Глава четырнадцатая. Зимний бал.

Зимний бал — праздник, который проводится в ночь с тридцать первого декабря на первое января, когда наступает новый год. Все ученики академии собираются в огромном, подготовленном к торжеству зале и проводят всю ночь в разговорах и танцах. Принцы, как представители своих факультетов, открывают праздничный вечер первым танцем со своими партнёршами. Зима на удивление пришла довольно спокойной. Морозы были лишь ночью, но так как отопление в академии уже включили, жить стало намного уютнее. Особенно приятно сидеть по вечерам у камина: делать уроки, заниматься своими делами, читать книги, играть в настольные игры. У каждого было своё времяпрепровождение. — То есть у тебя проблема с нахождением партнёрши, правильно я тебя понимаю? — Да. — Окей, а почему бы тебе не пригласить Кассандру? — Она точно откажется. — Неужто настолько боишься её отказа? — Ничего я не боюсь! Два парня стояли в коридоре около кабинета. За стеклом медленно падал снег, а со двора доносились весёлые крики подростков. Каждый принц стоял перед задачей найти себе спутницу на Зимний балл. Для кого-то это было легко, для кого-то — сложно. Легко было Ромео, который нашёл себе партнёршу ещё неделю назад. Феликс и Габриэль ещё не определились с выбором, Зонтик пока стесняется пригласить даму, которая ему приглянулась, а Данте вообще не собирался никого искать. Он был, в конце концов, довольно странным. Вару тоже пока никого не приглашал. У многих складывалось впечатление, что у него какой-то замысловатый план на этот счёт, поэтому все просто терпеливо ждали новостей. В конце концов, в академии всё равно делать особо нечего, так почему бы не понаблюдать за этой «Санта-Барбарой» принцев? — А ты сам-то уже пригласил на балл кого-нибудь? — поинтересовался Пик, подняв взгляд на своего друга. — Сегодня пойду приглашать, — Куромаку снял очки и аккуратно протёр линзы тканью рубашки. — Слушай, если ты так сомневаешься, что Кассандра согласится пойти с тобой на бал, почему бы не пригласить Эрику? Её, кажется, ещё никто не пригласил. — Нет, ты что? Мы и так всё время ходим втроём, если я её приглашу, то все начнут сплетничать и распускать ложные слухи, — Пик нахмурился. — Всё ясно. Хочешь сохранить френдзону? Только смотри, такими действиями не оттолкни её от себя. — К чему ты клонишь? — Ну а вдруг, если представить, что ты ей нравишься? Что тогда? — Куромаку надел очки и сразу повернул голову к принцу, ожидая ответа. Он уже давно интересовался этим вопросом, вот только удобного случая спросить не было. — Пф-ф, не думаю. Она даже знаков внимания не подаёт в мою сторону, — на пару секунд он замолчал, а потом недовольно добавил: — Она ведь теперь ещё и с Вару частенько начала общаться. Даже не спрашивай, откуда я это знаю. — Ладно. Не буду. Началась лекция о законах воздушного королевства. Эту тему и Куромаку, и Пик уже прекрасно знали, поэтому оба особо не вникали в суть. А вот Эрике пришлось знатно потрудиться. Её всё время клонило в сон; наступление зимы, в конце концов, сильно влияло на неё. Пока Эрика боролась со своей сонливостью, Пик думал, передавать ли записку Кассандре или нет. Прошло, наверное, минут десять. И всё же желание Пика показать себя настоящим принцем — тем, кто выбирает в спутницы не просто красивую девушку, но истинную подражательницу патриотизма своего народа и его амбиций — взяло верх. Когда учитель отвернулся, записка быстро перелетела на соседнюю парту, приземлившись рядом с пишущей рукой Кассандры. Осмотревшись по сторонам, она встретилась взглядом с Пиком. Тот смотрел на неё краем глаза и еле заметно кивнул. Девушка опустила взгляд на записку, медленно развернула её и прочитала: «Не против пойти со мной на Зимний балл?» Усмехнувшись, она недолго думала и написала ответ ниже. Свернув бумажку и дождавшись, когда преподаватель вновь отвернётся, она перекинула записку обратно принцу. За всем этим молча наблюдала Эрика. Она прекрасно понимала, что, скорее всего, это было приглашение на балл от Пика. Она давно уже изучила его характер, научившись предугадывать слова и действия. Неудивительно, что он выбрал для такого важного приглашения столь неподходящее место, как лекция. В груди у девушки что-то неприятно сжалось. Что это было? Ревность? Но почему? Они ведь всего лишь друзья, соседи по комнате, и ничего более. Быть может, это была всего лишь дружеская ревность к вниманию, которое Пик уделял кому-то другому? Или, не дай бог, получалось, что Пик испытывает чувства и к Кассандре, и к ней? Это была странная, запутанная ситуация, в которой Эрика чувствовала себя меж двух огней, готовых уничтожить всё на своём пути ради достижения цели. Вару начал подозрительно много проявлять к ней внимания, а Пик… странно реагирует на это. После уроков Эрика и Куромаку по их давней традиции направились в библиотеку. Пик же в это время был на дополнительных тренировках по боевым искусствам. — Куро, а ты случайно не знаешь… Пик не говорил, с кем пойдёт на бал? — спросила Эрика, сидя за столом над очередной книгой. Принц поднял взгляд от текста на подругу, поправил вечно сползающие очки. Зачесав пряди волос от лица, он тихо вздохнул и постучал пальцами по столу. — Допустим, говорил. Тебя это так сильно интересует? — Да нет… просто решила спросить. Вы ведь лучшие друзья, он, наверное, уже говорил тебе, — брюнетка неловко улыбнулась, нервно почесывая костяшки пальцев. — Так кого он пригласил? — Кассандру, — спокойно ответил Куромаку, вновь погружаясь в чтение. — Оу, чудесно! Он ведь давно уже засматривается на неё. Надеюсь, у них что-нибудь сложится. В наступившей тишине Куромаку почти сразу задал вопрос: — А тебя уже кто-нибудь пригласил? — Меня? Нет, пока нет… Да и если не пригласят, я не расстроюсь, — вспомнив, что Куромаку тоже должен кого-то пригласить, Эрика хитро улыбнулась и, облокотившись локтем на стол, спросила: — А ты кого пригласил? — Секрет. Потом узнаешь, — на лице парня промелькнуло нечто похожее на усмешку. Будто он что-то задумал, что-то непривычное, совершенно не свойственное его обычному образу. — Ого, какие мы! Секреты появились, да ещё и откуда! Что ты задумал, Куро? — Я же сказал: секрет. Ты слишком нетерпелива, дождись праздника. В этот момент мимо их стола прошла очень милая девушка, на которую принц сразу обратил внимание. Она была невысокой, с чёрными глазами и длинными, прямыми светло-голубыми, почти белыми, волосами. Поймав на себе взгляд парня, она улыбнулась и ушла. Эрика почти сразу всё поняла. — Погоди… ты хочешь пригласить её? Девушку из Водного клана? А так разве можно?! — Не успела она продолжить задавать вопросы, как Куромаку приложил палец к губам. — Тс-с! Никто не должен об этом знать до праздника, особенно Пик. Всё ясно? — Его взгляд был одновременно настороженным и немного испуганным. И этому было весьма логичное объяснение. Для принцев не приветствовалось приглашать на бал девушек из других кланов. Таким жестом они могли показать, что это допустимо, и наставить своих подданных на подобные поступки, что считалось неправильным. — Ты ведь знаешь Пика, — продолжил Куромаку. — Лучше не говорить ему пока что. Он придёт на бал и сам всё увидит. Там он уже не сможет возразить моему выбору. Это будет с его стороны неправильно, особенно как со стороны моего будущего союзника. Эрика вздохнула и кивнула. Ей совсем не хотелось рушить дружеские отношения Пика и Куромаку — они ведь друзья детства, и ей не стоило вмешиваться. — Привет! — вмешался в разговор Вару. На нём был белый пиджак, скрывающий форму с занятий по боевым искусствам. — Эрика, у меня к тебе специальное предложение. Эрика и Куромаку одновременно посмотрели на него. — Я обращался только к Эрике, — недовольно повторил принц, повернув голову к ветреному магу. Его спиральки на глазах слегка сузились. Куромаку закатил глаза и уткнулся взглядом обратно в книгу, параллельно прислушиваясь к разговору. — Ну так вот. Как ты смотришь на то, чтобы пойти со мной на бал? — Вару медленно посмотрел на Эрику, а затем, выдержав паузу, продолжил: — Ну давай, обещаю, со мной скучно не будет. — Я даже не знаю… Это вроде как неправильно. Ты ведь земной маг, я ветреный, с чего вдруг ты решил пригласить меня? — Эрика бы согласилась, но она боялась, что подумают другие. В отличие от Вару, она не настолько плевала на мнение окружающих. — Ой, да какая разница? Тебя ведь никто не пригласил? — Нет… — Ну так чего ломаешься? — парень наклонился к лицу девушки так близко, что она на мгновение увидела очертания его глаз. В сердце Эрики что-то ёкнуло, и неведомая сила подтолкнула её улыбнуться и сказать: — Ну ладно. — Супер! Я знал, что ты согласишься. Эрика заметила его глаза. Всё же эта самодовольность Вару ей нравилась. Его уверенность и чувство превосходства так и манили верить ему и следовать за ним. Потормошив её напоследок по голове, Вару быстренько вышел из библиотеки. — Ты с ума сошла! — взорвался наконец Куромаку, с характерным хлопком положив книгу на стол. Зрачки его были слегка сужены, а на очки, снова сползшие на кончик носа, он даже не обратил сейчас внимания. — Ты сейчас буквально подписала себе смертный приговор! Нельзя верить такому, как он. Вару никогда просто так ничего не делает, особенно он не связывается с нами, ветреными. — Куро, я с ним давно уже общаюсь. Поверь, он не такой уж и злюка, каким хочет казаться. — Он просто ослабляет твою бдительность. — Не думаю. Да и если что… ты меня защитишь, так ведь? — Она наигранно мило улыбнулась и похлопала своими густыми ресничками. Парень недовольно вздохнул, прикрыв лицо рукой. — Когда-нибудь вы все сведёте меня в могилу… *** Огромный праздничный зал был украшен еловыми ветвями и венками, с потолка свисала огромная золотая люстра, горящая огоньками. У стен стояли длинные столы с угощениями и напитками, в том числе и слабое спиртное. С каждой минутой зал всё больше и больше наполнялся учениками. Парни были одеты в красивые строгие костюмы, кто-то в белом, кто-то в чёрном, а девушки — в ярких и нарядных платьях. — Прошу чуточку внимания! Все ученики почти сразу притихли. На сцене, у фортепиано, которое к празднику отполировали до блеска, словно новенькое, стояли ректор и деканы факультетов Академии. — Сегодня мы собрались, чтобы отпраздновать завершение старого года и начало нового. Я желаю всем вам, чтобы вы, несмотря ни на что, шли к своим целям. Познавали и учились чему-то новому. И внесли свой вклад в благое дело для нашего мира. У вас у всех есть равные возможности стать кем-то великим, нужно лишь чуточку терпения, трудолюбия и упорства. Я верю в вас! Так давайте же выпьем слабого шампанского за светлое будущее нашего прекрасного мира! — С этими словами мужчина поднял бокал, давая знак о разрешении выпить. Послышался звон бокалов и аплодисменты декану за столь прекрасную речь. — А теперь первый танец от наших дорогих наследников с их спутницами на этом балу! — объявил один из преподавателей. Каждый из принцев быстренько отыскал свою напарницу и вышел на открытую часть зала, уже подготовленную для танцев. — Какого… — Пик с шоком смотрел на своего друга, который пригласил на танец девушку из Водного клана, а затем увидел, что Вару пригласил Эрику. — Они сговорились, что ли?! — прошипел парень, стиснув зубы. — Вару, я чувствую, что это была плохая идея… — Да ладно тебе, коротышка. Кто запрещал такое делать? Никто. Я даже прочитал правила Зимнего бала, — с гордой улыбкой сказал принц. — Неужели? Это тебе не свойственно, — девушка усмехнулась, но как только почувствовала, как принц игриво взял её за талию, слегка покраснела, а улыбка стала чуть менее заметной. — Довольно милое платьице. Простенькое, но вполне красивое, — Вару изучал глазами образ своей партнёрши. Длинное платье цвета глицинии, пушистые светлые рукава, начинающиеся с середины предплечья и заканчивающиеся на середине нижней конечности рук, небольшой вырез на спине и открытые плечи. А на ногах были туфельки с очень уж маленьким по высоте каблуком, так что Вару чувствовал себя как обычно выше и главнее рядом с ней. — Спасибо, — прошептала тихонько Эрика. На парне же был чёрный строгий костюм с зелёной лентой, видневшейся под тёмным пиджаком. Это были специальные ленты, указывающие на королевского члена семьи. Прозвучал тоненький голосок хрустального колокольчика. Его подхватил мини-оркестр, а за ним начались танцы. Начинали сначала Пик и Кассандра, за ними следом пошла в танец пара Куромаку и Эрминии. Да, та самая девчушка из библиотеки выглядела просто очаровательно, да и сама по себе эта пара хорошо гармонировала между собой. Точные и умеренные движения принца подхватывали девушку, которая боялась сделать что-то не так, хотя они вдвоём много раз репетировали. Эрика так залюбовалась этой парой, что даже слегка испугалась резкому движению её партнёра, утягивающего её в танец. Придя более-менее в себя, она бросила на него недовольный взгляд, но тот лишь сдержал смешок и продолжил вести за собой девушку. И вот уже все восемь пар танцуют. Да, даже Данте. На удивление, он всё же пришёл, хотя казалось, он останется в своей комнате и будет наслаждаться тишиной и покоем с любимым собеседником — чаем. — Да блин, — пробурчал Вару, краем глаза смотря за огненным магом. — Ты чего? — Данте припёрся, а я с биполярником спорил, что он жопу свою не приволочит сюда, — Эрика тихонько хихикнула. — Я поставил на кон 30 золотых! — продолжал тихо возмущаться принц. — Вару, прекрати, я сейчас лопну! — прошептала девушка, слегка сжав плечо парня и сдерживая смех. — Ладно, ладно. Более-менее успокоившись, Эрика решила полюбопытствовать хоть одним глазком, очень уж хотелось поглазеть на девушек других принцев. Итак, Феликс пришёл с какой-то яркой мадам, в принципе это и неудивительно. Оба с огоньком, то что нужно для Феликса, а вот у его друга по стихии немного наоборот. Данте, видимо, искал в последний день себе напарницу, а та даже и танцевать не умеет толком. Хотя на уроках этикета всех к приближению праздника учили этому. Но ошибки спутницы Данте никак не смущали, наоборот, его это даже забавляло. Зонтик довольно сильно осторожничает, хотя… нет. Скорее стесняется. Эта его боязнь публики всё же мешает, но это хорошая практика для будущего. Ведь он же наследник, должен же он привыкать к публичным выступлениям. Габриэль на удивление свободно двигается, даже в какой-то степени легко, будто он всю жизнь умеет танцевать, а вот его девушка за ним не поспевает, будем надеяться, что ноги у неё не отвалятся после такого танца. А Ромео… Ну, Ромео на то и Ромео, кавалер прямо писаный! Вы посмотрите на этого павлина, так и тянет свою спутницу, так и заставляет её расслабиться и идти за ним, а ей это не особо-то и нравится, чувствуется, что она хочет тоже взять инициативу, а не дают. — Эй, коротышка, хватит на других глазеть, — как-то строго скомандовал партнёр. Эрика сразу опомнилась и перевела взгляд на парня. — Неприятно вообще-то. — С чего вдруг? Неужто ревнуешь? Да и с чего бы? — Ну ты ведь моя спутница, а значит, должна смотреть на меня — своего путеводителя, — он дал сделать девушке поворот и как только она повернулась к нему, то сильнее приблизил её к себе, сжав талию рукой и заставляя ветреную покраснеть. — Слишком много хочешь, — с ноткой язвительности прошипела Эрика. — И расслабь руку, мне неприятно. И всё же Вару расслабил руку на её талии. Своё он получил, заставил её разозлиться, хоть и не сильно. И это выражение лица ему очень уж понравилось. — А мне нравится, когда ты злишься, расслабься, коротышка. Эрика промолчала. Чего это вдруг такое пристальное внимание она получает от Вару, да и в целом, почему он пытается держаться с ней рядом? Непонятно. Сейчас внимание она снова переключила на первую пару — Пика и Кассандру. Как же они гармонично передают инициативу ведения вальса друг другу, даже слишком. Что это? Неужели настоящая ревность? — Неужто он тебе нравится? — Эрика вздохнула. — Чем? Эрика вздрогнула от его прямого вопроса, словно её внутренние мысли прочитали вслух. Ответить сразу было сложно. Чем ей нравится Пик? Дружелюбием? Тем, что он всегда рядом? Или тем, как он смотрит на Кассандру, и от этого что-то неприятно сжимается в груди? Она не была готова это признать, тем более перед Вару. — Причём тут нравится? — наконец выдавила она, стараясь говорить спокойно, хотя щёки горели. — Просто… они хорошо смотрятся вместе. Я рада за них. Вару лишь хмыкнул, не сводя с неё своих прищуренных глаз. В его взгляде читалось что-то, что Эрика не могла расшифровать — то ли насмешка, то ли понимание. Он слегка наклонился к её уху, их движения в танце стали чуть медленнее, позволяя им говорить почти шёпотом. — Рада, значит? А по-моему, ты завидуешь. Или, может быть, ревнуешь? — Его голос был таким спокойным, но в то же время едким, что Эрика почувствовала, как её пробивает дрожь. — Что ж, у каждого свои тайны, не так ли, коротышка? Он вновь отстранился, и их танец снова набрал скорость, смешиваясь с остальными парами. Мелодия вальса становилась всё более торжественной и величественной, наполняя зал своим объёмным звучанием. Эрика старалась держать ритм, но мысли роились в голове, мешая сосредоточиться. Вару, как всегда, был слишком проницателен. И его слова задели её за живое, потому что в глубине души она понимала, что в них была доля правды. Она взглянула на Пика и Кассандру, затем на Куромаку и Эрминию, которые, казалось, полностью погрузились в свой мир, не обращая внимания ни на кого вокруг. Все танцевали, смеялись, наслаждались праздником. И только она чувствовала себя не в своей тарелке, словно чужая на этом балу, разрываясь между внутренними переживаниями и желанием выглядеть беззаботной. Вару снова повёл её в лёгкий поворот, и её платье закружилось вокруг, создавая воздушный шлейф. Он слегка сжал её руку, призывая вернуться в реальность. — Ну что, коротышка, будем танцевать или дальше будешь мечтать? — спросил он с лёгкой улыбкой, в которой сквозила уже знакомая ей самодовольность. — У нас ещё весь вечер впереди. И я обещаю, что скучно не будет. Эрика невольно хихикнула, слегка приблизилась к лицу принца с хитрой улыбкой и прошептала: —Давай танцевать и веселиться. —Такой настрой мне нравится. Я тебе обязан рассказать про одного посла на совещании отца. —С радостью послушаю. В конце Вару ловко взял спутницу за талию и нагнулся, заставляя ту проснуться в спине, держа другой рукой её за руку, тем самым завершая из танец. Эрика не сразу осознала, что сейчас произошло, но отдышиваясь она смотрела парню в глаза сквозь очки. А через мгновение она почувствовала какой то лёгкий холодок на запястье, будто от металла. Ровно встав она посмотрела на запястье и увидела лёгкий и маленький золотой браслет с изумрудным камешком посередине. —Бал объявляется открытым! — Что это? — Браслет, — Вару усмехнулся. — А… за что? — Просто так. Не нравится — могу забрать. — Нет, что ты! Очень нравится, просто неожиданно. Вару закатил глаза и потрепал макушку девушки. Та подняла на него недовольный, обиженный взгляд — он растрепал едва уложенные волосы. — Ладно, я пойду гляну, что тут из выпить есть. Не скучай, я скоро вернусь. Кстати, что ты предпочитаешь — вино или шампанское? — Шампанское. — Понял, принесу, — и с этими словами он уверенной походкой растворился в толпе. Эрика хотела только найти своих друзей — принцев, но перед ней с любопытными лицами встали близняшки Бритни и Дилара. Не успела брюнетка открыть рот, как зелёноглазая схватила её за запястье с браслетом и начала рассматривать. — Ну что, готова? — усмехнулась Бритни. — А? Что? К чему? — Эрика растерялась. — Ты что, серьёзно не понимаешь?! — воскликнула Ди. — Это же браслет королевского рода! — Чего?! — Ооо, ты, видимо, вообще не в теме, да? — голубоглазая положила руку на её плечо. — Это почти как предложение — замуж тебя позвал! — Стоп, погодите! Объясните нормально, — в панике пробормотала Эрика. — Короче, у каждого королевского рода есть традиция подношения подарка: браслет, кулон, кольцо или шпилька. У вашей земной семьи — именно браслет, — объяснила Дилара. — Это признание в любви. — Погоди, — Дилара вдруг задумалась и посмотрела на сестру. — Но она ведь ветреная… — Ага, он буквально рушит всё семейное древо и ещё нарушает закон, — добавила Бритни. — Откуда вы вообще всё это знаете? — удивилась Эрика. — Наш отец — один из советников его величества Альфа. Он многое рассказывает, и с Вару мы знакомы давно, — ответила Дилара. — Кстати, я знаю, что ты, Бритни, боишься сороконожек, — неожиданно вмешался вернувшийся принц, слегка пахнувший алкоголем. — И угадай, что у тебя на голове? Бритни побелела и застыла. — В‑Вару! Убери её с меня! Ди, помоги! — закричала она. Дилара отшатнулась; она насекомых не переваривает. — Вару, ну ты как ребёнок, — рассердилась Эрика на спутника, и, аккуратно взяв гусеницу, сказала: — Бритни, это всего лишь гусеничка. Она потом превратится в красивую бабочку. — Вот когда станет бабочкой — тогда и буду любоваться, а сейчас убери её подальше, пожалуйста, — девушка спряталась за сестрой. Вару щёлкнул пальцами — гусеница тут же исчезла из рук Эрики. — А куда? — воскликнули все. — Я её убил, — без тени сожаления произнёс он. Все трое застыли и смотрели на него. — Шучу, успокойтесь. Она сейчас где‑то в лесу. — Не смешно, — пробурчала Эрика. — Ладно‑ладно, больше так шутить не буду, — согласился он и вручил ей бокал шампанского. — Помнишь, я говорил об одном «после»? Сейчас расскажу. — Приобняв Эрику за талию, он повёл её в более тихое место и по пути начал рассказ. — Ох, жалко мне эту бедняжку, — пробормотал кто‑то мимоходом. — С таким характером и амбициями её в болото утащит… — Ага. Зато сплетни пустить можно, — кто‑то подтвердила. — Дай девчонке отдохнуть, — вмешался Ромео, — что ты на неё так пялишься, Пик? Это же неэтично. — Меня бесит, как Вару водит её за нос. Ничем хорошим это не закончится, — бурчал Воллер. — По‑моему, кто‑то просто ревнует подругу к недругу, — добавил кто‑то третий. — И вовсе не так! — возразили тут же. Возможно, Воллер и ревновал. Но он ещё и волновался за благополучие Эрики, к которой успел привязаться. Для него она казалась наивной и слишком доброй — ребёнком, который не замечает опасности. Он слегка дернул пушистым рожком и зачёсывал челку назад. — И всё же. Вы ведь прекрасно понимаете, что Вару никогда бы так себя не повёл, — сказал Пик, посмотрев на Куро. Тот только кивнул. — Кстати, с тобой будет отдельный разговор. — Ладно, — сухо ответил Куро. — А может, наш буйный соправитель просто повзрослел, а? — Рома улыбнулся, расплывшись в усмешке. — Ромео, да ты даже не понимаешь, о чём речь! Речь о Вару — о том Вару, который никогда не умел проигрывать, который всегда считал себя главным. Он — угроза для межкланового союза. И он ещё закон может нарушить, — более спокойно добавил Пик, отпив пару глотков шампанского. Вкус напитка ему явно не пришёлся по душе: лицо нахмурилось и слегка скривилось. Куромаку тихо покашлял. Водный принц закатил глаза и продолжил: — А по‑моему это дурацкое правило. Сердцу ведь не прикажешь, кого любить. Почему все должны страдать из‑за этого? Когда я стану правителем, отменю его! — Скажи честно, ты больной на голову, блять? — Пик смотрел на Ромео так, будто тот сказал, что луна сделана из сыра. — Мы не имеем права даже трогать этот закон. Он существует испокон веков ради нашей безопасности. — А почему просто не учить детей контролировать свою силу? — упёрся Рома. — В будущем они стали бы гораздо сильнее. Представь: две стихии в одном маге! Поняв, что с Ромео спорить бесполезно, Пик закатил глаза и обратился к другу: — У меня один вопрос: она тебе небезразлична? — Я пока что сам не знаю, — тихо ответил Куромаку, рассматривая пустой бокал в руках. Он нахмурился, встал, поставил бокал на стол и скрылся в толпе. — Ты его обидел, — произнёс Рома с лёгким упрёком. — Интересно, чем же, — пробормотал Пик. — Ну, например, тем, что ты осудил его выбор. Это не по‑дружески, — сказал Рома, скрестив руки на груди. Тема дружбы для него была важна — он всегда старался быть хорошим другом. Пик лишь недовольно пробурчал и отодвинул рожки чуть в стороны, словно стараясь спрятать обиду. Он понимал, что поступил неправильно, но признаться своё неверие в правоту — дело гордое. Их дружба с Куромаку была долгой, и гордость иногда вставала между ними стеной. То, что Куро обиделся — стало для Пика неожиданным и даже стыдным. — Вы же друзья. Почему тебе не пойти первым на примирение? — выпалил он, и только потом понял, что слово «родители» звучит неуместно; он поджал губы и подправил: — точнее, отец. Сердце Куромаку будто сжалось. Немного постояв в раздумьях, он снова ушёл в толпу. Пик вздохнул: «Ну вот и чудно. Кто бы думал, что в дружбе ветреных всё время приходится толкать». Найдя «сладкую» парочку у края зала, Пик подошёл к ним и, глядя на Эрику, спросил: — Можно тебя на пару слов? Эрика обменялась коротким взглядом со спутником и неуверенно ответила: — Да, конечно. Вару промолчал: он уже чувствовал, что задел принца за живое, и ему оставалось лишь наблюдать за его попытками опять переманить девушку на свою сторону. Отойдя на пару шагов в сторону, Пик взял Эрику за руку, слегка наклонился и начал допрос: — С какого перепугу ты решила пойти с ним? Неужели не было других вариантов? — Пик, ты чего? Какая разница, с кем я пришла? У тебя проснулся комплекс старшего брата? — в шутку ответила Эрика, ещё не до конца осознавая, какую ошибку совершила в глазах принца. — Прекрати, — уже не шутя, сказал Пик. — Ты понимаешь, что творишь? Это же Вару. Он ничего не делает просто так, особенно не связывается с нами! — Пик, хватит видеть в нём врага, — возразила Эрика. — Он такой же подросток, как и ты. К тому же он тебя младше. Парень начинал терять самообладание. Он пытался предупредить её, оградить от возможной опасности — ведь за поведением Вару он наблюдал давно и многое знал. —Ты не понимаешь, — вспыхнул Пик, — он грязный лжец! Настоящий скользкий змей — даже его внутреннее животное змея! Его зрачки на мгновение стали бордовыми, рожки навострились. —Ты не прав! — вскинула голос Эрика. — Он такой только потому, что — по‑твоему — земной маг, да? Принц замер; зрачки вернулись в норму. Эрика выдернула руку из его хватки, выпрямилась и посмотрела прямо в его глаза с вызовом: — А если бы я была земным магом, ты бы меня тоже ненавидел? Я сама решаю, с кем общаться и кому доверять. Ты не имеешь права мне указывать — ты принц, а не король. — Сделав паузу, она добавила: — Правильно сделал Данте, что приструнил тебя. —Чего?! — Пик вспыхнул. — Ты хочешь сказать, что унижение с его стороны было нормой? Он выставил меня посмешищем перед Куромаку и всеми остальными! И это нормально? —Да. Ты зазвёздился, — холодно ответила Эрика. — Забываешь, что ты ещё подросток, а не король. Кто тебя так воспитал? Куда смотрел твой отец, когда ты вырос таким… — она собрала слова и продолжила, уже твёрдо: — эгоистичным и самоуверенным. На фоне Вару ты выглядишь хуже. Он хотя бы пытается скрыть своё эго при тех, кому доверяет, а ты умудряешься грубить даже лучшему другу. Между ними воцарилась тишина. Пик чувствовал как в нём накапливается злость, и вместо того чтобы сдержаться, сорвался: —А ты везде лезешь, куда не просят! И вообще—ты тоже не подарок. Лучше бы тебя сюда и не взяли. Если бы я не настоял у ректора, тебя бы тут не было! Ты не достойна этой академии, ты — слабая дура! Рожки на его голове встали дыбом, глаза горели. Он понял, что перегнул, только когда увидел, как в глазах Эрики выступают слёзы — те самые фиалковые глаза, которые он так хотел защитить. Вина сжала грудь. —Эрика… — он потянулся, но она отпрянула. —Не прикасайся, — сказала она, оттирая слезу. — Иди к своей Кассандре, к той, чей ты внимания всегда добивался. Никогда больше не обращайся ко мне и не трогай. Видишь это? — она потрясла перед ним браслетом, подаренным земным принцем. — Запомни: я сама вправе делать выбор. И этот выбор — навсегда. Не попрощавшись, Эрика с невозмутимым лицом развернулась и ушла, оставив Пика одного с мыслями. Он прошептал себе: «Чёрт… я идиот». *** С неба медленно падали снежинки — все разные, уникальные, ни одна не повторялась. Люди тоже разные; даже вредные привычки кажутся кому‑то частью индивидуальности. С этим ничего не поделаешь. Но единственное, что мы можем — сдерживаться, чтобы не ранить тех, кто нам дорог. —Неужели будешь тратить слёзы из‑за него? — прозвучал язвительный голос Вару. — Я думал, ты выше этого. Он подошёл к Эрике и оперся о каменный парапет спиной, как она — руками. —Вару… — она обернулась. —М? Чего? — он лениво ответил. —Почему вы с Пиком недолюбливаете друг друга? — её взгляд был направлен куда‑то вниз. Земной принц промолчал, вздохнул и попытался придумать, как сменить тему, но ничего не пришло в голову. —Мы просто… — он замялся. — Долгая история. И мне лень сейчас её рассказывать. —А ты тогда хотя бы скажешь, в чём причина вашего разлада? — на этот раз Эрика повернула голову и внимательно посмотрела на Вару. —Хмм… не помню, — пожал плечами принц. Он, конечно, помнил всё прекрасно, просто не хотел раскрывать эту тайну — для него было ещё рано снимать завесу. —Он тоже наговорил тебе кучу неприятностей? Как и мне… — тихо спросила девушка. —Отчасти да, — признался Вару. —И ты решил изолироваться от него и сделать врагом? — удивилась Эрика. —Коротышка, — сухо отозвался он, — человек, который не только наговорил, но и показывает это делами — тот и есть враг. Друг хотя бы извинился. Ты думаешь, тот осёл извинился? Как бы не так. Я, может, тоже наговорил много — но что, я должен молчать? — на лице Вару исчезла маска лгуна; в этот момент он был искренен. — Отец всегда говорил: с ветренными нужно быть жёстче, как они с нами. —Тогда почему ты решил со мной общаться? — Эрика смотрела прямо в его глаза, будто пыталась заглянуть в душу. Ответов у неё накопилось много за время учёбы в академии. —Потому что ты другая, — сказал Вару мягко. — Не такая, как они. Ты не смотришь на меня с осуждением, не испытываешь автоматической неприязни. Ты не такая. После этой фразы наступила тишина. Эрика снова уставилась в даль, где виднелись высокие горы со снежными вершинами. —Можешь кое‑что сделать, пожалуйста? — вдруг обернулась она к принцу. Он оторвал взгляд от пола. — Нагнись, пожалуйста. —Зачем? —Просто сделай, — улыбнулась она. Вару слегка наклонился, ещё не совсем понимая, что она задумала. Эрика аккуратно потянула руки к его очкам — ему сначала захотелось отпрянуть, но что‑то помешало и он не сопротивлялся. Как будто она была королевой, а он — простой подданный. Мгновение — и он почувствовал, что очки сняты. Он тут же зажмурился, не дав ей сразу увидеть глаза. —Я никому не расскажу, честно, — прошептала Эрика. —Пообещай, — буркнул Вару. —Обещаю. Он неуверенно поднял веки. Эрика замерла: дыхание перехватило у обоих — и вряд ли они понимали, почему. Перед ней были глаза Вару — голубые, как чистое небо, с узорчатыми радужками, похожими на спиральки. —Они прекрасны, — выдохнула она. — Голубые, как небо… Вау, а радужки у тебя в виде спиралек. Ты можешь менять их форму? — от любопытства она не могла успокоиться. Её восхищение было искренним. Спиральки на миг чуть сжались. —Мне казалось, что это уродство, — признался он тихо. —Вовсе нет! Они удивительные. Но людям проще воспринимать тебя в очках, — улыбнулась Эрика. Мысли Вару унесло. Неужели отец ему врёт насчёт этих глаз? Может, всё не так плохо? Почему у него такие глаза — с чем это связано? Затем в голову закралась опасная мысль: а что если он нарушит вековой межкоролевский закон? На лице мальчика появилась хитрая улыбка. Он взял Эрику за подбородок двумя пальцами, повернул к себе и быстро поцеловал её в губы. Это был их первый поцелуй — лёгкий, невинный, но желанный. Отстранившись, он прошептал: —Мне плевать на законы. Давай устроим революцию — только мы вдвоём. Доверься мне, не бойся.