Часть 28

Джамиль молчал, переваривая услышанное. Он знал о прошлом Бьян, о тех испытаниях, которые ей пришлось пережить. Он понимал её боль и сочувствовал ей. Но идея с приютом казалась ему безумной — слишком опасной и нереалистичной. — Бьян, — осторожно начал Джамиль, стараясь сильно не задеть её своими словами. — Это очень опасно. Ты представляешь, с кем тебе придётся столкнуться? С влиятельными и жестокими людьми, которые не остановятся ни перед чем, чтобы защитить свои «традиции». И честно говоря, я сам не уверен, что это поможет. — Знаю, — твёрдо ответила Бьян. — Но я не могу просто сидеть сложа руки. Я должна что-то сделать. Даже если это будет всего лишь капля в море, это всё равно будет лучше, чем ничего. Я хочу, чтобы у этих женщин был шанс на новую жизнь — свободную и безопасную. Джамиль вздохнул, чувствуя решительность в голосе Бьян. Он понимал, что переубедить её будет невозможно. Зная её характер, стоило ожидать такого решения. Он отстранился от Бьян и, поставив чайник повторно, достал две кружки. — Хорошо, — наконец произнес Джамиль, наливая кипяток в кружки. — Тогда расскажи мне, как ты это видишь? Где ты собираешься взять деньги, помещение, людей? Ты же понимаешь, что это огромная работа. Бьян немного успокоилась, увидев, что Джамиль хотя бы готов выслушать её. Она взяла кружку и прислонилась спиной к кухонному гарнитуру. — Пока у меня нет чёткого плана, — призналась Бьян. — Но я думаю начать с малого. Поговорить с Риддлом, узнать, какую помощь он может оказать. Что касается помещения, можно арендовать небольшой дом на окраине города. А деньги… думаю, мы сможем оплатить с тех денег, которые нам присылал мой отец, там скопилась приличная сумма, а также остались кое-какие сбережения с бывшей работы курьером. — Если и искать здание, то не на аренду, а на полноценную покупку, — задумался Джамиль. — Многих твоя задумка может спугнуть, либо после аренды попросят выехать из здания. И итог — ни денег, ни здания. Бьян кивнула, понимая логику в словах Джамиля. Покупка здания действительно надёжнее, хоть и потребует больше первоначальных вложений. — Ты прав, — согласилась она. — Нужно искать варианты с покупкой. Бьян задумчиво отпила чай, снова посмотрев на ночной город, на россыпь огней, мерцающих в ночной темноте. В каждом из этих огоньков она видела потенциальную надежду, возможность изменить чью-то судьбу. Её решимость укрепилась, несмотря на все трудности и опасности, которые могли их подстерегать. Она знала, что не сможет спокойно спать, зная, что где-то там, во тьме, женщины страдают и нуждаются в помощи. Оставив чашки, пара вернулась в спальню. Зайдя в спальню, Бьян спросила: — Значит, ты поддерживаешь меня? Джамиль задумался и сказал: — Не полностью. Я понимаю твоё стремление помочь, Бьян, и уважаю его. Но я не хочу, чтобы ты рисковала своей жизнью и безопасностью. Я поддержу тебя в поиске информации и ресурсов, помогу с организационными вопросами и, конечно, финансово. Я поддерживаю тебя как человека, как любимую девушку. Я буду рядом, чтобы ты не совершила ошибок и не сломалась под грузом обстоятельств. Но я не могу поддержать твою идею полностью, потому что она слишком опасна. Просто знай, что я буду твоей опорой, но участвовать в этом напрямую не стану. Бьян вздохнула с облегчением. Даже такая поддержка значила для неё очень много. Она понимала опасения Джамиля, но ей было важно знать, что он будет рядом, несмотря ни на что. Она подошла к нему и обняла, прижавшись щекой к его груди. — Спасибо, — прошептала она. — Этого мне достаточно. Но я не могу обещать, что буду сидеть сложа руки. Я должна убедиться, что женщины, которые придут в центр, будут в безопасности и получат необходимую помощь. Я буду осторожна, обещаю. Джамиль вздохнул, понимая, что переубедить Бьян всё равно не получится. Он притянул её к себе и крепко обнял. — Хорошо, — прошептал он. — Но помни, что я всегда буду рядом, чтобы защитить тебя. И будь осторожна, прошу тебя. Бьян прижалась к Джамилю, чувствуя тепло и поддержку. Она знала, что их ждёт непростой путь, полный трудностей и опасностей. Но вместе они смогут справиться со всем. Ведь у них есть любовь, решимость и желание изменить мир к лучшему. И это уже немало. Голубые глаза снова зацепились за ночной город, где жизнь начинала затихать. Но на этот раз глаза девушки остановились на знакомой заброшке. В голове Бьян тут же созрел план. Заброшенное здание! Идеальное место для приюта. Ей вспомнились слова Ибрагима о том, что объект выставлен на торги, но покупателей пока не нашлось. Оно достаточно удалено от центра города, чтобы обеспечить безопасность постояльцам, и в то же время достаточно близко, чтобы иметь доступ к необходимым ресурсам. К тому же здание уже выставлено на торги, значит, есть шанс выкупить его по приемлемой цене. Конечно, потребуется значительная реконструкция и ремонт, но это уже детали. Главное — есть потенциальное место, которое можно превратить в безопасный дом для тех, кто в нём нуждается. — И, кажется, я только что нашла нам здание, — сказала Бьян, на лице которой появилась улыбка. Джамиль обернулся на окно, чтобы понять, о каком здании говорит Бьян. И как только он увидел здание, лицо Джамиля слегка перекосило. — Бьян, ты меня извини, но ты сошла с ума, — не спрашивая, а констатируя. — Ты больше потратишь на достройку здания, так ещё и ремонт. — Именно поэтому нам нужно составить смету, — парировала Бьян, отстраняясь от Джамиля. — И узнать, во сколько нам обойдётся ремонт. Я уверена, что если мы приложим усилия, то сможем найти средства на восстановление здания. Главное, что оно уже есть, и оно идеально подходит для наших целей. Джамиль покачал головой, не веря в то, что Бьян так быстро нашла решение. Здание, о котором она говорила, было настоящей развалиной, покинутой городом много лет назад. Он отлично помнил это место, слухи ходили разные, но никто не хотел связываться с этим местом. Но, зная упрямство Бьян, он понимал, что отговаривать её бесполезно. — Хорошо, — вздохнул Джамиль. — Завтра же позвоню знакомым, которые занимаются строительством, и узнаю, во сколько это может обойтись. Но обещай мне, что мы не будем торопиться с решением. Нам нужно всё тщательно взвесить и обдумать. Бьян улыбнулась и снова обняла Джамиля. — Обещаю, — прошептала она. — Я буду осторожна и внимательна. И я очень благодарна тебе за то, что ты рядом. Джамиль прикрыл глаза, чувствуя тепло её тела. Он знал, что Бьян видит в этом заброшенном здании нечто большее, чем просто руины. Она всегда умела находить красоту в самых неожиданных местах, разглядеть потенциал там, где другие видели лишь разруху. Но он, как человек практичный, понимал, сколько сил и средств потребуется на восстановление этого места. И его беспокойство было вполне обоснованным. Следующий день прошёл в ожидании. Джамиль обзвонил несколько строительных компаний, описывая масштабы разрушений и запрашивая предварительную оценку стоимости работ. Цифры, которые он услышал, повергли его в уныние. Ремонт, по самым скромным подсчётам, обойдётся в круглую сумму, не говоря уже о возможных скрытых дефектах, которые могут выявить в процессе работы. Бьян провела день, изучая информацию о приютах и центрах помощи женщинам, оказавшимся в трудной ситуации. Она читала истории успеха, анализировала ошибки и выписывала идеи, которые могли бы пригодиться в их проекте. Вечером, когда Джамиль закончил обзванивать строителей и вернулся домой, она уже была готова поделиться с ним своими наработками. Услышав цифры, озвученные Джамилем, Бьян на мгновение замолчала. Сумма действительно оказалась внушительной, и её немного обескуражила. Но решимость в её глазах не угасла. Она понимала, что им придётся искать дополнительные источники финансирования, возможно, обратиться к благотворительным организациям или частным инвесторам. — Хорошо, — сказала Бьян, стараясь сохранить оптимизм. — Это значит, что нам нужно составить подробный бизнес-план и смету, чтобы точно знать, сколько нам нужно денег и на что они пойдут. Возможно, нам придётся начать с малого и постепенно расширяться. Главное — не сдаваться. Джамиль посмотрел на Бьян, восхищаясь её стойкостью и целеустремлённостью. Он понимал, что этот проект важен для неё, и он готов был поддержать её, несмотря на все трудности. — Ты права, — согласился Джамиль. — Мы всё продумаем и составим план действий. Вместе мы сможем найти решение. Но, пожалуйста, будь осторожна и не рискуй собой. Бьян улыбнулась, коснувшись его руки. — Я всегда осторожна, особенно когда дело касается таких серьёзных начинаний. Но я не боюсь трудностей. Напротив, они делают нашу цель ещё более значимой. Они провели остаток вечера, обсуждая возможные сценарии развития событий и разрабатывая стратегию поиска финансирования. Однако на следующее утро их ждала неприятная новость. Здание собираются продать.

***

Встретившись с риелтором, который проводил экскурсию по «зданию» для покупателей, Бьян почувствовала, как её охватывает отчаяние. Она надеялась, что у них будет время на сбор средств и подготовку к торгам, но судьба распорядилась иначе. Риелтор, мужчина средних лет в строгом костюме, оживлённо расхваливал достоинства объекта, искусно скрывая его явные недостатки. Покупатели, двое солидных мужчин, внимательно осматривали обветшалые стены, явно прикидывая, во сколько им обойдётся реконструкция. Мда, борьба начинается уже сейчас. — Итак, основное вы смогли увидеть, — закончил свою экскурсию риэлтор. — Осталось договориться о цене. Поскольку здание не достроено, то бывший хозяин согласился продать за меньшую цену. Бьян, не выдержав, подошла к риелтору и, перебив его, спросила: — Простите, а есть ли возможность узнать стартовую цену объекта и условия торгов? Риелтор, явно недовольный её вмешательством, окинул её холодным взглядом и ответил: — К сожалению, информация о цене является конфиденциальной и предоставляется только потенциальным покупателям. Торги состоятся в ближайшее время, так что советую вам поторопиться, если вы заинтересованы в приобретении этого здания. Бьян почувствовала, как её надежды тают. Она понимала, что у неё нет времени на долгие переговоры и поиски финансирования. Нужно действовать немедленно. Попрощавшись с риелтором, она вышла из здания, чувствуя, как её переполняет разочарование. Бьян понимала, что выиграть торги будет нереально, а единственный способ хоть как-то приобрести эту постройку — добыть номер телефона бывшего хозяина, чтобы попытаться выкупить здание до того, как ему предложат большую цену.

***

Бьян слушала, как в трубке идут гудки, и вскоре по ту сторону послышался голос Ибрагима: — Алло? — Алло, Ибрагим. Это Бьян и Джамиль, мы у вас дом купили. — Да-да, — послышался весёлый голос старика. — Чем обязан? Какие-то проблемы? — Нет-нет, с домом всё в порядке. Меня интересует хозяин заброшки, которая видна у нас в окне. Скажите, у вас нет номера телефона бывшего хозяина заброшки? Мы бы хотели выкупить это здание до торгов. В трубке повисла короткая пауза, словно Ибрагим обдумывал услышанное. Затем он ответил: — Эх, Бьян, Бьян… Всё тебе не сидится спокойно. Молодец, не забываешь про других. Номер, конечно, есть, только не знаю, захочет ли он с вами говорить. Сюжет там тёмный, дело мутное. Номер сейчас найду, подожди минутку. Пока Ибрагим искал номер, Бьян чувствовала, как внутри нарастает волнение. Она понимала, что её затея может показаться безумной, но она не могла отступить. Слишком многое стояло на кону. — Вот, держи, записывай, — прозвучал в трубке голос Ибрагима. — Только будьте осторожны, не знаю, чего от него ждать. И передай Джамилю привет. Бьян поблагодарила Ибрагима и положила трубку. Она посмотрела на Джамиля, который с тревогой наблюдал за ней. — У нас есть номер, — сказала она. — Теперь всё зависит от того, как мы проведём переговоры. Джамиль выдохнул с облегчением, но его лицо оставалось серьёзным. Он понимал, что получение номера — это лишь первый шаг, и самый сложный ещё впереди. Человек на другом конце провода мог быть ключом к разгадке, а мог стать и опасным противником. Бьян тщательно переписала номер в свой блокнот. Цифры казались ей зловещими символами, предвещающими неизвестность. Она перевела взгляд на Джамиля. — Готов? — спросила она, хотя ответ был очевиден. Джамиль кивнул, подталкивая её к действию. Бьян набрала номер. Гудки тянулись мучительно долго. В голове проносились различные сценарии: от молчания в трубке до угроз и оскорблений. Наконец, раздался щелчок, и мужской голос произнес: — Слушаю. Голос был хриплым и усталым, но в нём чувствовалась скрытая сила. — Здравствуйте, — начала Бьян, стараясь сохранить спокойствие. — Меня зовут Бьян Баш, и я звоню Вам от Ибрагима. Он передал Ваш номер, полагая, что Вы могли бы мне помочь с одним делом. В трубке воцарилась тишина. Бьян затаила дыхание, ожидая ответа, который мог решить их дальнейшую судьбу. Тишина давила, наполняя комнату напряжением, которое можно было потрогать руками. — Ибрагим? — переспросил голос, в котором послышались нотки удивления. — Давно я не слышал о старике. И чем же я могу быть вам полезен, Бьян? — Мы хотим приобрести здание, которое когда-то принадлежалежит Вам, — быстро ответила Бьян, стараясь не дать собеседнику времени на раздумья. — Знаем, что оно выставлено на торги, но надеемся договориться с вами напрямую. В трубке снова повисла пауза, но на этот раз она не казалась угрожающей. Собеседник явно обдумывал её предложение. — Интересное предложение, — наконец произнес он. — Но почему именно это здание? Оно в плачевном состоянии, да и история у него не самая хорошая. — Мы хотим восстановить его и использовать для благотворительных целей, — честно призналась Бьян, решив не вдаваться в подробности слишком сильно. Она не знала, как мужчина отреагирует на их идею о Кризисном центре. — Благое дело говорите? — констатировал голос. — Что ж, я готов встретиться и обсудить детали. Но предупреждаю сразу, цена будет немаленькая. — Мы готовы к переговорам, — заверила Бьян. Мужчина продиктовал адрес и время встречи. Положив трубку, Бьян переглянулась с Джамилем. В их глазах читалась надежда, смешанная с тревогой. Самый сложный этап ещё впереди, но теперь у них появился шанс. «Да начнутся, Голодные игры», — мысленно прокомментировала Бьян.

***

Они подошли к двери старого здания, которое явно видело лучшие времена. Бьян глубоко вздохнула, прежде чем постучать. Дверь открыл хмурый мужчина средних лет с пронзительными серыми глазами. — Вы Бьян и Джамиль? — спросил он. — Проходите. Они вошли внутрь. Полумрак скрывал обшарпанную обстановку, но чувствовалось, что когда-то здесь царила роскошь. Мужчина провёл их в кабинет, заставленный старинной мебелью. — Присаживайтесь, — предложил он, указав на два кресла. — Итак, вы хотите приобрести это здание? Что ж, это весьма неожиданное решение для столь юной пары. Но как я уже говорил, цена будет немаленькая. Это не просто заброшенное здание, это моя история, часть моей жизни. Да, я не смог завершить постройку, но я много отдал для её начала. И я хочу получить за него достойную компенсацию. Вся эта ситуация сильно напомнила Бьян о том случае, когда она заключала контракт с Азулом. Тогда она особо не торговалась по условиям контракта, но знатно довела «осьминога» до белого колена. Но сейчас она планировала поторговаться, спасибо урокам Азула. — Прекрасно понимаю, — кивнула девушка. — Но и вы поймите, мы тоже не готовы выплатить вам полную стоимость, поскольку здание не только недостроено, но и сильно деформировалось за долгое время. Исходя из этого, мы готовы предложить ****** мадолов. В комнате повисла тишина. И не зря, поскольку Бьян занизила первоначальную стоимость почти в три раза, отчего мужчины с большим шоком смотрели на неё. Джамиль тоже понимал, что хозяин ни за что не согласится на такую низкую цену и хотел было что-то сказать, но почувствовал, как нога Бьян болезненно наступила на его ногу. Но бывший хозяин тут же возмутился: — Подождите! Это слишком мало. Я и так сильно снизил цену. Такими ценами я лучше дождался бы торгов. — Здание стоит на торгах уже давно, но что-то покупателей так и не нашлось, — четко подметила девушка. — Интересно, как ещё долго Вам предстоит ждать покупателей? Ах, но, видимо, не судьба. Прошу прощения, что потревожили, мы, пожалуй, пойдём. Бьян уже собиралась сделать вид, что поднимается со своего места, как мужчина тут же среагировал, видимо поняв, что новых покупателей он встретит не скоро. — Хорошо, готов снизить до ****** мадолов. — ****** мадолов, — Бьян назвала чуть большую цену, чем первоначально, но все равно меньше. Мужчина нахмурился. Видно было, что торг даётся ему тяжело. Он явно рассчитывал на другую сумму, но и упускать возможность продать здание он не хотел. В его глазах мелькнула тень сомнения, но затем он решительно покачал головой. — Нет, это моя последняя цена. Ни мадолом меньше. Бьян скрестила руки на груди, выжидающе глядя на собеседника. Она знала, что главное в торге — это выдержка и умение давить на слабые места. Она молчала, давая мужчине возможность оценить ситуацию. Наконец, он не выдержал и вздохнул. — Ладно, — проговорил он с неохотой. — Я согласен. ****** мадолов, так тому и быть. Но при одном условии. Бьян приподняла бровь, ожидая подвоха. — Какое условие? — Вы должны закончить строительство этого здания. Довести дело до конца. Я хочу, чтобы моя история получила достойное завершение. Бьян улыбнулась. Это было приемлемо. Даже более чем. — Мы согласны, — ответила она. — Это было в наших планах с самого начала. Договорились! Мужчина протянул руку для рукопожатия, и Бьян с удовольствием приняла её. Сделка состоялась. Она чувствовала приятное волнение предвкушения. Это приобретение было важным шагом для её компании. — Отлично, — произнесла Бьян, отпуская его руку. — Тогда завтра утром у нотариуса? Мужчина кивнул, на его лице появилось подобие улыбки. Казалось, груз свалился с его плеч. Он явно переживал за судьбу недостроенного здания. — Завтра утром, — подтвердил он. — Я подготовлю все необходимые документы. И надеюсь, вы сдержите своё слово. Выйдя из здания, Джамиль с опаской глянул на Бьян. — Кажется, общение с Азулом плохо на тебя влияет, — пробормотал он, беря её руку в свою. — Зато его методы переговоров пошли на пользу, — улыбнулась Бьян. — Я даже умудрилась нам сэкономить половину суммы. — В смысле? — Я назвала цену равной сумме, которую накопила с отцовских денег, — пояснила девушка. — Но сначала я снизила эту цену, а потом прибавила, но не полную, так что пару тысяч у нас ещё осталось. Джамиль остановился, поражённый откровением. Он и представить не мог, что Бьян так рискованно подойдёт к переговорам, используя собственные сбережения. С одной стороны, он восхищался её смелостью и деловой хваткой, с другой — переживал, что она готова пойти на такие жертвы ради общей цели. — Ты сумасшедшая, — выдохнул он, качая головой. — Но именно за это я тебя и люблю. Бьян рассмеялась, обнимая Джамиля за руку. — Я знаю, что делаю. И потом, эти деньги всё равно лежали бы в банке без дела. А так у нас есть шанс сделать что-то действительно важное. По дороге домой они обсуждали дальнейшие планы. Бьян загорелась идеей как можно скорее приступить к строительству, чтобы выполнить своё обещание и вдохнуть новую жизнь в заброшенное здание. Она уже представляла себе, каким уютным и полезным станет этот Кризисный центр для тех, кто нуждается в помощи и поддержке. Всю ночь Бьян не могла уснуть, ворочаясь в кровати и прокручивая в голове детали предстоящего проекта. Она чувствовала огромную ответственность, но и не меньший энтузиазм. Завтра начнётся новая глава в её жизни и жизни многих других людей. Она обязательно оправдает их надежды.

***

Как бы Бьян ни была окрылена идеей о постройке центра, но реальность всегда заставляет приземлиться. Работы предстояло много, прежде всего — это достроить второй этаж, плюс крышу. А для этого нужны были деньги. И, к сожалению, оставшихся денег естественно не хватало. Поэтому Бьян обратилась за помощью к Кейтеру, человеку, который часто взаимодействует с соцсетями. — Это вы здорово придумали! — восторженно воскликнула Наджун, заходя вместе с Кейтером в гости к Бьян и Джамилю. — Согласен, — кивнул Кейтер, глаза которого восторженно загорелись. — Я создам вам такой сайт, что все ещё позавидуют. Бьян улыбнулась, чувствуя прилив уверенности. Поддержка друзей была важна для неё сейчас, как никогда. Она знала, что одна бы не справилась с таким масштабным проектом. Джамиль, наблюдавший за их воодушевлённым разговором, тоже невольно улыбнулся. Он был рад видеть, как загораются глаза его возлюбленной, когда она говорит о своём деле. Кейтер не терял времени даром. Он тут же достал свой ноутбук и начал набрасывать идеи для сайта. Наджун, в свою очередь, стала расспрашивать Бьян о концепции будущего центра, предлагая свои варианты оформления интерьера и организации пространства. Друзья фонтанировали идеями, заряжая Бьян и Джамиля своим энтузиазмом. Вместе они решили создать краудфандинговую платформу, где каждый желающий сможет внести свой вклад в строительство Кризисного центра. Кейтер пообещал создать такой сайт, который будет не только удобным для пользователей, но и визуально привлекательным, чтобы максимально заинтересовать потенциальных спонсоров. Они также планировали активно использовать социальные сети для продвижения проекта, рассказывая о цели центра и о том, как каждый может помочь воплотить эту мечту в реальность. Бьян была благодарна судьбе за таких преданных друзей. Она понимала, что впереди ещё много трудностей, но с такой командой она была уверена, что они смогут преодолеть любые препятствия. Идея о создании Кризисного центра, казавшаяся ей когда-то нереальной, теперь обретала реальные очертания. И это было только начало.

***

— Это просто гениальная идея! — восторженно восклицала Наджун, ложась в кровать. — Мы уже сталкивались с такими ситуациями, а это реальный шанс на спасение девушек. — Согласен, — кивнул Кейтер, сидя за столом и что-то печатая на ноутбуке. — Ты не собираешься ложиться? — удивилась девушка. — Ещё немного поработаю и пойду. Кивнув, Наджун легла в постель, а через пару минут тихо засопела. А вот Кейтер даже не собирался ложиться. Он не просто собирался сделать сайт и пустить всё на самотёк. Он собирался распространить эту историю как можно шире. Кейтер понимал, что красивый сайт — это только половина дела. Нужно было достучаться до сердец людей, вызвать у них сочувствие и желание помочь. Он решил опубликовать статью. Статья, которая заставит задуматься, посочувствовать и, самое главное, захотеть внести свой вклад в создание безопасного и надежного места, где каждый сможет получить необходимую поддержку. Пальцы Кейтера забегали по клавиатуре, выстукивая слова, полные боли и надежды. Он писал о тех, кто страдает в тишине, о жертвах насилия, которым некуда было бежать, о тех, кто отчаянно нуждался в помощи и поддержке. Он описывал будущее убежище как свет в конце тоннеля, как место, где они смогут залечить свои раны и начать новую жизнь. Он вплетал в текст истории, которые слышал от Бьян, истории о сильных духом женщинах, сумевших выстоять, несмотря ни на что. Он писал простым, понятным языком, избегая сложных терминов и заумных фраз. Он хотел, чтобы каждый, кто прочтёт его статью, почувствовал личную связь с этой проблемой, чтобы она затронула его сердце. Закончив писать, Кейтер внимательно перечитал текст, внося последние правки. Он понимал, что от этой статьи зависит многое, что именно она может стать тем самым толчком, который привлечёт внимание общественности и поможет собрать необходимые средства. Он добавил фотографии Бьян и Джамиля, а также эскизы будущего центра, чтобы люди могли увидеть, во что они вкладывают свои деньги. Наконец, он отправил статью в несколько популярных онлайн-изданий и, пользуясь тем, что он один из известных дизайнеров, разместил её на своей странице в социальных сетях. Теперь оставалось только ждать и надеяться, что его слова найдут отклик в сердцах людей и помогут Бьян осуществить её мечту. Кейтер откинулся на спинку стула, чувствуя усталость, но и удовлетворение от проделанной работы. Он знал, что сделал всё, что было в его силах, и верил в успех этого благого дела. Но чуть подумав, Кейтер зашел в групповой чат с ребятами и, несмотря на поздний час, кинул ссылку на статью.

***

Пару дней прошло в тишине. Бьян с грустью мониторила сайт, проверяя, как продвигается дело со сбором средств. Но пока дела шли не очень, и это её немного расстроило. Джамиль, видя, что энтузиазм девушки ослабевает, предложил пройтись за покупками, он планировал приготовить карри. На рынке было оживлённо, как всегда. Продавцы наперебой зазывают покупателей, предлагая самые свежие фрукты, овощи и специи. Запахи смешиваются, образуя ароматный коктейль, который бодрит и повышает настроение. Бьян старалась отвлечься от гнетущих мыслей, рассматривая яркие прилавки. Джамиль же, напротив, сосредоточенно выбирал ингредиенты для своего фирменного карри. Купив всё необходимое, ребята направились к дому. Но едва Бьян успела открыть дверь, как едва не упала носом в пол, но Джамиль быстро успел схватить её за футболку и потянуть назад. — Бьян! — послышался визг Грима. — Что происходит? Они повсюду! Бьян не сразу поняла, что имел в виду Грим, всё ещё находясь в легком испуге. Но вскоре стало ясно, почему Грим так активно возмущался. Когда они делали ремонт, Джамиль решил установить дверь с прорезью для писем, чтобы письма просто могли проникнуть в дом и не стучать в дверь. И всё бы ничего, вот только сейчас перед дверью валялась довольно приличная стопка писем, а некоторые улетели дальше по коридору. — Что это? — удивилась Бьян, смотря на письма. Джамиль поставил на пол пакеты и поднял одно письмо. Обычный белый конверт, со всеми штампами и адресом. Аккуратно открыв, он выудил листок. Подойдя ближе, Бьян начала вчитываться в текст. Пару секунд было ничего не понятно, какие-то подписи, печати и внушительная сумма мадолов. Только сейчас Бьян поняла, что это не просто бумажка, а чек на их имя. Бьян ахнула, прикрыв рот рукой. Не веря своим глазам, она выхватила чек из рук Джамиля и принялась его изучать. Сумма и правда была внушительной, более чем достаточной, чтобы закупиться необходимыми материалами для строительства. Слёзы навернулись на её глаза. Неужели, это правда? Неужели, люди откликнулись на их призыв о помощи? Грим, наблюдавший за растерянной Бьян, не выдержал и подбежал к стопке писем. Схватив первое попавшееся, он вскрыл конверт и достал оттуда ещё один чек. Затем второй, третий… В каждом конверте был чек на разные суммы, но все они были адресованы Бьян и Джамилю и предназначались для строительства Кризисного центра. Откинув письма в сторону, Бьян присела на корточки и начала разглядывать конверты. На многих из них были написаны слова благодарности, поддержки и восхищения её идеей. Читая строки, написанные незнакомыми людьми, Бьян чувствовала, как её сердце наполняется теплом и надеждой. Люди верили в неё, в её мечту, и были готовы помочь ей воплотить её в жизнь. Спустя пару часов, когда все письма были наконец прочитаны, а чеки пересчитаны, в доме царила атмосфера ликования. По подсчётам, Бьян и Джамиль выяснили, что сотни семей пожертвовали им более шестисот тысяч мадолов. Бьян не могла перестать улыбаться. Джамиль обнимал её, радуясь её счастью. Грим возбужденно бегал по дому, выкрикивая восторженные возгласы. Они все понимали, что это только начало, но этот первый успех давал им силы и уверенность в том, что они на правильном пути. Но сюрпризы на этом не закончились. Вечером Бьян организовала созвон в общей группе, чтобы поделиться с друзьями хорошими новостями. Она то и дело запиналась, эмоции били через край. — Шестьсот тысяч мадолов, вы представляете?! — Бьян была на грани, чтобы не начать прыгать на месте от счастья. — Это хватит на закупку материалов! — А ты на сайт заходила? — спросил Вил, сидя на своём кресле. — Пока нет, а что? — удивилась девушка. — Зайди, — настоятельно попросил Леона, лениво развалившись на своей кровати. Заинтригованная, Бьян открыла на ноутбуке новую вкладку и зашла на сайт. Бьян замерла, уставившись на экран. Счётчик пожертвований на сайте показывал цифру, в несколько раз превышающую сумму в письмах. Сотни людей не только прислали чеки, но и сделали онлайн-переводы. На сайте появились комментарии, полные поддержки и восхищения, люди делились своими историями и выражали готовность всяческими способами помочь. Но особенно выделялись три номера, от которых было сделано наибольшее пожертвование. Бьян очень хорошо знала эти телефоны, которые высветились. Это были номера Леоны, Вила и Маллеуса. — Как? — выдавила из себя девушка. — Ребят… Она знала, что друзья поддерживают её, но не ожидала, что они готовы пойти на такие жертвы. — Мы просто хотели немного помочь, — уклончиво ответил Вил, стараясь не смотреть в камеру. — Не немного, а очень много! — воскликнула Бьян, не в силах сдержать эмоций. — Я даже не знаю, как вас благодарить. Леона лишь фыркнул в ответ, отворачиваясь к стене. Вил и Маллеус ограничились смущёнными улыбками. Они не хотели, чтобы их поступок воспринимался как нечто особенное. Для них это было лишь проявлением дружбы и веры в общее дело. — Остров Скорби тоже не остался в стороне… — послышался тихий голос Идии. — Мы с братом перепрограммировали наших роботов на работу строительства, — продолжил брат Орто. — Мы привезём тебе материалы, «работников» и пару макетов здания, из которых ты должна выбрать. А ещё… Орто много что говорил, но Бьян слышала это как сквозь туман. Бьян была ошеломлена. Она не могла поверить, что её друзья, люди, которых она знала и любила, готовы были пойти на такие жертвы ради её мечты. Её сердце переполняла благодарность, настолько сильная, что слова казались ничтожными. — Спасибо, ребята, — наконец проговорила она, с трудом сдерживая слёзы. — Вы самые лучшие друзья на свете. Я обещаю, что не подведу вас. Я сделаю всё, что в моих силах, чтобы этот центр стал реальностью. Разговор затянулся допоздна. Друзья обсуждали планы, делились идеями и просто радовались общему успеху. Бьян чувствовала, что они не одни, что у них есть мощная поддержка, которая поможет им преодолеть любые трудности. После созвона Бьян долго не могла уснуть. В голове роились мысли, планы и мечты. Она лежала в темноте, улыбаясь в потолок, и представляла, каким замечательным будет Кризисный центр. Она видела, как он поможет многим людям, попавшим в беду, и как он станет символом надежды и веры в лучшее. Засыпая, Бьян знала, что они на правильном пути. У них есть мечта, есть команда верных друзей и есть поддержка всего мира. А это значит, что у них есть все шансы на успех. На утро Бьян лично убедилась в правдивости слов Орто, который принёс целую папку макетов здания. Бьян с головой погрузилась в изучение проектов, пытаясь выбрать оптимальный вариант, сочетающий в себе функциональность, уют и, конечно же, соответствие выделенному бюджету. Джамиль, вооружившись кофе и терпением, помогал ей, отсеивая слишком экстравагантные или непрактичные идеи. Грим же, как всегда, носился вокруг, добавляя хаоса, но внося свою долю энтузиазма. В это же время их решили навестить приятные гости. — Бьян, Джамиль! К постройке, не обращая внимания на грязь, весело шёл Калим и махал им рукой. — Калим, — улыбнулась Бьян. — Какими судьбами? — А я не один, — улыбнулся парень, кивая куда-то позади себя. Подняв глаза, Бьян не смогла удержать восторженного крика. — Адиль! Подскочив к старику, Бьян крепко его обняла. Адиль, с тёплой улыбкой на лице, обнял девушку в ответ, похлопывая по спине. Его глаза, полные мудрости и доброты, светились радостью. За спиной старика стояла небольшая группа людей — волонтёры из его деревни, несущие инструменты и ящики с материалами. Они приехали, чтобы внести свой вклад в строительство, вдохновлённые историей Бьян, которая дошла до них через слухи и местные газеты. — Я услышал о твоём центре и не мог оставаться в стороне, — сказал Адиль, отходя от объятий. — Помимо денег, я привёз тебе не только руки, но и опыт. Эти ребята умеют работать с деревом и камнем, как никто другой. Бьян, сияющая от счастья, представила Адилю и его спутникам Орто и Грима, который тут же принялся обнюхивать ящики, выискивая что-нибудь интересное. Джамиль, как всегда практичный, сразу организовал прибывших, распределяя задачи: кому-то помогать роботам с фундаментом, другим — готовить площадку. Атмосфера на стройке ожила — смех, разговоры и стук молотков создали ощущение настоящего праздничного труда.

***

К вечеру прогресс был заметен: первые очертания стен начали вырисовываться на земле. Бьян стояла в стороне, наблюдая, как все работают в унисон — роботы с их точностью, волонтёры с душой и её друзья с неиссякаемым энтузиазмом. Сердце её переполнялось гордостью. Это был не просто центр; это был мостик между людьми, доказательство, что доброта способна менять мир. Но работы по-прежнему предстояло много. — Что ж, могу тебя поздравить, — обмолвился Джамиль, выходя из душа с полотенцем на шее. — Тебе удалось не только реализовать свою задумку, но и привлечь, кажется, весь мир. — Ещё рано поздравлять, — улыбнулась Бьян, сидя на кровати и перебирая бумаги. — Работы предстоит ещё много, чего стоит только сама постройка. Орто провёл диагностику здания, чтобы понять фронт работы, и сделал вывод, что на постройку здания уйдёт от трёх месяцев до полугода. — Да, работы много, но теперь у тебя есть всё необходимое, чтобы её выполнить, — Джамиль подошёл к ней и сел рядом. — Главное, не забывай отдыхать. Вижу, ты совсем не спишь. Бьян откинулась на подушку, устало прикрыв глаза. Джамиль прав, она слишком увлеклась строительством и совсем забыла о себе. Но как тут отдыхать, когда столько всего нужно сделать? — Я постараюсь, — пообещала Бьян. — Просто хочется, чтобы всё получилось как можно лучше и быстрее. И, кстати… Я помню, что ты говорил, что не будешь участвовать в этой затее напрямую, но всё же… Бьян нерешительно потерла бумагу в руке и протянула её Джамилю. — Это наше общее дело и мне бы хотелось, чтобы ты стал вторым владельцем Кризисного центра. Джамиль взял протянутый листок и пробежал глазами. Это был официальный документ, подтверждающий его право на долю владения центром. Удивление отразилось на его лице. — Бьян, я… не знаю, что сказать, — проговорил он смущённо. — Ты уверена? — Абсолютно, — твёрдо ответила Бьян, глядя ему прямо в глаза. — Ты был рядом с самого начала, поддерживал меня во всём, помогал решать проблемы. Этот центр — наша общая мечта, и я хочу, чтобы ты был его полноправным хозяином. Джамиль молча обнял Бьян, прижимая её к себе. В этом объятии было всё: благодарность, любовь и общая вера в их дело. Он понимал, что это не просто формальность, а символ их партнёрства и готовности вместе нести ответственность за будущее центра. Так они и заснули в обнимку, уставшие, но счастливые. А за окном, под светом луны, кипела работа, продолжая возводиться стены будущего Кризисного центра, центра надежды и поддержки для тех, кто в этом больше всего нуждался.

***

— Тварь! Скотина! Как она посмела?! — Аминочка, успокойся, пожалуйста! В комнате был самый настоящий шторм, в роли которого выступала Амина. В стену летело всё, что попадалось под руку. Подушки, книги, косметика, даже зеркало — всё было разбросано в яростном порыве гнева. — Я была готова отдать Джамилю всё! Я предложила ему свой бизнес! Я была готова отдать себя полностью! Но он посмел отказаться! Отказать! Мне! Так ещё и сказал, что я лицемерная! И всё это из-за неё… Она знала, что Джамиль мой! Но она ещё осмелилась открыть свой бизнес! Откуда она вообще здесь взялась?! — кричала Амина, сжимая в руке смятый листок бумаги — фотографию из газеты, Джамиля и Бьян, обнимающихся на фоне строящегося центра. Безусловно, новость о том, что в городе строится Кризисный центр, не могла пройти незамеченной для прессы. Газеты выпустили массу статей и фотографий. И Амина, как и многие другие жители города, не могла пропустить эту новость. — А почему Вы ничего не сделали?! — вспылила на женщину Амина. — Вы обещали, говорили, что Джамиль будет мой! Сказали, что он не устоит передо мной! А что в итоге?! Они купили дом, живут вместе, наверняка делят одну постель, так теперь ещё и бизнес общий открывают! А дальше что, свадьба и дети?! — Аминочка, милая, да я же пыталась, — продолжала Хадиджа, складывая руки на сердце, пытаясь заверить Амину. — Я даже пыталась камеры поставить в их доме, чтобы доказать, что эта дрянь колдует втайне. И если бы не этот кот… — Вот благодаря вашему идиотизму Джамиль теперь и вас видеть не хочет! — Амина в ярости кинула в женщину подушку. — Как теперь мы будем вместе?! Лейла, которая видела истерику дочери с самого начала, разочарована покачала головой. Она поняла, что дочь уже начинает сходить с ума, и надо было вмешиваться. — Остановись, — сказала она спокойным голосом, обращаясь к дочери. — Видишь, что не твой человек, так отступи. Бьян уже сделала тебе предупреждение, заточив тебя в кольцо. Услышав такие слова от матери, Амина резко развернулась, словно пружина лопнула. — Что? — тихо прошипела девушка. — Моя мать должна быть на моей стороне. — Джамиль не твой человек, — продолжила говорить Лейла. — Оставь его и живи своей жизнью, не позорясь. — Лейла, что ты говоришь такое?! — тут уже не выдержала Хадиджа, подскочив со своего места и с изумлением глядя на подругу. — Мы же так хотели, чтобы наши дети были вместе! Мы так долго об этом мечтали! Неужели из-за какой-то девчонки ты готова сдаться? Так ты не волнуйся, мы сможем… Лейла вскинула руку, прерывая поток слов Хадиджи. В её глазах плескалось странное, пугающее спокойствие. — Замолчи, Хадиджа. Твои мечты о счастье детей обернулись кошмаром. Амине нужна помощь, а не твои подстрекательства. Она снова повернулась к дочери, в её глазах плескалась усталость. — Амина, посмотри на себя. Ты превратилась в одержимую, завистливую женщину. Это не то, чего бы я хотела для тебя. Ты достойна большего, чем бегать за человеком, который тебя не любит. Джамиль любит другую, прими этот факт с достоинством. Попытки удержать его против воли лишь разрушат тебя. Бьян… она не простая девушка. Не стоит забывать о предупреждении. Амина, казалось, на секунду замерла, переваривая слова матери. Но затем, как будто пружина лопнула, её лицо исказилось в новой волне гнева. — Предупреждение? Да плевать я хотела на её предупреждения! Вы обе предали меня! Мать, которая должна быть моей опорой, и ты, Хадиджа, которая клялась мне в вечной верности нашим планам! С этими словами Амина выбежала из комнаты, хлопнув дверью так, что со стены упала фотография в рамке. Лейла устало опустилась в кресло, наблюдая за тем, как Хадиджа суетливо собирает осколки разбитого стекла. — Что же ты наделала, девочка моя, — прошептала она, скорее для себя, чем для Хадиджи. На лице Хадиджи читалось полное непонимание. — Я не понимаю, Лейла! Как ты можешь так просто сдаться? Мы так долго планировали это! Всё было так близко к успеху! Неужели ты действительно веришь, что эта девчонка сильнее нас? Лейла молча смотрела в окно, в глубине её глаз таилась тревога, которую она не могла выразить словами. Инстинкты подсказывали ей, что Амина в своей одержимости пересекла границу, и последствия этого будут ужасными.

***

Амина закрылась в своей комнате, в ярости сорвав со стены зеркало и разбив его вдребезги. Осколки усыпали пол, отражая искажённое отражение её лица, перекошенного злобой. Она тяжело дышала, глядя на свои руки, дрожавшие от ярости и бессилия. Как они могли? Как мать могла так легко отречься от её мечты? Внутри неё бушевал ураган противоречивых чувств. Гнев, обида, разочарование и болезненное чувство страха перемешались в отравляющем коктейле. Она чувствовала себя преданной всеми, кто должен был её поддерживать. Но больше всего её терзала мысль о триумфе Бьян. Как эта выскочка, появившаяся из ниоткуда, посмела разрушить её тщательно выстроенные планы и мечты? Сквозь пелену ярости пробивался слабый голос разума, шепчущий о том, что мать, возможно, права. Но Амина не желала его слушать. Она слишком долго жила этой мечтой, чтобы сейчас от неё отказаться. Джамиль должен быть её, и она найдёт способ его вернуть, чего бы это ни стоило.