Бальные разогревы

На сцене всё по-прежнему — хаос, смех, беготня и муки творчества. Но что-то изменилось. Воздух стал легче. Люди — громче. Постановка почти готова, и теперь все больше не мучаются сценами — а играют в них. Почти по-настоящему. Половина труппы валяется на полу с реквизитом, кто-то спорит из-за количества конфетти, Джекс гоняется за кем-то с декоративным пауком, громкая девчонка кричит, что опять потеряла корону. Все в полукостюмах: пиджаки на шортах, сапоги поверх носков, грим наполовину стёрт, шутки — на грани идиотизма. Во время одного из перерывов, когда половина коллектива зависает на полу под лестницей, Джекса зажимает его собственная компания: пару ребят и та самая громкая девчонка. — «Ну что, звезда, готов к великому балу? Там же сначала ты с Рагатой танцуешь, потом — с героиней, и вуаля — целуешь её! Как у тебя мозг это выдерживает?» — спрашивает она, подперев подбородок. — «Легко. Сначала — смерть, потом — любовь. В лучших традициях субботнего утра.» — «Ха! Гениально. А сцена с Рагатой — вообще странная. Вы будто… не враги. Даже жалко злодейку становится...» Джекс зависает. На секунду. Глаза опускаются, челюсть напрягается. Потом хлопает в ладоши. — «Так, кто хочет кофе? Или лучше — кто сделает мне кофе? Я объявляю кастинг!» — «Эй, уходишь от темы!» — «Да, я профессионал. Мастер элегантного побега», — ухмыляется Джекс. Он уходит с видом "мне плевать", но, если приглядеться — чуть слишком быстро.

***

Позже — закулисье. Гримёрка. Рагата сидит на табуретке, держит руку в воздухе — на пальце небольшой порез от бутафорского кинжала. Рядом — подруга, по совместительству актриса второго плана, мажет палец зелёнкой. — «Ты, похоже, в роль вошла. Сама себя травмируешь — чтобы драму прочувствовать, да?» — смеётся подруга. — «Если уж быть злодейкой — то с полным пакетом!», — усмехается Рагата, хотя в душе чувствует себя некомфортно, что заставляет подругу беспокоиться о себе. Они встречаются взглядами в зеркале. — «Слушай… а ты замечала, как он на тебя смотрит?», — с хитрой ухмылкой спрашивает подруга, явно заинтригованная тем, что происходит между Рагатой и Джексом. — «К-кто?» — но интонация слишком быстрая. — «Кто-кто… Джекс, конечно. Он с виду — пофигистичный, но глаза у него не шутят.» Рагата фыркает, но лицо у неё слегка теплеет. Она отмахивается, как будто стряхивает с плеча мысль. — «Н-не придумывай. Мы просто... играем роли», — попыталась скрыть румянец красноволосая. Подруга ничего не отвечает, но улыбается с видом: ну-ну, расскажи это ещё раз кому-нибудь, на что Рагата недовольно закатывает глаза и отворачивается.

***

Поздний вечер. Большинство труппы не спешит уходить. Кто-то включает музыку из колонок — что-то оркестровое, балетное, но чуть современное. — «Давайте на пробу сцену бала! Ну хоть почувствовать атмосферу!» Все — в чём попало: кто в худи, кто в пижаме, кто с диадемой на голове и кедами. Но танец начинается. По залу расходятся пары, хаотично, весело. Смех, кружения, кто-то чуть не падает. Настоящий балаган бала. Джекс появляется на ступенях сцены, потягиваясь как кот. — «Так, я пришёл. Бал можно считать официально удачным» — гордо провосгласил парень. Все начинают хохотать. В толпе — Рагата. В свитере и чёрных джинсах, с пластиковым бокалом лимонада. Стоит, наслаждясь моментом с подругами. Джекс подходит, чуть кланяется и, хитро улыбаясь, протягивает руку. — «Моя зловещая светлость, позволите ли мне потанцевать с Вами, пока потолок не обрушился~.» Она хихикает, протягивая руку. — «Так уж и быть, я разделю этот танец с Вами, Ваше Высочество», — манерно поклонившись отвечает Рагата. Джексу очень приятно, что она решила подыграть. Они выходят в центр. Танцуют. Не по сценарию. Не по технике. Просто танцуют. Спокойно, плавно. Вальсируют по кругу, смеются тихо. В какой-то момент Джекс мягко притягивает её ближе. Рагата замирает — не от страха, а потому что не ожидала. Но не уходит. И вдруг — кто-то громко чихает. Кто-то другой спотыкается о колонку. Музыка заикается. А третья — падает на штору. Занавес рушится, накрывая половину зала. Все валяются, ржут. — «Ну вот! Романтика закончилась эпично!» — кричит кто-то с пола. Рагата отворачивается и отходит немного в сторону, поправляя волосы. Джекс отворачивается и прикрывает тыльной стороной руки своё покрасневшее лицо.

***

За кулисами, до начала репетиции. Джекс сидит на ящике с реквизитом, потягивает энергетик. В стороне — Рагата, сосредоточенно репетирует сцену, перебирая текст. Рядом с Джексом стоит один из парней из его компании. Он слегка облокачивается на декорацию и смотрит на Рагату, явно впечатлён. — «Слушай… она реально крутая. Такая прям… настоящая. Даже жутковато немного. Но красиво.» Джекс не сразу отвечает. Просто наблюдает, как Рагата поднимает меч и отрабатывает резкий разворот. — «Ага. Она такая...» Пауза. Потом он усмехается и добавляет, как бы невзначай: — «Только если ты решишь на неё запасть — не обольщайся. Это злодейка уже занята.» Парень вскидывает брови. — «В смысле?..» — «В смысле, у нас с ней давно идёт персональный конфликт интересов. Очень насыщенный, с элементами фехтования и психологической игры.» — «М… ясно. Ну, просто сказал, что играет она классно», — немного расстроившись отвечает бедолага. — «О, в этом никто не спорит.» — кивает Джекс и делает глоток. — «Просто знай, к кому подходишь. Её сцену смерти я уже репетирую — с душой», — с едва заметной злобой и жадностью намекает фиолетововолосый, что лучше ему раз и навсегда забыть о Рагате. Бедолага смущённо хмыкает и уходит к остальным. Джекс, глядя ему вслед, неторопливо улыбается. Пьёт дальше. Абсолютно спокойно. Как победитель, которого даже не надо объявлять.

***

Ночь. Пустая сцена. Тихо. Джекс сидит на краю подмостков, мотает ногами. В руках — помятый сценарий. Перелистывает. Смотрит в зал. Никого. И вслух, почти себе под нос: — «А что, если герой... не хочет убивать злодейку?...» Пауза. Никакого ответа. Только тишина.