Глава 8

Гермиона проснулась рано утром, обнаружив, что все ее тело неимоверно затекло, а сама она лежит в объятиях Римуса, который все еще спит. Аккуратно, стараясь его не разбудить, она встала с дивана и пошла в ванную комнату, где быстро привела себя в порядок. Она не была огорчена тем, что случилось в эту ночь — совсем наоборот. Несмотря на неудобную позу, она уже очень давно не спала так хорошо. Выйдя из ванной, Гермиона увидела, что Римус уже не спит, а пытается размять затекшие конечности, сидя на диване. Он посмотрел на нее и улыбнулся. – Прости меня пожалуйста, Римус, — виновато произнесла Гермиона, — Ты из-за меня не выспался. – Нет, ничего — ответил Люпин, — Я давно так хорошо не спал. Вот только шея немного затекла. – Я тоже.. давно так не спала. — призналась Гермиона. – Значит, тем более все отлично, — улыбнулся Римус и прошел мимо Гермионы в ванную. Прошла еще неделя. Наконец наступила суббота — восемнадцатое декабря. На следующий день должны были приехать Джеймс, Сириус и Лили — помочь украсить Большой зал, а уже послезавтра их ждал незабываемый праздник, на следующий день после которого всех студентов Хогвартса будет поджидать Хогвартс-экспресс, который отвезет всех желающих в Лондон на каникулы. На эту субботу Гермиона и Джинни запланировали поход по магазинам — ведь надо же было купить наряды к торжеству! В Хогсмиде был подходящий магазин платьев — им управляла миссис Грей — милая миниатюрная женщина, как молния метавшаяся между многочисленными покупательницами и каждой предлагавшая наряд, который удивительным образом ей подходил. Платья были выбраны довольно быстро — Джинни остановилась на голубом варианте до щиколотки, с пышной юбкой и рукавами и лифом с открытыми плечами, украшенное мелкими блестками. Гермиона выбрала более строгий вариант — это было длинное темно-красное платье с вырезом, пикантно открывающим одну ногу. – Профессор Люпин будет в восторге. — прокомментировала Джинни. На следующий день принялись украшать Большой зал. Делали это вечером после ужина, поэтому вау-эффект для студентов был обеспечен. Зал украсили в бело-золотых тонах. На двенадцати громадных елках висели большие золотые шары; столы факультетов убрали — вместо них по периметру зала поставили множество круглых столиков для студентов, преподавателей и гостей. Посередине зала устроили большой танцпол. Столики Гермиона и Лили сервировали белоснежной посудой, свечами и небольшими букетами зимних цветов в изящных вазах. С зачарованного потолка теперь падал мягкий снег, а стены и ели были украшены многочисленными гирляндами, светящимися мягким желтоватым светом. Они были полностью довольны проделанной работой. Бал был вечером в понедельник. В этот день, вопреки обычаю, завтрак студентам и преподавателям эльфы принесли прямо в спальни, и Гермиона с Римусом спокойно позавтракали овсянкой и тыквенным соком с тостами. Римус давно уже ее пригласил на бал, хотя в этом не было особой необходимости, ведь они были мужем и женой. И все же, в один из вечеров в начале декабря, когда они сидели вдвоем у камина, он робко поинтересовался, пойдет ли она с ним на праздник. Разумеется, ее ответ был положительным. Ближе к времени торжества, она выпроводила Римуса из спальни и начала собираться. Приняла душ, с помощью волшебной палочки превратила свои густые непослушные волосы в элегантную прическу, нанесла легкий, но праздничный макияж, надела платье, украшения и туфли на невысоком каблучке — это были самые удобные туфли, которые она когда-либо носила. Взглянув на себя в зеркало, она осталась довольна. Выглянув из комнаты, она увидела Римуса — он поджидал ее, стоя спиной к лестнице и глядя в окно. На нем был строгий черный костюм, блестящие лакированные туфли, его волосы были аккуратно уложены, а на левой руке блестели часы. Он выглядел идеально — и вместе они наверняка будут смотреться восхитительно. Гермиона тихо прикрыла дверь и стала спускаться по лестнице. Услышав звук ее шагов, Римус обернулся — и в его глазах Гермиона увидела такое восхищение и любовь, что у нее чаще забилось сердце. Подойдя к подножию лестницы, Римус протянул ей руку, — она ухватилась за нее, — и сказал дрогнувшим от волнения голосом: – Гермиона, ты выглядишь...просто великолепно! – Спасибо! — лучезарно улыбнулась она, — Ты тоже. – Я буду оттенять твою красоту. — ответил он, улыбнувшись в ответ. — Ну что, идем? Они вместе, под руку, пошли по коридорам Хогвартса. Попадавшиеся им по дороге студенты восхищенно смотрели на них — так статны и блистательны они были. Они действительно представляли собой очень гармоничную пару — высокий, подтянутый Римус в лучшем своем костюме и стройная, нежная Гермиона в прекрасном платье и с очаровательной улыбкой на лице. Они подошли к входу в Большой зал. Там уже собралась целая толпа народу, но они направились к своей компании, которая расположилась у дверей в зал — все ждали только их. – О, а вот и чета Люпин! — громогласно поприветствовал их Сириус. – Гермиона, ты чудесно выглядишь, дорогая! — тепло улыбнулась ей Лили, приобняв ее. – Спасибо, миссис Поттер, вы тоже просто красавица! — ответила Гермиона. Здесь были и Гарри с Джинни, и Рон с Лавандой, и мистер и миссис Уизли, которая тут же обняла Гермиону, поздравив со свадьбой, и Фред с Джорджем, и Питер с Мери. Всей дружной компанией они вошли в Большой зал и заняли один из столиков поближе к танцполу. – А где Джеймс? — спросил Римус у Лили. – Он сейчас придет, его вызвал к себе Дамблдор. — ответила миссис Поттер, еще раз осматривая зал. Большой зал постепенно заполнялся студентами и гостями в роскошных платьях и нарядных костюмах. Гермиона заметила Полумну Лавгуд с Невиллом Долгопупсом, Драко Малфоя с партнершей, Люциуса и Нарциссу Малфой, Дина Томаса и Симуса Финнигана с сестрами Патил, Чжоу Чанг с Седриком Диггори и многих-многих других. Наконец, в зал вошел Джеймс. Он был необыкновенно весел, а смотрел он в упор на Сириуса, который как раз в этот момент отвлекся на разговор с одним из преподавателей и не смотрел на него. За Джеймсом шла девушка в простом темно-синем платье в пол. Она была необыкновенно красива — ее длинные черные волосы плавной волной спускались чуть ниже талии, а сама она была хоть и немного смущена, но величественна. – Не может быть! — прошептал Римус. – Что такое? — поинтересовалась Гермиона, — Кто это? – Помнишь я тебе рассказывал про Марлин Маккинон? – Конечно. – Так вот это она. Гермиона, открыв рот от удивления, вновь воззрилась на девушку, которая уже подошла вслед за Джеймсом к их столику. Да, она, действительно, невероятно подходила Сириусу — как никто другой. – Всем привет! — громогласно поздоровался Джеймс. Сириус, как раз распрощавшийся с собеседником, повернулся к вновь пришедшим и замер. Он долго смотрел на Марлин, которая отвечала ему нежным, влюбленным взглядом. Вдруг Сириус порывисто вскочил со своего места, подошел к девушке и заключил ее в крепкие объятия. Гермиона увидела, как Лили прослезилась. Да и у нее самой на глаза навернулись слезы. – Марлин, как же я скучал! — тихо произнес Сириус. – А я как скучала! — ответила девушка, теснее прижимаясь к нему. Гермиона никогда еще не видела Сириуса таким серьезным и нежным одновременно. И ей определенно нравился этот новый Сириус Блэк. – Позвольте представить! — весело произнес Джеймс, — Марлин Маккинон! Первая и единственная любовь нашего Бродяги. А еще... С этого дня наша с ним коллега в аврорате! – Да ладно! — вскричал Сириус, кружа Марлин в объятиях. — Все, Марлс, я теперь никуда тебя не отпущу! – Гляди, еще устанешь от меня, — шутливо ответила девушка. – Она аврор??? — удивленно спросила Гермиона у Римуса. – Представь себе, — ответил он. Гермиона с трудом представляла, как эта милая и утонченная девушка ищет и обезвреживает преступников. А Марлин тем временем тепло поздоровалась с Римусом, Лили и Питером и уселась за столик рядом с Сириусом. – Марлс, расскажи, почему ты к нам перевелась? — спросила Лили. — У тебя же там была прекрасная должность. – Я не была там счастлива. — просто ответила Марлин. — Поэтому решила бросить все и вернуться в Лондон. К своей семье. — она нежно взглянула на Сириуса. – Звучит как тост! — воскликнул Джеймс. Все, весело рассмеявшись, подняли бокалы и, чокнувшись, отпили по глотку прекрасного шампанского. Между тем, бал начался. После короткой речи Дамблдора основной свет в зале погас, освещенным остался только танцпол. Дамблдор первым вышел в центр вместе с Минервой МакГонагалл и они начали двигаться в неспешном танце. За ними вышли Люциус и Нарцисса Малфой. Сириус вытащил на танцпол Марлин, и они закружились в страстном вальсе — по другому это было не назвать. За ними поспешили Джеймс и Лили. – Потанцуем? — подал руку Гермионе Римус, вставая с места. – С удовольствием, — ответила она, выходя вслед за мужем на танцпол. Они закружились в вальсе. Постепенно народу становилось все больше, к ним присоединились и Питер с Мери, и Гарри с Джинни, Рон с Лавандой, Невилл и Полумна, Драко и многие-многие другие студенты. За первым танцем начался второй, за ним третий. Гермионе еще никогда не было так хорошо, как в этот вечер. Она прижималась к Римусу, кружа по залу танец за танцем, а он и не был против. Римус точно знал, что в их спальне, когда они туда вернутся, Гермиону будет ждать небольшой сюрприз. И Римус очень надеялся, что она его оценит... Вечер был прекрасным. Все веселились, танцевали, ели и пили шампанское, многие уже разошлись гулять по замку с целью найти укромные углы и там проводить время только вдвоем. Среди последних были и Рон с Лавандой. Ближе к полуночи Римус шепнул Гермионе. – Не хочешь подняться в нашу комнату? У меня есть для тебя небольшой сюрприз. – Я заинтригована! — улыбнулась Гермиона. Она уже немного устала от танцев и громкой музыки и действительно хотела подняться в их с Римусом тихую уютную комнату. Попрощавшись с друзьями, которые почему-то хитро им улыбнулись на прощание, они вышли из зала и пошли по тихим коридорам Хогвартса. Войдя в комнату и поднявшись по лестнице, Римус открыл перед Гермионой дверь и пропустил ее внутрь. Гермиона вошла и увидела возле кровати небольшой столик, на котором расположились три высокие свечи, бутылка вина и два бокала. В самой комнате повсюду горели огоньки гирлянд. Неожиданно откуда-то полилась необыкновенно красивая мелодия — что-то восточное, совсем не новогоднее, но эта песня, как показалось Гермионе, была сейчас более, чем к месту. Заперев дверь, Римус медленно приблизился к ней. – Я должен тебе кое-что сказать, — хриплым от волнения голосом произнес он. — Я случайно подслушал ваш с Гарри разговор на Астрономической башне. Тогда ты сказала, что влюбилась в меня, а я ничего не делаю для того, чтобы развить наши отношения. Но в день нашей свадьбы я обещал тебе, что не позволю себе ничего за рамками приличия без твоего разрешения. И сейчас я хочу задать тебе вопрос. Ты разрешаешь? Его дыхание опаляло ее шею. Гермиона прикрыла глаза, наслаждаясь этим долгожданным чудесным моментом. – Да, — прошептала она и тут же почувствовала нежное прикосновение его губ к своей шее. По ее коже пробежали мурашки. А Римус, нежно обнимая ее за талию, продолжал целовать ее шею, спускаясь все ниже, к плечам. Гермиона повернулась к нему лицом и тут же оказалась в его объятиях. – Как же давно я этого ждал, — выдохнул Римус ей в губы. Они закружились в медленном танце, наслаждаясь музыкой и моментом. Гермиона обняла Римуса за шею, прижавшись щекой к его щеке, а он тесно прижал ее к себе, нежно обняв за талию. Все тело Гермионы покрылось мурашками от волнения и предвкушения. Наконец музыка закончилась и они остановились, глядя друг другу в глаза. Римус потянулся к ней, а она и не сопротивлялась. Их губы слились в нежном сладком поцелуе, поначалу несмелом и робком, но Римус не заставил себя долго ждать, углубляя поцелуй. Гермиона сама начала стаскивать с него пиджак, а затем расстегивать пуговицы на рубашке. Ее собственное платье тоже оказалось на полу, а они сами — в ее кровати. Теперь уже — в их кровати. Наутро Гермиона проснулась в объятиях своего мужчины. Самого нежного, страстного и желанного. Самого любимого. А на столике возле кровати так и осталась стоять непочатая бутылка красного вина и два пустых бокала.