Часть 34

— Дядя Леона! Леона болезненно шикнул себе под нос. Он уже собирался многое высказать тому, кто так нагло и бесцеремонно прыгнул ему на рёбра. Спросонья ему показалось, что это был Чека, но это оказалась довольная Кира. — Ты остался у нас! — продолжала кричать Кира, «скача» на животе мужчины. — А сегодня останешься? — Нет, сегодня я вернусь домой, — раздражённо сказал Леона, морщась от боли. — И перестань прыгать на моём животе. Кира обиженно надула губки, но не остановилась, продолжая ерзать на животе Леоны. Леона, поняв, что поспать ему не удастся, подхватил девочку на руки и усадил рядом с собой на диван. Кира тут же обхватила его шею руками, восторженно тараща глазки. — Дядя Леона, поиграешь со мной? — пропищала она, дёргая его за ухо. — Сегодня не получится, — выдохнул Леона, пытаясь освободиться от объятий. — Мне нужно вернуться на «работу», а потом домой. — Уехать? — нахмурилась Кира, её взгляд стал серьёзным, словно она впервые столкнулась с таким поворотом событий. — Но ты же ещё приедешь? — Посмотрим на обстоятельства, — ответил Леона, взлохмачивая волосы девочки. — Может быть, и приеду. Кира, довольная ответом, слезла с него и побежала в сторону кухни. Леона, поседев пару секунд, разминая шею, направился вслед за Кирой. На кухне уже была Диата, которая разливала кофе, её мать, с которой он не смог вчера познакомиться, и Кира, которая цеплялась за юбку Диаты и что-то рассказывала маме. Диата, услышав шум за спиной, вздрогнула. Её уши встали торчком от неожиданности, а глаза расширились при виде растрёпанного Леоны в проёме кухни. — А вот и Вы, Ваше Высочество, — кивнула женщина, ставя на стол две чашки с кофем. Диата выглядела так, словно вчерашнего разговора и вовсе не было. Возможно, это и к лучшему. Леона кивнул на приветствие, стараясь не привлекать к себе лишнего внимания. Он чувствовал на себе взгляд матери Диаты, и это его немного смущало. Женщина была стройной, с красивыми голубыми глазами и мягкой улыбкой. Леона подумал, что было бы интересно узнать её поближе, но сейчас ему было не до этого. — Кофе? — спросила Диата, протягивая ему чашку. — Спасибо, — ответил Леона, принимая напиток. Он глотнул горячий кофе, наслаждаясь его терпким вкусом. — Приветствую Вас, Ваше Высочество, — скрипучим голосом поприветствовала мать Диаты. — Меня зовут Акира Пер, я мать Диаты. Леона слегка поклонился, чувствуя, как тепло разливается по его телу от кофе и от смущения. — Очень приятно, госпожа Пер. Я Леона. Он попытался улыбнуться как можно более непринуждённо, но, казалось, его плечи были напряжены. Взгляд Акиры задержался на нём чуть дольше, чем было уместно, и Леона почувствовал, как краснеют его щёки. — Мы уже наслышаны о вас, господин Леона, — ответила она, и в её голосе прозвучало едва уловимое любопытство. — Диата многое о вас рассказывала. Леона бросил быстрый взгляд на Диату, чей хвост начал нервно дёргаться. — Представляю, — пробормотал он, глядя прожигающим взглядом на её спину. — Если Вы закончили, то нам уже пора собираться, уже опаздываем, — сквозь зубы процедила Диата, чувствуя неловкость от ситуации. Кира удивлённо глянула на мать. — Но ты обещала побыть со мной, — расстроенно опустила уши девочка. — Ты обещала, что мы погуляем вместе. Диата кивнула, её взгляд смягчился, когда она посмотрела на дочь. — Сегодня мы не сможем, милая. Но завтра, обещаю, мы проведём целый день вместе. Мы пойдём в парк, потом в кафе, а вечером посмотрим кино. Кира, хоть и разочарованная, кивнула. Главное, что мама не забыла про её просьбу. Она крепче обняла Диату за ногу, и та, улыбнувшись, потрепала её по голове. Леона, наблюдавший за этой сценой, почувствовал укол зависти. В связи с его положением, насладиться такими моментами ему почти не удалось. Мать умерла, когда он был слишком юн, отчего образ близкого человека почти полностью стёрся из памяти. Отец сам по себе был не особо заботливым, даже если эта забота как-то проявлялась, то всегда была предназначена для Фарены, как будущему королю. — Что ж, если вы спешите, то я, пожалуй, пойду, — Леона сделал шаг назад, надеясь, что его уход не будет выглядеть слишком поспешным. — Спасибо за кофе. — Удачи, — тихо бросила Диата, даже не оборачиваясь на Леону. Сейчас она морально не была готова разговаривать с ним после вчерашнего.

***

Три дня спустя

Бьян наблюдала за тем, как кофемашина неспешно наполняла её кружку горячим кофе. Какая это кружка за сегодня? А какая, впрочем, разница? Эти три дня для Бьян показались настоящим кошмаром. На следующий день после того, как центр попытались оклеветать, газета выпустила опровержение своих же обвинений, ссылаясь на то, что «данная информация была предоставлена недругам». Но журналисты не собирались останавливаться. На Бьян и Джамиля началось настоящее давление. Им приходилось постоянно давать интервью, разъяснять ситуацию, отвечать на вопросы. Всё это отнимало уйму сил и времени. Джамиль, внешне сохраняя спокойствие, тоже ощущал тяжесть этого вторжения в их жизнь. Он понимал, что это лишь верхушка айсберга, и настоящий противник всё ещё скрывается в тени, выжидая удобного момента для нового удара. Каждый телефонный звонок, каждое уведомление в почте вызывало напряжение. Они чувствовали себя под постоянным прицелом, вынужденные защищаться от нападок, которые казались бессмысленными, но при этом причиняли реальный вред. Но, как говорится, не бывает худа без добра.

***

Тремя днями ранее

На стол девушки приземлилась папка с небольшой запиской с номером телефона. А над девушкой нависал Леона. — Что это? — спросила Бьян. — Это номер заказчика, — ответил Леона, поморщившись от неприятных воспоминаний об этом журналюге. — Ариан дал его мне. Бьян взяла папку, перелистала бумаги, затем посмотрела на номер телефона. — Как? Как тебе это удалось? — не веря в происходящее, спросила Бьян, листая страницы договора. — Скажем так, — Леона зевнул, демонстративно упав на диван. — Я любезно «попросил» дать комментарий к своей статье. И он предоставил номер телефона. Да, Леона мог рассказать Бьян о «подвиге» её коллеги, которая бесила его до скрипа зубов. Но, в первую очередь, Леона уважал Диату. И если она не захотела делиться подробностями своего прошлого, то и он не имел права рассказывать о нём. — Это просто замечательно! — воскликнула Бьян, набирая номер Риддла. — Мы же теперь сможем пробить по телефону имя заказчика! Бьян искренне верила, что дело пройдёт дальше как по маслу.

***

Настоящее время

Вот только масло оказалось с подвохом. Риддл, всегда прагматичный, на этот раз был встревожен. Информация, полученная от Леоны, оказалась куда более запутанной, чем они ожидали. Используя свои юридические права, он попытался найти владельца номера, но в базе такого номера даже не существовало. Даже Идия, со всеми своими компьютерными навыками, не сильно смог помочь. Но он смог найти номер в базе одноразовых сим-карт. Исходя из этого, можно сказать, что телефон был одноразовым и, скорее всего, его уже нет. Это был тупик. Кофемашина пропищала, давая знать, что напиток готов. Бьян осторожно взяла стаканчик и вышла на улицу проветрить голову. Пустыня города встретила её прохладным ветром, несущим пыль и запахи восточных специй. Бьян сделала глоток кофе, обжигающе-горячего, но мысли кружили вокруг тупика: одноразовый номер, исчезнувший в цифровой бездне. Кто-то очень умный тянул за ниточки, и это злило её больше всего. Воспользовавшись обеденным перерывом, Бьян неспешно направилась на рынок. Не с целью что-то купить, а просто прогуляться. Девушке казалось, что чем дольше она думает об этом, тем быстрее сойдёт с ума. Надо было отвлечься. Базар как всегда пестрел своими цветами и звуками. Торговцы выкрикивали цены на свежие фрукты, специи и ковры, а воздух был пропитан ароматом жареного мяса и сладкой выпечки. Бьян пробиралась сквозь толпу, стараясь не думать о деле. Её взгляд скользил по прилавкам, где поблескивали медные лампы и яркие ткани, но внутри всё равно кипело раздражение. Вдруг, среди толпы послышался переполох и крики. Приглядевшись, Бьян увидела впереди бегущего мальчишку с выразительными, тёмными глазами. Черты лица могли быть мягкими, с пухлыми щеками. Кожа смуглая, с лёгким загаром, отражающим жизнь на свежем воздухе. Волосы тёмные, густые, немного вьющиеся или непослушные. Одет он был достаточно ярко, одежда была не новой, но чистой и опрятной. Обычные штанишки, рубаха, жилетка, украшенные вышивкой, тесьмой или бусинами. На ногах — простые сапожки. Внешность мальчика не вызывала сомнения. Это был чаво. За всё время, что Бьян прожила в Twisted Wonderland, она ни разу не встречала цыганского табора. По рассказам друзей, девушка знала, что они существовали в этом мире, но особо не выделялись. За мальчишкой бежали стражники и выкрикивали: «Вор!», «Стой!». Судя по всему, мальчишка что-то стащил с прилавка, а сейчас пытался удрать. Бьян, на секунду забыв о своих проблемах, почувствовала, как в ней просыпается инстинкт защитника. Она видела, как стражники вот-вот схватят ребенка, и что-то внутри неё не позволяло этому случиться. Едва мальчишка оказался неподалёку от девушки, Бьян крепко схватила его за шиворот и, прикрыв рот мальчика, притянула цыганенка к своему телу. Не дожидаясь, пока солдаты успеют прорваться сквозь толпу, развернулась лицом к стене, тем самым прикрывая своим телом мальчика. Растолкав людей, стражники пробежали мимо. Бьян, прижав к себе испуганного ребёнка, почувствовала, как колотилось его маленькое сердечко. Придя в себя, цыганенок начал активно вырываться и что-то мычать. Но Бьян, опасаясь, что стража может быть где-то недалеко, не спешила выпускать ребёнка. — Тырдéв! – воскликнула Бьян, пытаясь остановить мальчика. — Они ушли недалеко! Да подожди же ты! Мальчишка, услышав родной язык, неожиданно замер и поднял голову на девушку. Сперва он подумал, что это его сородич, но приглядевшись понял, это белакожая девушка не была цыганкой. Но откуда она знает их речь? — Ты ромни? – уточняющее поинтересовался он. — Нанэ, – улыбнулась Бьян, отряхивая песок с волос мальчишки. — Я росла с цыганами, но я не цыганка. Их язык, их культура — всё мне близко. И я не могла пройти мимо, когда стражники бежали за тобой. Мальчик, кажется, немного расслабился. Взгляд его стал менее напряжённым, но он по-прежнему крепко держался за подолы её платья. — Спасибо, — прошептал он, его голос был едва слышен. — Они хотели забрать у меня… Он осекся, побоявшись продолжить. Бьян поняла, что он не хочет говорить об этом. — Ты в безопасности, — заверила она его. — Стражники ушли. Но тебе стоит быть осторожнее. Что ты взял? Мальчик, всё ещё пребывая в смешанных чувствах, осторожно показал ей буханку хлеба. Бьян кивнула, понимая. Это был небольшой, но такой важный для голодного ребёнка кусок. Она ласково потрепала его по волосам. — Не бойся. Главное, что ты цел. Держи, — сказала она, доставая из сумки несколько монет. — Купи себе что-нибудь ещё. И постарайся больше не попадать в такие ситуации, хорошо? Глаза мальчика заблестели. Он недоверчиво посмотрел на монеты, потом на Бьян. — Спасибо, — снова прошептал он, беря деньги. В его глазах читалась благодарность и облегчение. Он ещё раз посмотрел на неё, затем, словно спохватившись, быстро спрятал хлеб под рубаху, прижал монеты к груди и, юркнув в толпу, исчез так же внезапно, как и появился. Бьян смотрела ему вслед, лёгкая улыбка играла на её губах. Это был неожиданный, но приятный острый момент в череде бесконечных разочарований. Вернувшись в центр, Бьян сразу же получила приглашение на видеозвонок на конференцию, видимо, Риддл и Идия что-то накопали. — Ну что? — тут же спросила Бьян, едва камера подключилась. — Какие успехи? — Не густо, — глухо отозвался Риддл, под глазами которого виднелись чёрные круги. — Мы выяснили, что заказ на статью поступил не по звонку, хотя они созванивались, а по почте. — И что? Удалось найти владельца почты? — нетерпеливо спросила Бьян. — Ага, как же, — послышался язвительный выдох со стороны Идии. — Я взломал почту и прочитал все сообщения, что там были. Такое чувство, будто эту почту создали совсем недавно: никакого спама, ни других контактов. Единственное, что я нашёл, — это диалог с журналистом. Как я понял, он приезжал в Шелковый город на встречу с заказчиком, но адреса узнать я не смог. Когда он приехал, его уже поджидали у телепортного зеркала, оттуда же его проводили в другое место. Я, конечно, могу просмотреть камеры за последние пару дней, но это может занять уйму времени, к тому моменту заказчик может уже уехать. Бьян внимательно слушала, чувствуя, как напряжение снова нарастает. Похоже, они шли по верному следу, но информация была на вес золота. — Значит, журналист приезжал, чтобы взять интервью, а заказчик его где-то спрятал. Идия, твои возможности по просмотру записей с камер — это наш единственный шанс. Даже если это займёт время, мы должны попытаться. Может, есть способ ускорить процесс? — Бьян смотрела на Идию, надеясь на какой-то прорыв. Идия задумчиво потёрла подбородок. — Я могу попытаться, но дать гарантий не могу. Камеры в вашем городе оставляют желать лучшего, а некоторые и вовсе могут не работать. К тому же, без конкретной даты или времени это всё равно что искать иголку в стоге сена. Вот бы нашлись свидетели… Мда, дела не очень. Бьян кивнула, понимая сложность задачи. Журналист и таинственный заказчик – всё это складывалось в мозаику, где ещё не хватало важнейших деталей. Неожиданно дверь кабинета с грохотом отворилась, и на пороге показалась взволнованная Диата. — Что случилось?! — Бьян тут же напряглась, не зная, чего ожидать. — Там… — тяжело выдохнула девушка, кивая куда-то вглубь здания. — Ты должна это увидеть. Быстро завершив звонок, Бьян ринулась к выходу, куда уже убежала Диата. Выбежав на крыльцо Кризисного центра, Бьян схватилась за перила, дабы не упасть прямо на месте. Там, во дворе центра, стоял целый цыганский табор. — Нифига себе, — в шоке прошептала Бьян, глядя на изобилие ярких цветов. — Бьян! Неожиданно из толпы цыган выскочила до боли знакомая фигура. — Мадина? Брюнетка тут же оказалась в объятиях Бьян, которая ещё не могла поверить в происходящее. Бьян была рада увидеть старую подругу, сколько раз она думала о её сложившейся судьбе, но она никак не могла ожидать, что Мадина окажется из цыганского рода. — Как я рада тебя видеть, — улыбнулась Мадина, расцеловывая щеки девушки. — Я тоже, — не сдержала улыбки Бьян. — Как погляжу, жизнь у тебя сложилась? Бьян кивнула глазами на уже округлившийся животик Мадины. Девушка смущённо улыбнулась. — Да, мы с мужем очень ждём малыша, — ответила Мадина, всё ещё обнимая подругу. — Но как ты здесь оказалась? — спросила Бьян, всё ещё пребывая в лёгком шоке. — Ты же уехала к брату в другой город. — Мы кочуем, — пояснила Мадина. — К тому же, кое-кто хотел с тобой поговорить. — Кто? — Я. За спиной Мадины возвышалась высокая фигура крепкого мужчины, обладающего природной харизмой и авторитетом. Его одежда выглядела достаточно богато, но не вычурно: широкие штаны, рубаха, жилет, кафтан. На пальце массивное кольцо, а на шее — цепочка с амулетом. Лицо выразительное, с проницательным взглядом, чёрные волосы были тронуты сединой, подчеркивающей мудрость и опыт. Вот такого гостя никак нельзя было ожидать. Это был баро. — Бахталэс баро, – кивнула Бьян, поздоровавшись с авторитетом цыганского табора. Мужчина одобрительно кивнул, его взгляд задержался на Бьян, словно оценивая её. Он притянул к себе Мадину, которая тут же прижалась к его боку, словно ища защиты. — Мы можем поговорить? Кивнув, Бьян пригласила Мадину и мужчину в центр, проводя их к своему кабинету. — Так, по какому поводу вы пожаловали? — спросила Бьян, стараясь не нервничать рядом с бароном. — Меня зовут лорд Фа, я старший брат Мадины, — произнёс барон, его голос был низким и рокочущим. Вот теперь Бьян вообще не знала, как себя вести. Мало того, что она ввязалась в любовные страсти семьи Асим, разорвала «порочные отношения» Мадины, а теперь ещё и цыганский барон. Да что с ней не так? Что дальше? Наркокартель или мафия? — Я многое знаю о тебе, Видящая, — продолжил мужчина. — Я обязан тебе жизнью не только за спасение Мадины, но и за спасение одного из моих людей. Отныне мы твои глаза и уши Горячих Песков. Что бы ни случилось, обращайся к нам. Бьян, ошарашенная таким неожиданным предложением, не могла вымолвить и слова. Перед ней стоял не просто глава цыганского табора, а человек, обладающий огромным влиянием и ресурсами. Горячие Пески – это место, где редко кто мог рассчитывать на защиту, и слова барона звучали как спасительный круг. — Я… благодарю вас, барон Фа, — наконец проговорила Бьян, стараясь говорить уверенно. — Помощь вашего народа бесценна. — Не стоит благодарности, Видящая, — ответил Фа, его взгляд смягчился. — Мы отплатим за добро добром. Мадина много рассказывала о тебе, о твоей мудрости и о том, как ты разыскиваешь истину. Пусть наши пути теперь будут связаны. Бьян чувствовала, как напряжение, сковавшее её, начало спадать. Возможно, это был шанс, который она так долго ждала. — Есть у меня одна просьба. Бьян уже минут пять слушала истерический смех ребят из ноутбука, который явно не собирался прекращаться.

***

— Вы закончили? — устало вздохнула Бьян. — Да как тут успокоиться? — хохотал Эйс, уже вытирая слёзы. — С тобой явно что-то не так! У тебя в друзьях двое наследников разных стран, одна суперзвезда, один бизнесмен, один юрист, один наследник знатного рода, а теперь ещё и цыганский табор! — С тобой явно что-то не так! — поддержал друга Джек. Бьян уже и сама начинала так думать. — Ладно вам, — осадила парней Джесси. — Зато у нас появился шанс выйти на след заказчика. — А получится ли? — спросил Леона. — Если даже Идия не смог, думаешь, они смогут? — Ну, попытка не пытка, — сказала Бьян, пожимая плечами. Оставалось только ждать.

***

Амина презрительно смотрела на статью, которая очистила доброе имя Кризисного центра. Газету она ненавистно бросила в огонь, который тут же поглотил бумагу. Амина в ярости смотрела сквозь пламя, которое пожирало газету. — Проклятье! Я заплатила им для того, чтобы этот журналюга оклеветал их, а не спасал! План, такой тщательно продуманный, такой уверенный, рухнул в одночасье. Она заплатила за клевету, за унижение, за крах Кризисного центра и, как следствие, за возвращение Джамиля. Когда выпустили газету о том, что Кризисный центр Бьян насильно удерживает своих посетителей, Амина не могла сдержать радости от ликования. Она была готова на всё, чтобы уничтожить Бьян и вернуть Джамиля. Ущерб, нанесённый репутации Кризисного центра, должен был привести к его закрытию. Она ждала, что центр закроется, эта тварь погрязнет в позоре, а Джамиль, испугавшись, не захочет погружаться в эту грязь и поспешит уйти от Бьян. План был безупречен. Но когда на следующий день вышла статья об опровержении прошлых сплетен, статья, которая должна была стать началом конца Кризисного центра, каким-то образом стала лучшей рекламой. Все, кто прочитал первую статью, теперь знали, что центр чист, и даже больше – он помогает людям, даже в самых невероятных ситуациях. Амина, скрежеща зубами, смотрела на огонь, который пожирал газету. Она заплатила за ложь, а получила правду, которая играла против неё. Она хотела, чтобы враги Бьян узнали о её предполагаемом провале, но вместо этого они теперь знали, что Бьян была непобедима, и что её противники были неудачниками. — Ненавижу её! — прошипела Амина, её голос был полон ненависти. — Я найду другой способ. Я заставлю её страдать. Я верну Джамиля, чего бы это мне ни стоило! Но сейчас была другая проблема – убрать свидетеля. Да, Амина заплатила за статью, но чтобы не выдать себя, она послала другого человека, чтобы он заказал её. Тогда это казалось неплохой идеей, но сейчас это могло плохо закончиться. — Нанда! В кабинет робко зашла служанка с опущенной головой, боясь даже посмотреть на свою госпожу. — Слушаюсь. — Надо убрать нашего свидетеля. Подготовь караван для отправки из города! — Слушаюсь.