chapter 15

— Поехали со мной, — сказал Тео, закидывая большую сумку на плечо и не глядя на неё. — Ничего особенного. Слёт идиотов на мётлах. Но… будет весело. Наверное. - хрипло усмехнулся. Роуз не знала, что сказать. Он не приглашал её с собой раньше на такие активности. Не звал на дружеские приёмы, не предлагал сопровождать его, тем более туда, где будут его друзья. Но сейчас он, небрежно, почти лениво, оставил ей дверь приоткрытой.   — Хорошо, — ответила она просто, с лёгкой, почти невидимой улыбкой. Поле было старым, тем самым, на котором они играли ещё в Хогвартсе. Всё пропахло мокрой травой, деревом, старыми метлами. Ветер холодил кожу, трибуны скрипели под ногами.  Роуз прижимала к себе пальто, пряча нос в шарф, пока наблюдала, как появляются гости — лица из газет, устоявшиеся имена, надушенные семьи, золотые дети старой магии. И… Ханна Эббот. Конечно. С яркой помадой, с легким льняным платьем, которое раздувало ветром так, что казалось, она пришла сниматься в рекламе, а не поддерживать друзей. Она сияла, громко смеялась, бросалась в объятия. Когда Тео вышел из раздевалки, в спортивной форме, тёмной, облегающей, с налитыми силой руками и привычной мрачной концентрацией на лице, Роуз почувствовала, как что-то сжалось у неё внутри… и между ног.  Он взлетел легко, с той природной ловкостью, которую нельзя натренировать. Теодор был резким, быстрой стрелой, уходил от ударов, ловил мяч, подавал пас, и каждый его мускул, казалось, двигался с точностью выверенного механизма. Роуз не отрывала от него глаз. Ни разу, черт побери. В точности, как и…   — Тео! Боже, Тео, давай! — визжала Ханна с трибун, встав на носки. — Ты лучший, ты чёртов Бог на мётле! Её голос пронзительно перекрывал всех. Она смеялась, кричала, подскакивала, и в какой-то момент доска под её каблуками треснула. Она вскрикнула, пошатнулась, и это отвлекло всех, включая Тео. Он повернул голову на женский крик, и в ту же секунду в него влетел другой игрок на скорости.  Раздался глухой звук удара. Теодор Нотт сбился с метлы, влетел в кольцо. Он пошёл вбок, и только Блейз успел поднырнуть под него и смягчить падение. Но Тео ударился — сильно, и на несколько мгновений просто не двигался. Роуз подскочила, рука сама прикрыла рот, глаза налились слезами. Сердце застучало в горле, уши заложило от страха. Всё в ней хотело бежать к нему, но ноги не слушались. Она смотрела, как его аккуратно опускают на землю. Как он держится за голову. Как он больше не холодный Теодор Нотт, а просто человек, которому больно.   — Что ты наделал?! — Ханна кричала уже на него, пробираясь сквозь людей. — Ты мог себе шею сломать, Тео, мать твою, ты вообще… Она уже была рядом, хватала его лицо, теребила пальцами его подбородок, щёки. Тео моргнул, и будто только тогда понял, кто перед ним. Он вежливо, но твёрдо — убрал её руки от себя. Она даже не поняла.    — Всё хорошо. Отойди. — коротко сказал он. Его повели в раздевалку. Кто-то закричал, чтобы срочно позвали целителя. А Роузи пошла следом, без лишнего шума, без визга. Просто где-то рядом. За приоткрытой дверью раздевалки слышался шум, люди говорили все сразу, кто-то уже стягивал с Тео мантию и форму до голого торса, проверяя на ушибы. Он молчал, чуть морщился от боли, но вёл себя спокойно, сдержанно. Ханна же не замолкала:   — Я тебе всегда говорила! Тео, я же тебе сто раз говорила, будь внимательнее, черт возьми, это не Хогвартс больше! Роуз стояла чуть в стороне, среди других и ничего не говорила. Просто смотрела на него, на сильную спину, на шрам у лопатки, который он получил в шестом курсе и никогда не лечил. И вдруг сквозь этот шум, сквозь чужие руки, прикосновения, повязки, голоса  Нотт тихо сказал:   — Где моя жена? Сердце Роуз остановилось на секунду. Кто-то кивнул в её сторону. Она выдохнула и решительно протиснулась сквозь людей, и в глазах Тео что-то переключилось. Он вытянул руку к ней и она послушно подошла. Тео усадил её к себе на колени. Как будто так и должно быть. Как будто только её тело его успокоит. Его лицо коснулось её волос и немного шеи, горячее дыхание обожгло нежную девичью кожу, отчего у нее появились мурашки.   — Рад, что ты здесь, миссис Нотт. — выдохнул он.   — Я… тоже, — прошептала она, не зная, куда деть руки. Она сидела на его бедрах, обхватив его за плечи, и чувствовала, как он медленно расслабляется. Как напряжение уходит из его спины, как в груди у него становится чуть легче. Тео посмотрел на Ханну, на всех остальных сухо, ровно, без капли эмоций бросил:   — Все. Вон.   — Тео, ты что, — начала Ханна, но он не смотрел на неё.   — Выйдите. Голос его был спокойным, но окончательным. Все освободили раздевалку, стало тихо. Даже Аббот, взгляд её был полон яда, но дверь всё же захлопнулась В раздевалке остались только он и она. Мистер и миссис Нотт.  Секунды висели в воздухе. Он вздохнул, положил лоб к её ключице. Она провела пальцами по его волосам — и он не отстранился. Он держал ее, а она держала его.  *** Роуз и сама не поняла, как переступила порог. Толпа отступила, словно уступая дорогу невесте к алтарю. Тео сидел на скамье, футболка лежала на скамье рядом, плечи блестят от влаги, волосы спутаны. Но в его глазах, впервые за всё это время, не было растерянности.  Только нужда. В ней. Он молча протянул руку, не торопясь. Она вложила свою ладонь в его, и он без усилий притянул её ближе, посадил к себе на колени, как тогда, в кресле у камина. Её ноги осторожно обвили его бёдра по обе стороны. Она сглотнула, уловив знакомое в этом положении, но не отстранилась. Он обнял её за талию, его дыхание тяжёлое, но ровное. Это было так непривычно и странно, но так желанно.    — Ты дрожишь, — сказал он тихо, не отрывая взгляда от её лица.   — Ты… ты напугал меня, Теодор, — призналась она. Её голос дрожал так же, как руки, что легли ему на грудь, прямо на горячую кожу. Он был натренирован, мускулист, и под её ладонями мирно билось его сердце. Девушка осторожно провела пальцами по его ключице, изучая не столько тело, сколько живого, дышащего Тео, который был здесь, сейчас, с ней.   — Я ведь видела, — сказала она едва слышно. — Как ты ударился. Как она... Роузи замолчала. Тео мягко взял её за запястье и прижал её руку к своей груди.   — Я в порядке. И я рад, что ты пришла. Не хочу… — он запнулся. — Не хочу, чтобы тебя не было рядом.    — Я боялась, — выдохнула она. — Больше, чем когда-либо. Роберт Нотт чуть не остался без наследника. — попыталась пошутить, улыбка получилась слабой.   — А ты? — спросил он, глядя ей прямо в глаза. — Ты осталась бы… без мужа? Роуз посмотрела на него широко распахнутыми, но как обычно пустыми глазами. А потом коротко кивнула.   — Безумно испугалась. Я думала... я правда подумала, что потеряю тебя. - честно призналась девушка. Он задержал взгляд на её глазах — влажных и блестящих.    — Ты плакала, — прошептал он. Он еще не видел ее мокрых глаз.  Она чуть улыбнулась, виновато.   — Только когда никто не видел. Мужчина наклонился ближе, и на этот раз всё было иначе. Его губы коснулись её медленно, будто бы он спрашивал разрешения. И она ответила. Они целовались так, как будто именно в этом поцелуе была вся её жизнь, всё доверие, всё прощение. Его руки обвили её крепче, сжали мягкие изгибы её тела, и он едва заметно стал двигать её на себе, Вскоре движение с успокаивающего превратилось в страстное. Он будто утешал себя её близостью. Она уткнулась лбом ему в шею, замерла, просто слушая, как он дышит.   — Тео, — впервые за долгое время она произнесла его имя не как обязательную формальность, а как молитву.   — Роуз, — ответил он ей так, будто только что окончательно принял её в своё сердце. Он не говорил больше. Потому что она уже всё знала. Их губы вновь слились в мокром поцелуе, а руки мужчины вновь стали покачивать девушку на своих бедрах, создавая трение. Роуз мигом почувствовала твердый член под собой, тепло разлилось между ее ног, и она сама стала тереться об мужа, отчаянно желая получить удовольствие таким образом. Они громко причмокивали в поцелуе, громко дышали, и изредка стонали друг другу в рот.    - Вот так. - прохрипел Теодор, тоже явно получая удовольствие. Он стал сильнее вдавливать ее бедра в свои, усиливая трение между ними. Внизу все горело, стоны стали громче, воздуха не хватало.  Роузи уже не могла сдерживать стонов и восторженных вздохов, пока ее муж ловил ее губы для поцелуев. Она сжала его кудри на затылке пальцами, оттягивая их. Она никогда не думала, что окажется когда-то в своей жизни в раздевалке сборной по Квиддичу, будет сидеть на своем муже, стараясь получить разрядку. Тугой узел внизу живота горел с такой силой, что Роуз уже не могла сохранять адекватность, поэтому она просто заткнула себя поцелуем с мужем. Когда ее стоны стали выше, Теодор понял, что она уже совсем близка.   - Кончай на моем бедре. - вновь прохрипел Теодор между поцелуев, не прекращая движения, - Давай же, любовь моя.  Как только его слова дошли до ее сердца, узел внизу живота тут же взорвался, растекаясь волнами удовольствия по всему телу, девушка откинула голову назад. Теодор тоже кончил в ту же секунду прямо в штанах. Но никого это всё не волновало, ведь они были безумно счастливы прямо сейчас.  Когда взгляды прояснились, ребята обратили друг на друга внимание.  Кудрявый сжал одной рукой ее талию, второй - ее задницу, и прошептал, - Это был самый странный, но самый лучший секс в моей жизни. - девушка хрипло засмеялась на его высказывание, - Как ты себя чувствуешь?     - Это было потрясающе. - Роузи потянулась к нему за очередным поцелуем, на который Тео охотно ответил, - Но, Теодор, ты назвал меня…  В эту секунду дверь в раздевалку открывается, и просовывается голова Роберта Нотта.