Раскол дроу

Давным-давно, когда земля только населялась разумными расами, среди огненных жерл и дымящихся архипелагов, где лава лилась реками, а небо вечно куталось в пепельные тучи, жил народ дроу — тёмные эльфы. Дроу обладали кожей цвета вулканического пепла, белыми волосами и глазами — алыми, как расплавленная сталь. Их домами были гроты, высеченные в скалах, где они молились Огню и Тени, пока их народ не раскололся надвое.     Однажды двум жрицам явились разные божественные провидения.     Одной предстала Арахна — паучья приспешница Хаоса, обещавшая наделить властью над прожжённым миром и возвысить своих жриц над другими. Но Арахна требовала строгого поклонения, кровавых жертвоприношений и распространения своих детей — пауков, что источали чёрную скверну.     Другая же узрела прекрасного лунного Бога, заворожившего её танцем, и окутавшим всё сиреневой дымкой. Покровительство Селены не нуждалось в жестоких жертвах. Лунный Бог ценил любовь — и душевную, и плотскую — а также мирное сосуществование с иными народами.     Начался спор: чьё покровительство принять? Единогласия не было, и народ раскололся.     На вулканических архипелагах остались те, кто решил посвятить себя Арахне. Их возглавили Верховные Жрицы, создавшие матриархат, где мужчины стали послушными тенями, а каждый второй сын приносился в жертву для укрепления паутины власти. Их кожа осталась светло-серой, глаза — кровавыми. В гротах они разводили пауков, чей яд и был чёрной скверной, отравлявшей чужие земли. Оккультисты Арахны верили: лишь жестокость может править миром.     Отвергшие кровавые обеты ушли на материк, более не прячась от лучей солнца и боготворя свет Луны. Со временем их кожа потемнела до оттенка грозового неба, глаза стали чёрными, как уголь, а волосы сохранили белоснежный блеск. У этих дроу правили не полом, а умением: Дома возглавляли те, кто доказывал своё право быть лидером — будь то женщина или мужчина. И они не убивали во имя Селены. В честь Бога каждое полнолуние освещалось кострами и танцами грациозных, полуобнажённых тел. Празднества сопровождались смехом, песнями и звоном серебряных монет, украшавших пояса юбок и шароваров.     Но их преследовало общее прошлое с теми, кто остался на архипелагах. Злодеяния оккультистов Арахны порочили и их имя. Иные расы смотрели на избравших Селену с подозрением, считая их варварами. Лунным дроу пришлось нелегко: они научились осторожничать с чужаками и тщательно оберегать чистоту своей крови.     Так и живут две половинки некогда единой расы: одни — в дымящихся пещерах, где жертвенные крики сливаются с шёпотом паучьих жриц; другие — под светом небесных тел, жаждущие мирного сосуществования.