Часть 4

— Так ты теперь не только завтракаешь, но и ночуешь у Воропаева? Может чего ещё не договариваете, Екатерина, а? — Юллиана Филипповна, ну прекрати…те. Пожалуйста, — обиженно протянула Катя, глядя на хохочущую рыжеволосую даму. Смех у той был добрый, заразительный, но сейчас совсем некстати. — Ладно-ладно, прости. Просто это так неожиданно! Ты вдруг сбежала от родителей и напросилась к Воропаеву. Меня прямо поражает такая твоя смелость. — И что мне теперь делать? — Дальше нормально сепарироваться. Раз уж сказала родителям, что я позвала — велкам! Кстати, Миша звонил, спрашивал, как ты. Говорит, через неделю прилетает. Не хочешь составить ему компанию за чашечкой чая вечером? Катя молчит, а Виноградова никак не унимается. — Или кофе с утра предпочтительнее? — Ну, Юллиана, опять за своё? — Катя надула губки. — Я у него утром халат забыла, надо... — Купишь новый.Тот пусть выкинет, как ты своё прошлое. Чем тебя на этот раз угощали на завтрак? — Слойка с абрикосами и какая-то шакшука. — Понятно, яичница с перцами и помидорами. Катя кивнула. — Никогда бы не подумала, что он сам себе готовит. — Воропаев в целом самостоятельный мальчик. К сожалению, из-за Кирочки он теперь людям не верит. — И наверное, эти люди — женщины? — Я бы не сказала. Он не такой уж и ужасный, как кажется. Просто зачем-то строит из себя такого, играет эту роль. Хотя, может, ему просто нужно влюбиться, да еще и взаимно. — А он вообще способен на это? Катя усмехнулась. — В него-то влюбиться точно могут, но опасно это — Я думаю, он может любить. Но его надо полюбить первой, растопить лед в сердце и убрать пламя из глаз, чтобы не сгореть. Что там с Мишей? Снова перевела тему начальница. — Пока не хочу. Своих забот хватает. Юллиана вздохнула, глядя на лицо Кати. Ей хотелось обнять эту девочку, прижать к себе и уверить, что все наладится. Она видела, как тяжело Кате дается эта новая жизнь, как она мечется между прошлым и настоящим, пытаясь найти свое место. — Знаешь, Кать, ты не обязана бежать от Миши . Он действительно скучает и искренне переживает за тебя. Да, возможно, сейчас тебе не до романтики, но дружеская поддержка — это то, что нужно каждому, особенно в трудные времена. Не отталкивай его, дай ему шанс быть рядом.х Катюш, не бойся быть счастливой. Не позволяй прошлому определять твое будущее. Ты достойна любви, ты достойна всего самого лучшего. Где найти того единственного, достойного, лучшего? И достойна ли она его? Эти мысли терзали Катю, поглощая рабочее время, обеденный перерыв и остаток вечера. Она стояла перед зеркалом в квартире Юлианы, вглядываясь в своё отражение с тревогой и сомнением. Нравится ли она себе? Эта новая стрижка, едва заметная, этот оттенок волос, и фигура… Она казалась себе слишком худой, лишенной соблазнительных изгибов. Ягодицы недостаточно упругие, а грудь… Может ли её тело привлекать мужчин? Или она сама по себе непривлекательна? Ведь даже полюбить себя такой, какая есть, ей не удавалось. Виноградова твердила, что Миша влюбился в неё с первого взгляда, ещё до всех этих перемен. Но Кате казалось, что он либо слеп, либо отчаян. Или, может быть, Миша просто не привлекает её саму, и она ищет причины, чтобы оправдать своё равнодушие… — Кать, всё в порядке? — обеспокоенно спросила Юлиана, присаживаясь рядом на пол у низкого журнального столика с бокалом вишнёвой медовухи и протягивая руку к засахаренному осьминогу. Пушкарёва, словно не слыша её, продолжала очищать креветку, не отрывая взгляда от своих рук. — Я не знаю… Просто думаю… До моего преображения все вокруг разбегались. Бедный Жданов напивался, чтобы решиться поцеловать меня… Сама понимаешь… А что Миша во мне нашёл? Юлиана озадаченно посмотрела на подругу. Пушкарёва сделала глоток безалкогольного пива, слегка поморщилась и тут же закусила аргентинской креветкой. — Ну что такого произошло в его жизни, что он обратил внимание на меня? Может, его обидели красавицы, он не уверен в себе… Может, он вообще девственник? Юлиана коротко хихикнула, прикрывая рот ладонью. — Ну а что? Он же от тебя узнал, что меня предали. Может, хочет на мне потренироваться, прежде чем отправиться в свободное плавание? — Ты сегодня в ударе, Катя, — протянула Юлиана, предлагая подруге щупальце осьминога, а сама украдкой стащила креветку из её тарелки. — Миша не такой, — уверенно заявила Катя. — Да все они поначалу не такие. А потом — становятся такими. — Я так понимаю, чай с Мишей ты пить не хочешь? — Я вообще не уверена, что хоть чего-то с ним хочу. — Кать, ну ты с Воропаевым уже дважды позавтракала, а это опасно. У Воропаева чаще стоит на ум, чем на красоту, и у него ярко выраженный «горизонтальный» интерес. — Я смотрю, ты очень осведомлена, Юлиана, на что или от чего стоит у господина Воропаева? Лично проверила? Рыжая дама отмахнулась. — Упаси Боже! Чтоб я это знала, и чтобы с ним что-то было! Я, конечно, смотрю на сильных мужчин, но брат Киры — тот ещё хам. Просто все его сексуальные партнёрши… Ключевое слово — «сексуальные», и на очень непродолжительный срок… Поверь мне, это умные, грамотные девушки, иногда на три, а то и на пять лет старше него. Кать, ну они не эталон красоты, простые, симпатичные, ухоженные. Но поверь мне, ты намного симпатичнее некоторых из них. Короче, ещё пару завтраков — и я не удивлюсь, если ты проснёшься в его постели. Или ты этого хочешь, или уже спишь с ним? — Ага, — Катя цокнула языком и с иронией ответила. — Сплю и вижу… Миша какой-то приторный. Может, и некрасиво так говорить за спиной… — Ладно, давай вообще съедем с темы мужчин. Завтра выходной. Давай включим «Ведьмы-близняшки»? — Включай. Юлиана защелкала пультом, и экран заполнился яркими титрами. Катя рассеянно смотрела на мелькающие кадры, в голове по-прежнему крутились мысли о Мише и почему-то в них присутствовал Воропаев. Она чувствовала себя загнанной в угол собственными сомнениями. Юлиана заметила её отстраненность. — Кать, перестань себя изводить. Ты красивая, умная, интересная. Просто расслабься и позволь себе быть счастливой. Катя вздохнула. —Легко сказать. Я просто боюсь опять ошибиться, опять поверить не тому человеку.» — Неинужно сразу верить никому на слово. Смотри на поступки. И, главное, прислушивайся к себе. Что ты сама чувствуешь? — ответила Юлиана. — Как ты относишься поступкам человеке по отношению к тебе, потрм подключай слова. Катя задумалась. Что она чувствовала? Растерянность, неуверенность, страх. Но еще — робкую надежду на то, что все может быть хорошо. Может быть, стоит перестать искать недостатки в себе и просто жить настоящим моментом. Может быть, Миша действительно искренен. А может, и нет. Но пока она не даст себе шанс, она не даст другим шанс.