Часть 4

Служба в семье Асимов прошла для Джамиля также, как и прошлые годы службы. Почти сразу он взял руководство слуг на себя. Он умел организовать работу так, чтобы все было выполнено вовремя и качественно, и гордился этим. Однако, в этот раз его мысли были далеко от дел семьи. Он постоянно думал о Бьян, о ее нежном взгляде и тихом голосе. Но больше всего он волновался о том, что Бьян осталась с его родителями наедине. Особенно с мамой. Джамиль не был дураком и сразу понял, что родителям Бьян пришлась не по душе. Если отец, как всегда, проявил полное равнодушие, то мать явно была недовольна и почти это не скрывала. Так ещё эта, якобы, шутка о «невесте»… Джамиль искренне недоумевал, как Амина согласилась на эту авантюру. Конечно он понимал, что это было сделано для того, чтобы посеять разлад между ним и Бьян. Видимо, родители так и не приняли тот факт, что Джамиль был готов оставить жизнь с ними и выбрал Бьян. И сейчас Джамиль чувствовал себя паршиво от того, что он так и не поговорил с Бьян, не попытался объяснить всю эту ситуацию и оставил с матерью. Он чувствовал себя трусом. Когда наступил обеденный перерыв, Джамиль, словно пятнадцатилетний подросток, снова направился в свое «тайное место», фонтан в саду поместья. Присев на край фонтана, Джамиль невидящим взглядом уставился на играющие струи воды. Обычно его успокаивал этот вид, журчание воды приносило умиротворение. Но сегодня, даже эта привычная картина не могла заглушить тревогу, терзавшую его душу. Он знал свою мать, знал ее методы и коварство. Амина могла быть очень убедительной и манипулятивной, особенно когда дело касалось ее целей. И сейчас, цель была очевидна – разрушить его отношения с Бьян. Джамиль сжал кулаки. Он не мог допустить этого. Он должен поговорить с Бьян, объяснить ей все, прежде чем мать успеет отравить ее разум своими интригами. Он должен доказать ей, что его любовь к ней сильнее любых родительских амбиций и предрассудков. — Так и думал, что я найду тебя здесь! Джамиль даже не удивился, когда рядом, откуда не возьми, появился веселый Калим. — Ты сегодня отлично поработал! – продолжал улыбаться Калим. — Ты так и не растерял хватку за прошедшие годы! Джамиль вздрогнул и перевел взгляд на Калима, стараясь скрыть смятение. Он не хотел ни с кем делиться своими переживаниями, особенно сейчас. Но Калим, казалось, не замечал его мрачного настроения, продолжая сыпать комплиментами. — Спасибо, Калим. Просто выполняю свою работу, – буркнул Джамиль, отворачиваясь обратно к фонтану. Калим присел рядом, свесив ноги в прохладную воду. Он помолчал немного, словно чувствуя нежелание Джамиля продолжать разговор. — Знаешь, сколько я тебя знаю, ты всегда ходишь серьезным и хмурым, – осторожно начал Калим. — Но сейчас, твое плохое настроение чувствуется даже из далека. Я так понимаю, что встреча с родителями прошла не очень? Джамилю не особо хотелось делиться со своими переживаниями с Калимом, но понимал, что тот узнает обо всем либо Бьян, либо от ребят. Джамиль вздохнул, понимая, что от Калима не так легко отделаться. Он был слишком проницательным и настойчивым, чтобы просто так отступить. — Ты прав, все прошло не так гладко, как хотелось бы, — неохотно признался Джамиль. — Родители не в восторге от моего выбора. Особенно мать. Так ещё эта встреча превратилась в настоящий спектакль. Калим внимательно слушал, не перебивая, и Джамиль продолжил рассказ, чувствуя, как напряжение немного отступает. Чем больше он слушал рассказ, тем больше глаза Калима расширялись, а разум отказывался в это верить. Конечно он знал и Хадиджу и Амину. Если мать Джамиля он просто уважал, как старшего человека, то с Аминой дела обстояли иначе. У него пару раз была встреча с ней, поскольку ее отец был одним из главных поставщиков тканей и украшений в из поместье. Он знал Амину как властную и амбициозную девушку, привыкшую получать все, что она хочет. И для него не было секретом, что Амина была заинтересована в Джамиле, а потому, ей наверняка не понравился тот факт, что у Джамиля появилась девушка. Но Калим по прежнему отказывался верить, что Хадиджа решила так подло поступить и с Бьян, и с Джамилем. Она не постеснялась представит Амину в лице «невесты» Джамиля и сделать вид, что это всего лишь шутка. Закончив свой рассказ, Джамиль устало откинулся на фонтан, наблюдая за реакцией Калима. Он ожидал удивления, возможно, даже возмущения, но Калим молчал, словно переваривая услышанное. Наконец, он покачал головой, не отрывая взгляда от воды. — Не могу поверить, что они способны на такое, — тихо произнес Калим. — Особенно Хадиджа. Я всегда считал ее мудрой и справедливой женщиной. — Вот и я о том же, — вздохнул Джамиль. — Но, видимо, любовь к сыну затмила ей разум. Она готова на все, чтобы удержать меня рядом. Так ещё с Бьян не получилось поговорить и она наверняка что-то себе напридумала, а я даже не знаю с чего начать и как подобраться. — Не накручивай себя, – сказал Калим. — Бьян не так глупа и наивна. Скорее всего она и сама поняла, что это был обман. Но поговорить с ней все равно нужно, чтобы правда не надумала лишнего. Знаешь, тебе сейчас главное – успокоиться и все обдумать. Не стоит принимать поспешных решений под влиянием эмоций. Джамиль благодарно кивнул, ценя поддержку друга. Слова Калима немного успокоили его, помогли взглянуть на ситуацию со стороны. Он понимал, что Калим прав – ему нужно время, чтобы все обдумать и составить план действий. — Но если у вас случилась «натяжка» с родителями, какие дальнейшие ваши действия? – продолжил Калим. — Я планировал пожить у родителей, пока мы бы не накопили на дом, – ответил Джамиль. — Думал, лучше побыть с родителями, чем платить аренду чужим людям. А сейчас… Даже не знаю, как быть. — Тогда, вот тебе мое предложение, – неожиданно встрепенулся Калим. — Вы спокойно можете жить у меня, благо, комнат для гостей у меня хоть отбавляй. Вы спокойно можете жить в одной комнате, кстати, ваши вещи все ещё у меня, и я даже оплату за проживания брать не буду, вы ведь мои друзья! И если Бьян захочет, она может тоже здесь работать, лишних рук всегда мало. Джамиль обдумывал предложение Калима. С одной стороны, это казалось разумным решением, но с другой – он не хотел начинать совместную жизнь с Бьян с финансовых трудностей. Он всегда мечтал обеспечить ей комфорт и стабильность, а аренда квартиры могла стать ощутимым ударом по их бюджету. И предложение Калима было очень кстати. Но также он не хотел принимать предложения Калима. За прошедшие года их отношения немного улучшились. Друзьями они не стали, скорее приятелями. И Джамилю было не только неловко поселиться здесь на время, скорее ему было стыдно принять свою беспомощность данной ситуации. Также, Джамиль не хотел чтобы Бьян занималась грязной работой в поместье, не такого ему хотелось для своей любимой. Он не хотел повторения жизни своих родителей и своего детства. Работа с Калимом напомнила ему о том периоде, когда он потерял все. — Калим, я очень ценю твое предложение, но не уверен, что это хорошая идея, — ответил Джамиль, стараясь говорить как можно мягче. — Я не хочу злоупотреблять твоей добротой и создавать тебе лишние неудобства. Мы найдем другое решение. — Джамиль, не говори глупости! — воскликнул Калим. — Какие неудобства? Я искренне хочу вам помочь. К тому же, мне будет только веселее, если вы будете жить у меня. А насчет работы… Бьян действительно могла бы помочь. Джамиль задумался. В словах Калима был смысл. Если Бьян согласится работать с ним, это могло бы решить многие проблемы. Так бы они быстрее накопили на дом. Им пока не удалось посмотреть варианты, но ближайшее время можно было сходить и примерно определиться. — Хорошо, — наконец произнес Джамиль. — Я поговорю с Бьян и узнаю, что она думает об этом. Но я не обещаю, что она согласится. — Уже хорошо! — обрадовался Калим. — Я уверен, что вы найдете общий язык. А я, в свою очередь, постараюсь сделать все, чтобы вам было комфортно у меня. Джамиль улыбнулся, чувствуя, как тяжесть на душе немного отступает. Он был благодарен Калиму за его поддержку и щедрость. Возможно, все не так уж и плохо, как ему казалось. С таким товарищем, как Калим, они обязательно справятся со всеми трудностями. Теперь главное — поговорить с Бьян и объяснить ей все, прежде чем ее разум успеет заполнить ложь и сомнения. Он должен доказать ей свою любовь и преданность, показать, что они вместе смогут преодолеть любые препятствия. Неожиданно, телефон Джамиль разразился звонком. На дисплее высветился номер Наджун. В груди Джамиля что-то неприятно закололо, поэтому он тут же ответил на вызов. Не успел Джамиль ответить, как на другом конце раздался почти истерический голос сестры: — Джамиль! Скорее беги домой! Мама ударила Бьян! Пожалуйста, забери нас! Сердце Джамиля пропустило удар. В голове пронеслись обрывки фраз, картинки из прошлого, все страхи, которые он так старательно гнал от себя. Мама ударила Бьян… Этого не могло быть, не должно было случиться. Но голос Наджун, полный ужаса, не оставлял сомнений. — Что? Как это произошло? — прохрипел Джамиль, чувствуя, как по спине пробегает холод. Он вскочил на ноги, не обращая внимания на удивленный взгляд Калима. — Я не знаю, я услышала крик и увидела, как мама замахнулась на Бьян! — рыдала Наджун. — Бьян закрылась в комнате! Джамиль похолодел. Он понимал, что слова Наджун могли быть преувеличены, но в подобном состоянии сестра никогда бы не позвонила. — Так, Наджун, успокойся, – начал Джамиль, попытавшись успокоить сестру. — Я сейчас приду за вами, а ты будь рядом с Бьян. Не дожидаясь ответа, Джамиль сбросил трубку. Он несся к выходу из поместья, словно одержимый, в голове пульсировала только одна мысль: найти Бьян, защитить ее. Калим, перепуганный его внезапным побегом, поспешил за ним. — Что случилось? — крикнул Калим, догоняя Джамиля. — Куда ты так несешься? — Мать ударила Бьян, — выпалил Джамиль, не останавливаясь. — Я иду за ней и сестрой. — Давай я с тобой, вдруг понадоблюсь? – предложил Калим. — Не надо, – отрезал Джамиль. — Я всего лишь хочу забрать их, а с родителями я разберусь позже. — Хорошо, – сказал Калим и крикнул на прощанье. — Забирай их и приходите ко мне! Мчась к дому, Джамиль лихорадочно пытался представить, что могло произойти. Неужели Хадиджа настолько вышла из себя, что подняла руку на Бьян? Это было немыслимо, даже для нее. Но зная ее характер и решимость, Джамиль допускал любой исход событий. Он понимал, что сейчас главное – успокоить Бьян и увезти ее подальше от этого кошмара. А с матерью он разберется позже. Подъехав к дому, Джамиль влетел внутрь, словно ураган. В гостиной никого не было. Он рванул к комнате Наджун. Дверь оказалась заперта. — Наджун, открой! Это я! — крикнул Джамиль, колотя в дверь. За дверью послышались тихие всхлипы и шорох. Наконец, замок щелкнул, и дверь приоткрылась. На пороге стояла Наджун, заплаканная и испуганная. За ее спиной виднелась Бьян, бледная и растерянная. На щеке виднелся красный след. — Бьян… — прошептал Джамиль, шагнув в комнату. Он осторожно обнял ее, стараясь не причинить боли. — Все хорошо, я здесь. Мы уходим. Бьян молчала, лишь крепче прижалась к нему, словно ища защиты. Джамиль перевел взгляд на Наджун. — Собери вещи, мы едем к Калиму, – скомандовал он. — Быстро. Наджун кивнула и принялась складывать вещи в сумку, не забыв также закинуть ноутбук Бьян из комнаты Джамиля. Джамиль бережно взял Бьян за руку и вывел из комнаты. Он не хотел оставаться здесь ни секунды дольше. Его взгляд случайно упал на гостиную, где стояла Хадиджа. В ее глазах читалось торжество. — С тобой, мама, я поговорю позже, – прорычал Джамиль, глядя на мать. Хадиджа лишь презрительно усмехнулась в ответ. Джамиль не стал тратить время на пререкания. Сейчас для него важнее всего была Бьян. Всю дорогу до поместья Калима Бьян молчала, не проронив ни слова. Наджун тоже была подавлена и лишь изредка поглядывала на Бьян с сочувствием. Джамиль чувствовал, как в нем закипает гнев. Он не мог поверить, что его мать способна на такое. Он всегда считал ее справедливой и рассудительной, но, видимо, он ошибался. Калим встретил их у порога с беспокойством в глазах. Он сразу же подвел Бьян к дивану и усадил ее. Наджун села рядом, а Джамиль остался стоять, не зная, что сказать. — Бьян, как ты? — спросил Калим, глядя на нее с участием. — Тебе нужна помощь? Может, вызвать врача? Бьян отрицательно покачала головой. Она все еще не могла прийти в себя после случившегося. Джамиль опустился на колени перед ней и взял ее руки в свои. — Прости меня, Бьян, — прошептал он. — Я не должен был оставлять тебя одну. Это моя вина. Бьян посмотрела на него заплаканными глазами и тихо произнесла: — Все хорошо, Джамиль. Не вини себя. Я знаю, что ты не хотел этого. Джамиль прижал ее руки к своим губам, чувствуя, как соленые слезы обжигают кожу. Он поклялся себе, что больше никогда не допустит, чтобы кто-то причинил ей боль. Он защитит ее от всего мира, даже от собственной матери. — Так, что же случилось? – спросил Калим. Наджун в красках пересказал произошедшее, изредка всхлипывая. Видимо, ей самой было страшно увидеть мать в таком состоянии и для ее организма это был сильный стресс. И от каждого нового слова Наджун, Джамиль чувствовал как внутри все кипело. — Не ожидал такого от вашей матери, — пробормотал Калим, дослушивая рассказ. — Она всегда казалась мне… более сдержанной. — Я тоже, — вздохнул Джамиль. — Но, видимо, ее амбиции и желание видеть меня с Аминой пересилили все остальное. Калим внимательно посмотрел на девушек, все еще бледных и подавленных. — Думаю, вам нужно отдохнуть, — мягко сказал он. — Здесь вы в безопасности. Не волнуйтесь ни о чем. Калим проводил девушек в гостевую комнату, а сам вернулся к Джамилю. — Что ты собираешься делать? — спросил он, когда они остались наедине. Джамиль сжал кулаки. — Я поговорю с матерью. Дам ей понять, что она перешла все границы. И что если она еще раз посмеет притронуться к Бьян… Он не договорил, но Калим понял его без слов. — Только, не натвори делов. — Это уже сделала моя мать, – прошипел Джамиль, направившись к выходу. Джамиль вернулся в отчий дом, словно на поле битвы. Внутри кипела ярость, смешанная с горечью и разочарованием. Он не мог поверить, что женщина, которая его вырастила и воспитала, оказалась способна на такую жестокость. Войдя в гостиную, он увидел Хадиджу, сидящую в кресле с непроницаемым выражением лица. — Как ты могла? — выпалил Джамиль, даже не поздоровавшись. Голос его дрожал от гнева. — Как ты могла поднять руку на Бьян? Хадиджа даже не шелохнулась. В ее глазах не было ни раскаяния, ни сожаления. Лишь холодная, расчетливая решимость. — Она не достойна тебя, Джамиль, — холодно ответила Хадиджа, не поднимая глаз. — Я лишь пытаюсь защитить тебя от ошибки. — Ошибки? — взревел Джамиль. — Бьян – самое лучшее, что случалось со мной в жизни. А ты… ты просто разрушаешь все своими руками! — Ты не понимаешь, Джамиль, — настаивала Хадиджа. — Я делаю это ради твоего блага, ради твоего будущего! Джамиль подошел ближе, с трудом сдерживая желание наброситься на мать. — Какое будущее, мама? — закричал он. — Будущее с Аминой, – ответила Хадиджа. Джамиль окончательно осознал, что эта шутка с Аминой была специально построена. Эта встреча была не просто шуткой, у родителей был четкий план и он включал появление Амины в жизни Джамиля. — Я не понимаю, зачем ты вообще делаешь все эти вещи, если я и так счастлив с Бьян? – Джамиль попытался хоть как-то добиться от матери хотя бы одного разумного объяснения. — Мы устроили эту встречу, потому что считаем, что тебе пора пересмотреть твои отношения с Бьян, – сказал Рахим, который вошел в гостиную и явно услышал их разговор. Джамиль не мог поверить в то, что слышал. Неужели для родителей его чувства являются какой-то штукой? — Сынок, пойми, – мягко начала Хадиджа. — Мы желаем для тебя только самого лучшего. И мы считаем, что Амина, с ее происхождением, будет тебе просто идеальной партией. Мы ее знаем с детства, ее родителей, да и тебе перепадет небольшой магазин, это принесет хороший доход в семью. А что твоя Бьян? Ни приданого, чужая, безродная… Тебе надо оставить Бьян и начать встречаться с Аминой. Сейчас тебе кажется это безумием, но в будущем ты будешь нас благодарить что мы помогли тебе выбраться из этой ситуации. Отец добавил: — К тому же, Амина к тебе неравнодушна, но ты это и сам наверняка знаешь. Да, видимо считают. Джамиль пару секунд молча уставился на родителей, а затем просто рассмеялся из-за абсурдности происходящего. Это было похоже на мыльную оперу и он не мог поверить, что это происходит на самом деле. Родители согласились познакомиться с Бьян, а на самом деле пытались убедить его бросить свою девушку и взять вместо нее Амину, и только потому что родителям не понравился его выбор. И они реально верили, что смогут его убедить. Рахим, вероятно почувствовал себя неловко, попытался смягчить ситуацию: — Конечно, это решение не было спонтанным. Мы взвешивали все риски и много разговаривали с ее родителями. И поверь, не только мы, но и другие считают, что ты сделал ошибку в пользу Бьян. Это стало последней каплей для Джамиля. Обычно хладнокровный парень попросту не смог сдержать гнев. Джамиль всегда уважал своих родителей, но это было уже слишком. — Вы серьезно? — прорычал Джамиль, чувствуя, как внутри все клокочет. — Вы обсуждали мою жизнь с другими людьми? С родителями Амины? И на основании чего вы решили, что имеете право вмешиваться в мои отношения? Я люблю Бьян, понимаете? Люблю! И мне плевать на ее происхождение, на приданое, на ваши дурацкие планы! — Ты сейчас на грани, чтобы сотворить глупость! – ответила Хадиджа, попытавшись подойти к сыну. — Она нам чужая, не по нашей масти! Она может оторвать тебя от наших традиций! Ты подумай о том, что люди скажут! — Какие традиции, мама? — язвительно парировал Джамиль, отступая от нее. — Традиции насильно женить сыновей на тех, кто нравится родителям? Традиции ставить деньги и связи выше любви и счастья? Если это ваши традиции, то мне с ними не по пути! Он окинул взглядом лица родителей, полные упрямства и непонимания. Впервые в жизни Джамиль почувствовал такую пропасть между собой и самыми близкими людьми. Он больше не видел в них мудрых советчиков, только деспотичных манипуляторов, готовых сломать его жизнь ради собственных амбиций и устаревших предрассудков. Он смерил родителей презрительным взглядом. — Я ухожу, — заявил Джамиль. — И больше не хочу иметь с вами ничего общего. Ни с вашими планами, ни с вашими деньгами, ни с вашей Аминой. Он развернулся и направился к выходу, но в дверях остановился. — И если еще раз кто-то из вас посмеет тронуть Бьян, – его голос стал ледяным, — Я вам этого не прощу. Никогда. Джамиль резко развернулся и направился к выходу. Он не хотел больше оставаться в этом доме, пропитанном ложью и лицемерием. Он чувствовал себя преданным и обманутым. Ему нужно было увидеть Бьян, обнять ее и убедиться, что с ней все в порядке. Ему нужно было почувствовать ее тепло, чтобы хоть немного успокоиться. Выйдя из дома, Джамиль глубоко вдохнул свежий воздух. Он чувствовал себя так, словно только что вырвался из клетки. Он понимал, что впереди его ждет непростая борьба. Но он был готов бороться за свою любовь, за свое счастье. Он больше не позволит никому вмешиваться в свою жизнь и решать за него, как ему жить. Он сам хозяин своей судьбы, и он намерен прожить ее так, как хочет сам. Он потерял родителей, но приобрел нечто гораздо большее — верность себе и своей любви. Теперь его единственной целью было защитить Бьян и построить с ней свое собственное, счастливое будущее, подальше от интриг и предрассудков. Вернувшись в поместье Калима, Джамиль первым делом обнял Бьян. Ему нужно было почувствовать ее тепло, убедиться, что с ней все в порядке. Он рассказал ей о разговоре с родителями, стараясь не вдаваться в подробности. Бьян молча слушала, лишь крепче прижимаясь к нему. Она понимала, что произошло, и знала, как ему сейчас тяжело. — Все будет хорошо, — прошептал он, заглядывая в голубые глаза. — Мы справимся. Вместе. — Я не хотела чтобы так все закончилось вот так, – ответила Бьян. — Не хотела чтобы ты разрывал отношения с родителями. — Я не мог поступить иначе, — ответил Джамиль, обнимая ее крепче. — Они перешли черту. Никто не имеет права решать за меня, с кем мне быть счастливым. А ты — мое счастье, Бьян. Джамиль крепко обнял ее, прижимая к себе. Он знал, что Бьян волнуется за него, за их отношения. Но он был полон решимости доказать ей, что их любовь сильнее любых преград. Он пообещал себе, что сделает все возможное, чтобы она была счастлива, несмотря ни на что. Калим предложил им пожить в его поместье, пока они не найдут подходящее жилье. Джамиль был благодарен ему за поддержку и участие. Он знал, что может рассчитывать на Калима в любой ситуации. Также, Бьян согласилась принять работу в семье Асимов, чтобы они с Джамилем смогли поскорее купить свой собственный дом. Наджун решила тоже помочь брату и Бьян, согласившись принять работу от Калима. Возвращаться домой она не хотела, боялась попасть под горячую руку матери, да и Джамиль не хотел оставлять сестру наедине с родителями.

***

В это же время, в доме Вайперов разразилась настоящая истерика. — Вы же говорили, что сможете выгнать эту мерзавку! – в истерике кричала Амина на Хадиджа. — А что в итоге?! Из дома ушла не только эта дрянь, но и Джамиль вместе с ней! — Аминочка, милая, — попыталась успокоить ее Хадиджа, — Все не так плохо, как кажется. Джамиль погорячился, он остынет и вернется. Он не сможет долго без нас. А мы… мы будем ждать его с распростертыми объятиями. — Ждать? — взвизгнула Амина. — Вы предлагаете мне просто сидеть и ждать, пока этот идиот одумается? Я и так ждала слишком долго, сколько ещё ждать? Джамиль ушел вместе с ней, это значит, что смогут сблизиться ещё сильнее! Хадиджа вздохнула. Она понимала разочарование Амины, но не собиралась сдаваться. В ее голове уже созревал новый план. — Нет, Амина, сидеть и ждать мы не будем, — твердо сказала Хадиджа. — Мы будем действовать. Я знаю Джамиля лучше, чем кто-либо. Он гордый и упрямый, но в глубине души он все еще любит нас. Нам просто нужно сыграть на этом и показать какая ты прекрасная и чувственная. — И как вы собираетесь это сделать? — недоверчиво спросила Амина. — Это уже моя забота, — загадочно ответила Хадиджа. — У меня есть свои методы. Ты же просто доверься мне и жди своего часа. Джамиль будет твоим, я тебе это обещаю. Амина, несмотря на сомнения, все же решила поверить Хадидже. Она была готова на все, чтобы заполучить Джамиля. Любовь к нему превратилась в настоящую одержимость, и она не собиралась отступать.