Глава II.

Новость о том, что бывший нукенин класса S снова на свободе быстро облетела всю страну Огня. И уже начала выходить за ее пределы. Пока сам объект новости отсиживался дома, Шестой Хокаге уже начал так называемую пиар-компанию, в первую очередь назначив в академии большую тренировку, которую посетит самая известная команда в мире шиноби - номер семь. А немного позже он обязательно припряжет их к работе на предстоящем в Кумо экзамене на чуунина, но об этом позднее. У Какаши уже вошло в привычку предупреждать их о чем-то после того, как он это сделает. Иначе скандалы, которые разразятся от этих троих бедовых, но великих ниндзя, уничтожат его в планы еще в зародыше. Единственный человек, который альтруистично примет такую миссию - Наруто. Именно ему и предстояло рассказать своим сокомандникам подробнее о посещении Академии. - Ирука-сенсей будет рад, если мы придем. Давай же, Сакура, соглашайся. Наруто решил начать с легкого, поэтому сразу после резиденции пошел напрямую в госпиталь, где Сакура трудилась уже с рассвета. И сейчас, стоя в ее кабинете, по детски дергал ткань ее белого короткого халата, чтобы перевести на себя все ее внимание. Они часто посещали академию. Сакура даже преподавала факультативы для учеников, которые хотели бы освоить медицинское ниндзюдцу. Но сейчас весь ее фокус внимания стоял на более квалифицированных специалистах. А также на переписи ее собственных техник в большие медицинские свитки и фолианты. Поэтому первое, что она хотела сделать - разумеется отказаться. Какаши дал им неделю до миссии, ни о каких дополнительных задачах в этот период не было речи. Она хотела сделать как можно больше за этот короткий промежуток времени. Но отказать блондину она была не в силах. Он знал, как ее уговаривать. И как его жалобные голубые глаза могут размягчать ее крепкую волю. - Ладно. - На выдохе сказала она и мягко потрепала его за щеку. Узумаки тут же притянул ее к себе и коротко поцеловал в щеку, широко улыбнувшись. После чего скомкано попрощался и бегом понесся прочь из госпиталя. «Неугомонный» - пронеслось в голове Харуно прежде, чем она снова вернулась к толстым свиткам на своем рабочем столе. Выйдя на улицу, он осмотрелся, прикидывая в голове маршрут до дома его лучшего друга. Все эти несколько дней он не раз порывался навестить его, но, вспоминая тихий совет Какаши, останавливал себя. Он попросил дать ему время. И ему стоило больших усилий одергивать себя каждый раз, как он хотел пойти к нему в гости. Даже, когда понимал, что тот элементарно его не впустит. Сейчас шансов на диалог с Учихой было куда больше. Его оставили в его желанном одиночестве, как он и хотел. А значит, сейчас его убийственная темная аура должна быть хоть немного светлее.

***

И его мысли были практически верными. Все эти четыре дня, что напарники Саске занимались своими привычными повседневными делами, он посвятил свое время борьбе. Борьбе с медикаментами, что ему прописали. Он уже переборол чувство тошноты, из-за которого похудел на два килограмма. Он боролся с постоянной сонливостью, но, признаться честно, никогда не чувствовал себя таким отдохнувшим после сна, как сейчас. Последний раз он спал так крепко еще в детстве, когда его родители были живы. После этого он забыл, что такое не просыпаться от каждого шороха или собственных кошмаров. Помимо сна к нему пришло непривычное чувство спокойствия. Именно этого Саске чертовски боялся. Хаотичный поток его бесконечных мыслей о прошлом и будущем заметно замедлился, возвращая его к такому непонятному для него настоящему. Он заметил, что мог с интересом рассматривать полосочки на обоях в спальне, лучи солнца, что пробивались в комнату сквозь неплотно завешенные шторы. Он чувствовал запах свежевыстиранного хлопка от постельного белья и наслаждался им. Когда тошнота проходила, он с удовольствием мог приготовить обед, а после дотошно уделял внимание вкусу кулинарного произведения. Его вкусы обострились. Он заметил, что сейчас крепкий зеленый чай, который он всю жизнь пил, стал для него неприятным. И теперь он добавляет к привычному травяному сбору мяту, чтобы сделать его свежее. Он стал более вкусным. Помидоры, что были в его холодильнике, уже закончились. Томаты, что принес Хокаге, были двух сортов. И он понял, что сорт потемнее и мягче ему нравится больше. Вкус у них более насыщенный, и он дает больше сока при обжарке. Омлет так становится гораздо вкуснее. Сейчас он мог бы с легкостью сказать, что этот повседневный завтрак стал его любимым блюдом. Любимым. Мир должен остановиться. Саске никак не мог поверить, как простая еда, что наполняет его организм энергией, может принести ему столько... эмоций? Его тело также стало чувствительнее, гораздо чувствительнее. Несколько раз в день его бросало в жар, а по ногам и рукам пробивалась легкая дрожь озноба так, словно у него поднималась температура. Это ощущение было странным. Даже его выращенная рука была практически такой же чувствительности, что настоящая. Тренируясь дома, он замечал, что после мышцы приятно ноют, он чувствовал каждое напряженное волокно под кожей. Но есть еще одна реакция его тела на медикаменты, которая сводила его с ума. Эрекция, настигающая его слишком часто и неожиданно. На второй день утром он обнаружил легкое послесонное возбуждение. Для половозрелого парня его возраста это нормально. Хотя он давно не ощущал утреннего стояка. Убежище Орочимару, а после тюремная камера не располагали к возбуждению. Даже дом, покрытый барьерами с десятками Анбу, постоянно отслеживающими его состояние. Сейчас это было скорее нормальным явлением. Но вот после, когда он мог возбудиться во время приготовления обеда, завтрака, ужина. Во время подтягиваний на турнике, который он нашел прямо в дверном проеме коридора. В душе - это вообще уже стандартная ситуация. Такая частота его пугала. И прямо сейчас, покачав пресс и руки с помощью гантелей, что предусмотрительно ждали его прямо в спальне, он стоял в душе и наслаждался струями горячей воды, что так приятно расслабляли забитые мышцы. Пресс приятно ныл, отдавая свое напряжение в низ живота. Саске провел руками по темным волосам, убирая их назад. Он вылил немного мыла на мочалку и взбил в пену. Прикрыл глаза и провел мочалкой по шее, уделяя особое внимание напряженным плечам. Спустился на грудь и пресс, отчего ему уже хотелось стонать, как сильно такие прикосновения отзывались в паху. Ему претило ощущать себя пубертатным подростком, но он не мог бороться с такой сильной реакцией организма. Поэтому, прикусив губу он все же прикоснулся к своему колом стоящему члену. Проведя несколько раз вверх-вниз, он рвано выдохнул, чувствуя, как еще немного и в закрытых глазах заискрится от удовольствия. Он оперся одной рукой о стену душа, а другой начал ритмично двигать по стволу. Он никогда не думал во время мастурбации о моделях или красивых девушках деревни, как это делали, наверное, 90% его сверстников. Все, что ему хотелось - это расслабиться, сбросить клему стресса и не более. И сейчас в его голове не было никакого образа. Но появился чертов голос и чертовы слова. «Привет, Саске». «С возвращением». Сладкий запах духов. И этот чертов смех в компании чертового Узумаки, который получил все ее чертово внимание. Его возбуждение распалялось под вихрем подкатывающей злобы и раздражения. Он был практически на пределе. Двигал рукой так быстро и резко, что закусил губу, чтобы не застонать как жалкий подросток. Стук в дверь смог его отрезвить. Но на пару секунд, не более, чтобы раздраженно свести брови к переносице. - Учиха, я знаю, что ты дома. Я же мудрец, даттебайо! И прекрасно чувствую твою чакру. Открывай! Узумаки. И надо же было ему припереться именно сейчас? Саске ускорился, стараясь не думать о стоящем у входной двери друге и бурно кончил в свой кулак, тяжело дыша. На то, чтобы привести себя в порядок у него ушло не так много времени. Через 7 минут он уже открыл дверь заклятому другу, окидывая его раздражительным взглядом. - Черт, тэме. Ну и раскачался же ты. Чем тебя кормили эти три года? Узумаки осмотрел напряженные руки брюнета, что сейчас не были скрыты. Его кожа была все еще немного влажная, а с волос то и дело стекали капли воды. Он был одет в черную обтягивающую майку без рукавов и боевые брюки. Действительно, по ширине плеч и рук он значительно превосходил Узумаки. В то время, как по росту, они были практически равны. - Наша миссия только через 3 дня. Что тебе нужно? - Проигнорировав его вопрос, спросил Саске. - У тебя такие хоромы, а ты даже не позвал на новоселье. Знал, что так будет. Поэтому принес угощения с собой. - Узумаки показал пакет с логотипом одной из чайных в центре деревни. Учиха без особого энтузиазма посмотрел на пакет и все же пропустил блондина внутрь. Тот зашел и начал бестактно озираться по сторонам, приговаривая, как же ему повезло с новым домом. И, на самом деле, Саске думал о том же. Дом был уютным. Так, словно здесь кто-то жил до него. Был придверный коврик, вешалка для верхней одежды, плюшевый плед на диване в гостиной, кресла. Книжные полки, на одной из которых была фарфоровая статуэтка кошки с поднятой вверх лапой. Он даже закатил бы глаза от такой глупой сентиментальности, но не хотелось. Эта вещь сделала дом обитаемым. Спальная комната в темных тонах. И каково было удивление Учихи, когда он в первый день увидел двухспальную кровать. Он тогда даже вскинул бровь, впервые рассматривая мягкое удобное ложе. Он пол жизни проспал на футоне. Твердом, как его характер. И, дожили, к своим девятнадцати годам он впервые спит на кровати. Кухня, на которую они прошли, была светлой и просторной. Шкафчики из светлого дерева, белая плитка на полу. Белый круглый стол с двумя стульями. Саске поставил на плиту чайник и зажег газ. - Здесь куда уютнее, чем в том полубараке. Какаши-сенсейс подсуетился для тебя. Стоит ему сказать за это спасибо. Учиха только хмыкнул в ответ на это. Чтобы он и сказал спасибо? Вот уж вряд ли. Саске разлил чай по стаканам. В то же время Наруто выудил из пакета два разноцветных моти и две палочки данго, покрытых соленой карамелью. Учиха не мог назвать себя любителем сладкого. Но аромат стоял просто потрясающий. Джинчурики тут же схватил моти из деревянного контейнера и откусил добрую половину, которую запил глотком зеленого чая. Он удовлетворенно закатил глаза, тщательно пережевывая сладость. Саске поймал себя на том, что его слюна стала гуще от предвкушения такого лакомства. Последние лет шесть в сладком он был ограничен. - Какаши-сенсея назначил нам внеочередную миссию. - Сказал Наруто с набитым ртом, привлекая к себе внимание брюнета. - Завтра идем в академию на показательную беседу с юными ниндзя. - Быть нянькой я не нанимался. - Грубо отрезал Саске, чувствуя подкатывающую волну раздражения. - Ты герой, даттебайо! Тебе пора выйти на улицу. Вся Коноха тобой интересуется. - Меня боятся. - Отрезал он. - Но зато с каким воздыханием! - Засмеялся он, встретившись с совершенно равнодушным взглядом Саске. - Ты выпал из общества на три года, но, поверь, ты самый известный ниндзя деревни Листа. Разумеется, после меня. - Поправил он. - Может быть и после Сакуры... Но не это главное! Какаши-сенсей хочет реабилитировать тебя, улучшить твою репутацию. Но от тебя тоже требуется отдача, усек? В душе он это понимал. Понимал, что должен первым пойти навстречу деревне, которую сам же отверг. Но сделать этот первый шаг было чертовски сложно. И делать что-то показательно сентиментальное вроде разговора по душам с детьми, было куда сложнее. Родители растили его как сильного защитника. Также они вырастили Итачи. И тот стал сильным, настолько, что смог пожервтовать своим кланом ради будущего деревни, страны и всего мира. Покажите Саске сейчас, с кем нужно разобраться для мира, он это сделает. Также, как сделал его брат. По его мнению только так можно доказать свои намерения, только так можно стать героем. Игра на публику не входила в его планы. Но тем не менее ему придется это делать, чтобы его наконец приняли. От предвкушения завтрашнего дня заболела голова. Поэтому Саске больше инстинктивно, чтобы отвлечься, взял палочку данго в карамели и откусил, запивая чаем. Ками, если бы не Узумаки, он бы застонал от восторга. - Как насчет спарринга? - Спросил Наруто, дожевывая уже последний шарик данго из своей порции. Учиха задумчиво посмотрел на занавешенное окно кухни. Он просидел дома достаточно долго. Его смущала перспектива перешептываний за его спиной, на которые он мог бы огрызнуться или посмотреть убийственным взглядом, только подстрекая на новые сплетни. Но и понимал, что рано или поздно ему придется выйти. Стать частью общества, которой он не был последние годы. Однако, через час у него будет первая встреча с Сеной Кохури. Наверняка, после нее ему потребуется выпустить пар. - Давай в 6 на третьем тренировочном. И никакого режима Кьюби. - Он поднял руку, тряся чакропоглощающим браслетом. - Я и забыл, что ты у нас шиноби-импотент. - Ехидно засмеялся Наруто. Саске проглотил смешок и в отместку ударил его по ноге под столом, отчего блондин тут же шикнул. Какого черта его веселят глупые шутки Узумаки?

***

- Что ж, Саске, расскажи мне о том, что чувствуешь. Тебя освободили, ты рад этому? Сессия с психологом на этой неделе будет только одна. И чему-чему, но этому он радовался в первую очередь. Однако, Хатаке предупредил - юлить не получится. Поэтому врать ей в глаза - только усугублять и без того шаткое положение. Для их «встреч» Хокаге выдал одну из квартир в гражданском жилом комплексе. По всему периметру стоят барьеры. Так, чтобы никто не узнал, кто в квартире. И о чем идет беседа. Саске настоял на полной конфиденциальности. - Скорее я чувствую облегчение. - Уже виделся с друзьями? Рад вернуться в свою прошлую команду? И почему она задает вопросы о них? Разумеется, он не рад. И никогда не будет рад работать в команде, от которой остались лишь отрывки детских воспоминаний и фото в разбитой рамке, которое сохранил сентиментальный Хатаке после его побега из деревни. Сена маниакально интересовалась им, он был в этом уверен. Уверен с их первой встречи, когда она задала ему так много вопросов именно о привязанностях, об узах, которые он уничтожил со всеми, кроме Узумаки. Он для нее словно ценный экспонат, редкий самородок в мире психологии. Сирота, нукенин ранга S и при этом каким-то чудом герой войны, спасший миллионы невинных жизней. Находка для психоанализа. - Скорее я обречен работать с ними. - Почему же так категорично? Наруто Узумаки навещал тебя в период заключения в охраняемом доме. Неужели Сакуру не было приятно увидеть спустя столько лет? - Для нее я скорее также стал нежеланной ношей. Последнее он проговорил в мыслях. Но, увидев округлившиеся глаза Сены, убедился в том, что эти слова вырвались у него вслух. - Ты расстроен? Что Сакура не проявила должного внимания? - Мне плевать на ее чувства. Мне точно также придется работать с ней и я не в восторге. Психолог видела его изнутри. Он был обижен, рассержен. И зол. На ситуацию и в том числе на себя из-за того, что пошел на поводу ее вопросов. Пробовать вино нужно понемногу, короткими глотками, надолго задерживая его во рту для раскрытия вкуса. Поэтому Кохури не торопилась, переводя разговор в более нейтральное русло. - Как тебе новый дом, Саске?

***

Саске шел быстро, стараясь не обращать внимание на прохожих, что вовсю пялились на него. «Это тот самый», «Саске Учиха, последний в своем клане», «Ученик Орочимару», «Убийца». Шепот, который он совершенно не хотел слышать, доносился до его сознания, крепко усаживаясь в нем. Он рад вернуться в седьмую команду? Черта с два он рад. Его не волнуют их чувства, их мысли на его счет. Все, что он должен сделать - социализироваться как можно скорее. И эти двое, как ни прискорбно, единственные, кто может ему помочь. «И кто хочет помочь», - едко напомнило подсознание, отчего он схватился за голову, наконец остановившись. Он уже пришел на тренировочное поле, на котором должен встретиться с Узумаки только через полтора часа. Но ему нужно было куда-то спрятаться, куда-то сбежать от надоедливых голосов и, главное, голоса Сены, что каким-то чудом смогла превратить его хваленое спокойствие в голове в кашу. Он не понимал, как она это делает. Не сложила печати, но откуда-то знала все, что он чувствует. И уверенно направляла их беседу туда, куда нужно ей самой. Если это не профессионализм, значит техника. И, если так, он сможет ей противостоять. После того, как она убила его хваленое терпение вопросами о напарниках, перевела разговор в другое русло. Как ему дом? А как погода? В Конохе удивительно теплая осень, не правда ли? Только он расслабился, как она снова повернула обратно. Как он относится к тому, что не все в Конохе радушно приняли его освобождение? Читал ли он последний выпуск газет? На первой полосе которого «Саске Учиха - убийца или спаситель»? Убийца или спаситель. Черт возьми, он может стать и тем, и другим, смотря за что ему предстоит бороться. Три года. Три чертовых года он сидел взаперти, без чакры, и что он заслужил? Звание почетного убийцы? Раздражение со стороны бывших сокомандников? И полоумную психичку, которая мечтает раскроить ему сознание, лишь бы докопаться до его истинных чувств и эмоций? Его пульс участился, голова закружилась. Все, что он мог - это сесть, облокотившись спиной о ствол высокого дерева. Он глубоко дышал, раз за разом увеличивая время между вдохами, чтобы наконец привести биение сердца в норму. Тут он не боялся. Третье тренировочное поле находилось на самой окраине деревни. Сюда редко, кто приходил. Саске пытался отвлечься, рассматривая его. Еще со времен своей юности он тренировался здесь. Потому что здесь тренировался Итачи. Ему хотелось увидеть тренировку его глазами, чтобы догнать его. Догнать, а после превзойти. Уже в то время площадку никто, кроме него, не посещал. Сейчас про нее подавно забыли. Густые заросли сорняков раскинулись по всей площади. Кроме середины. Именно там он тренировал свой огненный шар. Еще в то время земля была выжжена от тренировок брата. Он даже удивился, что трава там до сих пор не растет. Мысли о поле заставили забыть его о прошедшем приступе. И что это вообще было? Паническая атака? Он слышал об этом только в убежище Орочимару, когда его подопытные сходили с ума, буйствовали от проклятой печати или каких-то препаратов. Его это коснулось несколько раз. И все были в детстве во время встреч с Итачи. После его зачерствевший разум не смогло коснуться ни одно событие настолько, чтобы ускорить сердцебиение. И сейчас все происходящее он мог списать только на препараты, что он принимает. Саске решил продолжить свои размышления, рационализировать свое восприятие, чтобы окончательно вернуть себе контроль над разумом. Его ждал спарринг с Узумаки. Первый спарринг за последние три года. В прошлый раз они сражались насмерть в Долине Завершения. Как иронично. Сейчас, даже если он захочет, не сможет убить его. «Шиноби-импотент» всплыло в его памяти. И в этот раз вызвало вспышку злости, а не смеха. Печати на его браслетах Какаши ослабил сразу после освобождения из того дома-камеры. Ощущение чакры, даже в таком маленьком количестве, опьянило его на мгновение. Он уже забыл, какого это, чувствовать силу, циркулирующую по каналам чакры, накапливать ее в ладони, направлять ее по лезвию своей катаны. Кстати, оружие ему также вернули обратно. Меч Кусанаги, который он забрал у Орочимару. Точнее, саннин сам отдал его, когда после войны также попал под замок. И, если шансы выйти у Саске были почти равны нулю, то у Орочимару их вовсе не было. Он не понимал, зачем оставлять ему жизнь. Да, он помог в сражении. Но перед этим убил бесчисленное множество людей своими экспериментами и попытками захватить власть в Конохе и деревне Звука. Эту сентиментальность ему ни за что не понять. Упасть в грязь лицом перед Узумаки совершенно не хотелось, поэтому Саске решил проверить свои способности до боя. Какаши сообщил, что доступ к чакре ему будут открывать постепенно. На что хватит его текущих запасов - непонятно. Но явно пользоваться риннеганом и шаринганом он не сможет. Он встал с земли и вышел на центр поля, на место выжженной земли. Было тихо. Только ветер периодически свистел в ушах и покачивал стоявшие вдали деревья. Сложив печати, он использовал массовое теневое клонирование. И, услышав соответствующие хлопки, обернулся. Всего пять клонов. Хотя он был уверен, что с натяжкой сможет контролировать только четверых. Особо не разгуляться. Его текущих запасов хватит, чтобы концентрировать немного чакры в конечностях во время тайдзюдцу, один раз использовать чидори и максимум один огненный шар. После он будет полностью пустым. Узумаки пришел на полчаса раньше. И тут же помахал рукой, завидев своего друга. Саске лишь склонил голову набок, ожидая его появление рядом. - Ты рано. Или репетировал наш поединок, а, темэ? - Ехидно подметил Узумаки, но в самую точку. Саске действительно думал о том, как противостоять ему. В отличии от него Узумаки явно прибавил пару тройку новых техник за это время. Учиха же остался на том же уровне за исключением разве что мышечной массы. И их очевидный перевес сил заставил продумать от и до возможное развитие боя.Саске достал из-за спины катану, которая снова привычно покоится на его талии. Наруто достал кунай, недоверчиво погладывая на Кусанаги. - Как ты и думал, мечник из меня паршивый. Может уберешь эту острую палку? Саске пропустил смешок, вставая в стойку с мечом. - У меня слишком мало чакры, чтобы сражаться с тобой без оружия. Наруто думал, что ему послышалось. Сегодня явно пойдет снег. Сам потомок Индры, Саске Учиха, признал, что у него не хватит чакры бороться с ним. Его улыбка как по волшебству начала растягиваться и становилась все шире и шире. Саске уже проклял себя за такую формулировку. - Это не значит, что у меня не хватит сил надрать тебе задницу, Узумаки. - В бою узнаем, Учиха. - Парировал ему блондин и бросился в атаку.

***

Их поединок закончился уже после заката. Запыхавшиеся шиноби то и дело пытались привести дыхание в норму. Узумаки, как и планировалось, не использовал чакру Кьюби. Даже перестал использовать расенган, когда Саске использовал два потока чидори и обессилел. Тем не менее в тайдзюдцу в ближнем бою оба не сдерживались. И сейчас, грязные, покрытые синяками и ссадинами, но довольные таким продолжительным спаррингом, они шли домой. - Черт, тэме. Из всех шиноби Листа только ты можешь меня вымотать. А, еще Какаши-сенсей. Все еще каждый год проверяет нас с Сакурой колокольчиками. Помнишь, как это было? Саске, скрытый плотным покровом ночи, позволил себе улыбнуться. Искренне, так, как не делал на людях. Это воспоминание поистине было одним из самых ярких, что он помнил из детства. - Он должен проверить нас всех, команду номер семь. Если раньше он поддавался, то сейчас выкладывается на полную. Когда Саске представил, что они, три здоровых лба, снова будут гоняться за колокольчиками, висящими на талии Какаши, изо всех сил проглотил в себя подкатывающий смешок. И как Наруто удается так действовать на него? Он и раньше, находясь за барьерами, мог оценить шутку Узумаки, но только в мыслях, никогда не показывая чувств наружу. А сейчас с ним происходит что-то страшное, когда он не может сдержать улыбки на очередное глупое высказывание друга. Эти таблетки сведут его в могилу. - Может в Ичираку? Не знаю, как ты. А я бы сейчас кабана съел. Он был с ним согласен. Кроме позднего завтрака с Узумаки, он больше ничего не ел за этот день. Тем более после заката деревня почти опустела, и он может без опаски даже прогуляться домой, сделав круг через весь квартал. Саске легко кивнул ему, и оба пошли в сторону центра деревни.

***

Такого раннего подъема у него еще не было. Еще сонный Саске стоял в 7:55 утра возле здания Академии. Крики и заливистый смех детей совершенно не располагали его к тому, чтобы он наконец взялся за ручку двери и вошел. Именно сегодня он проклинал Узумаки, который в своей альтруистичной манере не пришел к нему и не повел за руку на миссию, которую только он и посчитает интересной. Как бы то ни было, своих напарников по команде на горизонте он не видел. Либо они уже внутри, либо опаздывают. И быть одним из опоздавших совершенно не хотелось. Глубоко выдохнув, Учиха все же взялся за ручку входной двери и отворил ее. В холле было шумно. На каждом углу толпились группы детей. И, когда внезапно вошла теная мрачная фигура, все инстинктивно перевели свое внимание на него. Прежде, чем его одолела первая вспышка раздражения за сегодня, он услышал: - О, Саске, а вот и ты. С возвращением. Учтивый голос Ируки вернул его в реальность. От его имени детьми мгновенно затихли. И, округлив рты в немом удивлении, вперили в него свой взгляд. - Наруто и Сакура уже здесь? - Спросил он, проигнорировав приветствие и прочие любезности. - Да, Сакура закончит со свитками для мед факультатива и придет к вам. Наруто уже в аудитории, проходи. Ирука повел его в самый конец коридора, где тепеерь находилась большая аудитория с множеством столов-ступеней. Настоящий академический амфитеатр. И каждое, каждое сидение и стол были заняты учеником. - Саске, я уж думал ты не придешь. - Помахал ему Наруто и указал на место рядом с собой. Он стоял у преподавательского стола и улыбался во все тридцать два. Куда делся тот Узумаки, который первые два часа после раннего подъема выглядел, как сонная муха? Сейчас он буквально амбассадор бодрости. Ровно за минуту до начала занятия вбежала Сакура. - Здравствуйте, ребята. Как ваше настроение? - Сказала она, улыбаясь собравшимся ученикам. Невпопад все начали отвечать ей что-то, но это что-то было всегда положительным. Как же легко этим двоим будет найти с детьми общий язык. Наруто заговорил первым: - Совсем скоро у вас будут выпускные экзмамены. Как думаете, готовы стать настоящими шиноби? Гул из «да» и «конечно» заполнил аудиторию, отчего Саске чуть ли машинально не поморщился. Затем был нудный рассказ Узумаки о том, как важно быть шиноби, защищать свою деревню и весь мир вкупе. Нудный по мнению Саске. Но вот лица детей были максимально заинтересованными. - Наруто, а как ты сдал выпускной экзамен? - Послышалось с задних рядов. - О, это веселая история. Я спер какой-то важный свиток у Третьего Хокаге и меня искали по лесу все джонины. Оказывается, это был посланник Орочимару. Ирука-сенсей заступился за меня, а я защитил его. Только поэтому мне поставили зачет. Так я сдал экзамены паршиво. Послышался всеобщий смех, в который врезался смешок Сакуры. Чтобы подавить эту волну она даже прижала ладонь ко рту, сдерживаясь. - А вот Саске сдал экзамены самым первым с отличием. Как и Сакура. От его имени по аудитории прошелся удивленный шепот. Учиха кожей чувствовал, как удивленные взгляды один за другим прилипали к нему, отчего становилось неловко, неприятно. Хотелось закончить и уйти как можно скорее. - Это правда, что ты победил Орочимару? Он встретился взглядом с мальчишкой лет семи. Тот смотрел на него с каким-то страхом и... обожанием? - Правда. - Ответил за него Узумаки. - Я тоже сражался с ним. Если бы этот змей не сбежал, это была бы моя заслуга. Но тот бы все равно нашел способ воскреснуть, даттебайо. А еще Саске и Суйгецу сражались с тысячей воинов, чтобы добыть меч Кубикирибочо. Они справились за сорок минут! Слева от Саске послышался удивленный выдох. Выдох Сакуры. Она явно была удивлена, что та бойня была делом его рук. Он решил счесть это за комплимент. - Саске... Расскажи нам, как это было? - Ты правда обладаешь риннеганом? - Ты можешь двигать вещи силой мысли? На него обрушился шквал тихих вопросов, будто бы дети боялись его отказа. Но все, что он по-прежнему мог делать - стоять и смотреть, не в силах пошевелиться. Саске надеялся, что он простоит здесь каменным изваянием, пока его сокомандники прививают детям патриотизм и достойный путь ниндзя. Но никак не ожидал, что к нему будет такой повышенный интерес. Его вненее и внутреннее спокойствие терпело поражение с каждой минутой, проведенной на глазах детей. Он чувствовал себя... неуверенно? Чтобы он, Саске Учиха, чувствовал себя неуверенно, немыслимо! - Давай же, Саске. - Тихий, почти беззвучный шепот Харуно. Внезапно Саске почувствовал прикосновение теплой маленькой ладони к лопатке. А запах цветочных духов усилился, обволакивая все его тело. Ее прикосновение обожгло холодную от испарины спину. Он переволновался. Когда последний раз толпа вызывала у него волнение? Будь то восхваляющая или осуждающая его, неважно. Сейчас он чувствовал себя застенчивым подростком, отчего тут же ощутил волну подкатывающего раздражения и непроизвольно дернулся, скидывая с себя руку. Такую приятную теплую сейчас ладонь. Нужную. А после сосредоточил свой левый глаз на учебнике, лежавшем на преподавательском столе.

***

Почти все занятие в итоге было посвящено экс-нукенину. Когда он поднял учебник в воздух силой своего риннегана, дети один за другим просили поднять их самих. За одно такое действие он истратил половину своей чакры, поэтому едва ли сдержался, чтобы не упереться руками в стол и перевести дух. Слава Ками Наруто подоспел вовремя и унял бушующую толпу малолеток. Учиха отвечал на вопросы, что ему задавали. На удивление, все они были тактичны и могли иметь право на разумный ответ. Что-то от себя о его жизни добавлял Узумаки. Лишь Сакура ничего не сказала. Видимо, следовала поговорке. Если не можешь сказать хорошего, не говори ничего. Они покинули аудиторию через полтора часа. И втроем шли по коридорам академии. Саске позволил себе провалиться в ностальгию, видя такие знакомые стены. А вот его сокомандники о чем-то увлеченно болтали. - Ты выглядишь уставшей. Наруто приобнял Сакуру, которая действительно выглядела невыспавшейся. На это указывала легкая пелена сонливости на глазах, не более. В остальном ее вид был безупречен. Розововолосая держала в руках несколько папок и свитков, которые принесла с собой на занятия. И, указав на них Наруто, сказала: - За эту неделю я хочу успеть закончить все дела в госпитале и со стажерами. Работы ужасно много. Узумаки не убрал руку, напротив, продолжил идти рядом в таком обнимающем положении. Внезапно Сакура посмотрела на часы, которые висели в холле у выхода и громко ахнула. - Черт, я совсем забылась. У меня тренировка с Хинатой! - Она обернулась к Наруто и с глазами, полными надежды, передала ему папки и свитки. - Отнесешь их в мой кабинет в госпитале? - Дождавшись от Узумаки кивка, она быстро передала документы, обняла его и чмокнула в скулу, после чего тут же убежала прочь. Саске получил от Сакуры только мажущий взгляд, когда она разворачивалась в сторону входной двери Академии. Он позволил себе смотреть на нее все время. Когда Узумаки обнял ее, когда она сама обняла его и когда поцеловала в щеку. После его взгляд уперся вникуда. Он даже не заметил, как джинчурики повернулся. - Темэ, что это за взгляд? Я почти подумал, что ты ревнуешь. Его ехидный, полный иронии голос, тут же вернул Учиху в реальность. - Мне плевать на ваши с Харуно отношения, добе. - Сказал он и продолжил путь один. - Мы не пара, если ты об этом. Ближе нее... - Замялся Наруто, догоняя. - И тебя у меня никого нет. Сакура всегда рядом. Она знает, что у меня на душе. А я знаю, что у нее. Мы семья, вот и все. Семья? Наруто и Сакура? Саске за эти три года упустил взаимоотношения этих двоих, отчего сейчас ему было сложно это понять. Да и какого черта ему вообще понимать? Он знал, что на войне Сакура - причина, по которой Наруто выжил. Она делала все возможное, пока другие не нашли способ запечатать лиса обратно в его тело. Да и для того, чтобы вернуть самого Саске, чуть не погибла, передавая Обито свою чакру для открытия портала в одно из измерений Кагуи. Но тем не менее он совершенно не достоен ее извиняюще-просящего взгляда и поцелуя в щеку, который Узумаки воспринял, как совершенно обыденное дело. Привычное. Постоянное. Приятное. Теперь он вполне ясно ощущает яму. Тот самый провал, который начал разрастаться после его ухода из деревни. И стал наиболее ощутим сейчас, по его возвращению в ряды шиноби Листа. Все те узы, которыми он обладал ранее, порвались. Или стали тонкими, словно шелковая нить. Он не мог этого признать, нет. Он не может признать, что ему их не хватает. Он не может признать что он не способен чувствовать потому, что к нему ничего не чувствуют. Потому что он в этой деревне ничто. За эти три года многое изменилось. И все привыкли жить без него.

***

- Вам предстоит сопроводить племянника феодала в Суногакурэ. Он настоял на том, чтобы сопровождала его именно команда номер семь. День их первой миссии наступил крайне быстро. И вот, все трое участников команды собрались в кабинете Хокаге, чтобы обсудить детали. Хатаке достал из ящика стола небольшой свиток и протянул Сакуре. Та непонимающе посмотрела на него, не спешив протягивать к нему руку. - Ястреб Казекаге по привычке прилетел в связной пункт резиденции. Но это письмо личное, тебе, Сакура. Харуно тут же зарделась от смущения. И, как только уголки губ Наруто поползли вверх, чтобы ехидно ухмыльнуться, Сакура остановила его одним взглядом. А после приняла свиток, скрывая его в руке за спиной. - Племянника феодала также будут сопровождать два самурая из его личной охраны. Путь займет у вас четыре дня в одну сторону. Обратно вы сможете добраться за два-три, уже одни. Если вопросов по выполнению нет, выберите капитана вашей команды, и в путь. Капитаном команды номер семь всегда постулатно являлся Какаши. С тех пор, как война закончилась, ни у одного из шиноби их академического потока не было задания в прежних составах. Ино-Шика-Чо были расформированы из-за занятости Нары в резиденции. Бывшая команда Куренаи также не воссоединялась. Хината активно занимается клановой работой. Хьюги издавна были хорошими дипломатами и политиками страны Огня. Команда Гая не могла работать прежним составом из-за гибели Неджи. И вот только им выпала «ноша» работать снова в одной команде, но уже без Хатаке. - Разумеется, капитаном должен быть я. - Сразу же сказал Наруто. - Я герой войны, даттебайо. Ниндзя номер один! Какаши устало потер переносицу, склонив голову. Он видел, как Харуно прищуривает глаза в укоре. - Сакура единственный джонин из вас. Фактически вы с Саске все еще генины. - Справедливо подметил Хокаге. Узумаки тут же рассмеялся, начиная оправдываться тем, что у него банально не было времени. Да и вся эта волокита с тестами его всегда угнетала. Куда проще было бы сразиться с кем-то для звания. Но нет, Какаши пошел на принцип, обещая присвоить ему джонина только после сдачи письменных экзаменов. Его хватило на несколько часов кропотливой работы над свитками. А после он позорно сдался. - Если определенной кандидатуры нет, то я назначу сам. Саске, не против занять позицию лидера? Не против ли он? Да он мечтал об этом. Разумеется, чтобы держать подальше от себя двух бывших сокомандников. Саске не сдержал наглой ухмылки и кивнул. - Что? Тэме даже в тюрьме не мог стать главным среди заключенных. А вы его сразу назначаете руководить седьмой командой? Что за дела, Какаши-сенсей? - Добе, я сидел в одиночке.   - А это уже твоя проблема! Разразился самый настоящий спор. Сакура даже мысленно переместилась далеко назад, когда они спорили так каждый раз во время очередной миссии. Но сейчас было все же небольшое отличие. Реплик Саске было куда меньше. Они были односложными и направлены только к Наруто, никоим образом не задевая саму Харуно или Хатаке.

***

Хатаке решил, что капитана они выберут сами по мере выполнения миссии. Однако, спор не закончился даже после этого вполне компромиссного решения. Лицо раздраженного Учихи было куда привычнее его сдержанного равнодушия. Именно на этом поймала себя Сакура, когда все трое шли к воротам. Воспользовавшись их словесной перепалкой, Харуно развернула небольшой свиток, читая послание от Гаары. Он знал о ее миссии. И предлагал остаться на несколько дней «...тебе и всей команде», погостить в Суне. Тебе. Он явно выделял ее среди Наруто и Саске, хотя письмо и было сдержанным. Так, словно он хотел написать его Наруто, но почему-то адресовал Сакуре. В груди что-то тревожно сжалось. Она была на свидании с Гаарой лишь раз, все остальное она могла бы назвать дружескими прогулками. И, придя с трехмесячной миссии, она хотела отправиться назад как можно скорее, чтобы во всем разобраться. Чтобы в первую очередь прояснить свои чувства. Она хваталась за эту искорку, чтобы заполнить пустоту в душе как можно скорее. Пустоту, которая образовалась после того, как она выдернула все чувства к экс-нукенину, шедшему впереди, со всеми корнями. Эта пустота была слишком большой. Что и требовалось ожидать от той, которая любила всю сознательную жизнь одного мальчишку. Она не могла заполнить ее друзьями, которых было, по сути, пол Конохи. Не могла заполнить ее работой и тренировками. Одна лишь надежда на отношения, совершенно другие. Нормальные, здоровые, теплые. И, когда к Гааре она почувствовала что-то больше, чем банальные дружеские чувства, старалась удержать это в себе. Подпитывала свое сознание мыслями о нем, думала перед сном об их следующей встрече. И вот, когда она была совершенно не за горами, она растерялась. Смотря в спину своих напарников, куноичи думала о том, связано ли это с освобождением Саске? Она виделась с ним второй раз за неделю. При этом он не сказал ей и слова с момента их первой встречи. Не поздоровался, не попрощался. Что уж сказать о вопросе «Как дела» или «Что ты делала последние три года»? Он общался только с Какаши и Наруто. И неформально мог позволить общаться только со вторым. Харуно и не заметила, как они подошли к высоким воротам деревни. Красные ворота, как символ клана Узумаки, всегда грели ее душу. Особенно, когда она видела их издалека с внешней стороны, возвращаясь домой после миссий. Сейчас они совершенно не грели. Напротив, пугали. Тем, что она ближайшую неделю проведет в компании самого близкого ей человека и его антипода. Чертовски далекого, холодного и чужого. Голос позади выдернул ее из размышлений. Она машинально повернулась и увидела... Симпатичного юношу лет двадцати в сопровождении двух самураев, чьи лица были скрыты за металлическими масками. - Команда семь! Рад видеть. Меня зовут Изумо. А вы, та самая Сакура Харуно, верно? - Он с улыбкой обратился к ней и, взяв ее за руку, тут же наклонился и поцеловал тыльную сторону ладони, которая именно сейчас предательски не скрыта перчаткой. - Ах... Да, это я. Рада с вами познакомиться Изумо-сан. - Смущенно ответила Сакура. Изумо все еще стоял в легком поклоне, держа ладонь куноичи перед лицом. Он смотрел на нее с  детским восторгом, восхищенно. И совершенно не обратил внимание на двух шиноби за ее спиной, что недоверчиво сверлили взглядом объект их задания. - Ему нужна не команда номер семь, а наша Сакура, даттебайо. - Прошептал недовольно Узумаки на ухо Саске.

***

Их путь был совершенно спокоен. На Наруто и Саске, которые шли позади болтающей впереди парочки, никто не обращал внимания. Изумо полностью был сосредоточен на Сакуре. А два самурая из его личной охраны возглавляли строй, идя в нескольких метрах впереди. Саске слышал предательски заразительный смех розововолосой, когда Изумо пытался произвести на нее впечатление очередной шуткой. А также видел, как ее рука одергивает волосы назад каждый раз, как племянник феодала говорил очередной комплимент. Он видел, что когда смущается - она улыбается и закрывает глаза. И ненавидел сознание, подмечающие эти совершенно бесполезные детали. Узумаки, шедший рядом, то и дело передразнивал реплики Изумы, коверкая их более высокой интонацией. Но Саске это не веселило. Он буравил спину, обтянутую красным платьем, которая сейчас раздражала также, как и шесть лет назад. Одним своим присутствием.

***

С заходом солнца исчезло и натянутое спокойствие Саске. Его бросило в холод. Сердцебиение ускорилось настолько, что ему с трудом удавалось сохранять ровное дыхание, чтобы не попасться сокомандникам в плохом самочувствии. Он не понимал причины. Да, бывало, его пробивал озноб в течение дня. Но никогда он не был таким интенсивным, как сейчас. Голоса на фоне расплывались. зрение расфокусировалось. И, когда Узумаки повернулся к нему, чтобы предложить заночевать в лесу, он сразу же кивнул. Возможно, дело было в том, что он не принял вторую порцию таблеток днем. Ведь все время они были в пути. И сейчас, когда сумерки уже заполнили собой небосвод, он просто нуждается в новой дозе. Ему претила мысль о зависимости. Но даже в инструкции написано, что пропускать прием таблеток настоятельно не рекомендуется. Он чувствовал подкатывающую тошноту. Чувствовал злость. Злость, которая хотела вырасти в ярость. В груди пекло от желания испепелить все. Сорвать блокираторы чакры и испепелить эти таблетки, этот лес, а главное чертового мажора Изумо, который выбрал Сакуру и их команду, как товар на витрине. Из своей прихоти. Они успели оказаться на границе страны Огня за почти 14 часов своего пути. Ночлег им придется разбить под открытым небом, потому что дойти до деревни до наступления темноты они не успели. Наруто и самураи активно разбивали лагерь. В то время, как Учиха отчаянно пытался прийти в себя, спрятавшись за стволом широкого дерева. Его лоб покрылся каплями испарины. Черная безрукавка с широким воротником прилипла к его спине. Он даже чувствовал, как символ клана Учиха жжет его кожу. Каждый выдох и вдох были шумными, надрывными. И он благодарил Ками за то, что его пропажи еще никто не заметил. Справа повеяло влагой. Послышался легкий шум воды. Недолго думая, экс-нукенин сорвался с места и направился туда. К сожалению, такие мысли были не только у него. Подойдя к широкому роднику, что был виден в свете звезд и луны, он обнаружил сокомандницу набирающей воду во фляги. И, как по волшебству, все его раздражение, вся его злость нашла одну единственную точку выхода, живую душу, на которой он сорвется. - Что ты делаешь? От неожиданности Харуно расплескала воду, что набрала в одну из бамбуковых фляг. Куноичи тут же обернулась в сторону голоса. Саске стоял в полутора метрах от нее, прислонившись к дереву. Он выглядел возбужденным, так, словно только-только вернулся с поединка. Грудь часто вздымалась. Челка прилипла к влажному лбу. Хотя лицо внешне было спокойным. Таким же равнодушным, как и всегда. - В каком смысле? - Безобидно спросила она, наполняя последнюю флягу. Саске дождался, пока она закончит. И выпрямится, встав перед ним. Его глаза уловили веточку сакуры, что сейчас закалывала собой ее волосы, выходя из-за уха. Изумо сорвал ее по пути, сказав, что Сакура своей внешностью полностью оправдывает свое имя. - Наше задание по сопровождению, а не соблазнению. Или за три года ты перестала ощущать разницу между этими словами? Он склонил голову, наблюдая за ее реакцией. В его голове звучал набат, предупреждающий, останавливающий, но он его не слушал. Все его существо, черное, внутреннее, желало выместить на ней то, что он копил годами. И чуть ли не выдохнул от удовольствия, когда Харуно захлопала своими густыми ресницами. Она действительно опешила. За все это время ей не приходилось общаться с Саске. И тем более терпеть его грубость. Но, думая, что она тут же станет извиняться и оправдываться, что все это было не более, чем разговор из вежливости, он ошибся. Это уже не та Сакура. - Принимать знаки внимания со стороны мужчины разве запрещено? - Она подошла к нему на несколько шагов ближе, поднимая к нему голову. Саске увидел вызов в ее глазах. И искры злобы, что так и хотели разгореться в пожар ярости. Он наслаждался ее эмоциями, которые сейчас заменяют его собственные, заполняя пустоту внутри капля за каплей. Его бросило в жар. Он чувствовал, как каждую мышцу его тела прошибает озноб, скапливаясь внизу живота. Он окончательно сократил дистанцию между ними, встав практически вплотную. Так, что она была вынуждена высоко задрать голову, чтобы встретиться с ним взглядом. Учиха неотрывно смотрел в глаза, поднимая руку к ее волосам. Он резко вытащил веточку сакуры из-за ее уха, неприятно полоснув засохшим кончиком по щеке. Сначала тонкая полоска стала белой. Через пару секунд уже стала красной. Он долго рассматривал полосу прежде, чем отбросить веточку в сторону. Сакура не подала виду, что ей больно. Эта жалкая царапина ничто по сравнению с тем, какие увечья она получала за свою карьеру шиноби. - Ты ставишь под угрозу репутацию команды. Не разочаровывай меня, Харуно. - Сказал он ей напоследок, наконец замечая сведенные к переносице брови. - Не обольщайся, Учиха. Твое очарование уже давно не входит в список моих насущных дел. - Угрожающе парировала она, делая шаг в попытке обойти его и уйти прочь. - Поэтому ты переключилась на остальных, Сакура? - Ее имя он сказал в точности, как Изумо. С той же интонацией и напыщенным воздыханием. Харуно тут же повернулась к нему и, неосознанно направив чакру к ладони, одним легким движением раздавила вдребезги одну из фляг, что держала. Девушка протянула ему мокрые обломки и, бросив под ногами, невинно сказала: - Ты остался без воды. Она ушла, чувствуя свое превосходство. А сам Учиха смотрел на обломки бамбука под его ногами, чувствуя долгожданное облегчение. Сердцебиение пришло в норму. Какая-то нега удовлетворения разлилась по телу. Так, что он даже запрокинул голову назад, прикрыв глаза. Выудив из набедренной сумки таблетки, он тут же поместил их в рот и проглотил, запивая густой слюной, что образовалась за время разговора с Харуно. Он чувствует. Он ее чувствует.

***

Следующие два дня пути были куда легче. Саске уменьшил интервал между приемом таблеток и был куда спокойнее. Он позволил себе лишнего с Сакурой. За это он себя корил, но недостаточно строго и долго. Как бы то ни было, он получил какое-то болезненное удовольствие. И добился ее сдержанности в отношении Изумо. Тот даже притих, не получая прежней обратной связи. Но его взгляд на девушку все равно был чрезмерно жадный и облизывающий с головы до ног. Путники шли уже по горячему мягкому песку. Им предстояло остановиться в одной их приграничных деревень. Местные жители любезно предупредили о песчаной буре, что начнется через несколько часов. Поэтому найти место, чтобы переждать ее, нужно как можно скорее. А уже к завтрашнему вечеру прибыть в Суну. Деревня, в которой они решили остановиться, была крупнее всех тех, что встречались на пути. Множество людей сновали по улицам. Некоторые приветствовали Сакуру и Наруто, узнав их. Для Саске это было непривычно. То, что увидеть шиноби с протектором другой деревни, нормальная ситуация, не требующая всеобщей тревоги. Не так давно Песок напал на Скрытый Лист. Пусть под руководством Орочимару, который стал ложным Казекаге, но тем не менее он помнил этот день еще отчетливо. Это было в день финального соревнования на звания чуунина. В день, когда погиб Третий Хокаге. В день, когда он признал себя слабаком по сравнению с Наруто. Его взгляд выцепил одну из листовок, весящих на столбе с объявлениями. Ориентировка на преступника, состоящего в группировке. И сразу после он почувствовал, что за ними кто-то следует. Практически с самого входа в деревню. Изумо улыбался всем прохожим так, словно его вот-вот должны узнать. Но, как команда семь, жители Конохи, не знали о его существовании, так не знала и одна деревня Ветра. Все, что они видели в нем - это богатство, в котором он был словно облачен. Дорогое шелковое кимоно, ухоженный вид, кожаные сандалии. И два самых дорогостоящих охранника рядом, самураи. Так, теперь все жители деревни знали, что в нее пришел никому неизвестный, но чертовски богатый путник. - Ты заметил? - Спросил Саске, поравняшись с Наруто. - Они идут за нами с тех пор, как мы вошли в главные ворота. Конечно, заметил. Путники шли по главной торговой улице. Четверо мужчин шли за ними с самого входа в деревню. Они нелепо прятались, делая вид, что осматривают тот или иной товар на рынке. И все бы ничего, но глаза у продавцов, которые подозревали, кто это, были полны страха. - Отвлечешь их, Наруто? - Я думал, и не попросишь. Команда свернула за угол, где Узумаки остался один. Саске кивнул Сакуре двигаться вперед. Харуно взяла под локоть Изумо и прыгнула на одну из крыш домов. Саске и самураи поступили аналогично. Четверо нукенинов, что преследовали их, были отступниками разных стран, которые по счастливой случайности оказались в этой бедной деревушке, каждый день делая ее еще беднее. Чакры у них было не больше, чем у дикого кабана. Поэтому Наруто даже и не думал затевать с ними громкого боя. Как только четверо вышли из-за угла, наткнулись на дюжину девушек, что тут же облепили их со всех сторон. - Скучаете, мальчики? - Послышался соблазнительный женский голосок.

***

В гостинице было безопасно. Сакура провела самураев под техникой перевоплощения, чтобы не привлечь лишнего внимания. Их и Изумо поселили в отдельный двухкомнатный номер. Свободных комнат осталось всего две. Поэтому, недолго думая, она смело взяла себе комнату и одну на двоих сокомандников, уже предвкушая их реакцию. Они не заставил себя долго ждать. Наруто, заливисто хохоча, зашел вместе с Учихой внутрь как раз, когда Сакура расплачивалась на стойке администрации. - Ты бы их видел, тэме! Все до одного положили на меня глаз. Харуно повернулась на него, предугадывая, почему именно на него положили взгляд преследователи. - Наруто, если бы не секси-дзюдцу, ты бы погиб еще до великой войны. Узумаки подошел ближе и по-свойски оплел ее талию, прижимаясь подбородком к макушке. Харуно пыталась вырваться из объятий, но безуспешно. - Сакураааа. - Протянул Наруто, улыбаясь. - Как раз, если бы не мое секси-дзюдцу, мы бы все погибли во время войны. Тот гарем мальчиков-зайчиков был моим дебютом. Ты видела, как Кагуя округлила тогда глаза? - Да, и я врезала ей по самое не могу. - Куноичи наконец расслабилась и позволила себе засмеяться в объятиях Наруто. Саске снова чувствовал ее. Чувствовал, что градус ее эмоций рядом с джинчурики доходил до пока неизвестного ему максимума. Даже вчерашняя ярость не сравнится с той искренностью, с которой она улыбалась сейчас Узумаки. Сакура протянула Наруто ключ от их комнаты и, взяв ключ от своей, пошла в сторону лестницы на второй этаж. - А где мой ключ? - Спросил Саске, даже не глядя на нее. Сакура парировала и, слегка замедлив ход, лишь повернула голову в сторону, не намереваясь поворачиваться к нему полностью. - Это, чтобы вы не скучали. Хорошего вечера, мальчики!

***

Песчаная буря шла весь день. И уже после заката наконец стихла. Непривычная тишина расслабила, размаривая своих путников. Так, вся гостиница погрузилась в сон. Саске вышел из душа и обнаружил Узумаки спящим. Учиха смог выпить таблетки, не прячась от глаз своего заклятого друга. То, что с ним происходило, ему не нравилось. И еще больше не нравилось, что это нечто каким-то образом завертелось вокруг Сакуры. Всему виной его напряжение и гормоны, которые разыгрались под действием таблеток. Сознательно ему претила даже мысль о том, чтобы Сакура обратила на него внимание. Но физически он испытывал отклик от каждого ее взгляда и ему хотелось больше. Если бы она осталась той же влюбленной дурочкой, которую он так хорошо знал, она бы надоела ему после первого же дня в пути. Однако, она ведет себя нетипично. Заставляет своим поведением думать о ней, угадывать, что творится у нее в голове. Кажется, Саске окончательно спятил. Учиха вышел на небольшой балкон из комнаты. В пустыне было свежо. Такой контраст утреннего пекла и вечернего холода заставил его от удовольствия прикрыть глаза, подставляя свое лицо ветру. Но слишком яркое очертание у края глаза не позволило ему это сделать. На этаже ниже на балконе стояла Сакура. И она смотрела в небольшой свиток, раз за разом перечитывая короткое сообщение. Письмо от Гаары. Саске помнил, как розововолосая зарделась, получив его от самого Хокаге. Хатаке упомянул, что письмо личное. Узнать об этом он мог, только прочитав. Оттого Харуно и смутилась, думая, что Какаши знает о каком-то укромном уголке ее личной жизни. Саске думал, что могло быть в этом письме? Куноичи вернулась из Суны совсем недавно. Рвалась обратно на более затяжную миссию. Ей пришло личное письмо от Казекаге. Судя по всему, Сакура привязалась к Гааре. И в этом ее выборе он нашел много странного. Гаара и Саске были похожи. А если смотреть глобально, Гаара был куда хуже. Он убивал людей направо-налево. И к своим шестнадцати годам, когда стал Казекаге, мог с гордостью похвастаться полем могил с трупами тех, кого убил из забавы. Учиха не знал, почему мнение сельчан о нем поменялось. Пост главы деревни достался ему заслуженно. По крайней мере так говорил Узумаки. И скрытный, полный необузданной ненависти и силы, Гаара из Красного Песка, стал Казекаге. Он вспомнил, как встретился с ним на одной из тренировок перед финальным этапом экзамена на чуунина. Гаара сказал, что их кое-что объединяет. Это была ненависть, желание убить, которое он увидел в его глазах. Тогда Саске был с ним не согласен. Ведь его ненависть была куда уже, куда более оправдана. Он мстил. В то время как Гаара, убивая, просто чувствовал себя живым. И его не беспокоило, кого и как. Важен был результат - почувствовать металл крови в воздухе. И удовлетворение от новой погашенной жизни. Когда-то Саске отчаянно не хотел убивать. Он думал, что единственный человек, которого он безжалостно и хладнокровно убьет - это Итачи. Но как раз с его гибелью началась вереница смертей, которых он отчаянно желал. И когда-то вся деревня Листа встала под одну гребенку с предателями, лишившими его клан жизни. Послевкусие этих чувств преследует его до сих пор. Как следствие - сводя его с ума. Отрицать это будет глупо. Особенно спустя неделю лечения медикаментами, а также первую и далеко не последнюю сессию с психологом. Он чувствовал, как его сознание трещит по швам. А сам он катится в глухую бездну из чувств, которые он гасил в себе и презирал. За своими мыслями он не сразу заметил, что Харуно обернулась к нему. Все это время, вспоминая о прошлом, он смотрел на нее. Даже не на нее, а вскользь, просто зацепившись за ее фигуру взглядом. Когда он сфокусировался на ней, она просто смотрела. Неотрывно, словно пыталась понять, что он сделает дальше. Руками она свернула свиток, а после завела за спину больше инстинктивно, чем намеренно. И Саске проследил за этим ее якобы тайным движением. Розовые волосы разметались от ветра, на мгновение скрыв ее глаза от него. Тогда девушка повернула голову, позволяя стихии снова отбросить волосы за спину. Она закрыла глаза и немного вздернула подбородок, наслаждаясь прохладе. А после развернулась и ушла, так и не глядя больше в сторону Учихи.