Mountain Lyin’

На следующее утро, в лучших традициях Лидии Мартин, Лидия разбудила меня раньше, чем это сделал мой будильник. Ну, если, конечно, вы можете назвать четыре часа утра «следующим утром», а «разбудила меня» означает «напугала, закричав во весь голос». Я вскочила с кровати, крича и размахивая руками, пытаясь понять, на кого напали. Я лихорадочно оглядела комнату, но не увидела ни незнакомцев, ни изуродованных тел, а главное — ни красных глаз, смотрящих на меня из темноты. Рядом со мной металась Лидия, издавая оглушительные вопли и рискуя задушить себя собственными простынями. Я попыталась подняться на колени и в итоге рухнула на неё сверху. Моя правая рука всё ещё была в гипсе и ничего не могла сделать. Колено Лидии ударилось о мою спину, и я вскрикнула от боли. На глаза навернулись слёзы усталости и разочарования. — Лидия! Лидия, всё в порядке! Это я! Лидия, очнись! Наконец мне удалось поймать Лидию за запястье, когда она резко села в кровати. Она вертела головой из стороны в сторону, пока не увидела меня. По её лицу текли слёзы, а потом она упала лицом мне на грудь. Она вцепилась в мою футболку и зарылась лицом мне в шею, всхлипывая. Я слышала, как она всхлипывает, но почти не понимала слов. До меня доносилось лишь смутное ощущение, что она вспоминает, как зверь разбил стекло, как сверкали его красные глаза и как она боялась, что я умру. Дверь распахнулась, и в комнату ввалились Натали и моя мама. Мать Лидии попыталась забрать её у меня, но Лидия не отпускала мою рубашку. Мне пришлось неловко перебраться на другую сторону кровати, откинуться на изголовье и прижать её к груди. — Эй, всё в порядке, Лидия. Я никуда не уйду. Я здесь. Всё будет хорошо. Это стало моей мантрой. Я повторяла эти слова в разных вариациях в течение получаса, пока Лидия плакала. Натали явно была на грани нервного срыва и вышла из комнаты. Мама ненадолго осталась с нами и обнимала меня так же, как я обнимала Лидию. Когда Натали наконец вернулась, она принесла большую бутылку с таблетками, которые, по её словам, должны были успокоить Лидию. В течение пяти минут она тщетно пыталась убедить Лидию принять лекарство, но Лидия была погружена в свой собственный мир. В этом мире существовала только я. В итоге Натали пришлось дать таблетки мне, чтобы я могла дать их Лидии. Как только я наконец убедила её принять их, прошло всего пятнадцать минут, и она вырубилась. Натали также предложила мне тоже принять таблетки, но сильнодействующие лекарства пугали меня больше, чем кошмары. Вместо этого я лежала на спине, а Лидия пускала слюни мне на плечо. Я смотрела в белый потолок, пока наконец не взошло солнце — ярко-золотое, а не кроваво-красное, как всю ночь. Затем я занялась подготовкой к школе. Я стояла перед своим шкафом и в сотый раз с тех пор, как проснулась, обдумывала своё решение пойти в школу. Одних только физических травм было достаточно, чтобы бояться идти на уроки. Я бы едва смогла что-то сделать с перевязанной рукой, и знала, что все будут шептаться и показывать на порезы на моём лице. И это без учёта самой травмы. Но я взяла себя в руки. День обещал быть плохим, но школа была моим единственным шансом получить ответы. Я собиралась вытянуть что-нибудь из Скотта и Стайлза, даже если это убьёт меня — или их. В итоге мой наряд представлял собой пеструю мешанину из всего, что было легко надеть: чёрная футболка, которая на первый взгляд скрывала мою перевязь, розовая юбка-шорты, которую можно было легко натянуть одной рукой. Немного поразмыслив, я полезла в шкаф и достала пару потрёпанных кед Vans в клетку. Это было одно из редких преимуществ того, что Лидия осталась дома: мне не пришлось надевать каблуки. Поскольку я левша, мой макияж был довольно скромным. Я скрыла мешки под глазами и неуклюже нанесла на губы немного гигиенической помады. Я нахмурилась, глядя в зеркало, и на мгновение засомневалась. Затем я отбросила сомнения и попросила маму помочь мне с подводкой для глаз. Я откинулась на спинку стула в ванной, стараясь не вздрагивать каждый раз, когда она подносила к моему глазу карандаш. Мне не нужна была помощь с тех пор, как мне было десять лет и я выступала на танцевальном вечере. Это было досадно, но почти так же утешительно. — Ты уверена, что хочешь это сделать? — спросила мама, краем глаза наблюдая за процессом. — Немного поздновато спрашивать об этом, мам. Я не собираюсь сейчас смывать подводку. — Нет, я не про это, я имела ввиду поход в школу. — Мам... — Может, хотя бы на один день ты попытаешься стать такой же, как все девочки-подростки на планете, и прогулять школу? — Нет, мам. — Я тебе помогу. Спроси меня, можно ли тебе остаться дома. Я дам тебе разрешение прогулять школу. — Мам, я не хочу прогуливать школу. — Да, я знаю. В этом-то и проблема. — Она отложила подводку, и я застонала, но она не собиралась продолжать, не высказавшись. — Сэди, то, что произошло с тобой прошлой ночью, было серьёзным происшествием. На тебя напали. Тебе нужно время, чтобы всё обдумать, а не торопиться вернуться к нормальной жизни. Никто не просит тебя идти сегодня в школу. — Я знаю, — сказала я ей. — Я просто… я тоже не могу здесь оставаться, ждать, пока Лидия снова сорвётся, смотреть на стену в своей спальне и думать о том, что произошло. Не понимаю, как это может кому-то помочь. Мне нужно отвлечься. — Так я могу помочь тебе отвлечься. Мы можем… посмотреть фильмы, поиграть в настольные игры, сходить в торговый центр — что-нибудь спокойное и контролируемое, чтобы ты могла выйти из игры, если захочешь. — Я собираюсь пойти в контролируемое место. А если там будет слишком много народу, я позвоню и попрошу тебя забрать меня. Ты уже разрешила мне прогулять. Мама прищурилась, увидев мою дерзкую улыбку, но всё же взяла подводку. — Ты уже думала о том, что собираешься всем рассказать? — Просто скажу, что у меня была небольшая стычка с машиной. — Люди будут спрашивать и о Лидии. Ты не знаешь, пойдет ли Джексон в школу? — Я не знаю. Я ничего о нём не слышала. Но, зная Джексона, могу предположить, что он, скорее всего, поедет. Он не захочет сидеть в доме один. — ...ты уверена, что хочешь это сделать? — Мама. — Хорошо, я закончила. Пока что. Завтрак прошёл в полной тишине. Я сидела за кухонным столом и ела хлопья, а мама и Натали смотрели, как я жую, словно я была бомбой замедленного действия. К тому времени, как я доела, я уже была готова пойти в школу, лишь бы не оставаться под их пристальным взглядом. Мама пошла за ключами от машины, а я стояла у двери, накидывая рюкзак на здоровое плечо. Именно тогда я заметила ярко-жёлтую коробку, прислонённую к лестнице, ту самую, которую я упаковала накануне и оставила на улице, пока мы с Лидией отвозили Эллисон домой. Сегодня у Эллисон был день рождения. Неужели только в эти выходные мы с Лидией ходили за подарком и я купила охотничьи сапоги до колена в качестве сюрприза? Казалось, прошла целая вечность, целая жизнь. Я в оцепенении подняла коробку и пошла за мамой к машине. То ли потому, что я приехала на минивэне, то ли потому, что рядом со мной не было притягательной Лидии, первые несколько минут в школе прошли спокойно. Никто не приставал ко мне, пока я шла к своему шкафчику или даже когда я шла к шкафчику Эллисон, чтобы отдать ей подарок. На меня несколько раз посмотрели, когда я открыла шкафчик Эллисон, но только потому, что я вскрикнула, когда мне в лицо что-то вылетело. Я увидела вспышку красных глаз и затаила дыхание, но потом поняла, что Лидия набила шкафчик Эллисон воздушными шариками. Я схватилась за грудь, пытаясь унять сердцебиение. Когда Лидия только успела? Я поставила жёлтую подарочную коробку на пол и достала из сумки ручку. Эллисон прямо сказала мне, что хочет, чтобы её семнадцатый день рождения остался в тайне, а сохранить секрет, когда в её шкафчике установлена ловушка, было непросто. Как можно быстрее, одной работающей рукой, я проткнула шарики у узла, чтобы выпустить из них воздух, и они остались висеть внутри, как грустный увядший букет. Выглядело это ужасно, но, по крайней мере, она будет знать, что мы помним о её дне рождения, а значит, помним и о её пожеланиях. В обычный день я бы задержалась, чтобы лично вручить Эллисон её подарок. Сегодня я оставила подарок в её шкафчике и отправилась ждать свою жертву. Я пришла в школу немного раньше, чтобы наверняка его поймать, и, к счастью, он меня не разочаровал. Увидев меня, Стайлз замер как вкопанный посреди коридора, . Он огляделся в поисках выхода, затем сделал несколько шагов назад и снова несколько шагов вперёд. Казалось, он собирался сбежать, но мы оба знали, что ему нужно подойти к своему шкафчику, а я его уже заметила. Если не считать того, что он мог бы прогулять весь день, у него не было возможности избежать встречи со мной. И поэтому Стайлз, хоть и неохотно, подошёл ко мне и к своему шкафчику. — Привет, Сэди, — поздоровался он как можно более непринуждённо. — Ты выглядишь… ужасно. — Ну и ну, спасибо, Стайлз, — сказала я с кислой улыбкой. — Как мило с твоей стороны заметить это. Он виновато улыбнулся и повернулся к своему шкафчику. — Ну что, как спалось? — Ужасно. Лидия разбудила меня посреди ночи, крича во всё горло. — Что?! — воскликнул он и тут же уронил учебник истории себе на ногу. — Ай! С ней всё в порядке? Что случилось? Она не пострадала?! — Расслабься, Стайлз, с ней все в порядке — заверила я его. — Ей просто приснился кошмар. Нам обеим сегодня снились кошмары, но потом Лидия приняла лекарства, и ей стало лучше. Стайлз всё ещё выглядел настороженным, не до конца веря мне. Я закатила глаза. — Стайлз, я бы написала тебе, если бы с ней что-то случилось. Честно. В одно мгновение его опасения переросли в откровенное недоверие. — Угу, конечно. И зачем тебе это делать, а? — Потому что я знаю, что она тебе действительно небезразлична. Это был не тот ответ, которого он ожидал. Несколько секунд Стайлз просто смотрел на меня, пытаясь понять, не разыгрываю ли я его, но я была абсолютно честна. Одного разговора в приёмной больницы мне хватило, чтобы понять, что Стайлз искренне любит Лидию, даже если она едва знает о его существовании. Эти чувства не обязательно должны быть взаимоисключающими. — Ну... спасибо, — наконец сказал он, благодарно кивнув. — Без проблем. Кроме того, знаешь, если бы с ней что-то действительно случилось, я, наверное, даже не смогла бы это объяснить, ведь я не тот, кто знает, что на самом деле произошло прошлой ночью. Стайлз в отчаянии скривился и захлопнул свой шкафчик. — Сэди, я не могу просто взять и сказать тебе. — Стайлз! Эта... эта тварь могла убить меня прошлой ночью. Послушай, — я огляделась по сторонам и понизила голос до шёпота, — я знаю, что это не пума, и ты тоже это знаешь. — Ш-ш-ш! — он отчаянно замахал на меня руками, как будто я могла говорить тише, чем уже говорила. — Тише, ладно? Ладно?! Я знаю! Я знаю, просто… это не совсем моё дело. — Тогда чьё же оно? Стайлз на мгновение задумался, в отчаянии проведя рукой по волосам. Я заметила, как его взгляд скользнул от перевязи к порезам на моём лице, заклеенным свежими пластырями, а затем к плохо скрытым мешкам под глазами. Он поджал губы, поразмыслил и вздохнул. — Я ничего не могу тебе сказать, пока не поговорю со Скоттом. — Хорошо. Тогда пойдём поговорим со Скоттом. — Я протиснулась мимо него и направилась в класс английского, а Стайлз поспешил за мной. Я была так сосредоточена на поиске ответов, что даже не обращала внимания на группы студентов, которые смотрели на меня. Я не обращала внимания на пристальные взгляды и приглушённые шёпоты, прошла прямо в класс и села за парту, не сводя глаз с двери, чтобы не пропустить момент, когда войдёт Скотт. И я ждала. И ждала. И ждала. Пока наконец не прозвенел звонок. Мы со Стайлзом переглянулись, и я снова повернулась к двери, ожидая увидеть, как Скотт врывается в комнату, опоздав, или как они с Эллисон вбегают, опустив головы, потому что целовались в коридоре. Ни того, ни другого не произошло. — Мисс Беннет? — я чуть не подпрыгнула от неожиданности, подняв глаза и увидев мистера Неске, который стоял в углу моего кабинета и обеспокоенно смотрел на меня. — С вами всё в порядке? — Что? — я взглянула на свою руку и вдруг вспомнила про повязку. — А! Да, я просто… Вчера попала под машину. Я в порядке. — Хотите, я принесу вам копию конспектов? — мягко спросил он. — О нет, всё в порядке. Стайлз будет писать для меня конспекты. Мистер Неске и Стайлз оба подняли брови, но когда учитель повернулся к нему, Стайлз улыбнулся и неловко помахал ручкой, не отрывая её от бумаги. Мистер Неске прищурился. — Лучше я дам вам копию конспекта, — решил он, похлопав меня по здоровому плечу и уходя. Стайлз посмотрел ему вслед и усмехнулся, явно оскорблённый. Когда он повернулся ко мне за поддержкой, я лишь пожала плечами и кивнула в сторону его тетради. Стайлз скорчил мне рожицу и с недовольным видом повернулся к доске. Скотт вообще не пришёл на урок английского. Эллисон, кстати, тоже. Я трижды писала ей во время урока: один раз, чтобы поздравить с днём рождения, второй раз, чтобы спросить, не опаздывает ли она и не прогуливает ли, и третий раз, чтобы спросить, не видела ли она Скотта. Затем я написала Скотту и велела ему немедленно тащить свою задницу в школу, чтобы мы могли поговорить. Я не получила ответа ни на одно из сообщений, а когда урок закончился, Стайлз по-прежнему отказывался рассказывать мне, что происходит. Излишне говорить, что я была в отчаянии. Я схватила его за рубашку свободной рукой и потребовала, чтобы он написал мне, как только получит сообщение от Скотта, и не отпускала его, пока он не пообещал это сделать. Убедившись, что он в достаточной мере напуган моим гневом, я неохотно пошла на урок математики. — Ого, — сказал Дэнни, когда я села рядом с ним. — Что с тобой случилось, чёрт возьми? — А, это? — я отшутилась, показав на свою перевязь. — Всё в порядке. Просто немного повздорила с машиной. — Чёрт, — пробормотал он, осматривая порезы на моём лице. — Ты в порядке? — Ну, ничего не сломано. Повязка будет мешать мне до конца недели, но в целом всё в порядке. — Как там Лидия? — моё сердце замерло, и я уставилась на него, а Дэнни лишь пожал плечами. — Её не было на уроке. А ещё ты снова в этих дырявых кроссовках, к которым Лидия в здравом уме и близко бы тебя не подпустила. — Ну да… — я усмехнулась и покачала головой. — Она дома, болеет. Но мама уже дала ей какие-то лекарства. — Ты знаешь, что с ней не так? — Нет, — ответила я, прикусив губу. — Правда, нет. Все остальные вопросы были забыты, когда в комнату вошёл Джексон. Он выглядел так же ужасно, как и я себя чувствовала, или, скорее, как любезно сообщил мне Стайлз, так же ужасно, как и я. У Джексона не было видимых повреждений, но он был намного бледнее обычного, и даже после одной плохой ночи его щёки впали, а под глазами образовались тёмные мешки. Он был сам не свой. Джексон сел напротив меня, но на мгновение замер, встретившись со мной взглядом. Я заметила, как он расслабился, оценив повреждения на моём лице, которые при дневном свете выглядели ещё хуже. — Привет, — обеспокоено поздоровался Дэнни. — Чувак, ты в порядке? — В порядке, — коротко ответил Джексон, откинувшись на спинку стула. Я видела порезы, которые Дерек оставил у него на затылке, — неровные линии, доходившие до линии роста волос. Лидия назвала их царапинами, но я была с ней не согласна. Похоже, Джексона проткнули: четыре колотых раны, расстояние между которыми было примерно таким же, как между отпечатками пальцев. Я не могла представить, как шкафчик мог оставить такие следы, но я также не замечала, чтобы у Дерека были такие длинные ногти. Это был ещё один вопрос, который добавлял этой ситуации загадочности. — Нет, с тобой не всё в порядке, — настаивал Дэнни. — Что случилось? — Дэнни, я же сказал, что со мной всё в порядке… Голос Джексона меня по-настоящему напугал. Это было совсем не то «я в порядке», которое он выкрикивал прошлой ночью, злясь на всех, кто на него смотрел. Теперь его голос был просто мёртвым и безжизненным. Я никогда не видела, чтобы Джексон упускал возможность выместить своё плохое настроение на ком-то другом. Дэнни посмотрел на меня в поисках поддержки, но я лишь покачала головой. Лучше оставить это в покое. Но поскольку я не знала, как поступить... Я подняла здоровую руку и осторожно положила её на плечо Джексона. Он вздрогнул, но не отстранился. Я провела большим пальцем по ткани его кожаной куртки, надеясь, что он этого не почувствует, и убрала руку только тогда, когда начался урок. На следующих нескольких уроках мне казалось, что это снова была первая неделя в школе. Люди задавали мне обязательные вопросы: Ты в порядке? Что случилось? Я давала отрепетированные ответы: я в порядке. Я попала в автомобильную аварию. Мне пришлось быть немного осторожнее, когда люди спрашивали о Лидии, говоря им, что она больна, но она уже принимает лекарства и скоро придет в себя. В тех редких случаях, когда кто-то спрашивал меня о Джексоне, я просто отвечала, что не говорила с ним об этом. Формально это было правдой. Я не говорила с Джексоном о том, что с ним случилось, только слушала, как он разговаривает с полицией. Меня это устраивало, до тех пор, пока не начался урок химии. Я направлялась в кабинет мистера Харриса, когда заметила, что Джексон спешит в другую сторону. Я застыла посреди коридора. Мы с Джексоном были друзьями по определению, но это слово не совсем подходило для описания наших отношений. Он почти не говорил с Лидией о своих чувствах, не говоря уже обо мне. Я никогда не разговаривала с ним о чём-то значимом, кроме спорта или учёбы. Я нерешительно оглянулась на классную комнату. Затем развернулась на каблуках и побежала за Джексоном. Я нашла его перед шкафчиком, он сидел на полу, поджав колени и обхватив голову руками. Прозвенел звонок, и в коридорах никого не было, так что он мог ненадолго снять маску сурового парня. Я прикусила губу и подошла ближе, стараясь ступать погромче, чтобы он не обвинил меня в том, что я подкралась незаметно. — Джексон? Ты в порядке? — Я в порядке, Сэди. Просто уходи. Обычно от такого приказа я бы пустилась наутёк, но, как и на уроке математики, в голосе Джексона не было привычной уверенности. Я почувствовала себя в достаточной безопасности, чтобы бросить сумку рядом с ним, прижаться спиной к стене и опуститься на пол рядом с ним. — Мы оба знаем, что это неправда, — сказала я с натянутым смехом. —Нам не обязательно говорить об этом, но хотя бы не лги мне. Мы просидели в тишине несколько минут, прежде чем Джексон наконец взглянул на меня. Вблизи мешки под его глазами были ещё заметнее, а кожа блестела от пота, выступившего от волнения. Я рассматривала его, а он — меня, и мы оба оценивали нанесённый ущерб. — Как Лидия? — тихо спросил он. — Могло бы быть и лучше, — честно сказала я. — Не думаю, что у неё есть какие-то проблемы со здоровьем, но она просыпалась с криками от кошмаров. Я не могла оставить её одну на всю ночь. Натали дала ей какие-то успокоительные, но, когда я уходила, её всё ещё сильно трясло. — Из-за чего она так разволновалась? — попытался он спросить как ни в чём не бывало. — Наверное, из-за того, что прошлой ночью её парня и лучшую подругу чуть не убило дикое животное. Но что я могу об этом знать? Этот вызов заставил его изменить своё отношение к происходящему, и он опустил глаза в пол. Его брови тревожно нахмурились. — Я не думаю, что это был пума. — Что? — я вскинула брови, и от пореза на лбу у меня защипало. — Почему бы и нет? — Я просто не понимаю, — раздражённо бросил он. — Какой горный лев просто перережет парню горло и остановится, а? Разве он не попытался бы его съесть или что-то в этом роде? — Я не... — Какой горный лев будет специально опрокидывать полки? Ладно? Потому что они не могли упасть случайно, когда он отскакивал от стен, ясно? Была... была гробовая тишина, я спрятался, а потом меня вдруг прижали к земле! А потом он... потом он просто... Джексон замолчал и зажмурился. Я настороженно наблюдала за ним, но, что бы ни произошло дальше, не было похоже, что Джексон готов это сказать. Я подумала о ярко-красных глазах, которые светились в темноте, и о том, как упустила эту деталь, когда разговаривала с шерифом Стилински. — И что тогда? — подначила я Джексона. Когда он поднял на меня глаза, я увидела в них страх. — Оно завладело мной, Сэди. Оно было… оно было прямо за моей спиной. Оно дышало мне в затылок, а потом просто… исчезло… Я не знаю, почему оно меня не убило… Джексон вглядывался в мои глаза, умоляя дать ему какой-то ответ, объяснить ему всё. Я знала, что он хотел забыть об этом. Он хотел верить, что это был горный лев, и на этом всё, рациональное объяснение. Но не было никакого рационального объяснения тому, через что ему пришлось пройти, через что пришлось пройти нам. Пока мы сидели там, я с удивлением обнаружила, что мне действительно жаль великого и могущественного Джексона Уиттмора. — Это могло быть что угодно, Джексон, — предположила я. — Что-то, чего мы не слышали, что-то, что пахло. Это могло быть что-то больное, раненое или что-то ещё. Главное, что с тобой всё в порядке. Оно тебя не убило, и шериф отправил половину департамента на его поиски, так что… всё будет хорошо. Я толкнула его плечом, пытаясь утешить, хотя утешать Джексона было странно и нелепо. Но удары продолжали сыпаться. — Прости, что я так психанул прошлой ночью, — продолжил он самым нехарактерным для Джексона образом, какой только можно себе представить. — Я знаю, что копы — это… больная для тебя тема или что-то в этом роде. Я не подумал. — О, эм… спасибо?.. — Мне было трудно не пялиться на него и в то же время придумывать ответ. — Я… прости, что отчитала тебя. Я знаю, что тебе пришлось нелегко, ведь ты разговаривал со всеми, пока мы с Лидией просто сидели. Я понимаю, что ты просто хотел поскорее уйти оттуда. — Да. Просто... рад, что с тобой всё в порядке. — Да, — эхом отозвалась я с недоверчивой улыбкой. — Рада, что с тобой тоже все в порядке, Джексон. Он кивнул мне и тоже улыбнулся. — Выглядишь дерьмово. — Вау, ну спасибо! — Я рассмеялась, когда он снова поднялся на ноги, откидывая голову назад, к шкафчикам. — Ну, по крайней мере, у меня есть оправдание. Ты и сам выглядишь не слишком сексуально, Осел. — Да пошла ты, Сэди. Я всегда выгляжу сексуально. Он протянул руку, чтобы помочь мне подняться, а затем, покончив с этой сентиментальной ерундой, повёл меня обратно в класс. Мы сильно опоздали, но мистер Харрис всегда был неравнодушен к Джексону. Бог знает почему, но я решила, что буду в безопасности, если мы войдём вместе. На лице Джексона уже играла его обычная ухмылка, и он придержал дверь, чтобы я могла войти первой. Всё замерло в тот момент, когда мы вошли. Мистер Харрис прервал лекцию, чтобы все в классе могли без стеснения смотреть на нас. Я видела, как Дэнни на заднем ряду обеспокоено наблюдает за нами. Стайлз подозрительно переводил взгляд с меня на Джексона и сердито жевал колпачок от маркера. Я опустила голову, чтобы не встречаться с ним взглядом, и решила сесть рядом с Джексоном за пустой партой. Через несколько секунд мистер Харрис подошёл к нам и положил руки нам на плечи. — Джексон, если тебе по какой-то причине нужно уйти раньше, дай мне знать. Тебя это тоже касается, Сэди. — Мы с Джексоном молча кивнули, и я нервно теребила повязку в форме бабочки, пока Харрис возвращался в начало класса. — Все начинают читать девятую главу. Приказ положил конец большинству перешептываний, и я была рада, что после этого урок прошёл относительно спокойно. Ну, кроме того случая, когда Стайлз свалился со стула, пытаясь заговорить с Дэнни. Во время обеда я с грохотом поставила свой поднос на стол напротив Стайлза за пустым столиком. Он оторвался от телефона и в замешательстве посмотрел на меня. — Сэди? Почему ты сидишь со мной? — Потому что Лидии нет в школе, Джексон в самоволке, а мне не хочется придумывать историю о том, как меня сбила машина. — О, ну… это… довольно веская причина. — Он принялся за еду, настороженно наблюдая за тем, как я пытаюсь открыть бутылку с водой одной рукой. Вместо того чтобы предложить помощь, он спросил: — Как Джексон? — Хуже, чем я думала. Он не знает, что и думать о прошлой ночи. Он знает, что это была не пума, но не знает, что ещё и думать. Он действительно очень потрясён. Не думаю, что когда-либо видела его таким уязвимым. — Я сделала паузу, зажав бутылку с водой между коленями, и наконец смогла открутить крышку. Стайлз наблюдал за тем, как я делаю глоток, но по-прежнему не предлагал свою помощь. — Так, эм... что между вами двумя? — Что ты имеешь в виду? — Знаешь, просто… вы, ребята, опоздали на урок, и всё такое, и… и я разговаривал с Дэнни, и Дэнни сказал, что Джексон с ним не разговаривает, но с тобой он общается, хотя Дэнни его лучший друг, так что, знаешь, я просто… — Просто интересуешься, не пытаюсь ли я увести его у Лидии? — спросила я, сверкнув глазами. — Что? Нет! Нет, я совсем не это имел в виду. Я не думал, что вы двое... — Знаешь, я просто не думал, что вы двое... — Хватит болтать, Стайлз. — Попался. Он быстро наклонил голову и снова уткнулся в телефон. Он быстро печатал, в спешке ударяя пальцами по клавишам. Я могла только предположить, что он пишет Скотту. Быстрый взгляд по сторонам подтвердил, что Щенячьи Глазки ещё не пришёл в школу, но день уже был в разгаре, и я начинала уставать от ожидания. — Ты должен мне рассказать, — фыркнула я, и Стайлз тут же вскинул голову. — Я сыта по горло всей этой ерундой с плащами и кинжалами. Больше никакой лжи. — Эй, послушай, мы — я и Скотт — не лгали, — заявил Стайлз, подняв палец. — Всё, что мы тебе рассказали, — это по большей части правда. Скотту трудно контролировать свою тревожность, а Дерек пытается помочь, хотя он и надоедливый придурок, живущий в развалинах своего старого дома. Всё это правда. — Горный лев, — прямо сказала я, и он поморщился. — ... ладно, формально я не... — Никаких формально, Стайлз. Я поговорила с Джексоном. Вместе мы пришли к выводу, что это была не пума. И подумай о Лидии! Было бы намного проще успокоить её, если бы она знала, что… — Нет! Нет!  — Стайлз закричал так громко, что на него обернулись, и пригнулся, чтобы его не заметили. — Нет! Нет, Сэди, ты не можешь им рассказать! — Почему бы и нет? — Потому что это опасно! — Эта тварь опасна, — яростно возразила я, — гораздо опаснее пумы! И если люди будут продолжать бегать вокруг, думая, что это всё, на что она способна, люди будут продолжать страдать! — Думаешь, я этого не знаю?! Я это знаю! Ясно? Мой... мой отец охотится на эту тварь, и он понятия не имеет, что это такое! — Стайлз, — вздохнула я, пытаясь одновременно злиться, раздражаться и сочувствовать. — Почему бы тебе не рассказать ему? — Потому что… потому что я не хочу подвергать его ещё большей опасности, — признался он, подперев голову рукой. — Его работа и так достаточно опасна. — Стайлз... — Нет, Сэди! Нет! Я уже сказал, что не могу тебе ничего сказать, не поговорив со Скоттом! И Скотт, — он сердито помахал телефоном у меня перед носом, — Скотт не берет трубку! — Эллисон тоже меня игнорирует, — сообщила я ему. — Наверное, они сбежали вместе. — Да, но он мог бы хотя бы ответить на свой чёртов телефон. — Он с Эллисон. Он не будет отвечать на твои звонки. — Стайлз обиженно посмотрел на меня, и я закатила глаза. — Да успокойся ты, Эллисон мне тоже не отвечает. Наверное, это какое-то правило, связанное с днём рождения. — Днем рождения? — рассеянно спросил Стайлз, набирая очередное сообщение Скотту. — Да. Сегодня день рождения Эллисон, но она не хотела, чтобы кто-то об этом знал. Наверное, поэтому они решили уйти отсюда. — Хм. Хотел бы я, чтобы мне подарили секс на день рождения. — Я швырнула в него крышкой от бутылки с водой. Каким бы грубым и надоедливым ни был Стайлз, я должна была признать, что он был прав. В течение следующих нескольких уроков я отправила Скотту и Эллисон с полдюжины сообщений, но не особо надеялась на ответ. Я уже смирилась с тем, что мне придётся потратить ещё один день в ожидании ответов, когда мой день стал гораздо менее скучным. Я выходила из библиотеки в конце перемены, когда чуть не столкнулась лоб в лоб с Джексоном. Он выглядел ещё хуже, чем раньше. Его кожа блестела от пота, он вертел головой из стороны в сторону, постоянно оглядывая коридор, словно искал какую-то угрозу. Одна рука была прижата к шее, прямо там, где в волосах исчезали колотые раны. — Джексон? — Мне пришлось проталкиваться сквозь толпу, чтобы догнать его в оживлённом коридоре.— Джексон, эй! Что случилось? — Ничего, — неуверенно ответил он, не глядя на меня. — Ничего, я… я ничего не видел. — Чего не увидел? Наконец я догнала его и оказалась достаточно близко, чтобы схватить за плечо. От моего прикосновения он очнулся и в шоке посмотрел на мою руку. По крайней мере, это заставило его остановиться. — Это… это был тот парень, — сказал он, наклонившись, чтобы прошептать мне на ухо. — Друг Макколла, наркоторговец. — Тот, что постарше? Дерек? — с тревогой спросила я, и тревога моя усилилась, когда Джексон кивнул. —Ч-что ему было нужно? Он причинил тебе вред? — Нет-нет, он... он спрашивал о прошлой ночи. Он хотел знать, что я видел. Я почувствовала, как у меня засосало под ложечкой. Прошлой ночью я задавалась вопросом, не связано ли странное нападение животного с моим странным преследователем. Теперь, похоже, я получила ответ. Если Дерек расспрашивал о нападении животного, значит, что-то определённо происходило, что-то определённо связанное с его странными отношениями со Скоттом и Стайлзом. И если Джексон был первым, кого навестил Дерек, то нетрудно догадаться, кто будет следующим. — Я... мне нужно идти на занятия, — запинаясь, произнёс Джексон, отступая от меня. — Увидимся позже. — Джексон... — Я в порядке! Мне нужно идти. Я топнула ногой, потеряв его из виду в толпе, и провела здоровой рукой по волосам. Как можно быстрее я порылась в своей нелепо огромной сумке, достала телефон и сразу же позвонила Стайлзу. Ему потребовалось несколько секунд, чтобы ответить. Сэди! — воскликнул он приглушённым голосом, который было трудно расслышать из-за шума в зале. — Ради всего святого! Я же говорил тебе, что не могу сказать тебе... — Дело не в этом! — перебила я его. — Стайлз, дело в Дереке. Что? — Его тон сразу изменился, раздражение улетучилось. — Где? Он с тобой? Ты в порядке? — Я в порядке. Я только что столкнулась с Джексоном. Судя по всему, Дерек расспрашивал его о прошлой ночи и о том, что мы видели. Лидии здесь нет, а значит... Если он в школе, он придет за тобой — Закончил Стайлз.— Хорошо. Хорошо, я приду за тобой. Где ты? Знаешь, просто— просто оставайся там, ладно? Я буду через секунду! Он повесил трубку прежде, чем я успела сказать ему, где нахожусь. Я застонала, прижимаясь спиной к стене, чтобы лучше видеть коридор. Как и Джексон, я продолжала сканировать толпу, то влево, то вправо, ища темные волосы и кожаную куртку, плавающие в море старшеклассников. К счастью, они так и не появились. Вместо этого я заметила серую рубашку с расстегнутыми пуговицами и бледную кожу Стайлза, бегущего по коридору, спотыкаясь о собственные ноги, когда он мчался ко мне. — Привет, — выдохнул он, сгорбившись от напряжения. — Ты в порядке? — Да, эм… я в порядке. Откуда ты прибежал? — Я был... внизу, в вестибюле... звонил Скотту... ну же. Стайлз схватил меня за здоровую руку и повёл в сторону кабинета биологии. Поскольку Лидия отсутствовала, он сам сел рядом со мной. Как только учитель раздал нам задания и отпустил нас работать, он наклонился ко мне. — Хорошо, так что же именно произошло? — Я же тебе говорила, — прошипела я в ответ. — Я вышла из библиотеки и столкнулась с Джексоном. Он был потрясён, я спросила, что случилось, и он начал бессвязно говорить о Дереке. — Где это было? — Я же сказала тебе, что это было возле библиотеки... — Нет, где он видел Дерека? — О, я... я не знаю. Кажется, у него был урок физкультуры, так что, может быть... я не знаю, может, в раздевалке? — Отлично, — саркастически протянул Стайлз. — Дерек допрашивает людей в раздевалке. Супер. — Стайлз, — сказала я, демонстративно проигнорировав его комментарий. — Единственное, что я узнала от Джексона, — это то, что Дерек хотел знать, что мы видели прошлой ночью, а я не знаю, что я видела прошлой ночью. Если он не ждёт меня здесь, то может пойти ко мне домой или найти меня в библиотеке, и я не знаю... — Эй, эй, все в порядке, — заверил меня Стайлз, постукивая карандашом по моему запястью. —Осталось всего пара уроков. Я провожу тебя на следующий урок, а потом у нас экономика, и мы закончили. Ты можешь идти домой, в зону, свободную от Дерека. Он не набросится на тебя в доме, полном людей. — Это не помещало ему набросился на Джексона в школе, полной людей. — Это... ладно, я тебя понимаю, но это другое. Обещаю. Я кивнула, стараясь поверить ему на слово. — Ты уже связался со Скоттом? — Нет, — проворчал Стайлз, доставая телефон, чтобы перепроверить. — Вот почему ты, возможно, скоро получишь приглашение на его похороны с закрытым гробом. Я фыркнула, несмотря на напряжение, и опустила взгляд на текст перед нами. Однако я не могла сосредоточиться на словах. Тревога не давала мне покоя, один вопрос порождал другой, потом два, а затем и три… — С ним и Эллисон всё в порядке, верно? — нервно спросила я Стайлза, и он рассмеялся. — Со Скоттом? Да, не беспокойся о Скотте. Ты можешь злиться, но не волнуйся. Я уверен, что всё в порядке. А теперь, — сказал он, снова поворачиваясь к своей работе, — не могла бы ты помочь мне найти «большой сальник» на этой схеме? Волосы Лидии очень отвлекают, а я бы очень хотел не провалить этот предмет. Как бы бессмысленно это ни выглядело, Стайлз сдержал своё обещание. Он проводил меня до кабинета истории, хотя его урок испанского был в другой части здания. Перед уходом он сжал моё плечо и пообещал, что вернётся к звонку, чтобы проводить меня до кабинета экономики. Но на этот раз, когда прозвенел звонок, его нигде не было. Я подождала минуту или две, а потом решила, что веду себя глупо. Я бы просто шла по коридору эти две минуты. Тайна Дерека Хейла пугала меня, но я была почти уверена, что смогу добраться до класса Финстока, не будучи пойманной и заживо содранной. Даже если бы Стайлз был там, он был бы не лучшим телохранителем. К сожалению, я слишком долго тянула с принятием решения. Звонок прозвенел, когда я была ещё в трёх коридорах от цели, и я застонала, пытаясь ускориться. — Сэди. Я резко обернулась, и сердце у меня ушло в пятки. Ну надо же было так сглазить. Дерек Хейл стоял в нескольких метрах от меня и наблюдал за мной из коридора. Он был таким же высоким и красивым, как и в прошлый раз, с такой же щетиной, в такой же кожаной куртке, только вместо белой футболки на нём была серая. Он не выглядел угрожающе, даже дружелюбно, но это не помогало мне не двигаться с места, парализованной страхом. — Сэди, я просто хочу поговорить. — Поговорить? — переспросила я. — Когда ты вцепился в шею Джексона, это тоже было просто разговором? Мой голос звучал гораздо увереннее, чем я себя чувствовала. От этого звука я оторвала ноги от пола и сделала несколько неуклюжих шагов назад, пытаясь нащупать телефон. — Пожалуйста, не звони Стайлзу, — решительно попросил Дерек. — О? — спросила я, мгновенно готовая позвонить Стайлзу. — Почему бы и нет? — Потому что он действительно раздражает. Это была не та угроза, которую я ожидала услышать. Его тон был таким обыденным, что я снова остановилась. Я настороженно наблюдала за ним, а он продолжал наблюдать за мной. Мы оба замерли. — Он говорит, что ты опасен, — выпалила я, не успев себя остановить. — Так и есть. — Опять же, это не было угрозой; это была просто констатация факта, как если бы он сказал, что мы находимся в Бейкон-Хиллс. Дерек пожал плечами и продолжил: — Но ты и сама должна уметь оценивать людей. — Хорошо. Отлично. Ну и как я должна принимать правильные решения, если никто не говорит мне, что происходит? — Они тебе ещё не сказали? — спросил он, прищурившись. — Даже после прошлой ночи? — Значит, это правда, — подначила я. — Это как-то связано с тем, что происходит между тобой, Скоттом и Стайлзом? Дерек проигнорировал мой вопрос. — Что ты видела прошлой ночью? — Ничего, — огрызнулась я. — Чёрное, красное, немного битого стекла и много-много моих собственных век. — Сэди. Ты видела, что на тебя напало? Я стиснула зубы. Я принципиально не хотела ничего рассказывать Дереку. С другой стороны, я не хотела лгать и в итоге оказаться в таком же ужасном положении, как Джексон. Нужно было учитывать и ещё кое-что: Дерек знал правду. Он знал столько же, сколько Скотт или Стайлз, а может, даже больше, и каким бы пугающим ни был Дерек, он не казался мне человеком, который стал бы мне лгать. И вот я впервые кивнула в ответ на этот вопрос. — Это был пума? — спросил он. — Это... ну, знаешь, это действительно плохая тактика допроса. —...Прошу прощения? — Ты не можете сказать „горный лев“. Ты должен дождаться, пока я скажу „горный лев“, чтобы не внушать мне эту мысль. Это называется подстрекательством свидетеля. Это была глупая фраза. Я не это пыталась сказать. Я напряглась, ожидая, что Дерек зарычит, набросится на меня и впечатает в стену, как он сделал с Джексоном. Вместо этого он ухмыльнулся. — Ну, а ты как думала? Я медленно покачала головой. — Почему бы и нет? — Потому что... пума не была бы такой большой. Она бы так себя не вела, и... насколько я знаю, у них не бывает светящихся красных глаз. Я затаила дыхание. Я всё ещё боялась произнести это вслух, но теперь, когда это прозвучало, это казалось ещё более абсурдным, чем что-либо другое. Я была готова взять свои слова обратно в тот же момент, когда их произнесла. Возможно, я бы так и сделала, если бы не заметила, как потемнело лицо Дерека, а его узкие глаза превратились в щёлочки. Каким-то образом я поняла, что на самом деле он смотрит не на меня. Я была благодарна ему за это. — Ты... ты знаешь, что это было? — Да, — просто ответил он. Я подождала немного, но он больше ничего не сказал. — И это всё? — потребовала я. — Просто «да»? Если ты знаешь, то почему бы тебе не сказать мне, что это такое? — Потому что, думаю, ты уже знаешь. Я тут же закрыла рот. Мне было не по себе от того, как невозмутимо Дерек смотрел на меня. Он не злился и не раздражался, даже не бросал мне вызов. Даже сейчас его голос звучал легко и непринуждённо. Мне не нравилось не столько его поведение, сколько то, что он, казалось, мог читать мои мысли. Потому что я придумала одно объяснение, которое связывало все ниточки, но я не была готова его рассмотреть. — Ты… ты ведь шутишь, да?— спросила я, выдавив из себя смешок— Ты же не думаешь всерьёз, что я в это поверю. Я не дура. — Ты также не сумасшедшая. Это утверждение ударило меня под дых. Я схожу с ума? По крайней мере, мне так казалось. Я и не подозревала, как сильно меня это беспокоит, пока Дерек не заверил меня, что это не так. Но если мнение сомнительного одиночки, который на несколько лет старше меня, заставило меня почувствовать себя лучше, то не сошла ли я с ума? — Поговори со Стайлзом, — сказал Дерек, прежде чем я успела прийти в себя. — Он мне ничего не рассказывает, — пожаловалась я. — Тогда не принимай «нет» за ответ. — Он по-прежнему стоял в нескольких метрах от меня, но на мгновение мне показалось, что он улыбнулся. — Скоро увидимся, Сэди. — Что? Нет, не надо — Дерек! Он ушёл, не обращая внимания на мои протесты. Думаю, я могла бы пойти за ним, но то ли я всё ещё была слишком напугана, то ли слишком раздражена. Дерек не производил впечатления человека, с которым легко договориться. Если я и собиралась выпытывать у кого-то ответы, то у меня был только один шанс. С вновь обретённой решимостью я направилась в кабинет экономики. Я остановилась у двери, глубоко вдохнула и нерешительно вошла. — Мисс Беннет! — объявил тренер Финсток своим неизменно громким голосом. — Спасибо, что наконец решили присоединиться к нам! Я не сдвинулась с места, стоя в дверном проёме, и каждая клеточка моего тела дрожала. Я крепко сжимала в свободной руке сумку, костяшки пальцев побелели, и я опустила голову, чтобы волосы закрывали лицо, и уставилась в пол. Я услышала шаги Финстока, когда он подошёл ко мне, но всё равно вздрогнула, когда он положил руку мне на плечо. — Эй, Беннет, э-э... вы в порядке? Я посмотрела на него полными слёз глазами, пару раз открыла и закрыла рот, прежде чем выдавить из себя слова. — Извините, я… тренер Финсток, я… думаю, мне нужно пойти домой… — Да неужели? — спросил он без особого интереса. — И почему же? — Ну ... п-потому что после — после аварии прошлой ночью мне пришлось — мне пришлось пройти обследование у врачей скорой помощи и все такое, и они сказали мне, что у меня, возможно, небольшое сотрясение мозга и что мне, вероятно, не стоит ходить в школу, но я все равно пришла в школу, потому что хотела чувствовать себя нормально, но теперь я начинаю чувствовать легкое головокружение и ... и у меня кружится голова, и я чувствую, что мне м—может быть плохо из-за моего беспокойства, и я чувствую, что у меня может начаться еще одна паническая атака и ... — Ладно, эй, эй! — Финсток отпрянул от меня, как только я произнесла, что нехорошо себя чувствую. — Не… не психуй, ладно? В общем, бери свои вещи и иди домой. — Я не могу, я... Стайлз должен был отвезти меня домой. — Стилинский? — с отвращением переспросил он. — Да, шериф сказал, что если мне что-нибудь понадобится, я могу просто попросить его или Стайлза, потому что... потому что его отец — шериф, и он единственный, у кого есть машина, потому что мама отвезла меня в школу сегодня утром, и я не думаю, что смогу дождаться, пока она за мной заедет, потому что мне нужно вернуться домой прямо сейчас, потому что... потому что я... я чувствую, что меня сейчас стошнит, и я не... — Нет! Эй! Ладно! Мне не нужно, чтобы тебя стошнило прямо в моём классе! Стилински, иди! Ладно? Просто уведи отсюда Беннет. Стайлз вскочил со своего места, уже засунув учебники в сумку, чтобы встретить меня у двери. Он обнял меня за плечи и вывел из класса в коридор. Как только дверь за нами закрылась, я подняла здоровую руку, чтобы вытереть слёзы, и Стайлз повернулся ко мне. — Что случилось? Это был Дерек?! Он что-то сделал?! Ты в порядке? Что тебе нужно? Тебя правда сейчас стошнит? Потому что я не знаю, смогу ли я тебе помочь. Я очень сочувствую тем, кого тошнит. — Расслабься, Стайлз, я в порядке. — Дрожь в моём голосе исчезла, и Стайлз непонимающе уставился на меня. — Ты... ты в порядке? — Да, а почему бы и нет? А теперь давай. Пойдём отсюда. Я протиснулась мимо него и направилась к парковке. Стайлз побрёл за мной, всё ещё возмущаясь. — Что? Н-но ты только что... тебя трясло и... и потом ты сказала Финстоку, что... — Я притворялась, придурок. — Ты просто... притворялась? — Да, Стайлз, это называется актёрская игра. Это когда кто-то притворяется тем, кем не является, ради забавы. — Я... заткнись. — Он побежал трусцой, чтобы догнать меня, и мы вместе вошли в двойные двери. — Ого, ладно. Игра. Это было... да, это было чертовски круто. — Спасибо, — сказала я с гордой улыбкой. — А теперь давай, где там твой джип? — Зачем он тебе? — Потому что ты возвращаешься к Лидии вместе со мной. — Э-э, зачем? — повторил он, и его голос зазвучал на несколько октав выше. Я резко остановилась посреди парковки, повернулась к Стайлзу и ткнула пальцем ему в грудь. — Потому что мне пришлось поговорить с Дереком с глазу на глаз посреди школы, и мы решили, что вам, идиотам, давно пора рассказать мне, что происходит. Я больше не буду ждать Скотта. Ты расскажешь мне всё, что знаешь о происходящем. Сегодня.