Часть 9

Сергей Костенко мчался по городу в своём служебном автомобиле, сквозь плотный поток машин, его мысли были заняты предстоящей деловой встречей, а голос собеседника по телефону привычно заполнял салон. Внезапно, замерцала вторая линия, и на экране высветилось имя, которое заставило его сердце совершить резкий кульбит: Аня. Мир вокруг мгновенно сузился, сконцентрировавшись на ней, важный разговор отошёл на второй план. — Я перезвоню, — резко, почти обрывая разговор, бросил он собеседнику, — у меня вторая линия, — и, не дожидаясь ответа, переключил звонок. — Аня? Её голос, любимый, нежный заполнил всё пространство его машины, обволакивая, проникая в каждую клеточку его существа. — Сергей Александрович, мне очень нужна ваша помощь… Сердце генерала пропустило удар. Это была не просто радость от её звонка; это был взрыв нежности, смешанный с внезапно вспыхнувшей тревогой за неё. Он слышал, как дрожит её голос, чувствовал её страх, но не мог понять причины этой дрожи, этого отчаяния. Ладно, он со всем разберется на месте. Повесив трубку, он включил мигалку и, разрезая шум города, взвыла сирена, смешиваясь с визгом покрышек по асфальту. Развернувшись через две сплошные, он погнал машину по указанному ей адресу.  Набрал сотрудника, отменил запланированную встречу, будто она и не имела никакого значения. Затем дозвонился до своей службы информационной безопасности, попросил отследить анин звонок, что бы удостовериться, что понял ее правильно. Время сжалось, превратилось в одну бесконечную секунду, наполненную лишь стремлением к ней. До места он доехал с рекордной скоростью, с которой только могла двигаться по городу машина генерал-майора ФСБ с включенными проблесковыми маяками, разгоняя потоки машин, оставляя за собой лишь шлейф сине-красного света. Его глаза, напряжённые от скорости и тревоги, мгновенно выхватили её фигурку в залитом дождем ветровом стекле. Хрупкая, одинокая, она стояла под хлещущим ливнем. Он резко припарковался у тротуара, едва не задев бордюр, и выскочил из машины, на ходу срывая с себя пиджак.  Подбежал к ней, закутал её, вымокшую до нитки, своим пиджаком, и повёл к машине. Бережно усадил на пассажирское сиденье, захлопнул дверь, ограждая её от стихии, и сел за в водительское кресло. Обернулся к ней, положив локти на руль, и в его глазах читалась нежность, которую он всегда так старательно скрывал. — Ну, привет, — сказал он, в его голосе прозвучало столько облегчения, что это почти напугало его самого. — Здравствуйте, — зубы Ани стучали от холода, её тело дрожало, она плотнее куталась в его пиджак. С мокрых прядей светлых волос капала вода, стекая по лицу. Сердце его сжалось от нежности, от щемящего чувства заботы. Он включил обогрев на максимум, пытаясь согреть её как можно быстрее. Дождь барабанной дробью стучал по крыше, заливал стекла, отражая мигание синего и красного проблесковых маячков. Он смотрел на неё, и его сердце таяло от прежде неведомого ему чувства, глубокого, всепоглощающего, которое уже невозможно было отрицать. Аня сидела в машине Костенко, закутанная в его пиджак. Она вдыхала его запах – родной, знакомый, сводящий с ума. Голова кружилась только от одной мысли, что он рядом, так близко, что можно протянуть руку и коснуться его. Она сильно замерзла, её трясло, несмотря на то, что в машине становилось тепло, а кресло обволакивало тело кожанной обивкой, горячей от подогрева. С Ани, на сиденье и коврик под ногами стекала вода, оставляя влажные следы. Сергей включил поворотник, плавно трогаясь с места. — Согреваешься? – спросил он, выруливая на дорогу и вливаясь в поток машин, словно возвращаясь в привычный ритм, хотя его мир уже никогда не будет прежним. — Да, — ответила Аня, в её голосе звучало смущение. Ей было неловко, что она побеспокоила его с такой, как ей казалось, ничтожной проблемой. — Сергей Александрович, я не сильно вас отвлекла? Простите, пожалуйста. — Не сильно, — усмехнулся генерал, в его голосе слышалось скрытое счастье. — Не бери в голову. — Просто мне некому было больше позвонить, — она попыталась оправдаться перед ним за свою слабость, за ту уязвимость, которую проявила. — Ты все правильно сделала, — спокойно сказал Сергей, хотя в его душе бушевал целый океан эмоций, волны нежности и облегчения накатывали одна за другой. — Я очень рад, что ты позвонила. Слова Костенко согрели Аню лучше, чем обогреватель в машине. Они проникали в самую душу, разливаясь теплом. Зубы перестали стучать, напряжение начало отступать. — А куда мы едем? – спросила она, смотря в окно машины, в которое все так же яростно бил дождь. — Ко мне, — осторожно ответил Костенко, боясь её реакции на свои слова, которые прозвучали слишком интимно, слишком откровенно для них обоих. Но Аня промолчала, и эта тишина была для него лучшим ответом. — До моего дома тут совсем недалеко, — словно объясняя ей свой порыв, добавил он. Неожиданно для него Аня кивнула. Она просто не могла сейчас ехать в свою пустую квартиру, в своё одиночество. Она была слишком вымотана и физически, и эмоционально, чтобы противостоять этой неожиданной, но такой желанной возможности быть рядом с ним.