Профаза 2.04

      Что это может исправить? Она могла отдать информацию в руки директора Дальберг, сомневаюсь, что у главы одной из богатейших группировок нет возможности связаться с ней без посредников. Почему я? Какой в этом всем смысл?       Может, она хочет переманить меня на свою сторону?       «До конца загрузки семнадцать минут». Домашний интернет просто ужасен, мама отказывалась брать тариф быстрее текущего, потому что «не вижу смысла переплачивать за ерунду». Ну да, ей-то интернет почти не нужен. Я забарабанила пальцами по корпусу клавиатуры и огляделась в поисках чего-то, что бы могло меня занять, отвлечь от мучительного ожидания.       Комната ощущалась иначе — мама тщательно прибралась на полках и письменном столе, рассортировав все книги, записные книжки и распечатки по размерам. Наверное, на ее взгляд, все вернулось на места и мне должно было стать удобнее. Ага. Черта с два.       Как же меня бесит эта ее любовь к порядку.       В этот раз она хотя бы ничего не выкинула, оставив мне решать судьбу исписанных черновиков и неклейких от пыли стикеров. Яркий глянцевый уголок торчал из-под пачки с учебниками — агит-брошюра о вступлении в ряды СКП, которые пачками раздавали в нашем колледже. Блестящие пластиковые шлемы, уверенная поза, выкрученная яркость… Тьфу. Я скомкала глянцевую бумажку и выкинула ее в мусорное ведро. Лучше бы сфоткали того несчастного, которого изранил Дикобраз при последней облаве. Или тех, кому пришлось отдирать куски разлагающейся плаценты со стен. Больше правды было бы.       Тетради с лекциями… Я выудила одну по общей биологии и отлистала до страниц с кривыми рисунками плоских червей и их хозяев. Рибероя. Бумага была шершавой, затертой почти до дыр, — рисунок лягушки с дополнительными лапками получился у меня далеко не с первого раза. Сейчас мне было почти стыдно за кривизну рисунка, но тогда я гордилась результатом.       Червь внутри меня ждет «птицу», которая сожрет меня. Я лишь промежуточный хозяин, не более.       Может, мое острое желание драк связано с рибероей внутри? Паразит толкает меня на безрассудные поступки, выжимает из надпочечников дополнительные порции адреналина, не дает спать по ночам, терзает дурными воспоминаниями. Он желает уничтожения оболочки, жаждет развития.       Худые пальцы дополнительной руки скользнули вдоль предплечья левой руки и замерли в ожидании. Иногда я не понимала, почему они появлялись. Контроль восстанавливался легко, сопротивления никогда не было. При посторонних они сами не появлялись, исключение — пятьдесят третьи, вот там моя сила просто рвалась проявиться. У меня было чувство, что она хочет показать свое родство с ними, но я ничем не могла подтвердить эту догадку.       Эйдолон сломал мой механизм взаимодействия с силой, и я была вынуждена двигаться вслепую, интуитивно и инстинктивно. Кто знает, может моя сила и не такая бесполезная? Я обхватила пальцы дополнительной руки и слегка сжала их. Если бы я понимала, что делать…       «До конца загрузки одиннадцать минут». Ну разумеется… Я скосила глаза на часы в углу экрана. Загрузка шла уже десять минут. Чертов домашний интернет.       Я вернулась к письменному столу и продолжила методично уничтожать наведенный мамой порядок.       Записи по вводному курсу в классификацию сил СКП отправились в мусорку. Наверное, стоит выбросить все сразу. Тетрадь по основам экономики выпала из общей стопки и, ударившись уголком об край стола, раскрылась на середине. Курс был коротким, так что я исписала меньше половины объема листов.       Середина была разрисована ручкой и исписана надписями разных размеров. Стоило закрыть сразу же и выбросить подальше, но я взяла ее в руки и принялась рассматривать яркие сине-черные каракули.       «<3 НЕ ГРУСТИ       ВСЕ ОК?       да|м-с Эммет выгонит нас если увидит что ты опять подсел ко мне       не шуми пожалуйста       Я БУДУ ТОЛЬКО ПИСАТЬ       СМОТРИ ЭТО ДИНОЗАВР       похоже на кошку       думаешь у динозавров есть уши?»       Рисунок в самом деле был нелепым. Я провела пальцем вдоль линии «горизонта», которая постепенно превратилась в часть поля для «крестиков-ноликов». Он победил тогда всего один раз. Почти уверена, что он поддавался.       Крейг был неплохим парнем. Возможно, у нас бы и вышло что-то, если бы не последствия триггера. Он не мог понять, почему я избегаю прикосновений и поцелуев, почему я почти никогда не обнимаю его при всех. Рассказать про триггер я ему не успела — он бросил меня раньше, устроив скандал при куче людей.       Наверное, это к лучшему. Я закрыла тетрадь и не глядя бросила ее к остальному мусору. Больше никогда не повторю этой ошибки. Если вновь произойдет что-то подобное, то я обращусь к Эмпату, у нас уже есть договоренности. Ему за радость забрать у кого-то такие сильные эмоции.       Загрузка файла завершилась. Я еще раз перепроверила письмо, но не нашла ничего примечательного. Тема была пустой, а имя отправителя составлял рандомный набор букв и цифр.       Живот стиснула холодная рука. Я иду против правил. Опять. В этот раз Эйдолон не сделает никаких поблажек, когда узнает…       Если бы мне сейчас позвонил кто-то из начальства, я бы сразу все рассказала, не задумываясь и не сомневаясь. Рабочий телефон был безмолвен. Я стиснула зубы и открыла архив.       Короткое тридцатисекундное видео. И эта хрень грузилась почти полчаса? Я в очередной раз прокляла местного провайдера и стала смотреть.       Это была запись с камеры видеонаблюдения. Качество видео было удручающим, частота кадров оставляла желать лучшего — серо-черные силуэты людей двигались рывками. Мария в самом деле хотела показать мне это? Что я вообще должна тут увидеть? Какое-то преступление, кого-то из членов Гнезда или…       Ева. Не узнать ее было невозможно, такой пышной копны светлых волос я больше ни у кого не видела. Вдобавок, эта ее любимая полосатая рубашка с рукавами три четверти… Конечно, кто-то мог искусно изобразить ее, но это было бы бессмысленно.       Какой-то мужчина остановил ее. Я прищурила глаза. Кажется, он что-то спросил у нее, затем кивнул и побежал дальше по улице, неосторожно толкнув ее. Ева прикоснулась к плечу, постояла, а затем пошла дальше.       Транквилизатор, — догадалась я. Он толкнул ее не случайно.       Камера сменилась. По пустой улице, шатаясь, шла Ева. Она остановилась, исчезла и через пару метров появилась вновь, запнулась и рухнула на дорогу. Кажется, она потеряла контроль над способностью. К ней подбежали люди, подхватили под руки и поволокли к ближайшему фургону.       Так просто.       Улица была не той же, что на первой камере, — значит, она убегала. Неужели она не смогла вызвать подмогу?       Да, на меня транквилизатор подействовал очень быстро, но все же…       Я прикусила ноготь большого пальца и задумалась. Она успела позвонить мне, я не слышала ее голоса, значит, телефон сразу же выбили из рук, едва она попробовала вызвать помощь. Почему мой номер? Почему не дежурный или горячая линия… Ноготь не выдержал давления и сдался. Зубы с сильным щелчком сомкнулись и я вздрогнула от боли.       Отмотала назад. Еще раз. И еще раз.       Не хватало фрагмента между этими двумя видеозаписями, судя по временным меткам, около двух минут. Есть ли у Марии недостающая часть? В письме больше ничего не было, даже тема была «без названия».       Мария или осторожничала, или провоцировала. Оба варианта были одинаково раздражающими.       Я глубоко вздохнула и откинулась назад на спинку стула. Сколько раз я уже посмотрела это видео? Что я надеялась увидеть здесь, лица? Видеозапись была отвратительного качества, камеры видеонаблюдения не предназначены для таких целей.       Может, я просто хотела увидеть Еву еще раз?       Входная дверь хлопнула, и дом наполнился шумом: голосами, лаем, топотом. Я убедилась, что вышла из аккаунта, вытащила флешку, на которую закинула это видео, и выключила компьютер. Вовремя. Внизу раздался пронзительный крик Роуз, который я услышала даже через закрытую дверь:       — Ма-а-а-ам! Кори дома!       Золотой силуэт взлетел по лестнице и помчался к моей комнате. Я быстро огляделась, ища улики, намекающие на принадлежность к кейпам, или что-то подобное. Рабочий телефон в кармане брюк… Черт, оберточная бумага! Я успела отпихнуть рюкзак под стол. Дверь в комнату распахнулась секундой позже.       — Я знала, что ты вернешься до моего дня рождения! — Роуз едва не сбила меня с ног. — Ты надолго?       — На день, — сдавленно произнесла я. — Ты мне сейчас ребра сломаешь.       — Ты видела Легенду? — она чуть ослабила объятие. — Скажи, что ты видела Легенду.       Он был ее любимым героем — вся ее комната была в бело-голубых тонах. По крайней мере, он занимал эту должность до появления Шевалье в топе героев.       — И ты вырвешь мне глаза? — я хмыкнула. — Ладно, я видела Легенду и Шевалье.       — Шевалье тоже?! — она вскрикнула. — Ладно, давай свои глаза сюда, уговорила.       — Кори? — тихий мамин голос донесся из-за двери. Я отцепила от себя Роуз и вышла в коридор.       Мама обняла меня крепко, но куда деликатнее, в отличие от Роуз. Я мягко обняла ее в ответ.       — Привет, — я чуть отстранилась. Она ниже меня. Странно, что я не обращала внимания на это раньше.       — Ты повзрослела, — она коснулась моих волос. — У тебя морщины!       Так и знала, что она это скажет. Что бы ни произошло, она всегда будет переживать о внешности.       — Они уже давно появились, — я улыбнулась максимально широко, не давая ей и шанса подробнее рассмотреть изъяны кожи. — У меня завтра выходной, так что я проведу его дома. Ну, может отлучусь на пару часов, а так, я вся ваша.       Она обеспокоенно посмотрела на меня, но ничего не сказала.       Знаю, мама. Вижу это на твоем лице. Я вновь обняла ее.       — Пойдем вниз, Хелена ждет, — тихо сказала она.       — Да, только сначала позвоню кое-кому, — я отступила к двери.       — Парню? — ехидно произнесла Роуз.       — Иди ты, — я отмахнулась. — Не суди людей по себе. Минуту, ладно? Всего один звонок.       Оставшись одна в комнате, я сразу рванула на поиски телефона, который, как назло, лежал черт знает где. Я похлопала по карманам брюк, проверила карман рубашки, встряхнула рюкзак. Пусто. Рабочий лежал в кармане брюк, а гражданский… Я оглянулась на стену с плакатами.       Разумеется я оставила его лежать на полу под постерами. Я взяла его в руки и задумалась.       Ничего хорошего это встреча не принесет. Как я отвечу на вопрос, откуда у меня это все? Если директор узнает, как именно были получены сведения, то меня в лучшем случае ждет перевод в другое отделение. Соврать или притвориться дурочкой не получится — Эйдолон воспользуется силой Умника и вся правда вылезет наружу. Пожалуй, наименее благоприятный выход из ситуации. «Никаких сделок с сомнительными личностями». Мое наказание будет уроком для остальной команды.       С другой стороны, я смогу узнать имена убийц Евы…       Ох, Боже, зачем я в это только ввязалась!       Дрожащими руками я набрала Трепета, обещая себе, что если он не возьмет трубку на втором гудке, то я откажусь от всей этой затеи.       Пожалуйста…       — Я уж думал, ты не позвонишь, — он ответил почти сразу же.       — Я согласна, — коротко сказала я.       В груди что-то ухнуло. Динамик ответил легким треском.       — Так и знал, — произнес он. — Послезавтра вечером. Я свяжусь с тобой.       — Почему не раньше? — удивилась я.       — Все не так просто, как ты думаешь. У нее проблемы. Крупные проблемы.       — Поняла, — я прижала заледеневшие пальцы к губам и коротко дыхнула на них. Сейчас июль на дворе, почему мне так холодно?       — Вот и договорились. До связи.       Послезавтра вечером. Я оглянулась на календарь. У меня как раз была дневная смена… «Кто-то из ваших нечестно играет». Интересно, откуда у Марии информация о моих сменах?       Сухой язык прилип к зубам, я потянулась к бутылке с остатками воды и в полглотка осушила ее.       Теперь пути назад нет. Скорее всего, это будет стоить мне карьеры.       Надеюсь, не жизни.

***

      — И-и-и… Мимо! — Роуз отобрала палочки у меня. — Моя очередь.       Никаких протестов. Я подняла руки над головой, признавая поражение. Сегодня у меня эта игра совсем не шла — даже Роуз смогла обогнать меня.       Вечер перед днем рождения. Как-то это у нас стало традицией, — собираться в комнате Хелены перед каким-нибудь праздником, после завершения работ по дому. Мама отправилась смотреть повтор утренней серии любимого сериала, а мы, захватив несколько пачек не самой полезной, но любимой еды, отправились в северную комнату.       — Что с тобой, Кори? — Хелена подтянула тело, оттолкнувшись руками от поручней рядом с кроватью. — У тебя руки дрожат. Ты волнуешься из-за чего-то?       — Правда? — я раскрыла ладонь и посмотрела на подрагивающие пальцы. — Я даже внимания не обратила. Да не, у меня все в порядке, я просто подустала.       Шоколадное драже с легким щелчком выскочило из палочек и упало обратно на покрывало.       — Стой, нечестно, — запротестовала Роуз, когда Хелена протянула руку. — У меня пальцы вспотели!       — Ага, конечно, — едко произнесла она. — У тебя просто навыка нет. Смотри и учись.       Она ловко подхватила круглую конфету китайскими палочками и отправила ее в рот. Роуз закатила глаза.       — Ну, кто будет спорить? — Хелена прокрутила одну из палочек в руке. — Я абсолютный чемпион в этой игре!       — Ага, конечно, — мрачно произнесла Роуз. — Давай сюда.       — Очередь Кори.       — Пас, — я укуталась в плед и рухнула на бок. — Настроения нет.       — Может тогда фильм посмотрим? — предложила Хелена.       — Я бы поспала.       — Ты ску-у-учная, — протянула Роуз. — Да и вы же обещали, что посидите со мной до дня рождения.       — Ну, я здесь, — я зевнула. — Сколько там до полуночи?       — Час с… чем-то. Роуз, у тебя телефон не…       — Десять пятьдесят два.       — Черт, — я прикрыла глаза и поерзала, устраиваясь поудобнее. — Можно я отключусь на полчаса, а?       — Тогда ты все пропустишь, — заныла Роуз. — Это, блин, раз в жизни бывает       — Семнадцать лет-то? — я ехидно ухмыльнулась, не открывая глаз. — Каждый день рождения уникален, если так подумать. Это даже не совершеннолетие, почему ты так переживаешь?       — На совершеннолетие я буду тусить с кучей народу из школы, — деловито произнесла Роуз. — А семнадцатилетие я проведу в кругу родных и близких друзей.       — М-м, завтра будет человек… двадцать?       — Да иди ты, Кори, — она толкнула меня ногой в бок. — Да, у меня много друзей, в отличие от тебя. К слову, ты так и оставшихся потеряешь, если не будешь с ними зависать.       — Не по моей вине сегодня репетиция пропала, — я прикрыла лицо краем пледа.       — А ты даже не отзвонилась Шону, спросить у него, в чем причина, — заметила Роуз.       — Откуда ты знаешь? — я выглянула из кокона.       — Да звонил он пару часов назад, спрашивал, дома ли ты. Ты как раз была в ванной, так что все пропустила. Он пожаловался, что ты приняла слова Трепета на веру и даже не поинтересовалась, почему так вышло. Похоже, его это расстроило.       — Господи, — я уткнулась лицом в подушку и тихо выругалась.       — Он завтра придет, кстати, — добила меня Роуз.       — Ты же шутишь? — я приподнялась на локтях.       — Не-а, — она вновь толкнула меня пяткой. — Вообще, его пригласила мама. Точнее, не его, а миссис Хокинс, а уж та решила…       — Завтра будет шумно, — подытожила Хелена.       Я опять что-то невнятно пробормотала в подушку.       — Что-что?       — Говорю «лучше бы осталась на работе», — громко повторила я. — Пришла, блин, отдохнуть домой.       — Ну а на что ты рассчитывала, это же мой день рождения!       — Давайте посмотрим какой-нибудь фильм, — Хелена потянулась к стопке дисков на тумбочке. — Комедию или…       — Что угодно, лишь бы не про любовь, — я высунула руку из кокона и подцепила несколько чипсин. — Если комедия, то я за. Не хочу сейчас грузиться всякими драмами и конфликтами.       — Если мы начнем смотреть фильм, то Кори уснет. Может, поговорим? Ну так, о нашем, девичьем.       — Бля… — я выдохнула и перевернулась на спину. — Вот опять…       — Да ладно тебе, Кори, не занудствуй, — Хелена кинула в меня конфетой. — Я вот недавно познакомилась с интересным человеком.       — Да ну? — Роуз подсела ближе. — Где?       Началось. Я пожалела, что не захватила плеер. Не хочу, чтобы они вовлекали меня в этот разговор. Не хочу лгать им.       — На одном форуме, — Хелена хитро улыбнулась. — У нас совпало мнение по поводу природы Губителей и мы разговорились. Его зовут Джим, и он очень умный и деликатный. Вот только… ему семнадцать.       — На малолеток потянуло? — Роуз толкнула ее локтем.       — Эй! — Хелена нахмурилась. — Я ненамного его старше. Если бы разрыв был лет десять, то тогда было понятно, а так… Хватит смеяться!       Она схватила подушку и вжала ее в лицо хихикающей Роуз. Я предусмотрительно откатилась в сторону, чтобы не мешать им. Настроение не располагало к шуточным потасовкам. Больше всего мне сейчас хотелось заняться изматывающей тренировкой, чтобы это жгучее чувство тревоги исчезло хотя бы на час.       Послезавтра мне конец…       Может, быть Бродягой не так уж и плохо? Я посмотрела на инвалидную коляску у кровати. С экзоскелетом Хелене было бы проще, но… Уничтожить Гнездо важнее.       Вот только даже от мысли об этом, все внутренности переворачиваются.       В дверь постучали и обе сестры моментально замерли. Невысокий золотой силуэт переступил с ноги на ногу и постучал еще раз.       — Да-да? — Хелена выкрутила руку Роуз, от чего та негромко охнула.       — Я вам не помешала, девочки? — мама осторожно заглянула в комнату. — Во сколько спать собираетесь ложиться?       Роуз скривила лицо в болезненной улыбке и навалилась спиной на Хелену.       — Я вообще… спать не буду, — отрывисто произнесла она.       — До часу, — Хелена выглянула из-за ее спины. — Потом прогоню их, честное слово.       — Ох, ладно, тогда я пойду спать, — мама чуть прикрыла дверь. — Роуз… на два слова.       Сестры одновременно перестали бороться. Роуз слезла с кровати и поковыляла к двери, неловко разминая руку на ходу.       — Ты ей ничего не сломала? — я проводила ее взглядом.       — Она просто притворяется, — Хелена выпрямила спину. — Кори… мы можем поговорить?       — О чем?       Неприятное предчувствие кольнуло сердце — Хелена умела выбирать неудобные темы.       — Мама рассказала про то, что с тобой случилось.       — Вот оно как.       В животе что-то ухнуло. Я растерла холодные пальцы и посмотрела в сторону двери.       — Она не имела права, — обвинила я. — Как много ты знаешь?       — Только то, что тебя… с тобой сделали, — она проглотила слово «изнасиловали», но от этого стало еще неприятнее. — Об остальном догадалась сама. У тебя случилось триггер-событие, да?       — Боже, мама, я же просила…       — Я никому не расскажу! — она схватила меня за руку. — Кори, я была такой слепой. Знаешь, я упивалась чувством беспомощности, думала, что мне хуже всех… Прости меня, пожалуйста.       — Тебе не за что извиняться, в отличие от Роуз, — я попыталась отшутиться.       — Прости пожалуйста, — она притянула меня к себе и судорожно обняла. — Прости, прости…       Я проглотила ком в горле и медленно отстранилась. Зачем мама рассказала ей? Она должна была помнить о моем желании стереть память даже ей.       — Мне кажется, это какой-то злой рок: сначала папа, потом я и вот ты…       — Папа? — я нахмурилась. — А с ним-то что?       — Я думала ты в курсе, — она удивилась. — СКП помогли ему скрыться от преследователей, ты ведь знаешь, он был адвокатом и вел дела с… не самыми хорошими личностями.       — Ну, я знаю немного… А когда это случилось?       — Лет… шесть назад? Я тогда еще могла ходить.       — Впервые слышу.       — Мама сказала, у него были крупные неприятности. Он звонил ей, прощался, я слышала, как она плакала в коридоре.       — Они ведь развелись давно.       — Кто знает, может он сделал это, чтобы защитить нас, — Хелена обхватила себя руками. — Я не верю в судьбу, но то, что происходит с нашей семьей, трудно назвать чем-то иным.       — Беспокоишься за мелкую? — я качнула головой в сторону двери.       — Да, — после небольшой паузы сказала Хелена. — Надеюсь, она будет в порядке.       Нужно уходить, — осознала я. Чем дальше, тем безопаснее для них. Если даже отцу пришлось скрываться…       «Возможно, только что ты подписала своей семье приговор, но меня это уже не касается». Я поежилась. Трепет поклялся, но его сегодняшняя выходка перечеркнула все то хорошее, что он делал. Мы и они.       Мы и они…       — Кори? — обеспокоенно произнесла Хелена. — У тебя кровь.       Опять? Я зажала обе ноздри и пошарила свободной рукой в поиске салфетки. Кровотечение было обильным — влага через несколько секунд стала стекать по пальцам.       — Я до ванной.       — Хорошо. Пожалуй, тебе и правда стоит поспать.       Неужели это в самом деле из-за недосыпа? Когда я смыла всю кровь с лица и рук и заткнула ноздри ватными тампонами, то вспомнила о том, что это было уже третье кровотечение за неделю. Нехороший симптом. Нужно будет поговорить о нем с Ивонн.       Бессонница терзала меня два года, с момента триггера, однако, не могу сказать, что это как-то отражалось на самочувствии до этого. Я исчерпала все запасы? Возможно. Надеюсь, хоть в спячку не впаду.       А если не бессоница, то что? Что еще проявилось в последнее время? Я села на край ванной и стала усиленно думать. Образы людей из мучительных воспоминаний стали ярче, я даже могла расслышать некоторые их реплики. Что в них такого? Это было после триггера или до? Почему я так цепляюсь за эти воспоминания?       Попытка вспомнить их лица? Зачем, отомстить? Бессмысленно, директор Дальберг сказала, что беспокоиться о них не нужно, «их уже настигло правосудие». Документы по моему делу засекречены, так что подробности мне неизвестны.       Я не знаю, что с ними случилось, — внезапно поняла я.       Не знаю или не помню?       Вспышка сильнейшей головной боли застала меня врасплох. Чертов Эйдолон! Я стиснула зубы и сделала несколько глубоких вдохов. Неужели была весомая причина для вмешательства в мои мозги? Что именно он заблокировал?       Что такое ужасное спрятано в моей голове?       — Кори? — мама постучала в дверь ванной. — Все хорошо? Хелена сказала, у тебя пошла кровь из носа.       — Да, я сейчас выйду, — я включила кран и еще раз умылась.       Если бы кто-то мог помочь мне с воспоминаниями… Эйдолон не согласится, Эмпат бесполезен, а единственный Умник, которого я знала, мог сказать только то, что это плохая затея.       Трепет? Я перестала вытирать лицо и задумалась. Возможно, он смог бы выудить несколько подсказок… Если воспоминания возвращаются, значит, блок не настолько мощный, значит, когда-нибудь я все вспомню.       Стоит ли торопить события?       Я слабо улыбнулась своему отражению. Мы об этом еще пожалеем, девушка из зеркала.       Еще как пожалеем.