Часть 33

Диата ненавистно подводила губы, стараясь сделать контур идеально ровным, но руки предательски дрожали. Ярко-красная помада казалась насмешкой, символом её будущего унижения. Она смотрела на своё отражение в зеркале и видела не ту сильную и независимую львицу, а загнанную в угол лань, готовую на всё ради спасения своих близких. Она надела обтягивающее платье, которое когда-то очень нравилось Ариану. Платье выгодно подчёркивало её фигуру, но сейчас Диата чувствовала себя в нём голой и уязвимой. Каждая деталь её образа кричала о готовности сдаться, превратиться в объект желания, в товар, который можно купить и продать. Весь вечер, пока Кира ужинала, а Диата старалась сделать вид, что всё в порядке, она чувствовала себя словно на электрическом стуле. Каждая минута приближала её к неизбежному, к моменту, когда она окажется в объятиях Ариана. Выходя из дома, Диата глубоко вздохнула. В голове промелькнула мысль о том, чтобы убежать, спрятаться, просто исчезнуть. Но она знала, что не может этого сделать. Слишком многое стояло на кону. Прохладный ветер обжигал кожу, напоминая о реальности, от которой не убежать. Оставив Киру с мамой, Диата направилась к площади, дабы через портал вернуться в город Кутюр. Сердце бешено колотилось, словно птица, бьющаяся в клетке. Всю дорогу она молчала, глядя в окна на мелькающие огни домов, каждый из которых казался маленькой искрой надежды, гаснущей в надвигающейся тьме. Ресторан «Золотая пальма» встретил Диату оглушительным шумом и суетой. Яркий свет выхватывал из полумрака нарядные лица, блестящие приборы и бокалы с искрящимся вином. Воздух был пропитан ароматом дорогих духов и экзотических специй. Диата чувствовала себя чужой в этом мире роскоши и праздности. Ариан уже ждал её за столиком в укромном уголке. На нём был безупречно сшитый костюм, а в глазах плясали самоуверенные искорки. Он встал, чтобы поприветствовать Диату, и протянул ей руку. — Ты прекрасно выглядишь, — промурлыкал он, оглядывая её с головы до ног. — Я рад, что ты согласилась. Диата натянуто улыбнулась и села напротив него. Она старалась не смотреть ему в глаза, боясь выдать свой страх и отвращение. Заказав бокал вина, она сделала большой глоток, надеясь немного успокоиться. Вечер тянулся мучительно медленно. Ариан непринуждённо болтал о своих успехах, о новых проектах и о том, как ему удалось поднять свой профессиональный уровень. Диата слушала его вполуха, стараясь не упустить ни одного момента, когда он заговорит о сделке. Она чувствовала себя хищником, выслеживающим свою добычу, готовым наброситься в любой момент. Наконец, когда вино было выпито, а десерт почти съеден, Диата решилась. — Ариан, я ценю твоё приглашение, но думаю, нам стоит перейти к делу, — произнесла она, стараясь придать голосу уверенность. — Ты знаешь, зачем я здесь. Ариан усмехнулся, словно ожидая этого момента. Он откинулся на спинку кресла и скрестил руки на груди. — Что ж, Диата, ты всегда была прямолинейной. Хорошо. Я готов обсудить условия нашего… сотрудничества, — он выделил последнее слово, словно пробуя его на вкус. — Но прежде я хотел бы убедиться, что ты понимаешь, на что идёшь. Это игра по-крупному, и ставки высоки. — Как по мне, я достаточно доказала свою «ставку», — твёрдо ответила Диата, не отводя взгляда от его глаз. — Не пора ли и тебе пойти навстречу и сделать свою «ставку». В глазах Ариана мелькнула тень сомнения, но он тут же вновь надел маску самодовольной уверенности. — Разумеется, мой львеночек, — слащаво протянул мужчина. — В моём кабинете уже составлен договор об опровержении в трёх крупнейших изданиях, плюс — моя личная гарантия, что эта грязь о вашем Кризисном центре больше не всплывёт. — Хочу увидеть его, — затребовала Диата. — Хочу убедиться, что ты мне правду говоришь. — Тогда предлагаю переместиться в более уединённое место, — Ариан кивнул в сторону выхода. — Здесь слишком много лишних глаз и ушей. Расплатившись за ужин, Ариан повёл Диату за собой, в офис редакции. По дороге Диата чувствовала себя всё более неуверенно. За показным лоском ресторана и слащавыми комплиментами Ариана скрывалась тёмная, пугающая реальность. Он вёл её в свою берлогу, где она должна была остаться с ним один на один. Но отступать было поздно. Слишком многое было поставлено на кон. Она шла за ним, стиснув зубы и сжимая кулаки, готовясь ко всему. Офис редакции оказался огромным пространством, разделённым на множество кабинетов и перегородок. В поздний час здесь почти никого не было, лишь мерцали экраны компьютеров и слышалось приглушённое гудение систем вентиляции. Ариан провёл Диату мимо пустых рабочих мест, в свой личный кабинет, расположенный в самом конце коридора. Ариан жестом пригласил Диату сесть, а сам подошёл к большому сейфу, встроенному в стену. Открыв его, он достал толстую папку и положил на стол перед Диатой. — Вот, как и обещал, — произнес он, с торжествующим видом наблюдая за её реакцией. — Читай, проверяй. Убедись, что всё в порядке. А потом… мы сможем продолжить обсуждение дальнейшего нашего… сотрудничества. Диата взяла папку в руки, но не спешила её открывать. Она чувствовала, что Ариан что-то скрывает, что этот договор — лишь часть его плана. И всё же, она должна была проверить, должна была увидеть, что её ждёт. Она открыла папку и начала читать, внимательно вчитываясь в каждую букву, каждое слово. Он не солгал. Ариан подписал договор на публикацию опровержения клеветы на Кризисный центр. Со следующего дня новая газета будет выпущена и распространена во всех уголках Twisted Wonderland. Сердце Диаты забилось быстрее. Неужели всё кончено? Неужели это и есть её победа? Она перелистнула страницу, затем ещё одну. Всё было именно так, как он и сказал. Договор был составлен безупречно, с соблюдением всех юридических формальностей. Подписи и печати стояли на месте. Казалось, всё действительно закончится благополучно. Но что-то всё равно не давало ей покоя. Слишком просто, слишком легко. Она чувствовала подвох, словно за красивой оболочкой скрывался яд. Диата подняла глаза на Ариана. Он стоял, облокотившись на стол, с самодовольной улыбкой на лице. В его глазах читалось торжество, но что-то ещё, чего она не могла понять. — Ну что, Диата? — промурлыкал он. — Ты удовлетворена? Всё соответствует нашим договорённостям? Диата молчала, продолжая сверлить его взглядом. Она чувствовала, как внутри неё нарастает тревога. Что-то было не так. — А имя заказчика? — спросила она. — Ты ведь обещал дать имя. Ариан на мгновение замялся, словно не ожидая этого вопроса. Его глаза забегали, но тут же вернулись к прежнему самодовольному выражению. — Конечно, Диата. Как я мог забыть? Терпение, мой львёнок, всё в своё время. Я дам имя, только после… второй части сделки. Диата почувствовала, как адреналин ударил в голову. Едва заметная пауза Ариана показала, что её реакция стала сюрпризом для него. Сердце билось учащённо, сотрясая грудь, но она сохранила железное спокойствие. — Второе соглашение? — презрительно произнесла Диата, её голос звучал низким и угрожающим тоном. — Твой контракт был подписан и заверен юристами. Чем же ты обеспечишь выполнение этого обещания? Думаешь, я доверюсь твоему слову? Ариан утратил самоуверенность, начав нервно теребить воротник рубашки. Ответ пришёл быстро, но сбивчиво: — Договора недостаточно? — с ноткой раздражения спросил он. — Поверь моему профессиональному опыту. Всегда выполняю обещанное. Диата молчала, продолжая пристально наблюдать за мужчиной. Внешняя маска уверенности Ариана трескалась, и это говорило о многом. Постепенно её страх уступил место холодной рассудительности. — Договор — это документ, — твёрдо произнесла она, пересекая расстояние между ними. — Но личность заказчика важнее любого контракта. Если он неизвестен, как мы сможем защититься от повторного удара? Ариан нахмурился, вынужденный признать её правоту. Наконец, сделав глубокий вдох, он протянул руку к своему столу, вытаскивая бумажку с номером телефона. — С этого номера мне звонил заказчик, — сказал он. — Лично я с ним не встречался, но знаю, что он живёт в Шелковом городе. Думаю, благодаря вашим юристам, вы сможете пробить его по номеру. А теперь… Ариан выхватил документы, небрежно бросив их на стол, притянул Диату к себе. В следующий миг девушка лежала на столе. Диата инстинктивно выставив руки вперёд, пытаясь оттолкнуть Ариана, почувствовав отвращение от его прикосновения. Ярость вспыхнула в ней, затмевая страх. — Не смей! — прошипела она, её голос дрожал от гнева. — Ты перешёл черту. — Хватит притворяться, — прошипел мужчина, сжимая запястья девушки над головой и задирая её платье. — Я же помню, как ты любишь грубость. Ярость вспыхнула в Диате подобно вспышке пламени, поглощая всякий страх и чувство бессилия. Женщина напряглась всем телом, интуитивно сопротивляясь насильственным действиям Ариана. Грубость и провокационные слова вызвали у неё чувство глубочайшего отвращения, она мобилизовала внутренние силы, готовые вырваться наружу. — Ты ошибаешься, — голос Диаты звучал твёрдо и опасно. — Я никогда не принимала подобного обращения. Немедленно отпусти меня. Ариан грубо ухмыльнулся, думая, что женщина сдастся под давлением. Он считал её лёгкой добычей, но Диата уже не была той юной студенткой, которой он манипулировал много лет назад. Она выросла, приобрела жизненный опыт и профессиональные навыки, закалившиеся испытаниями и ответственностью. Диата начала активно вырываться, стоило чужим губам коснуться её шеи. Но у мужчины были серьёзные намерения на эту ночь. Вдруг, дверь кабинета с грохотом отворилась и на пороге появился Леона. Леона замер на пороге, его изумрудные глаза немедленно заполыхали огнём. Одним движением он пересек комнату и схватил Ариана за грудки, оторвав его от Диаты. — Ты с ума сошёл? — громогласно прорычал Леона, нанося сильный удар по лицу журналиста. — Даже твоя профессиональная амбициозность не даёт права превращать девушек в игрушку. Диата даже опомниться не успела, как Леона грубо стащил её со стола, схватив за предплечье, завёл её за спину. «Леона Кингсолар? Что он здесь делает?» — в голове девушки метались мысли, а слова застряли где-то в горле. Ариан рухнул на пол, держась за разбитую губу, из которой сочилась кровь. Он попытался подняться, но Леона наступил ему на грудь, не давая двинуться. Ярость переполняла каждое его движение, каждое слово. — Ещё раз посмеешь прикоснуться к ней, и я вырву тебе язык, — прошипел Леона, его глаза горели нескрываемой ненавистью. — Ты понял меня? Ариан лишь слабо кивнул, задыхаясь под тяжестью льва. Леона отпустил его и, повернувшись к Диате, произнес: — Пошли. Нам здесь больше нечего делать, — бросил он, выходя из кабинета. Диата, всё ещё находясь в состоянии шока, молча последовала за Леоной, предварительно захватив документы и номер телефона. Она чувствовала себя опустошённой и униженной, но в то же время благодарной за неожиданное спасение. Выйдя из здания редакции, Диата заметила, что Леона ждал её. Его хвост гневно хлестал себя по бокам, наглядно показывая его настроение. Нерешительно, Диата медленно подошла к Леоне. Леона молча смотрел на Диату, прожигая её взглядом. В его глазах читалась неприкрытая ярость, смешанная с какой-то… тревогой? Диата не успела разобраться в своих чувствах, как Леона грубо схватил её за руку и потащил к припаркованному неподалёку автомобилю. — Садись, — приказал он, открывая перед ней дверцу. Диата, не сопротивляясь, села в машину. Леона захлопнул дверь и быстро обошёл автомобиль, усаживаясь за руль. Он резко тронулся с места, оставив редакцию позади. В салоне повисла давящая тишина, нарушаемая лишь шумом мотора. Диата чувствовала себя смущённо и неловко, не зная, что сказать или сделать. Она украдкой взглянула на Леону. Его челюсть была напряжена, а руки крепко сжимали руль. Наконец, Леона прорвал тишину, его голос звучал глухо и отрывисто: — Что ты вообще там делала? Зачем связалась с этим подонком? Диата вздохнула и, стараясь сохранять спокойствие, ответила: — Я… я пыталась получить информацию. Имя заказчика. Леона фыркнул, бросив на неё презрительный взгляд. — И ты думала, что он просто так тебе всё расскажет? Наивная. — Мне сказал, — подчеркнула Диата, делая акцент на себе. Леона глянул на девушку краем глаза, но быстро вернул взгляд на дорогу. Спустя пару минут, машина затормозила у небольшого магазина. Леона вышел из машины, хлопнув дверью. Диата осталась сидеть, чувствуя себя словно провинившаяся школьница. «Зачем ты вообще полезла к нему? Ты хоть понимаешь, чем это могло закончиться?» — его слова резали сильнее пощёчин. Она понимала, что Леона прав, но его тон задевал её самолюбие. Леона вернулся с бутылкой виски и двумя стаканами. Молча открыл бутылку и наполнил стаканы, протянув один Диате. Она взяла стакан и сделала глоток. Алкоголь обжёг горло и немного успокоил нервы. Леона тоже выпил залпом свой стакан и снова наполнил его. — Докатился, пью с психологом, — хмыкнул Леона. — Докатилась, пью, — глухо посмеялась девушка. Диата не была любительницей алкоголя, но сейчас он был кстати. — Ну, рассказывай, — сказал Леона. — Завтра опубликуют опровергающую статью, — начала рассказывать Диата, сжимая в руках стаканчик. — Он заверил всё подписями и печатями, а ещё… — Меня не интересует сейчас, что он тебе там наплёл, меня интересует, как ты связана с ним, — грубо перебил девушку Леона, едва сдерживая рык. — А какое Вам дело? — огрызнулась Диата, чувствуя, как гнев постепенно берёт верх над её страхом и смущением. — Я не обязана перед Вами отчитываться. Леона сжал стакан в руке, чуть не раздавив его. Ярость в его глазах вспыхнула с новой силой. — Дело есть, — процедил он сквозь зубы. — Ты работаешь на Кризисный центр, с которым также работаю и я. И мне не безразлично, что наш психолог, едет в логово журналиста и оказывается на его столе в весьма непристойной позе. Диата отвернулась к окну, чувствуя, как внутри неё поднимается волна обиды. Она понимала, что Леона прав, но его слова звучали слишком холодно и отстранённо. — Сколько сейчас времени? — неожиданно спросила Диата. Леона молча прожигал девушку взглядом, видя, что ей явно некомфортно сейчас вспоминать о своём прошлом. — Десять, — ответил он, взглянув на экран телефона. — Отвези меня домой, пожалуйста, — тихо попросила Диата, опираясь головой на окно. Леона тяжело вздохнул, отворачиваясь от неё. Он понимал, что перегнул палку. Ярость и беспокойство за Диату затмили разум, заставив говорить вещи, о которых он сейчас жалел. Он откинулся на сиденье, закрыв глаза и пытаясь унять бурю эмоций. — Хорошо, — проговорил он тихо, заводя машину. Всю дорогу они ехали в тишине. Диата смотрела в окно, наблюдая за проплывающими мимо огнями города. Она чувствовала себя опустошённой и измученной. После пережитого в редакции, грубые слова Леоны ранили её ещё сильнее, напомнив о собственной уязвимости. Машина остановилась возле её дома. Диата собиралась выйти из машины, но едва она открыла дверь, остановилась. Нерешительно, она повернулась к Леоне: — Зайдёшь? Леона удивился такому предложению, но отказываться не стал. Открыв дверь своими ключами, Диата вошла в квартиру, сразу погрузившись в теплоту дома. От контраста температур кожа покрылась мурашками. В гостиной горел свет, а из телевизора доносились разговоры ведущих. — Я дома, — негромко позвала девушка, уже зная, кто сидит в гостиной. Леона придирчиво осмотрел небогатую обстановку квартиры. Стоит отдать должное, квартира пусть и была небогатой, но очень уютной. В это же время, из гостиной выскочила девочка, которую Леона сразу узнал при первой встрече. — Мама! Кира кинулась на ручки Диаты, крепко обнимая девушку. В прошлый раз Леоне не удалось рассмотреть девочку, но сейчас, при хорошем освещении, он не мог не заметить, как Кира и Диата были внешне похожи. Волосы девочки русые, заплетены в косички, на концах которых красуются разноцветные бусинки. Глаза были цвета карамельного шоколада, точно такие же, как у Диаты. Её львиные ушки едва начали подниматься, а хвост спрятался под домашней пижамой. Неожиданно девочка обратила внимание на ночного гостя. — О, ты же мамин друг, — улыбнулась девочка, узнавая Леону. — Я Кира, а ты? Леона слегка опешил от непосредственности ребёнка. Он редко сталкивался с такой открытостью, особенно после всего, что пережил сам. На его губах появилась слабая, почти незаметная улыбка. — Леона, — представился он, присаживаясь на корточки, чтобы быть на уровне глаз с Кирой. — Приятно познакомиться. Диата смущённо наблюдала за этой сценой. Она не ожидала, что Леона так легко найдёт общий язык с её дочерью. Обычно Кира была довольно стеснительной с незнакомыми людьми. — Ты уже должна спать, — сказала Диата, мягко отстраняя дочь от себя. — Где бабушка? — В гостиной, — ответила Кира. — Хорошо, — кивнула Диата. — Идите пока на кухню, я там свежую заварку приготовила. — Ага, — Кира схватила ладонь Леоны и потянула по направлению кухни. — Пойдём. Леона не сопротивлялся, позволяя девочке тянуть себя за руку. Он чувствовал себя каким-то странным образом расслабленным в этой простой, семейной обстановке. Кухня оказалась небольшой, но уютной. На столе стояла ваза с фруктами, а в воздухе витал аромат свежего чая. Зайдя в гостиную, Диата увидела в стареньком кресле старушку, которая дремала перед телевизором. Её шерсть на ушах была покрыта сединой, а в некоторых местах были проплешины. Под ногами бабушки расположился толстый, рыжий кот, лениво потягиваясь во сне. Диата тихонько подошла к бабушке и легонько коснулась её плеча. — Мамулечка, просыпайся, — тихо позвала маму Диата. Старушка встрепенулась и открыла заспанные глаза. Увидев Диату, она слабо улыбнулась. — А, доченька, это ты? Что-то я задремала, совсем вымоталась сегодня. — Ничего страшного, мамуль, иди поспи, Киру я сама уложу, — ответила Диата, направляясь на кухню. — Хорошо. Старушка со скрипом поднялась с кресла и направилась в свою комнату, проходя мимо кухни, невольно остановилась. На кухне была настоящая идиллия. Кира, активно жестикулируя, что-то рассказывала Леоне, который терпеливо слушал её. Стараясь не мешать, она тихонько проскользнула мимо. Диата облегчённо вздохнула, мама решила сегодня её не допытывать. Уложив маму в постель, Диата вернулась на кухню. Диата облокотилась на дверной косяк, наблюдая за Леоной и Кирой. Мужчина, казавшийся таким суровым и неприступным совсем недавно, сейчас с улыбкой слушал детские истории, кивая в нужных местах и задавая уточняющие вопросы. В этой обстановке он выглядел совершенно иначе, более человечным и… добрым? Она откашлялась, привлекая внимание. Кира тут же подбежала к маме, заглядывая в глаза. — Мам, а Леона останется у нас на чай? Он такой весёлый! Я хочу с ним ещё поиграть! — Кира, уже поздно, — мягко сказала Диата, подхватывая дочь и начиная вылизывать её за ушами. — Ты уже давно должна спать. — Ну, мам, – заканючила девочка, дёргая ушами. — Мне совсем не хочется спать. Леона наблюдал за этой сценой, чувствуя, как в груди разливается тепло. Видеть, как Диата заботится о дочери, было трогательно. Он понял, что за маской сильной и независимой женщины скрывается любящая мать. Он сам не заметил, как увлёкся разговором с Кирой. В её непосредственности и искренности было что-то притягательное, что заставляло забыть о собственных проблемах и переживаниях. — Мне нужно уложить Киру, — сказала Диата, сама не понимая, зачем оправдывается перед ним. — Хорошо, — кивнул он. — Я подожду в гостиной. Он всё ещё желал получить ответы на свои вопросы. Диата быстро раздела Киру, облачив её в пижаму с нарисованными котятами. Она умыла дочь, почистила ей зубы и усадила на кровать, чтобы прочесть любимую сказку. Леона терпеливо ждал в гостиной, рассматривая фотографии, расставленные на полках и комодах. На большинстве из них была запечатлена Диата с маленькой Кирой, счастливые и беззаботные. Он заметил несколько снимков, на которых была изображена молодая Диата, ещё студентка, окружённая друзьями. На одном из них она стояла рядом с Арианом, широко улыбаясь. В груди Леоны снова вспыхнула ревность. Диата его бесила. Нет, Диата выводила его из себя своими ехидными комментариями. Но, увидев её в объятиях другого, Леона явно не пришёл в восторг. Что-то в груди неприятно скреблось. И это было неприятно. В гостиную прошла Диата, устало упав на кресло. Леона оторвался от фотографий и повернулся к Диате. Она выглядела измотанной, но в её глазах мелькала теплота, которую он не замечал раньше. Он подошёл ближе, опустившись в кресло напротив. В комнате повисла тишина, прерываемая лишь тиканьем старых часов на стене. — Как ты связана с Арианом? — тихо спросил Леона, стараясь, чтобы голос звучал нейтрально. Диата замерла, её уши слегка дрогнули. Она ожидала этого вопроса, но всё равно он кольнул, как игла. Вздохнув, она откинулась назад, глядя в потолок. — Он мой бывший жених… — сказала Диата, голос её звучал ровно, но с ноткой усталости. — Он снимал репортаж в нашей клинике, там мы и познакомились. Ариан был обаятельным, амбициозным, всегда в центре внимания, и было трудно поверить, что такой человек мог обратить на меня внимание. Воспоминания проносились в голове как ветер. Вот Ариан, который счастливо смеётся вместе с ней, говорит ласковые слова и нежно обнимает. — Я сразу рассказала ему о Кире, чтобы для него это не было сюрпризом, — продолжила девушка. — Ну, также из-за того, чтобы сразу его отпугнуть… В чужой семье, с чужим ребёнком, ты никогда не будешь в почёте… В своей работе Диата неоднократно встречала матерей-одиночек, которые никак не могли построить отношения. Или, создав новые семьи, часто предпочитали закрывать глаза на насилие со стороны новых мужей со своими детьми, лишь бы сохранить брак. Леона внимательно слушал, не перебивая. Он чувствовал, как внутри него растёт какое‑то странное сочувствие к этой женщине. Он видел её силу и независимость, но теперь понимал, что за этим скрывается боль и разочарование. — Так получается, Кира… — осторожно начал Леона, но Диата его перебила. — Она не его дочь, а падчерица… Леона заметил, как Диата начала сжимать безымянный палец, где когда‑то было обручальное кольцо. Но сейчас оно было пустым. — Где её отец? — спросил Леона. — Мёртв, — на выдохе произнесла она. — Кире тогда и полугода не было. — Мне жаль… — тихо сказал Леона, опустив взгляд. — И как он отреагировал на это? — На удивление, его это не отпугнуло, — нахмурилась Диата. — Он весело проводил время с Кирой, никогда на неё голоса не повышал… Только с его семьёй я не смогла найти общий язык. Его мать не была в восторге от того, что у меня был ребёнок. Она постоянно говорила, что «было бы лучше», если бы Кира жила с моей мамой. Когда она увидела, что я непреклонна, она начала подталкивать к своей точке зрения Ариана… И когда он сказал, что так будет лучше, я тут же забрала Киру и мы уехали. Он ещё долго преследовал нас, мы из‑за этого даже переехали. И, как видишь, он решил «воспользоваться» моментом. Леона сидел неподвижно, впитывая каждое слово. Ревность, которая жгла его изнутри, постепенно угасала, сменяясь чем‑то другим — сочувствием, смешанным с уважением. Он представил, как Диата, молодая и одинокая, растила дочь без поддержки, работая в Кризисном центре, помогая другим. Её сила поражала. Он потянулся вперёд, но остановился, не желая вторгаться в её пространство. Леона сидел, переваривая услышанное. История Диаты складывалась в картину, далёкую от той, которую он себе представлял. Он видел лишь верхушку айсберга, не подозревая, какая буря скрывается под водой. Ариан, этот журналист с обложки, оказался не рыцарем в сияющих доспехах, а обычным слабаком, поддавшимся влиянию матери. И Диата, отказавшись от комфорта и поддержки ради спокойствия дочери, заслуживала не его ревности, а восхищения. Он почувствовал острое желание забрать все её горести и обиды, оградить от будущих разочарований. Но понимал, что это невозможно. Диата — сильная женщина, которая сама справится со своими проблемами. Его задача сейчас — просто быть рядом, если она позволит. — Прости, что заставил тебя вспоминать это, — тихо произнёс Леона, чувствуя, как слова выходят с трудом. Диата вздохнула, посмотрев на него с лёгкой улыбкой. — Всё в порядке, — ответила она. — Это уже в прошлом. Главное, что у нас с Кирой всё хорошо. Но Леона видел, что это не так. В её глазах читалась усталость и грусть. Ему хотелось обнять её, прижать к себе и сказать, что всё будет хорошо. Но он сдержался. Сейчас это было бы неуместно. — А что удалось узнать от него? Пересказ того, что удалось выяснить от Ариана, затянулся до поздней ночи. Диата поведала Леоне обо всём, что произошло в офисе Ариана. Она рассказала о договоре, об опровержении, которое появится в прессе, и о номере телефона заказчика. Рассказав о своих планах, она почувствовала, как груз с её плеч немного спадает. — Он обещал подписать опровержение, — закончила она, потягивая тёплый чай. — Но он отказывается называть имя заказчика, пока не получит дополнительное вознаграждение. Леона внимательно слушал, осознавая масштабы опасности, нависшей над Кризисным центром. Он понимал, что без полного списка участников схемы вряд ли удастся восстановить репутацию центра. — Ну, это уже результат, — сказал он. — Номер мы сможем пробить и найдём заказчика. — Да, — Диата глянула на часы. — Уже поздно, я расстелю вам в гостиной. Диата, не слушая возражений, расстелила диван. Леона даже не стал спорить, он и сам не хотел уходить от этого тепла. Когда всё было готово, Диата уже собиралась уйти в свою комнату, Леона перехватил её за руку, переплетя их пальцы. — Прости, — тихо сказал Леона, опустив взгляд. — Я не должен был расспрашивать тебя о таком. Диата повернула голову, встречаясь с ним глазами. В его голосе не было прежней ярости, только искренность. Она почувствовала, как напряжение спадает, и впервые за вечер позволила себе слабую улыбку. Комната казалась теплее, тишина — уютной. Что‑то в душе Диаты треснуло. Наклонившись к лицу Леоны, Диата аккуратно, почти невесомо, поцеловала его в щёку. Леона замер, словно его ударило током. Этот лёгкий, почти случайный поцелуй вызвал в нём бурю эмоций. Он не ожидал такого жеста, и от этого он казался ещё более ценным. Тепло её губ словно перенеслось в самое сердце, заставляя его биться чаще. — Спасибо, — прошептала она. — За то, что спасли. Леона кивнул, всё ещё находясь в каком‑то подвешенном состоянии. Но, опомнившись, он окликнул: — Диата, — девушка замерла в проёме двери, не смея поворачиваться лицом к Леоне. — Ты хорошая мама. И Кира у тебя хорошая. Диата прикрыла глаза, наслаждаясь моментом. Это были простые слова, но они тронули её до глубины души. Ей было важно услышать это от мужчины, который ещё вчера смотрел на неё с подозрением и враждебностью. Она открыла глаза и посмотрела на Леону, в его взгляде она увидела искреннее восхищение и поддержку. Неуверенно улыбнувшись, она прошептала: — Спасибо. И быстро скрылась в своей комнате, оставив Леону наедине со своими мыслями. Он поднял руку и нежно коснулся щеки, на которой ещё чувствовался её след. И почему‑то, лёжа на неудобном диване, Леона чувствовал себя самым счастливым человеком на свете. Он долго не мог уснуть, ворочаясь и перебирая в голове последние события. Ревность и подозрения сменились уважением и симпатией. Диата оказалась совсем не такой, какой показалась в начале. Сильная, независимая, но в то же время ранимая и нуждающаяся в поддержке. И он искренне хотел быть рядом, чтобы эту поддержку оказать.