем не разведчика, а крысу, — холодно подвёл итог Шинки. В комнате стало совсем тихо. Только гул устройства в углу напоминал, что за ними, возможно, уже следят. Больше никто не говорил. Каждый мысленно готовился к следующей миссии, которая теперь начиналась задолго до выстрела — с то тального недоверия ко всему, что приходит сверху. Сумирэ: — Ты тоже это чувствуешь, да?.. Всё слишком точно. Слишком… продумано. Нас кто-то ведёт. Каваки: — Уже давно. Просто раньше не было таких совпадений. А теперь каждый шаг, каждый чёртов маршрут будто кто-то диктует нашим врагам заранее. Сумирэ: — У меня ощущение, что мы воюем по чьему-то сценарию. И проигрываем именно тогда, когда слишком доверяем указаниям сверху. Каваки (кивает): — На той миссии, с сопровождением… Ты видела, как они нас ждали. Мы шли по «чистому» коридору, а они были уже там. (он садится напротив неё) — Это не совпадение. Это вброс данных. Кому-то в штабе выгодно нас подставлять. Сумирэ: — И это не просто шпион. Это кто-то, кто имеет доступ к миссионным маршрутам до того, как их утверждают окончательно. Каваки: — То есть кто-то из планировочного звена. Или из верхушки. Сумирэ (после паузы): — Скажи честно. Ты думаешь, кто это может быть? Каваки (жёстко): — Думаю. Но пока не могу доказать. Я выдвинул три версии. И все — дерьмовые. Одна из них — замначальник штаба. Вторая — координатор миссий. Третья — аналитик, который работает с пересечениями данных. (вздыхает) — У каждого из них слишком чистые досье. Это и напрягает. Сумирэ (тихо): — А ты не думал, что это может быть не одиночка? А группа? Каваки (молчит, затем медленно): — …Тогда мы вообще в говне по уши. Сумирэ: — Именно. Тогда всё, что мы делаем — просчитывается заранее. Каждое наше движение уже было на экране у них ещё до того, как мы его совершили. (пауза) — И всё, что нам остаётся — это быть на шаг впереди. Или сделать шаг вне правил. Каваки (глядя ей в глаза): — Я больше не пойду по их указкам. Следующую миссию мы готовим сами. Всё. От маршрута до запчастей для планшетов. Сумирэ (твёрдо): — И берём внепротокольную экипировку. У меня есть доступ к подпольным сборочным. Работают на заказ, без регистрации. Если нужно — достану всё. Даже то, что официально запрещено. Каваки (усмехается краем губ): — Вот за это я тебя и люблю. Сумирэ тихо, но с лёгкой улыбкой: — Не увлекайся. Мы ещё не победили. Каваки, приближаясь к сумирэ и ложась на кровать вываливает: — Но начнём побеждать. С этой ночи.