Глава 2: Ублюдки на сцене

Драко шел по подземельям, чувствуя себя так, словно выпил бутылку огневиски залпом. Голова кружилась, а на губах играла самодовольная ухмылка, которую он даже не пытался скрыть — слишком редкое явление, чтобы её прятать. Каким удивительным оказался вечер! Кто бы мог подумать, что высокомерная заучка Грейнджер умеет так страстно стонать? Кто бы мог представить, что она сама предложит ему переспать с ней? Грязнокровка, героиня войны, лучшая подруга Святого Поттера, сама запрыгнула на мой член. Не просто запрыгнула — требовала. Трахни меня, Малфой. От воспоминаний о ее словах его ухмылка только росла. Бессонница и ночные похождения по коридорам определенно оправдались. С лихвой. И с неожиданно хорошим сексом, надо признать. Отец в Азкабане определенно оценил бы иронию — его сын трахнул ту самую грязнокровку, которую пытали в их гостиной. Драко поморщился, отгоняя непрошеное воспоминание. Сейчас ему не хотелось думать об этом. Сейчас было время тешить своё эго триумфом. Все-таки не каждый день заставляешь Золотую Девочку стонать своё имя. Драко не строил иллюзий по поводу её мотивов — они были абсолютно ясны. Месть Уизли. Избавление от образа примерной девочки. Возможно, какой-то извращённый способ самонаказания за то, что осмелилась выжить в войне, когда другие погибли. Но факт оставался фактом, он — Пожиратель Смерти, наследник печально известного рода, пария Магического Мира — трахнул национальную героиню. Детали были не важны. — Искупление, — закатив глаза, Малфой произнес пароль от гостиной Слизерина. У Слагхорна всегда было впечатляющее чувство юмора. Гостиная встретила его тишиной. Некогда великий дом Салазара Слизерина в этом году представлял собой неудачную пародию, сыгранную недалекими гриффиндорцами. От былого величия остались лишь серебряные украшения и аристократическая способность держать подбородок высоко поднятым, даже когда тебе плюют в лицо. Многие не отважились вернуться в Хогвартс. Драко их понимал — он бы и сам не переступил порог этой проклятой школы, если бы у него был выбор. Драко услышал голоса своих соседей по комнате еще до того, как вошел. Два конченых идиота — единственные, кто согласился делить спальню с Пожирателем. — … десятая статья за месяц, даже для Пророка это перебор, — раздался ленивый голос Блейза Забини. — Когда они уже исчерпают свою фантазию? — Примерно… никогда? Тем более, я готов подкинуть им пару идей! — воодушевленный голос Теодора Нотта привычно вызывал волну раздражения. — «Сравнительный анализ геройских членов: как спасение мира влияет на размер гениталий?». О, Мерлин, это будет хит! А как насчет: «Коллекция нижнего белья Гермионы Грейнджер: какие трусики надо выбрать, чтобы вытрахать задницу самого Темного Лорда?». — Это отвратительно, Нотт, — произнес Забини, но в его голосе слышалось веселье. — Тем более, вряд ли у Грейнджер есть что-то впечатляющее под мантией. Ставлю на что-то бежевое и хлопковое. Драко хмыкнул, входя в спальню. Черное. Атласное. Кто бы мог подумать? Две пары глаз тут же устремились на него. Он с деланным равнодушием проигнорировал их, проходя к своему шкафу. — О, а вот и наша звездочка, — протянул Блейз Забини, лежавший на кровати с раскрытой газетой. — Где ты так долго шлялся? Мы уже думали тебя снова отправили в Больничное крыло. Теодор Нотт, сидевший на полу со странной металлической головоломкой в руках, поднял голову. Его движения были дергаными, хаотичными. Он всегда был как натянутая струна. — Судя по его лицу, у него был секс. Это или секс, или он наконец-то научился хорошо дрочить. Что маловероятно, учитывая его фамильную неспособность приносить удовольствие кому-либо, включая себя. Драко бросил в него подушку, но без привычного раздражения. У него было хорошее настроение. — Завали ебало, — он закатил глаза, скидывая мантию на кровать. — Все же секс, — кивнул Тео с серьезным видом. — Сексуальная разрядка делает его менее агрессивным. Блейз, записывай в наш журнал наблюдений: Малфой получил немного внимания к своему члену, и его самодовольство достигло новых высот. — Меня скорее интересует другое, — Блейз выгнул идеально выщипанную бровь. — Кто в здравом уме лег бы под него? О, Салазар, не говори, что ты применил Империус… Драко фыркнул, поворачиваясь к ним спиной и расстегивая рубашку. — Не всем из нас нужно применять Непростительные, чтобы кого-то трахнуть. — О, так это правда? Я знал! У меня особый нюх на секс, — Тео отложил головоломку и подался вперед. — Колись, Малфой. Кто эта несчастная, что согласилась раздвинуть ноги перед тобой? — Я сомневаюсь, что в Хогвартсе такие остались, — поддержал Блейз. — После Визенгамота твои шансы на секс устремились к нулю. Драко ухмыльнулся, наслаждаясь предвкушением. Завтра их ждет настоящий спектакль. — Может, только Плакса Миртл все еще питает к тебе нежные чувства, — продолжал издеваться Нотт. — Она всегда казалась мне девушкой с нестандартными вкусами. Все эти годы наблюдения за мальчиками в ванной префектов… — Она призрак, Нотт, — отозвался Драко, закидывая полотенце на плечо. — Так это даже лучше! — воскликнул Тео, глядя в потолок с задумчивым выражением лица. — Представь: твой член скользит по прохладным призрачным складкам, это ощущение невесомости… ммм, так освежающе в жаркий день. — Салазар, ты омерзителен. Иногда Нотт даже по их низким стандартам подземелий выходил за все рамки приличия. Ладно, не иногда. Часто. Примерно всегда, когда открывал рот. — Не отрицай, что тебе интересно, — ухмыльнулся Нотт. — Уверен, ты бы не отказался от такого опыта. «Драко Малфой, первый человек, трахнувший призрака». Это могло бы восстановить репутацию семьи. А сколько было бы поклонниц! — он мечтательно вздохнул, откидываясь на подушку, и начал говорить с придыханием. — «Драко, милый, покажи, как это трахать призрака». «О боже, Драко, да, на твоем члене осталась капелька плазмы, можно я…» — Думаю, его отец был бы в восторге, — Блейз прервал поток сознания Нотта, зная, что он может продолжаться вечно, но не удержался от смешка. Он спародировал строгий голос Люциуса. — «Не только грязнокровки, но и призраки! До чего мы докатились, сын! Я разочарован!» Драко наконец развернулся к своим соседям. Блейз мог быть на удивление проницательным. — Это грязнокровка, — произнес он с нарочитой небрежностью и пошел в сторону ванной. Наступила тишина. Блейз отложил газету, а Тео перестал крутить головоломку. — Что? — Забини приподнялся на локте. — Вы спрашивали, с кем я был, — Драко пожал плечами. — Это грязнокровка. — Ты… ты переспал с маглорожденной? Ты? — Глаза Тео загорелись маниакальным блеском. Плохой знак. — О Мерлин, Моргана и члены всех основателей! Блейз, он переспал с грязнокровкой! Наш маленький Драко становится взрослым, расширяет свои горизонты! — И кто она? — спросил Забини. Потом его взгляд остановился на шее Драко, и его глаза расширились. — Что… Малфой, это что… след зубов? Тео аж подпрыгнул, пытаясь рассмотреть шею Драко. — О. Мой. Хуй, — схватившись за сердце, проговорил Нотт. — Тебя пометили! Блейз, да его же пометили! Драко, кто это был?! Нам нужно знать! Сейчас! Во всех подробностях! Драко прислонился к дверному косяку ванной, упиваясь своей властью. — Узнаете завтра, — просто сказал он, заходя внутрь. — Завтра? — Тео подскочил, пытаясь его догнать, но дверь закрылась перед его носом. — Нет, ты не можешь так с нами поступать! Это нечестно! Ты не можешь просто сказать, что трахнул грязнокровку, и уйти! — Спокойной ночи, неудачники, — крикнул он из-за двери и поставил запирающие чары. — Ставлю пять галлеонов, что это Клара Эджком из Хаффлпаффа, — донесся голос Забини. — Она всегда на него пялилась. — Нет, это должна быть кто-то из гриффиндорок, — возразил Тео. — Они любят делать то, что их шокирует. Гриффиндорская храбрость и всё такое. «Смотрите, я настолько храбрая, что переспала с бывшим Пожирателем Смерти!» Драко закатил глаза и включил воду, заглушая их голоса. Ему было почти смешно от мысли, как они отреагируют, узнав, что это была не просто грязнокровка, а сама Гермиона Грейнджер. Завтра будет интересный день.

***

— Твоя очередь, Драко, — шипел Темный Лорд, истеричный смех его тетки эхом раздавался от каменных стен. — Покажи, на что ты способен. Драко направил палочку на напуганную девушку. Она смотрела на него своими карими глазами, полными ненависти и презрения. — Круцио! — кричал он, тонкие губы изогнулись в холодной улыбке. Каштановые волосы разметались по холодному полу. Ее спина выгнулась, ломая позвоночник от силы проклятия. Но она смотрела. Продолжала смотреть. Ее крики менялись, превращаясь в стоны, и Драко уже не понимал, пытает он её или трахает прямо на глазах у Темного Лорда и других Пожирателей. — Драко… — шептала она, извиваясь, — Драко… Он проснулся с бешено колотящимся сердцем и каменным стояком. Что-то мягкое прилетело в его голову, заставляя подскочить. Подушка. — Да ты, блядь, издеваешься! — сонный и раздраженный голос Блейза прорвался сквозь оглушающий стук сердца. — Третий раз за неделю! Просто поставь гребаные заглушающие чары, некоторые действительно пытаются поспать! Драко прикрыл глаза, стараясь восстановить дыхание. Он забыл поставить чары. Опять. Это становилось проблемой. Но он, конечно, не собирался этого признавать. — Прости, что нарушил твой сон красоты, Забини, — огрызнулся он. — Уверен, это единственная причина, почему ты всё ещё одинок. — Пошел ты, — беззлобно отозвался Блейз, накрываясь одеялом с головой. Драко отбросил влажные простыни и встал. Тео, как всегда, пропадал где-то среди ночи. Никто не знал, куда он уходит и, зная Тео, оно было к лучшему. Блейз уже снова засопел, перевернувшись на другой бок. Везучий засранец. Спать больше не хотелось. К тому же, его член решил совершить попытку порвать пижамные штаны. Это было блядское безумие, которым он, кажется, успел заразиться у своей покойной и горячо любимой тетушки. Как он мог возбудиться от этого сна? От образа Грейнджер, извивающейся от боли и удовольствия. Ублюдок. Извращенец. Конченый. Какими эпитетами он бы себя не называл — одно он знал наверняка. Никакой холодный душ не поможет ему снять напряжение. Поэтому войдя в ванну, он немедля сжал горячую плоть. Прикрыл глаза, вспоминая, как Грейнджер выгибалась под ним, как её ногти впивались в его спину, как она тяжело дышала, когда он… Его рука двигалась всё быстрее, и образ Грейнджер в его голове становился ярче. Её губы, её глаза, её стройное тело — всё в его власти, под его телом. Её зубы на его коже, его имя на её губах. Что бы сказал отец, узнав, что его сын дрочит на грязнокровку? Драко горько усмехнулся, облокотившись спиной на прохладный кафель. Его отец может пойти нахуй. Туда ему и дорога. Почему-то эта мысль лишь приблизила его оргазм. Больной ублюдок.

***

Драко опустился за свое привычное место в Большом зале. Несколько младшекурсников поспешно отодвинулись, похоже, не желая дышать с ним одним воздухом. Он смерил их ледяным взглядом — единственное полезное наследие семьи Малфоев. Некоторые из них вздрогнули, другие — вскочили со своих мест. Презрение? Определенно. Страх? Конечно. Восхищение? Уважение? Остались где-то в окровавленных подвалах Малфой-мэнора. Но это было лучше, чем ничего. Репутация преступника, чудом избежавшего Азкабана, давала свои бонусы — его не пытались проклясть со спины. В основном. — Итак, — Тео положил голову на сцепленные в замок руки и смотрел на Драко взглядом щенка, выпрашивающего лакомство. — Если ты закончил пугать малышей, может расскажешь, кто эта таинственная грязнокровка? — Скоро, — Драко улыбнулся, отпивая тыквенный сок. — Наберись терпения, Нотт. — Терпение никогда не было моей сильной стороной, — Тео обиженно надул губы. — Концепция терпения переоценена. И если ты не скажешь, мне придется думать о другом. Например о том, как происходит размножение дементоров… Блейз присоединился к ним, выглядя безупречно даже в такой ранний час. Как ему это удавалось, оставалось для Драко загадкой. — Доброе утро, джентльмены. И Нотт, — Блейз усмехнулся, накладывая себе свежий овощной салат. Он следил за своей фигурой даже усерднее Паркинсон. Говоря о дьяволе. — Драко, — Пэнси остановилась напротив него, её глаза расширились. — Что… это? Она перегнулась через стол, протягивая пальцы к его шее, где, как он знал, виднеется след от зубов Грейнджер. Он специально не стал его сводить — хорошее дополнение к предстоящему спектаклю. — Не трогай меня, Паркинсон. Драко перехватил её запястья и отбросил в сторону. Возможно, сильнее, чем требовалось. Пэнси фыркнула, но не обиделась. — Можешь потрогать меня, Пэнс! Я не против, — тут же оживился Теодор, подставляя ей свою шею. — Моя кожа точно более нежная. И мягкая. Как и моё сердце — не то что у нашего ворчуна. Паркинсон проигнорировала его, даже не взглянув. — Ставлю десять галлеонов, что это иллюзия, — Пэнси всё ещё рассматривала его синяк, но с расстояния. — Наш маленький Драко просто пытается создать образ плохого мальчика, чтобы ему наконец-то кто-то дал. Иногда Драко всерьез задумывался, что проще было бы их всех убить, чем терпеть их общество. — А как там твой образ язвительной суки? Постель не остывает? — Драко выгнул бровь, откусывая тост. — Хотя, стой… это же не образ. Паркинсон сжала зубы, явно готовя ответ. Но Блейз перетянул внимание на себя, предотвращая взрыв. — Приготовьте галлеоны, дамы и господа, — Забини кивнул в сторону пребывающих сов, которые уже начали доставлять почту. — Открываем наш тотализатор! Драко вздохнул, когда в его тарелку упал красный конверт. — О-хо-хо! — Тео потер руки. — Вопиллер! Я уже соскучился по ним! — Три галлеона на пожелание мучительной смерти, — тут же оживилась Паркинсон, забыв о их перепалке. Монеты со звоном стукнулись об стол. — Пять на упоминание отца в контексте Азкабана, — сделал свою ставку Блейз. — Поднимаю до семи! Предложение интимной близости с дементором — лидер месяца, ставлю на него. Еще два на формулировку «Высосут душу так же, как ты сосал член Темного Лорда», — Тео достал из кармана мантии маленький блокнот и что-то черкнул. — Уже семь таких «пожеланий». Еще три, и мы установим новый рекорд! Драко покачал головой, но не смог сдержать усмешку. Утренняя почта — любимая часть дня. Вопиллеры, проклятые письма, угрозы — обычный набор для бывшего Пожирателя Смерти. Рутина, одним словом. Его друзья превратили это в развлечение. Впрочем, это было лучше, чем сидеть с каменным лицом, делая вид, что ему глубоко плевать на ненависть всей Магической Британии. Плевать. Определенно плевать. — Готовы? — он лениво поднял конверт двумя пальцами, всем своим видом показывая, что делает им одолжение. Троица слизеринцев кивнула, и Драко вскрыл Вопиллер. — ДРАКО МАЛФОЙ! — заревел женский голос, заставив нескольких первокурсников вздрогнуть. — ТЫ, ГРЯЗНЫЙ ПОЖИРАТЕЛЬ, ПРЕДАТЕЛЬ И УБИЙЦА! КАК ТЫ СМЕЕШЬ НАХОДИТЬСЯ В ХОГВАРТСЕ, ГДЕ УЧАТСЯ НАШИ ДЕТИ? МЕСТО ТАКИМ, КАК ТЫ — В АЗКАБАНЕ, РЯДОМ С ТВОИМ ОТЦОМ-УБЛЮДКОМ! НАДЕЮСЬ, ДЕМЕНТОРЫ ВЫСОСУТ ИЗ ТЕБЯ ДУШУ, А ЗАТЕМ ОТЫМЕЮТ ТВОЙ БЕЗЖИЗНЕННЫЙ ТРУП! Вопиллер самоуничтожился, осыпавшись пеплом в тарелку. — Ха! — торжествующе воскликнул Тео. — Я выиграл! Секс с дементором, так и запишем. Осталось два упоминания до рекорда! — Не так быстро, — возразил Блейз. — Там было упоминание о его отце. Значит, я тоже выиграл. — Подождите, ты сказал в контексте Азкабана. Мне кажется фокус был на отец-ублюдок, а не на его пребывание в Азкабане, — скрестив руки на груди, возразила Пэнси. — «Высосать душу» — это мучительная смерть? — задумчиво спросил Тео, продолжая делать пометки. — Мне кажется, это достаточно безболезненно. Вот бы спросить у кого… — «Высосут душу» и «отымеют труп», Тео, — настаивала Паркинсон на своём выигрыше. — Звучит достаточно мучительно. — Дьявол в деталях, Пэнс! Труп! Ебать после смерти — это уже не имеет отношения к причине смерти! — Обсуждение некрофилии за завтраком, — сморщился Забини, отодвигая тарелку. — Обожаю тебя, Нотт. Драко не слушал их препирательства, рассеянно перебирая остальные письма. Его взгляд невольно скользнул к столу Гриффиндора. Грейнджер сидела одна, уткнувшись в книгу. Поттер и Уизли сидели чуть в стороне, в их обычной компании явно чувствовалось напряжение. Уизли что-то горячо доказывал, размахивая вилкой, Поттер выглядел уставшим и отстраненным. Неожиданно Грейнджер подняла глаза. Их взгляды встретились через весь зал. Она еле заметно кивнула, прежде чем вернуть свое внимание обратно к книге. Он видел, как уголок её губ приподнялся. Это было… предвкушение? Драко выдохнул, чувствуя, как его настроение вновь улучшается. Значит, их сделка ещё в силе.

***

Класс Зельеварения пах сыростью и застарелыми ингредиентами. Приевшийся с годами запах, казалось, впитался в саму суть — сырой, затхлый, с привкусом гнили. Он сидел, развалившись на скамье, с намеренно расстегнутым воротником рубашки. Надо было обеспечить идеальный «реквизит» для их небольшого представления. Драко прошелся рукой по идеально уложенным волосам, оглядывая класс с выражением королевской скуки. Спектакль, который они запланировали с Грейнджер, забавлял его даже в перспективе. Возможно, восьмой год в этой тюрьме, выдающей себя за школу, будет не таким унылым, как он ожидал. Пэнси сидела на краю его стола, скрестив стройные ноги в безупречных шелковых чулках и орудуя пилочкой для ногтей. Блейз уже расположился за партой сзади них. Класс постепенно заполнялся, и Драко с удовольствием замечал, как многие косились на его шею и перешептывались. — Ну так что, — Пэнси бросила оценивающий взгляд на его шею, — кто оставил тебе этот сувенир? Дафна? Нет... она тебя еле терпит. — Твоя заинтересованность в моей личной жизни начинает меня пугать, — Драко закатил глаза, раскладывая свои вещи на парту. — Ещё немного и я подумаю, что ты всё ещё в меня влюблена. — О, заткнись, по крайней мере кому-то из нас перепало, — Паркинсон фыркнула, сдула пыль со своих ногтей и продолжила рассуждение. — Может, какая-нибудь пуффендуйка? — она скептически хмыкнула. — Нет, у них кишка тонка с тобой связываться. Гриффиндор? — Тогда это скорее не страстный секс, а попытка убийства, — отозвался Блейз, сканирующий взглядом присутствующих. — Это грязнокровка! — воскликнул Тео, войдя в класс, и плюхнувшись на свободное место рядом с Забини. — Драко натянул сладкую грязнокровочку, сам признался! Прикинь, Пэнс, как его папуля перевернется в камере, когда… Пэнси тут же отвесила Нотту подзатыльник, перегибаясь через парту. Ее тёмные глаза сузились от раздражения. — Следи за языком, придурок, — прошипела она, поглядывая по сторонам. — У нас достаточно проблем и без того, чтобы ты тут орал «грязнокровка» на всю аудиторию. Тео потер затылок, явно не раскаиваясь. Он удобнее устроился, закинув ноги на парту и чуть не опрокинул котел. — Если хотела ударить меня, Пэнс, могла бы просто попросить. В более интимной обстановке. При свечах, — его пальцы уже принялись крутить головоломку, на губах расплылась типичная безумная «ноттовская» улыбка. — Если хочешь, я буду звать их только «особенные волшебники с альтернативным происхождением»! Как думаете, они оценят мою прогрессивность? Может, я даже получу Орден Мерлина третьей степени за исключительную толерантность! — Придурок, — вздохнула Паркинсон. С раздражением и долей смирения. Драко не сдержал смешок. За это он был вознагражден сузившимся взглядом Паркинсон и воодушевленным Тео. — Поттер и Уизли, — вдруг сказал Блейз, привлекая внимания. Он кивнул на входящих в кабинет гриффиндорцев. — Без Грейнджер. Драко проследил за его взглядом. Уизли выглядел помятым и раздраженным, Поттер — уставшим. Он что-то тихо говорил Уизли, но тот, похоже, едва слушал, бросая злобные взгляды по сторонам. — Как думаете, они поссорились? — Тео мгновенно переключился. Головоломка щелкнула в его руках. — Может быть, Грейнджер наконец-то поняла, что её интеллект превышает его в десять раз, и ушла к кому-то более достойному? Я слышал, Лонгботтом стал чуть менее убогим после войны. Драко хмыкнул, представляя реакцию Нотта, когда он узнает правду. Уже почти все ученики собрались, кроме Грейнджер. Он невольно начал чувствовать… беспокойство. Только не говори, что ты струсила, Грейнджер. Прозвенел звонок, но Слагхорн ещё не появился. Класс заполнился, все ученики были на местах. Все, кроме… Дверь открылась. Все обернулись, ожидая увидеть преподавателя. Но на пороге стояла Гермиона Грейнджер. Простая, но идеально выглаженная форма. Распущенные волосы, скрывали шею. Хороший ход. Сохранить интригу до нужного момента. Она оглядела класс, и на мгновение её взгляд задержался на Драко. Казалось, она слегка замешкалась, но затем решительно расправила плечи и направилась прямиком… к нему. Весь класс замер, наблюдая за ней. Драко чувствовал, как Тео и Пэнси рядом с ним напряглись в замешательстве. — Драко, — произнесла она мягко, но достаточно громко, чтобы её услышал весь класс. — Вчерашний вечер был… впечатляющим. Секунда тишины. Казалось, можно было услышать как где-то в подземелье капает вода. Пэнси соскользнула с его стола. Пилочка упала на пол, разрушая момент. Затем Грейнджер наклонилась и поцеловала его в щеку. Когда Драко почувствовал мягкое прикосновение ее губ к своей коже, его собственные растянулись в самой самодовольной ухмылке. — Как может быть иначе, Грейнджер? — он позволил своей руке скользнуть по её талии, слегка сжав через ткань рубашки. — Я всегда превосхожу ожидания. Грейнджер закатила глаза, но улыбка не исчезла с её лица. Краем глаза Драко заметил, как лицо Уизли покраснело, а затем побледнело, принимая какой-то болезненный зеленоватый оттенок. Блейз застыл с открытым ртом. Нотт выглядел так, словно получил самый прекрасный подарок в своей жизни. А Пэнси, кажется, находилась в состоянии глубокого шока. Это было… восхитительно. — Что, блядь, происходит? — пробормотал Забини так тихо, что только Драко его услышал. — Гермиона? Это какая-то шутка? — голос Уизли прорезал наступившую тишину. Уизли медленно поднялся из-за своей парты, подошел ближе к ним. Его лицо исказилось в болезненной гримасе, голос дрогнул. — Ты просто издеваешься надо мной, правда? Это… это всё специально, да? Грейнджер повернулась к нему, и Драко с удовольствием заметил, как она выпрямилась, не теряя спокойствия. Руки элегантно скрестились на груди. Она чуть склонила голову, словно говорила с малым ребенком. — Шутка? О, Рональд, нет, — ответила она ледяным тоном. На её губах растянулась улыбка, больше напоминающая оскал. — Шутка — это когда ты трахал Ромильду Вейн на столе профессора Флитвика, пока я патрулировала коридоры. Вот это была действительно забавная шутка. Я так смеялась, ты не представляешь. Послышался коллективный «ах». Кто-то присвистнул. Все головы в классе моментально повернулись от Гермионы к Рону и обратно, словно следя за оживленной партией в квиддич. Драко даже не пытался скрыть торжество. Уизли побледнел, его веснушки выступили ещё ярче на белом лице. О, Салазар. Всё было даже лучше, чем Драко мог себе представить. Тупость Уизли — просто не измеримая величина. — То есть ты… Ты спишь с ним? С ним?! — Уизли указал дрожащим пальцем на Драко. — С грёбаным Пожирателем Смерти?! Грейнджер даже не моргнула. Лишь вскинула бровь, как будто Уизли сказал что-то невероятно скучное. — Мои отношения с Драко никак тебя не касаются, Рональд. — Отношения?! — Уизли выглядел так, словно его вот-вот хватит удар. — Ты с ума сошла?! Это же… это же Малфой! Тебя… Миона, тебя пытали в его доме, черт возьми! Его, блядь, ТЕТКА! Он — Пожиратель, Гермиона! ПОЖИРАТЕЛЬ! Драко почувствовал как холодок пробежал по спине от воспоминаний, но сохранил невозмутимый вид. Грейнджер лишь выше вскинула подбородок. — Оправданный судом несовершеннолетний, подвергшийся давлению, — лениво поправил Драко, не теряя улыбки. — Если уж быть точным, Уизли. — Ты, блядь, заткнись! — рявкнул Рон, и его палочка внезапно оказалась в руке. — Я не с тобой разговариваю, убл… — Рон, — наконец вмешался Поттер, его голос звучал устало. Почти обреченно. — Хватит. Ты делаешь только хуже. — Гарри?! — Уизли развернулся к другу с выражением абсолютного предательства. — Ты на чьей стороне? Ты же не можешь одобрять… это! Поттер вздохнул, бросив обеспокоенный взгляд на Грейнджер. — Я на стороне здравого смысла, — сказал он тихо. — И сейчас ты его явно лишен. — Да как ты не понимаешь! — воскликнул Уизли. Что-то в его взгляде изменилось, словно он только сейчас осознал происходящее. — Да ты… ты… просто шлюха, Гермиона! Обычная, шлюха, которая бросилась к первому встречному… Он не успел договорить. Бац. Грейнджер ударила Уизли по лицу, но её собственное оставалось совершенно бесстрастным. Только глаза, прищуренные и ледяные, выдавали бурю эмоций внутри. — Не смей, — произнесла она тихо, но с такой угрозой, что несколько учеников невольно отодвинулись., — никогда больше не смей так меня называть, Рональд. Уизли схватился за щёку, на которой проступил красный след. — Я… я не это имел в виду… В этот момент дверь распахнулась, и в класс вошел профессор Слагхорн. — Доброе утро, доброе утро! — жизнерадостно воскликнул он, не замечая напряжения в классе. — Прошу прощения за опоздание, дела Хогвартса, сами понимаете… Он замер, наконец почувствовав атмосферу. — Что здесь происходит? — Ничего, профессор, — спокойно ответила Грейнджер, не отводя взгляда от Уизли. — Мы просто обсуждали… партнеров для сегодняшнего зелья. — Отлично, отлично! — Слагхорн, казалось, решил не замечать покрасневшую щеку Уизли. — Тогда все по местам! Сегодня мы будем готовить довольно сложное зелье, требующее особенного внимания. Грейнджер отвернулась от Уизли и аккуратно поставила сумку на стол Драко. — Не возражаешь, если я сегодня поработаю с тобой? — спросила она достаточно громко, чтобы услышали окружающие. Драко слегка наклонил голову, взглянув на нее снизу вверх. — С каких пор тебе нужно мое разрешение, Грейнджер? — он изящно провел рукой по столу. — Весь твой. Пэнси, которая до сих пор стояла рядом с ними, постепенно приходила в себя, восстанавливая самообладание. Ее вещи уже были на столе рядом с Драко, где она обычно сидела. — Паркинсон, — Грейнджер повернулась к ней с безупречной вежливостью. — Не будешь против? Пэнси моргнула. В ее глазах промелькнуло что-то похожее на уважение. — Конечно, — наконец произнесла она, собирая свои вещи. Она улыбнулась, не стараясь даже казаться искренней. — Чувствуй себя… как дома, дорогая. Грейнджер опустилась рядом с Драко, и он тут же почувствовал легкий запах ее шампуня — что-то цветочное, но не приторное. Он мельком посмотрел на Уизли, который все еще стоял посреди класса, ошеломленный произошедшим. Поттер тянул его за рукав, заставляя вернуться на место. Уизел выглядел так, словно бланджер ударил его по голове. Несколько раз. В одно место. — Превосходная актерская игра, — шепнул Драко, наклонившись к Грейнджер. — Ты подумывала о карьере в театре? — Спасибо за оценку, — ответила она так же тихо, вытаскивая учебник. Она смотрела прямо на преподавателя, игнорируя его близость. — У меня было много практики во время симуляции оргазмов. Драко вскинул брови. Он рассматривал её лицо с новым интересом, пытаясь понять, был ли это выпад в его сторону, но лицо Грейнджер оставалось спокойным. Непроницаемым. Конечно, она не симулировала с ним. Невозможно… настолько хорошо сыграть удовольствие. Правда? Драко фыркнул, качая головой. Чертова Грейнджер. — Итак, — громко объявил Слагхорн, — сегодня мы будем готовить Зелье Усиления Интеллекта. Постарайтесь на славу, и я разрешу вам забрать образцы для собственного пользования. Зелье может не только помочь на контрольных, но и спасти от необдуманных решений! Слагхорн ходил между рядами парт, рассказывая о свойствах зелья, давая советы и рекомендации. Когда он подошел к их парте, он остановился. Его рука легла на плечо Драко, и он едва сдержался, чтобы не поморщиться от такой фамильярности. — Как приятно видеть межфакультетское сотрудничество в наше нелегкое время! Пять баллов Слизерину и Гриффиндору за пример единства! — пропел профессор, улыбаясь. Он подмигнул им и, прежде чем пойти дальше, добавил. — Не обижайте вашу напарницу, мистер Малфой. Она наше сокровище. Хренов сводник. Драко закатил глаза, испытывая смесь раздражения и легкого веселья. Старый паук, с его привычкой коллекционировать особенных учеников, вероятно, уже представлял, как на следующей встрече его «клуба» будет хвастаться своей ролью в межфакультетском примирении. — Сокровище, значит, — хмыкнул Драко, когда Слагхорн отошел достаточно далеко. — Теперь ты официально принадлежишь коллекции нашего профессора. Поздравляю. Грейнджер фыркнула, открывая учебник на нужной странице. — Я уже давно в его коллекции, Малфой, — она покачала головой, — Но после сегодняшнего… он определенно добавит новую главу в свои мемуары. — Ох, точно. «Как я спас магический мир от нового раскола, сведя вместе бывшего Пожирателя Смерти и героиню войны. Глава двенадцатая: моё гениальное распределение пар на уроке Зельеварения». Уголки её губ дрогнули в подобии улыбки, и Драко ощутил странное удовлетворение. Признание его остроумия всегда тешило эго. — Святые яйца Салазара, я этого не переживу! — Тео перегнулся через парту, уставившись на них с нескрываемым восторгом. Он выглядел как умалишенный, получивший в подарок коробку острых предметов. — Я… я ожидал чего угодно. Даже того, что он затащил в постель Плаксу Миртл. Но ГРЕЙНДЖЕР?! — Тише, Нотт, — зашипел Драко, бросая взгляд на Слагхорна, который, к счастью, отвлекся на другую пару. — Так это официально? — Тео продолжал, совершенно игнорируя предупреждение. — Вы пара, да? Вас благословил сам профессор Слагхорн, хранитель высших ценностей межфакультетского траха! О, Салазар! Теперь рассказывайте, как это произошло. В деталях. Подробно. Желательно с иллюстрациями. Грейнджер смотрела на Нотта с таким выражением, словно наблюдала за редким видом психически нестабильного существа. — О, я сделаю комикс! — Тео мечтательно закатил глаза. — «Героиня войны и Пожиратель Смерти — любовь за гранью морали». Грейнджер, признайся, ты всегда была влюблена в Драко, да? Знаешь, я не осуждаю. Эти волосы, ммм, так и хочется вырвать, когда он открывает рот. Грейнджер повернулась к Драко, её брови поднялись до невероятной высоты. — Это… что это такое? — произнесла она с видом учёного, обнаружившего неизвестную форму жизни. — Это Теодор Нотт, — вздохнул Драко, бросая мрачный взгляд на друга. — Человек, которого я пытаюсь не убить уже восьмой год. — Ты меня любишь, дружище. Не ври! — Тео хлопнул Драко по плечу. — Она не будет ревновать, правда, Грейнджер? Драко раздраженно отбросил его руку. Грейнджер всё это время сидела с высоко поднятыми бровями. — Блейз Забини, приятно познакомиться, — Блейз наклонился вперед, улыбаясь своей самой ослепительной улыбкой. — Я бы хотел узнать получше человека, который добровольно согласился лечь в постель с Малфоем после войны. Такое мужество достойно уважения. — Мы знакомы, Забини, — вздохнула Грейнджер, явно уже устав от эксцентричной компании его друзей. — И я бы не назвала это мужеством, скорее ослабленным инстинктом самосохранения. — Разве это не одно и тоже? — Драко выгнул бровь, раскладывая ингредиенты. Грейнджер фыркнула, но спорить не стала. Нотт в это время, конечно, не собирался успокаиваться. Это было бы слишком большим подарком. — Ну серьезно, — продолжил Тео, влезая между ними. — Дайте хоть немного деталей! Ролевые игры? Садо-мазо? БДСМ? О, я знаю! Может, Драко был в своей маске Пожирателя для пикантных ощущений? Вы разыгрывали сценку «грязнокровочка попала ко мне в плен»? Грейнджер слегка побледнела, а её пальцы сжались на рукоятке ножа для ингредиентов. — Тео! — раздраженно воскликнула Паркинсон позади них. Она попыталась оттянуть Теодора назад, но у нее не получилось. — Мы же говорили об этом! — Держи свои мысли при себе, Нотт, — наконец произнесла ровным голосом Грейнджер, но Драко заметил напряжение в её позе. — А, так значит, обычный ванильный секс? Скучновато, — Тео разочарованно надул губы. — Но что насчет татушки? — он понизил голос, наклоняясь ближе. — Как тебе его извивающаяся змея на теле? Возбуждает? Знаешь, такой раздвоенный язычок скользит по… Драко схватил Нотта за воротник и дернул назад, ощущая, как сам начинает закипать. Это было слишком даже для Нотта — этот долбоеб переступил черту. А в планы Драко точно не входило то, что Грейнджер проклянет их всех разом. Раз. Два. Три. Он не ударит его прямо на уроке. — Ты её пугаешь, придурок, — справившись с волной гнева процедил он, отпуская Тео и бросая взгляд на Грейнджер. Ее зубы были крепко сцеплены, а рука, которой она измельчала когти Грифона, слегка подрагивала. Блейз закатил глаза, положив руку на плечо Тео. — Не лишай нашего мальчика шанса на секс, Нотт, — произнес он с притворной серьезностью. — Ты же знаешь, как редко у него бывают подобные возможности в последнее время. — Я просто удивлен! — воскликнул Тео, снова подаваясь вперед. — Драко отполировал свой член грязнокровой пизденкой, это же событие! Лицо Грейнджер осталось бесстрастным, но глаза вспыхнули холодным огнем. Она медленно отложила ступку и развернулась к Тео. Прекрасно. Сейчас она их всех убьет. — Вообще-то, это я позволила чистокровному члену побывать в моей компании, Нотт, — произнесла она, ее глаза опасно блеснули. — Чистая благотворительность. Тем более, исследования показывают, что многовековой инбридинг статистически ведет к деградации мужского достоинства. Тео раскрыл рот, не ожидавший такого ответа. Со стороны Паркинсон послышалось что-то похожее на смешок и еле слышное: «Я говорю им это каждый день». Грейнджер, выждав паузу, перевела свой взгляд на него. Менее ядовитый, но более насмешливый. — Драко, впрочем… оказался приятным исключением. Выше ожидаемого. Выше ожидаемого? Драко не знал, оскорбиться или воспринять это как комплимент. Он был уверен, что его навыки и «достоинство» заслуживают по крайней мере оценки «Превосходно», но не стал отвечать на выпад Грейнджер. Тем более, он не мог не оценить ее выдержку. Не каждый был способен вынести бред Нотта, да еще и поставить его на место. — Охуенно! — воскликнул Тео, хлопая в ладоши. — Она мне нравится, Драко! Оставь её себе! Или отдай мне! — Мистер Нотт! — окликнул Слагхорн строго. — Ещё одно неприличное слово, и вы будете отрабатывать у мистера Филча целую неделю! — Простите, профессор! Просто наслаждаюсь межфакультетским сотрудничеством! Слагхорн лишь покачал головой, не став снимать баллы. — Давайте вернемся к работе, — объявил профессор, продолжая обход класса. — У вас осталось тридцать минут до конца занятия. Помните, что время добавления корня мандрагоры критически важно! Грейнджер повернулась к котлу, оставив слизеринцев переваривать полученную информацию. Драко видел, как её пальцы скользили по страницам учебника, отмечая важные моменты рецепта. Её волосы начали мешать, падая на лицо, пока она склонилась над котлом, и Драко с нетерпением ждал следующего шага их маленького спектакля. И вот оно. Грейнджер быстрым, привычным движением собрала волосы в высокий пучок. Её тонкая шея полностью обнажилась, демонстрируя всю коллекцию следов, оставленных Драко накануне. Темные пятна засосов и яркие отметины от зубов украшали бледную кожу от линии челюсти до ключиц. Перешептывания тут же заполнили тишину. — О-о-о, Малфой! — провыл Тео, не заботясь о том, что его слышит весь класс. — Ты что, пытался её сожрать?! У тебя проблемы с самоконтролем или ты просто голодный ходишь? — Так вот почему в Большом зале ты почти ничего не ел, — задумчиво протянул Блейз, разглядывая шею Грейнджер. — Ты уже насытился? — Лев съел змейку, змейка съела льва, — пропел Тео, раскачиваясь на стуле. — Я не думал, что ты каннибал, Драко. Хотя, должен признать, в этом есть своя извращенная поэзия. Драко поднял руку и провел пальцами по шее Грейнджер, очерчивая следы своих укусов с легкой ухмылкой. Её кожа была теплой под его прикосновением. Тонкая. Нежная. Он не смог сдержать самодовольной улыбки, рассматривая свою работу. Грейнджер вздрогнула от его прикосновения, но не отстранилась. Интересно. — Прости, если был слишком… энтузиастичным, — произнес он с ухмылкой. — Как будто тебе действительно жаль, — фыркнула Грейнджер, но в её глазах мелькнуло что-то похожее на искру веселья. — Теперь я понимаю природу вашего траха, — серьезно кивнул Тео, словно делая научное открытие. — Сублимация желания убить друг друга. Это… черт, это горячо. Грейнджер добавила измельченные когти грифона в кипящее зелье, решив проигнорировав слова Нотта. Правильная стратегия. Она бросила взгляд на его открытую шею, прежде чем снова вернуться к котлу. — У тебя тоже есть метка, Малфой, — подметила она, помешивая зелье. — Тебе идет. Драко усмехнулся, наклоняясь ближе к котлу. Кто бы мог подумать, что у гриффиндорской заучки есть такие наклонности? — Так ты собственница, Грейнджер? — Не говори глупостей, — она повернулась к нему, оказавшись непривычно близко. Ее карий взгляд был обращен прямо в его глаза. — Просто приятно смотреть и вспоминать о возможности перегрызть тебе глотку. Жаль, упущенной. — О Салазар, вы слишком горячие, — простонал Тео, прижимая руку к сердцу и прерывая их обмен взглядами. — Грейнджер, дай мне укусить его тоже! Я уверен, его кровь очень вкусная! Он потянулся к шее Гермионы, явно намереваясь потрогать следы укусов, но она шлепнула его по руке. — Даже не думай, Нотт, — Грейнджер отодвинулась от Тео. — Боюсь представить, где были твои руки. — Ты думаешь, у Драко они почище? — Нотт хихикнул, как школьница. — Я уверена, его руки не были в анальных отверстиях кентавров… а на счет тебя есть сомнения, — парировала она, и Драко не смог сдержать смешка. Забини расхохотался позади них. — Она тебя уела, Нотт! — покачал головой Блейз. — А я говорил, что твоя одержимость анатомией кентавров до добра не доведёт. — Моя слава идет впереди меня! — с наигранным сожалением проговорил Тео, устало падая на парту. — Может, просто стоит перестать рассказывать об этом каждому первокурснику? — Грейнджер подняла бровь, смерив Нотта оценивающим взглядом. — Они, знаешь ли, жалуются. — О, но это мое любимое занятие! Совращать маленькие умы! Могу и тебе рассказать, мышцы кентавров на самом деле… — Заткнись, Нотт, — перебил его Драко, устав от этого диалога. — У нас есть зелье, которое нужно сварить. Их перепалка привлекла внимание Слагхорна, который снова подошел к их столу. — Всё в порядке, мисс Грейнджер? — спросил он, бросая подозрительный взгляд на слизеринцев. — Всё отлично, профессор, — уверенно ответила Гермиона. — Мы как раз начали готовить зелье. — Отлично, отлично, — кивнул Слагхорн, явно довольный. — Жду от вас образцового результата! Когда профессор отошел, Драко наклонился ближе к Грейнджер, чувствуя как ее непослушные волосы, выбившиеся из прически, щекочут его кожу. — Давай продолжим наш маленький спектакль, — прошептал он ей на ухо. — Для убедительности. Он положил руку на её колено под партой, чувствуя, как она напряглась. — Ты в своем уме? — прошипела Грейнджер, но не сбросила его руку. — Абсолютно, — ухмыльнулся Драко. — Смотри, Уизли наблюдает за нами. Давай дадим ему представление, достойное его внимания. Она бросила быстрый взгляд на Уизела, и в её глазах мелькнула та же холодная ярость. Она закусила губу, размышляя. — Ладно, но не заходи слишком далеко, — сдалась она, и вернулась к работе. Драко хмыкнул. Конечно. Его рука медленно скользнула выше по её колену, поглаживая внутреннюю сторону бедра. Грейнджер напряглась, но не отодвинулась. — Мисс Грейнджер, — вдруг окликнул Слагхорн. — Не могли бы вы подсказать классу, почему важно добавлять измельченные лепестки лунного цветка до, а не после кипения? Драко воспользовался моментом, скользнув рукой под её юбку. Его пальцы нежно поглаживали кожу у края трусиков. Грейнджер едва заметно вздрогнула, но никак не выдала себя. — Потому что лунные цветы теряют свои волшебные свойства при воздействии высоких температур, профессор, — ответила Грейнджер совершенно спокойным тоном, словно рука Драко не блуждала сейчас в опасной близости от самых интимных мест. — Их эссенция должна высвобождаться постепенно, по мере нагревания зелья. — Превосходно! — обрадовался Слагхорн. — Пять баллов Гриффиндору! Драко не мог не впечатлиться её самообладанием. Как было бы забавно довести её до оргазма прямо здесь, на глазах у Уизли. Посмотреть, как она теряет контроль перед всем классом. Как глаза рыжего загораются от ярости и понимая. Как она стонет под его рукой… Начиная чувствовать собственное возбуждение, Драко решился скользнуть пальцами под ткань трусиков, нащупывая влажное тепло. Она была мокрой. От его прикосновений? Или от чувства опасности? Интересно. Очень интересно. Внезапно Грейнджер сжала его запястье под столом, останавливая руку. — Единичная акция, Малфой, — прошептала она, не глядя на него. — Я не собираюсь быть твоей личной шлюхой. Он усмехнулся, но убрал руку. Ещё посмотрим, Грейнджер. Класс продолжал работать над зельем, но Драко не мог не заметить, как много взглядов было направлено в их сторону. Уизли время от времени бросал на них злобные взгляды, его лицо перекашивалось от ярости. Поттер выглядел больше обеспокоенным, чем злым. Он, казалось, бросил попытки вправить мозги Уизелу и полностью сосредоточился на зелье. К концу урока их зелье приобрело идеальный лазурный оттенок. Грейнджер выглядела довольной, даже несмотря на то, что большую часть работы выполнила сама. Драко не возражал — он был слишком занят, наслаждаясь реакцией окружающих. — Великолепно! — воскликнул Слагхорн, подходя к их котлу. — Мисс Грейнджер и мистер Малфой, ваше зелье безупречно. Двадцать баллов обоим факультетам! Драко позволил себе выпрямиться с гордостью. Не то чтобы ему было важно одобрение этого старого подхалима, но хоть что-то приятное в этом учебном году. Класс начал собираться, ученики разливали свои зелья по флаконам и упаковывали сумки. — Итак, Грейнджер, — Драко повернулся к ней, когда они остались практически одни у своего стола. Его голос звучал небрежно. — Я думаю, наш спектакль стоит продолжить. Уизли еще не достаточно страдает. Грейнджер бросила взгляд на Уизли, который продолжал кипеть от злости у выхода, поддерживая котел подмышкой. — Ты прав, — медленно произнесла она. — Он заслуживает ещё немного… страданий. Ее глаза опасно блеснули. Лицо приобрело крайнюю степень решимости. И тогда Грейнджер сделала то, чего Драко не ожидал. Она потянула его за галстук и поцеловала. Прямо посреди класса, на глазах у всех учеников и профессора Слагхорна. Её губы слегка коснулись его, и это было больше похоже на невинное прикосновение, чем на настоящий поцелуй. Драко замер от неожиданности. Это не входило в его планы, но он быстро сориентировался, не желая упускать возможность. Его руки обвились вокруг её талии, притягивая ближе. Он углубил поцелуй, показывая, как это на самом деле — целоваться с Драко Малфоем. Где-то на фоне послышался стук опрокинувшегося котла. Хлопок двери. Возможно, свист? Грейнджер замешкалась на секунду, но затем ответила, её губы приоткрылись навстречу его. Он скользнул языком в её рот, оглаживая нежную кожу. Её язык очертил дугу на его, и Драко на мгновение забыл, где они находятся. Желание ее трахнуть слишком отчетливо ударило в пах. Драко прикусил ее губу, слегка потянув на себя, прежде чем отстранится. Класс замер, наблюдая за ними. Уизли исчез, не выдержав представления. Грейнджер смотрела на него, дыхание еще восстанавливалось, а глаза блестели. — Слишком много слюны, Малфой, — прошептала она на ухо, прежде чем выскользнуть из его рук. — Меня чуть не стошнило. И, не дожидаясь ответа, она быстро вышла из класса, оставив его стоять с открытым ртом. Блейз присвистнул, подходя к Драко. — Кого-то, похоже, крепко взяли за яйца, — ухмыльнулся он, вместе с Драко провожая Грейнджер взглядом. — Грейнджер действительно до дури храбрая, — заметила Пэнси, собирая свои вещи. — Меня бы ты проклял за такую фамильярность в период нашей интрижки. — Мы были на четвертом курсе, Пэнс, — отмахнулся Драко, постепенно приходя в себя. — И тебя возбуждала только моя фамилия. — Как хорошо, что теперь твоя фамилия вызывает только приступ тошноты, — Паркинсон ухмыльнулась, хлопая его по плечу. — А я перешла в другую лигу. — Ну, Драко, — Тео обнял его за плечи, ведя к выходу, — для тебя это неплохой шанс подмыть репутацию. Трахать золотую девочку — и вот тебе немного золота на член! Драко скривился, Блейз хохотнул, а Пэнси закатила глаза, но не смогла сдержать усмешку. — Он в чем-то прав, на самом деле, — все посмотрели на нее с удивлением. — Что? Это серьезно может помочь твоей репутации. — Пэнс! Я всегда знал, что ты меня любишь! — радостно воскликнул Тео, бросаясь обнимать её. Драко вздохнул, направляясь в сторону выхода. Отчетливый хлопок послышался за спиной. Придурки. — Так как она в постели? — поинтересовался Блейз, когда они ушли по коридору. Воздух казался на удивление свежим. — Стоит ли шумиха того? — Умоляю, Драко, — Тео потер затылок, оправляясь от удара, и сложил руки в молитвенном жесте, — хоть одну деталь! Драко поднял бровь, оглядывая их с высокомерным видом. — Она царапается, — наконец произнес он, вспоминая следы ногтей на своей спине. — О-о, львица! — восторженно выдохнул Тео. — Настоящая львица! Они направились в Большой зал на обед, и Драко не мог не задумываться о том, когда будет следующий «акт» их маленькой пьесы. И к чему это может привести. «Единичная акция»? Как бы не так, Драко рассчитывал на ещё один раунд.