Глава 10: Морской край

— Земля! Трандуил обернулся к берегу. Лесному эльфу во всей красе предстала восхитительная и величественная обитель фалатрим. Эгларест был высечен там, где река Неннинг, неся прохладу с далёких гор, растворялась в солёных объятиях Великого Моря. Смотрящий протрубил в рог, оповещая стражу крепости о своём пришествии, и получил ответный сигнал. Укреплённые стены вздымались от самого основания откоса и казались естественным продолжением самих скал. — Давай! Тащите сети, не придём же мы в гавань с пустыми руками! — скомандовал капитан. Пришло время посмотреть на результат улова. Четверо крутили специальный механизм, что удерживал и поднимал сеть. Что-то вроде огромной удочки. Дэйллим скривил губы, осматривая критическим взглядом груз. — Что-то не так? — спросил Трандуил, разглядывая внушительных, как ему казалось, размеров добычу. Груз с рыбой медленно опустили в специальный люк. — С каждым годом рыбы всё меньше. Что-то меняется, а что именно — непонятно. Потом по хорошей цене продадим эту рыбу торговцам, хорошую свежую еду. — Сын Кирдана Корабела торгует рыбой? Странно звучит, не находишь? — Я не хочу зависеть от родителей. Полученные деньги идут в мой кошелёк и команды, а рыба — народу. Уж всяко лучше, чем тухнуть от скуки в золотых палатах, расхаживая в шелках, не забив своими руками ни единого гвоздя. — завязав очередной узел, Дэйллим пожал плечами. Синдар глубоко задумался, между бровями мелькнула напряженная морщинка. Трандуил воспринял слова друга на свой счёт и всё же решил отмолчатся. — К тому же это не единственный мой источник дохода, у меня есть лицензия на добычу жемчуга, что так любит носить твоя тётушка. — О да, она явно обрадуется подобному подарку, — синдар напряженно стиснув зубы, повторил тот же узел за другом, закрепляя паруса. — Ты удивишься насколько морские дары могут быть разнообны, — бросил моряк, оттряхнув ладони. Поднявшись на мостик, он поменялся с Амринтом, вставая за штурвал. Для Дэйллима его корабль — это продолжение самого эльфа, его сути, всей его жизни. Каждый раз, сжимая в ладонях руль, он снова сливался с ним душой, сердцем и телом, чувствуя даже волны, что ласкают основание корабля. Судно проплыло под каменной аркой крепости, впуская в самое сердце Эглареста. Дэйллим помахал смотрящим солдатам и направился вперёд к причалу. Первоначальные укрепления фалатрим были крепки, но низки, подобно волнорезу. Нолдор же воздвигли на них высокие башни, белые и стройные, как паруса. Их вершины, озарённые светом звёзд и фонарей, были маяками для кораблей, возвращающихся из дальних странствий. Эти стены не грубо разделяли, а гордо очерчивали границу между дикостью что жила за их пределами и оазисом изысканной культуры. Внутри, у подножия стен, плескалась вода в искусственных бассейнах-доках, вырубленных в тёмном камне. Причалы из отполированного гранита уходили в бирюзовую гладь, и к ним, словно усталые лебеди, припадали корпуса эльфийских судов с высокими изогнутыми носами. Воздух наполнял запах морской соли, смолы и свежего дерева — благовониями этой морской цитадели. За стенами, на террасах, поднимавшихся по склону, цвели сады, где лаванда и вереск смешивали свой аромат с морским бризом. Лёгкий стук пробежал от носа корабля и волной окатил тело. Наконец-то суша. Трандуил и Дэйллим первыми спустились по деревянному трапу. Команда скинула им верёвки, чтобы окончательно закрепить транспорт. — Ты погуляй пока, а мне тут ещё надо поставить подпись. — Зачем? — В регистрационном журнале главного по причалу: чей корабль, его имя, имя капитана, дата и подпись. И найти того, с кем я поторгуюсь насчёт рыбы. — Организованно. И надолго ты? — Пока не знаю. Поэтому погуляй без меня, найди таверну «Весёлый Парусник», встретимся позже там. Давай, расслабься, брат. — Друзья крепко пожали друг другу руки, и Трандуил, топая по каменному пирсу, двинулся навстречу своим новым приключениям. Глаза слепил жемчужно-белый цвет домов. Куполообразные крыши отражали свет солнца и от этого сияли ещё ярче, а в плавных округлых линиях балконов и лестниц, что заполняли улицы, чувствовалось изящество спокойных волн моря. Извилистая светлая набережная ровно возвышалась над берегом реки, ведя к высокому, широкому мосту, по которому проходили свой путь тэлери. Зелень обвивала каждую белую колонну. Под окнами росли густые кусты с яркими розовыми магнолиями. Изумрудный шёлк плюща ниспадал с террас, а кроны некоторых деревьев, что как будто прорастали сквозь молочную плитку, укрывали тенистые балконы, создавая живой контраст с архитектурой Эглареста. Здесь вода, массивная архитектура и дыхание природы сливались в одно целое. Воздух здесь, казалось, был распространял аромат хвои и речной свежести, а солнечные лучи, пробиваясь сквозь листву, рассыпались по мостовым мириадами золотых искр. Это был город-сон, приют мудрецов и поэтов, где время замедлило свой бег, позволяя каждому камню поведать свою древнюю, безмолвную историю о гармонии и вечной красоте. И как же непривычно стало синдару от живого шума, что издавал этот город, от голоса каждого его жителя. Толпа эльфов ходила по своим делам, какие-то три парня отдыхали за столиком у паба на уличной террасе в тёплую погоду. Мило прошла улыбающаяся рыжая девчушка с веснушками на всём лице, что подзывала попробовать и купить спелую чернику. И спрос у неё был довольно охотный. Мода, колоритная и пёстрая, показывала тягу фалатрим к краскам этой жизни. Фасоны и формы настолько разнообразны, что не возможно было бы описать за раз. И светлые балахоны из тонкой, парящей ткани, и облегающие наряды. Над привычными лесному эльфу кафтанами тоже поработали. И с рукавами и без, короткие подолы и удлинённые до пола. Девушки носили и брюки, и свободные платья без утягивающих корсетов, открывая для всеобщего обожания изящные длинные руки, тонкие, загорелые плечи, а иногда и не стеснялись приоткрыть зону декольте. По счастливой случайности парню попалась на пути лавка с жемчугом. Поправив кожаную сумку на плече, Трандуил толкнул дверь, услышав звон колокольчика над головой. Было неловко, когда на него обернулись другие покупатели украшений, но они сразу же потеряли к нему интерес. — О, турист! Что интересует? — обратилась к нему девушка у прилавка. Небольшого роста, смугловатая и темноволосая, она подкупала милыми ямочками на щеках и светлыми изумрудными глазами. На правом ухе поблёскивала серебряная серьга, обвивающая ухо, как лоза, со свисающим у мочки жёлтым жемчугом в форме капли. — Хех, а по мне видно, что я не местный? — У вас одежда другая, и говор выдаёт, а ещё на вас нет ни одной жемчужины. — Тогда, может, поможете мне в этом деле? — по-доброму усмехнулся Трандуил, предвкушая всю ту красоту, что покажет ему эта озорная девушка. Она подозвала его жестом поближе и тут же достала из-за прилавка большую деревянную резную шкатулку, похожую на плоскую круглую раковину моллюска. Внутри, поделённые на отсеки, на белой шёлковой подушечке лежали разного цвета жемчужины. — Я слышал, что у вас каждая жемчужина имеет значение. Расскажите мне об этом? Глаза девушки загорелись, а улыбка взмыла до ушей — было видно, насколько сильно она любит и дорожит своим делом. — Для нашего народа цвет прежде всего обозначает не только чувства и пожелания, которые вы хотели бы передать в подарке, но и род деятельности и даже некий знак. Например… — она указала на свою серьгу. — Жёлтый жемчуг — это торговцы, так как цвет золота. Зелёный — лекари. Лавандовым жемчугом украшают себя творцы, ремесленники, мудрецы. Красный жемчуг у нас любят барды и музыканты, однако это ещё означает, что вы не против разделить с кем-то отношения на одну приятную ночь. — Эльфийка погладила красную бусину пальцем и повела оголённым плечом; милая улыбка теперь казалась ему нечто иным, потерявшим детскую радость и наивность. — Розовый носят девушки и парни, кто помолвлен, а белый жемчуг — замужние и женатые. Чёрным и серебристым помечают себя моряки и войны. А вот синий жемчуг, которого у меня в коллекции лишь один, и я его не смогу вам показать, — настолько редкий, что им владеют лишь самые богатые эльфы и королевская семья. — А что насчёт чувств, что передаёт жемчуг? — Тут тоже всё очень многогранно, а иногда индивидуально. Белый — красота, равновесие и гармонию, преданность и верность. Чёрный — защита, стремления. Синий — подарок невесте на свадьбу для продолжения рода или показать индивидуальность и богатство его владельца. На секунду Трандуил вспомнил их первую встречу с Эллаирэ и синий жемчуг, что украшал её венец, сливаясь с цветом глаз принцессы. Сердце эльфа неприятно защемило от тоски. Весь этот путь, смотря на море, он представлял, как смотрит в глаза девушки. Он уехал не так давно, а желание увидеть Эллу вновь накатывало сильнее с каждым воспоминанием. Для Трандуила она действительно одна, самая уникальная на всё королевство Тингола. Открытая, улыбчивая, яркая, рисковая искательница всего нового, как и он. — Розовый — нежность, сладость и привязанность, такой дарят ещё, когда хотят признаться возлюбленной или возлюбленному в романтических чувствах. Персиковый, оранжевый — дружба, привязанность, благодарность. Золотой, жёлтый — богатство, власть, престиж. Фиолетовый — желание успеха в творческом начинании. Зелёный жемчуг — пожелание физического и духовного здоровья. Если вы выбрали, то пойдёмте, я покажу вам изделия наших искусных мастеров по жемчугу.

***

По счастливой случайности синдар нашёл местную общественную сауну. Популярностью пользовались они немалой. Самое первое, о чём думает каждый моряк, — это побыстрее смыть въевшуюся в волосы и кожу соль, запах рыбы и пота. Смыв всю тяжесть и грязь пройденного пути, Трандуил переоделся в заранее купленную здесь одежду, желая больше походить на тэлери. Светло-зелёный кафтан не отягощённый наличием длинных приталенных рукавов, и украшенный серебристой вышивкой. Он накинул его на голый торс; ткань тонкая и мягкая, подчёркивала поджарую фигуру эльфа, особенно широкий и удлинённый вырез на груди. Да, мода тут совсем другая. Низ образа дополняли того же оттенка штаны и короткие кожаные сапоги с небольшими дырочками по бокам. Коротко говоря, всё устроено для того, чтобы ты не вспрел всем телом в такую жару, которую Трандуил ощутил впервые в жизни. Завершали образ золотая подвеска и серьга на правом ухе с белым жемчугом. Выйдя из сауны обновлённым, с лёгкостью и свежестью, позволяя коже дышать лёгким ветерком морской гавани. Украшение непривычно, но приятно отяжеляло ухо, призывая спуститься с густых лесных крон к синему прибою. Дотронувшись до незамысловатой подвески, что напоминала ему о смысле, влитом в такое простое украшение. Белый. Гармония и верность. Возможно, самое ценное, что есть в этом мире. Следуя наставлению друга, Трандуил, позадавав вопросы дружелюбным местным, узнал, где находится «Весёлый Парусник». Белую двухэтажную таверну обрамляли витиеватые колонны, были столики и снаружи, и на внутренней террасе. Колонны и перила обвивали кусты жёлтых чайных роз, чьи пышные бутоны походили на частички солнца. На арке перед входом висела статуя из гипса. В натуральную величину рыба-парусник с носом длинным и колючим, словно шпага. Особенно выделялся цветастый и широкий, как парус, спинной плавник. Из помещения лилась активная музыка: резкие аккорды лютни, мелодичной лиры и глухие барабаны смешивались с гомоном голосов посетителей. Воздух густел от ароматов жареной рыбы с травами, печёного хлеба и сладкого эля. Трандуил переступил порог. Царила бурная дружеская атмосфера. Украдкой рассматривая украшения, он теперь понимал, что тут собираются особы всех мастей и видов своей профессии. От шумных компаний торговцев до милой пары, видно помолвленных, что звонко смеялись над какой-то шуткой. Синдар окинул взглядом зал, ища знакомую фигуру Дэйллима, но тот, видимо, ещё не успел прийти. — Эй, новичок! Не задерживайся в дверях, проходи! — прикрикнул бармен, подзывая его жестом. Молодой белоголовый парень, полируя медную кружку, быстро окинул взглядом Трандуила. — Первая кружка эля — в подарок гостю, если скажешь, откуда прибыл! Эльф усмехнулся, присаживаясь за барную стойку. — И как ты понял, что я гость? — Да я просто всех в столице знаю. А тебя впервые вижу. Так откуда ты? — Трандуил из сени Дориатских лесов, эльф из-за Завесы Менегрота. — Оооо, как интересно. Мне казалось, иатрим никогда не выбираются из своей обители. Поговаривают, вы давно забыли, как светит солнце. — Тогда спешу развеять миф, это далеко не правда. — Ну тогда, лесной брат, держи. — Он поставил перед ним кружку с элем. — Звать меня Нимаэль. Если твой корабль «Резвый дельфин» — твой капитан уже передал, чтобы тебя ждали. Садись где нравится. Трандуил взял тяжёлую глиняную кружку, поблагодарил и выбрал небольшой столик с краю. Отсюда виднелся канал, по которому медленно скользила лодка, гружёная бочками, и часть площади, где уже зажигали фонари. Эльф пригубил эль — напиток оказался светлым, с медовым послевкусием и лёгкой горчинкой морской полыни. Неплохо. Он наблюдал за жизнью таверны, погружаясь в новую для него музыку быта фалатрим. Взгляд скользил по лицам, уловил обрывки разговоров о ценах на пряности, о готовящемся празднике вроде, какой-то свадьбы. Он чувствовал себя одновременно чужим и… принятым. Его лесная одежда была сдана в прачечную при сауне, а новый наряд делал его почти своим среди морских собратьев. Почти. Внезапно его внимание привлекло оживление у входа. Появился Дэйллим, весёлый, чистый, в новом облачении. Тёмно-синий кафтан со светло-голубой вышивкой в виде волн, с запахом, закрывал лишь левую половину торса и имел один длинный левый рукав. Из моряка-работяги он превратился в аристократа. Крепкие руки усыпали толстые кольца и широкие пластины браслетов, а на груди красовалось дисковидное ожерелье из бисера. И как же без серьги с чёрным, как уголь, жемчугом. Он выглядел слегка уставшим, но довольным, щёки его горели от радости вернуться домой. За ним шёл Амринт, облачённый в красный наряд. Его тёмные волосы собраны в высокий хвост, а на ухе сверкала серьга с крупным серебристым жемчугом. Дэйллим сразу заметил Трандуила, широко улыбнулся и направился к его столику. — Вот он, мой брат по духу, хоть и не по крови! — расхохотавшись, объявил Дэйллим, хлопая Трандуила по плечу. — Смотрю, ты вливаешься в нашу культуру. — Не в обиду моей прекрасной родине, но городов прекраснее я не встречал. — Он пережил эпохи, — просто сказал Амринт, принимая от подошедшей официантки бокал с тёмным вином. — И увидит ещё многие. В отличие от многого в этом мире, что меняется слишком быстро. — Мужчина залпом опустошил бокал, жестом прося налить ещё, и показал два пальца. Через минуту к их столику принесли две бутылки вина. В словах эльфа сегодня звучала едва уловимая горечь. Дэйллим, уже заказавший себе что-то покрепче эля, махнул рукой. — Оставь философию, Амринт. Дело сделано, рыба продана, кошелёк тяжёл. Вечер впереди, а у моего друга первая ночь в Эгларесте, которая не должна пройти за разговорами о бренности бытия. — Он подмигнул Трандуилу, намекая, что сегодня они должны напиться и стать такими синими, как море в северных краях Средиземья. — Как впечатления? Нашёл сауну? Я вижу, обзавёлся местными побрякушками. — Да, и узнал много интересного о значении жемчуга, — сказал Трандуил, касаясь серьги. — Так ты не женат. Почему белый взял? Или я чего-то не знаю? Если не пригласил меня на свадьбу, о которой я не знаю, до Дориата доползёшь пешком. — Дэйллим налил в хрустальную рюмку абсента, закидывая его залпом. — Без закуски не могу. Нимаэль! Две морские тарелки и всю твою алкогольную книгу за мой счёт! — Правила для обывателей. Настоящий смысл — в том, что вкладываешь в него ты сам. Море дарит жемчуг, а эльф наделяет его душой. Ты выбрал белый. Если ты не женат, то это как вариант сообщить другим, что ты верен кому-то другому. — Он просто понравился мне цветом, — уклончиво ответил Трандуил, чувствуя, как в памяти снова всплывает образ Эллаирэ. Он резко перевёл тему. — Дэйллим сказал, у тебя есть жемчужные ложа. Это опасно? — Опасно море, — откликнулся эльф. — А добыча жемчуга — это труд и терпение. Так как мы сегодня ловим градусный приход, посмотрим как сложится. Мы обязательно найдем время для охоты. Трандуил посмотрел на Дэйллима. Тот пожал плечами, но в его глазах мелькнул одобрительный огонёк. — Вид жемчуга, только что извлечённого из раковины… это нечто. Ты такого в лесу не увидишь. Мысль о синем жемчуге пришла в молодую голову в тот же миг. Она смешалась в Трандуиле с жаждой нового настоящего приключения. Музыка в таверне сменилась на более быструю, кто-то начал отбивать дробный ритм на столе. Трандуил смотрел на пламя свечи в стеклянном колпаке, и его тень плясала на стене. Где-то там, за городом, шумело море — тёмное, бесконечное, полное тайн. А вскоре он снова встретится с ним. Гость в царстве глубин, где рождаются жемчужины. Синдар поднял кружку. — За новые приключения, — сказал он Дэйллиму. — И за то, чтобы они всегда вели к друзьям и хорошему элю! — ответил капитан, звонко чокнувшись с ним. За окном таверны «Весёлый Парусник» ночной Эгларест сверкал, как россыпь бриллиантов, брошенная на чёрный бархат неба. Для единственного на всю гавань жителя лесов эта ночь, полная красок, света, радости и самой лучшей компании, запомнится на всю его долгую, эльфийскую жизнь.