Глава 18: Пауза между ударами.

Они были вместе. Это чувствовалось в каждой детали — в утренних поцелуях на полусонной кухне, в одежде, которую она надевала с его плеч, в чайных пакетиках, которые он выбирал по её вкусу, хотя сам пил только кофе. И даже в тишине, когда сидели рядом и не говорили — не из-за ссор, а потому что иногда любовь звучит тише всех слов. Но когда ты строишь всё на честности, даже тень может ранить. — Мира, мне предложили стажировку, — сказал Эбби, теребя ремешок на запястье. Они сидели на подоконнике в студии. У окна. Она в спортивках, он — в новой рубашке, которую надел специально для встречи. Он смотрел на город, не на неё. — Париж. Три месяца. С одним из самых сильных режиссёров по пластике тела. Мира не сразу ответила. Сердце, как ни странно, не упало. Оно будто встало на паузу. Париж. Три месяца. Без него. — Ты поедешь? — спросила она тихо. Он медленно повернул голову. — Я не подписал ничего. Я... хотел с тобой поговорить. — Значит, ты не уверен? — Я... Он провёл рукой по волосам. — Я уверен в одном: что с тобой мне хорошо. Лучше, чем когда-либо. Но если я откажусь — вдруг через год буду ненавидеть себя за упущенную возможность. А если поеду — вдруг всё разрушу между нами. Он вдруг посмотрел на неё, обнял и прижал к себе: — Мне страшно. Мира закрыла глаза, обнимая его в ответ. — Мне тоже. Они провели вечер молча. Впервые за всё время вместе — не было ни танцев, ни поцелуев, ни смеха. Только тёплая спина рядом, только дыхание, от которого не спасали стены. Наутро Мира проснулась одна. На столе была записка: «Уехал на час. Нужно подумать. Люблю. Эбби». Она села в постели, закуталась в плед, смотрела на улицу — и не знала, что лучше: отпустить или удержать? Он вернулся только вечером. В чёрной толстовке, с промокшими кроссовками. Усталый, но... светлый. — Я подписал. Мира замерла. Не от боли. От того, что он сказал это с дрожью в голосе, как будто сам борется с собой. — Через три недели я улетаю. На девяносто дней. Он приблизился, коснулся её плеча. — Я хочу, чтобы ты знала: я не уезжаю от тебя. Я уезжаю — ради нас. Чтобы когда я вернусь, мы были ещё сильнее. Он наклонился к её лбу. — Если ты дождёшься. — Эбби... — она сглотнула, глаза блестели. — Я уже знаю, что буду делать эти девяносто дней. — Что? — Отмечать на календаре, сколько осталось. А потом встречу тебя в аэропорту. И тогда уже ты будешь должен станцевать передо мной. Без ошибок. Он рассмеялся сквозь горло, обнял её крепче. — Это будет самый важный танец в моей жизни. Иногда любовь — это не только «быть рядом». Иногда любовь — это дать пространство, чтобы мечта могла дышать. И обещание вернуться. Потому что у тебя есть — к кому.