Глава 3. Бог ночи

Бар мотеля "Бог солнца" гудел, как улей. Смех, пьяные голоса, звук очередного выстрела пробки бутылки. Монтоя развалился на диване рядом с двумя проститутками, ведя жаркий спор о том, кто из них больше похожа на Джину Лоллобриджиду. — Ты не Лоллобриджида, детка, — криво усмехнулся он, — ты – дешевая подделка с автозаправки. Но я не гордый. Сойдёт и такая. Вентилятор гудел как ультразвук в ушах. Кэтлин, пошатываясь, выпрямился и, с ухмылкой на лице, пошёл к двери. — Ща притащу ещё пива, — обронил он, переступая через пустые бутылки и подмигивая ближайшей девушке. Он распахнул дверь и замер, словно попал в ловушку. Перед ним во тьме вырисовывалась высокая бледная фигура. Его глаза светились кровавым огнём: зловещим, полным ненависти и голода. Кэтлин даже не успел сделать вдох. Мгновение спустя вампир бросился на него с дикой яростью, разрывая тело пополам, словно тряпичную куклу. Раздался жуткий костяной хруст. Тело обмякло, превратившись в беспомощную тушу и с глухим стуком рухнуло на пол. Тишину пронзил душераздирающий женский крик. Вампир шагнул внутрь, в его руке всё ещё висела Дженни бледная, как мрамор, онемевшая от ужаса. Она не сопротивлялась, только смотрела широко распахнутыми глазами, будто не веря в происходящее. Он сжимал её надёжно, как трофей. Его глаза, налитые кровью, скользнули по залу и губы изогнулись в мерзкой, почти игривой ухмылке. Первый охотник рванулся к дробовику слишком поздно. Вампир метнулся в центр зала, одно движение и тот уже летел в сторону, хрустнув позвоночником, прежде чем развалиться под столом у окна. Второй не успел даже встать с места. Третий лишь открыл рот для крика, когда пепельница, сверкая в руке монстра, вонзилась ему прямо в глаз. Женщины у барной стойки сорвались в истерике. Кто-то с визгом бросился к туалетам, кто-то карабкался через окна, цепляясь за мебель, в панике сшибая барные стулья. Лаунж-зону накрыла волна паники и крови. Бар захлестнула бойня. Джек застыл. Всё вокруг стало вязким, как во сне, мир сузился до одной точки: арбалета у стены и вампира, приближающегося, как буря. Он рванулся вперёд, скользя по окровавленному полу, будто осознавал: сейчас или никогда. Промахнулся. Плечом он влетел прямо в натянутый тетивой заряд. Стрела, не дождавшись выстрела, вошла в плоть, как раскалённый гвоздь в сырое дерево. Глухой удар и он рухнул на бок, как подкошенный. Воздух со свистом вырвался сквозь стиснутые зубы. Он не закричал. Только судорожно втянул воздух, сжав челюсть так, будто мог ею перекусить гвоздь, и выдернул стрелу из плеча, с тем же выражением лица, с каким кто-то откручивает тугую пробку. Кровь хлынула сразу – густая, липкая, горячая, настоящая. Боль пришла не сразу, но обрушилась с головой: вязкая, тяжёлая, будто кто-то вылил на него ведро кипящего свинца. Вампир резко развернулся к барной стойке, в попытке атаковать Ортегу, и случайно выпустил из рук Дженни. Джек, поднимаясь, заметил, как она скрылась за стойкой в лаунж зоне. Нырнул туда следом, пригнувшись, и чуть не получил клинок под рёбра. Нож пронёсся мимо, рассёк воздух. — Сука! — от неожиданности рявкнул охотник, сбивая детскую руку. Знакомый нож со звоном упал к его ногам. Кроу не колебался ни секунды: схватил девчонку за шиворот и дёрнул к себе, как мешок с провизией. Та даже не пыталась вырваться – будто отключилась. В этот момент к нему подлетел Монтоя – лицо мертвенно-бледное, глаза бешеные: — Ты видел это?! Это чёртова мясорубка! — Он один, — прохрипел Джек, — один, мать твою... Отец Джио стоял в проёме, словно пытаясь собой заслонить остальных. Его руки дрожали, но обрез был направлен точно прямо в грудь твари. Он выдохнул, выстрелил… Пусто. Опоздал. В следующую секунду вампир уже был рядом. Рывок. Обрез вырван из рук, как палка у ребёнка. Щёлк. Разворот ствола. Выстрел. Голова священника дёрнулась назад, будто кто-то дёрнул за невидимую нить. Тело рухнуло на колени, а потом безвольно осело, как мешок. Кровь окропила пол у порога. — НЕЕЕЕТ! — заорал Энтони. Джек стиснул зубы до хруста, сердце гулко ударило в груди. И тогда вампир заговорил. — Джек Кроу, — произнёс он медленно, как приговор. Голос был густым, низким, будто тянулся из глубины могилы. Он протянул руку вперёд, когтем указав на девочку, цеплявшуюся за рукав Джека. — Отдай её. — Пошёл нахер, — выдохнул Джек, хрипло, почти спокойно и нажал на спуск. Прогремел выстрел – резкий, оглушительный. Пуля врезалась вампиру в грудь, точно между рёбер, выбив тугую струю чёрной крови. Он не упал, но его дёрнуло назад, как будто невидимая сила на миг споткнула ярость, вырвала её из ритма. Вампир качнулся, едва заметно, словно сбившись с шагов. И тут же в грудь ударила вторая пуля в унисон – от Монтои. Резкая, точно рассчитанная. Не теряя ни секунды, Кроу рывком развернулся, крепко сжимая Дженни в руках. Его голос прорезал гул в ушах, воздух и ужас: — К парковке! Живо, сука! — заорал он, не оборачиваясь. Они бросились к выходу, лавируя между телами, обломками мебели и острыми, как бритва, осколками стекла. Пол был залит тягучей, блестящей кровью, и каждый шаг отдавался липким хлюпающим звуком, скрежетом осколков под подошвой и треском половых досок. Позади, среди этого ада, вампир взвыл звериным, оглушающим криком, полным ярости. Впереди, сквозь сизую пелену дыма и пыли, вырисовывался силуэт ближайшей надежды: пикап шерифа. — В пикап! — скомандовал босс. — Ключи! — рявкнул Монтоя, подскакивая к водительской стороне. Джек судорожно вытаскивал их из кармана, глаза бешено метались по сторонам, пытаясь оценить обстановку. Блондинка, та, что соблазняла его в баре, шаталась всего в нескольких метрах от них. Вид был потрепанным, юбка – перекошена, а сама она словно пробиралась сквозь вязкую воду, делая пустые, замедленные шаги. — Эй, пошли! — охотник резко схватил её за руку, пытаясь вытащить из этого ада. Катрина подчинилась, шагнула за ним – безвольная, словно дрессированное животное, лишённое всякой мотивации. И только когда он резко дернул её к себе, юбка неожиданно задралась, открывая то, что заставило кровь застынуть в его жилах. На внутренней стороне бедра две чёрные, зловещие точки, едва заметные, но жутко явные. Из них медленно сочилась тёмная кровь, растекаясь липкой полосой по бледной коже, словно тихое, неумолимое предупреждение. — Чёрт... — охотник опешил на мгновение. — Укусил. Катрина не ответила, не моргнула. Даже не смутилась. Её взгляд был расфокусированным, пустым, будто она не слышала слов, не понимала происходящего. Или уже не могла. Кроу мельком бросил взгляд на Монтою – секунды на принятие решения. — Плевать! В машину! Он почти силой закинул ребёнка внутрь, а затем не раздумывая втолкнул в салон и Катрину, не обращая внимания на её состояние. — Брось эту сучку! — процедил Монтоя, заводя двигатель. — Держи! Она может пригодиться! Мотор заорал, и пикап сорвался с места, выплёвывая гравий из-под колёс. — Жми, мать твою! — босс почти кричал, вцепившись в поручень, чтобы не вылететь из машины. — Да жму, черт возьми! — Монтоя рявкнул в ответ, напряжённо сжимая руль. Его взгляд метался между дорогой и зеркалами, в них уже мелькала жуткая тень преследователя. —  О, Боже, он догоняет! Едва проехав сотню ярдов, раздался тяжёлый глухой удар, кузов задрожал и скрипнул, словно готовясь развалиться. Вслед за этим заднее стекло взорвалось, осыпая салон острыми осколками, словно градом. Джек в последний миг успел прикрыть ребенка и девушку своим телом, прижимая их к себе, чтобы защитить от летающего стекла. Рука вампира стремительно просунулась внутрь машины, цепляясь за сиденья и намереваясь вырвать их наружу. — Сука! — пророкотал Монтоя, резко выхватил пистолет, развернулся всем телом и прицелился. Выстрел разорвал тишину. Пуля с хлюпком вонзилась прямо в глазницу твари. Вампир издал пронзительный визг, судорожно дёрнулся, как будто пытаясь вырваться, и с силой вылетел из кузова, тяжело катясь по пыльной дороге. Салон мгновенно наполнился резкими запахами: гарью, кровью и горьким дымом пороха. Джек выпустил из рук пассажирок, тяжело опёрся на приборную панель и, обернувшись, выдохнул, пытаясь унять бешено колотящееся сердце и сбить ритм дыхания. Монтоя быстро поправил зеркало заднего вида, всматриваясь в темноту позади. Никого. Только пыль медленно оседала в холодном ночном воздухе, словно тихий признак прошедшей бури. Охотник посмотрел вперёд облегченно выдыхая. Рассвет поднимался над горизонтом, набирая силу с каждым километром, тёплый, но неумолимый для той твари, что осталась позади. Пикап мчался сквозь сонную пустыню, оставляя позади мёртвую команду и слишком много животрепещущих вопросов, на которые ещё предстояло найти ответы.