Часть 19. Альтернативы

      На Алтае Софка была пять дней — в составе небольшой группы. Посетила самые основные места, вернулась и довольная, и огорченная тем, что путешествие закончилось. Потом поехала домой — соврала матери про то, что решила сделать себе небольшой отпуск на недельку, «тем более, что кто получше, уехал в командировку, а кто остался — к тем ходить нет смысла». Один раз съездила к Афанасию Павловичу, чтобы откорректировать схему лечения в сторону уменьшения, с некоторым удивлением услышала, что ее согласны проконсультировать с позиции психолога.       — Софья, попробуйте придумать себе альтернативу, — произнес Афанасий Павлович. — Вот что вы будете делать, если опять будет подобная стрессовая ситуация? Что вам может дать удовольствие, равнозначное алкоголю?       — Я танцы люблю, — сказала Софка. — Классические бальные. Я в школе ходила в кружок, умела танцевать вальс, танго, какую-то латинскую хрень, не знаю, как называется. Вот на латинскую хрень я бы походила.       — Классических латиноамериканских танцев пять, — ответил Афанасий Павлович. — Самба, румба, джайв, ча-ча-ча, пасодобль. Но ведь есть и другие: сальса, бачата. А сколько танцевальных школ по городу, где всему этому учат!       — Минимум — четыре косаря в месяц, — произнесла Софка.       — За восемь занятий, — сказал Афанасий Павлович. — Или десять. Занятие — рублей четыреста – пятьсот.       — А нажраться — рублей двести максимум, — ответила Софка. — Причем я же дважды в неделю не нажираюсь.       — В университете есть бесплатные или почти бесплатные секции, — произнес Афанасий Павлович. — Вальс, танго, исторические танцы. Хорошо, попробуйте придумать то, что вам даст удовольствие, равноценное алкоголю, но единовременное. Не как танцы, на которые надо ходить постоянно.       — Сходить в бассейн, а потом обожраться, в смысле, вкусной едой, — подумав, сказала Софка. — Но это тоже недешево. Что одно, что второе — если идти в кулинарию.       — Сходить в бассейн — это не дороже двухсот рублей, если в университетский, — ответил Афанасий Павлович. — А поесть — вы же все равно едите.       — Да, вполне себе вариант, — согласилась Софка. — О, придумала вообще бесплатный вариант! Включить в интернете караоке и поорать под музыку.       — И кто вам мешает в рамках поддерживающей терапии ходить раз в неделю в бассейн и раз в неделю включать караоке? — спросил Афанасий Павлович.       — Да никто, — ответила Софка. — Караоке вообще бесплатное, да и бассейн вполне доступен.       Еще через неделю Софка съездила на завершающую консультацию, послушала, как именно и когда что отменять из препаратов и фитотерапии, обсудила и закрепила новые образцы поведения, услышала, что если что-то пойдет не по плану, она может позвонить Афанасию Павловичу. После выходных вернулась на учебу.       — О, Софи! — воскликнул Иван. — Где пропадала?       — В дурке лежала, — сразу же соврала девушка. — Две недели информационного детокса.       Софка и вправду это время по рекомендации Афанасия Павловича провела без интернета. Немного подумав, девушка продолжила:       — А вы что думали? Сперва меня на комиссии завалили, потом суд и изолятор, потом еще раз менты принимают — суд и штраф, а потом на факультете отчислением угрожали — как тут не ебануться? Вот я и ёбнулась. Вот, мне деканат даже справочку дал, чтобы физруки не доебывались, что я эти две недели не проебала.       Софка протянула справку с текстом, что «деканат просит не учитывать при выставлении зачета четыре пропущенных занятия по физкультуре, так как студентка была занята в мероприятиях факультета».       — О, ну здорово, повезло прям, — сказал Антон.       — Ага, здорово, — съязвила Софка. — Прямо на курорте побывала.       Незадолго до начала первой пары Надюшка сказала Софке:       — Просили передать, чтобы ты зашла в деканат — тебе нарисовали справку от физкультуры.       — Надолго? — удивилась Софка.       — На эти две недели, — ответила Надюшка.       — Ну а что, прикольно, — отреагировала Софка.       Сразу же девушка отправилась к Дарине Олеговне.       — Держите, Софья, — произнесла женщина. — Как здоровье?       — Удовлетворительно, — ответила Софка. — Вот, сейчас с таблеток слажу потихоньку.       Дарина Олеговна, не ожидая подобного поворота, пожелала Софке здоровья, а девушка ответила:       — Ну а что, две недели в дурке отлежала — надо теперь к учебе возвращаться.       Несмотря на то, что многих преподавателей предупредили, что Софка лечила дома нервный срыв, некоторые все же спрашивали ее, где она пропадала. Не желая объяснять всю логику про Алтай и отдых дома, девушка уверенно отвечала заранее заготовленную легенду:       — Лежала две недели в дурке — нервный срыв.       — Такого диагноза же нет, — удивился один из преподавателей.       — Ну там диагноз на F начинается, я цифры даже не стала запоминать, — сразу же ответила Софка. — Что-то типа депрессии, но не совсем депрессия.       Информация о том, что Софка якобы лечилась в психиатрической больнице, дошла и до кафедры Марины.       — Как думаете: и вправду была в психушке или врет? — спросила Анна.       — Судя по тому, что говорил Афанасий Павлович — не удивлюсь, если правда, — ответила Воронкова.       — А что он говорил? — полюбопытствовала Анна.       — То, что самое главное — это не допустить, чтобы девочка решила попробовать крыши на предмет удобства к полету, — сказала Воронкова.       — Ну лежала — и лежала, какая разница, где она была, — подумав, ответила Анна.       «А, может, и вправду надо было не выпендриваться и ставить зачет, — подумала Марина. — Ой, экзамен. Или… Она же ничего не учила, вообще ничего…»       — Марина Исаевна, вот сейчас не вздумайте даже предположить, что вы, возможно были неправы, — сказала Анна. — А то знаю я эту логику, будете еще всех подряд жалеть на волне одной неадекватки. Как говорится, кто болен на голову, у того хоть от чего все проявится.       — А я, к слову сказать, никого не валю, поэтому и не думала, что я могла быть во всем виновата, — произнесла Марина, подумав, что уместнее, хоть и скандальнее, было бы сказать: «В отличие от некоторых».       — А здесь никто никого не валит, все принимают максимально справедливо и разумно, — ответила Анна.       «Ага, особенно ты, — подумала Марина. — Или Молохин. Или этот мудила, как там его звать, блин, совсем забыла…»       С огромным трудом Марина вспомнила, что «этого мудилу» звали Харенков, однако это уже не имело какого-то значения — на прошлое девушке было, в целом, плевать.