Глава Пятнадцатая

Всё жаждало взорваться. Бакуда чувствовала это стремление во всём, к чему прикасалась, желание расколоться, вырваться наружу, на свободу. Сама Бакуда проделала подобное не так давно в ту роковую ночь. Это было больно, слишком... Осознавать, что как бы усердно она ни работала, она не могла преуспеть или даже угнаться за другими, пока следует чужим правилам. А потом она увидела эти правила такими, какими они были - мусором, и с тех пор для неё не существовала ни одного плохого дня. Она смотрела в микроскоп на свой последний проект и думала о Панацее. Насколько жалкой можно быть? Как сильно Бакуда ни недооценивала девчонку, это было ничем по сравнению с тем, насколько та недооценивала саму себя. Она сдерживала себя, даже когда её сила хотела вырваться на свободу. Бакуда задавалась вопросом, как долго Панацея сможет продолжать сдерживаться и как великолепно она взорвётся, когда наконец ослабит хватку. Было почти интересно просто похлопать девчонку по голове, отправить домой и понаблюдать за фейерверком с безопасного расстояния. Но она не могла ждать так долго. У неё были сроки. Стук в дверь прервал её мысли. Она запечатала бомбу в герметичный сейф и проверила маску. Это была сила жизни и смерти, а жизнь контролировать просто паршивое дело. Номер три-один-девять стоял по ту сторону двери. Она не могла вспомнить лицо, привязанное к этому номеру, но три-один-девять искажал личную гравитацию жертвы, заставляя того взорваться внутрь себя при активации. Слегка скучновато, но зато очень мало месива. — Войдите, — сказала она, и её изменённый голос прозвучал отстранённо и чужеродно для её собственных ушей. Мужчина средних лет с круглым лицом просунул голову. — Эм, мэм? У меня для вас сообщение. — Он протянул клочок бумаги. — Там номер телефона и слово "переговоры". Я не знаю, кто мне это дал, но один из них носил с собой облако чёрного дыма, и все они ехали на чудищах. — Он прочистил горло и добавил: — Один из них схватил меня за голову пастью. Неформалы. Похоже на Мрака и собак Суки. Только профессиональные преступники и гики-кейперы могли опознать больше злодеев, чем Лунг и Кайзер, а большинство её новобранцев не были ни теми, ни другими. — Оставь записку и иди. — Слушаюсь, мэм. — И не называй меня мэм, — добавила она, но он уже ушёл. Честно, ей было девятнадцать. Ей не нужны люди вдвое старше, называющие её мэм. Переговоры. О чём Неформалы желали договориться? Знали ли они о Лиф? Она не афишировала это приобретение, как с Панацеей, но это было возможно. А если они не знали... Она набрала номер, и звонок приняли сразу после первого же гудка. — Бакуда. — Голос был женским. Скорее всего, Сплетница. У Суки была репутация более грубой. — Та самая. Чего ты хочешь? — Во-первых, поздравить тебя с тем, что ты стала лидером крупнейшей банды в городе. Я надеялась, что Азиатские Плохие Парни разделятся на фракции с названиями получше, но что есть, то есть. Во-вторых, мы мешаем друг другу самым ужасным образом, и я хотела бы организовать встречу с переговорами, чтобы уладить это. — Встреча с переговорами. — В её воображении это изобиловало пиратами, но у неё было чувство, что Сплетница имела в виду что-то другое. — Ага. Что-то вроде мирной встречи перед лицом Губителя, но менее формально. Нет ничего плохого в здоровой конкуренции, но мы обе теряем больше, чем приобретаем. Мы занимались своими делами с самого начала, но когда Лунг решил убить нас на прошлой неделе, мы мало что получили, а он потерял почти всё. Прошлой ночью мы могли бы сотрудничать в наших миссиях по освобождению из тюрьмы или могли просто игнорировать друг друга. Вместо этого ты потеряла шанс освободить Лунга, а мы... мы тоже кое-что потеряли. О. Значит, они не знали, что она у неё. Интересно. — От того, в наших же интересах не быть идиотками, нам стоит встретиться лицом к лицу и уладить детали нашего мирного сосуществования. Нейтральная территория - это традиция, но я соглашусь, скажем, на пустырь на углу Сорок Четвёртой и Пайн? Не промахнёшься. Это была территория АПП, но полгорода было территорией АПП. Бакуда держала большинство своих новобранцев в одном городском квартале, пока они не становились достаточно жёсткими или сломленными, чтобы им можно было доверять, и этот адрес находился примерно в пяти минутах езды оттуда. Но встречаются ли конкурирующие злодеи вот так лицом к лицу? Лунг не встречался с тех пор, как она присоединилась, насколько ей было известно, хотя до недавнего времени она в основном торчала в мастерской, чем занималась управлением бандой. Казалось проще притвориться, что встречаешься, и взорвать их к чертям собачьим, а потом пойти домой, вместо того чтобы разговаривать с ними. Гораздо проще. — Буду через десять минут. WWW — И тут я узнаю, что он не только не мёртв, но и всё его тело состояло из жуков! — выдала Лифт. — И вот я в переулке с двумя мёртвыми кейпами посреди бури и этой кошмарной тварью, и что он делает? Начинает читать мне лекцию по философии! Случай 53, наверное, или, может, Оборотень. Эми о таком не слышала, хотя, честно говоря, она не особо следила за историей. Скорее всего, она всё выдумала, чтобы развлечь охранников, вот только зачем Лиф хотела их развлекать было выше её понимания. Её взгляд блуждал по потолку - и она увидела лицо, смотрящее на неё в ответ. Нет, не лицо, сорняк, который только выглядел как... — Прошу прощения, — сказал сорняк. — Пожалуйста, не пугайтесь. — А! — Именно! — сказала Лиф. — Типа, кто ваще так делает? И у него куски тела отсутствуют, пока эти жуки его заново собирают, а он никак не заткнётся! Один из охранников, мужчина с ломом, взглянул на потолок, но, кажется, ничего не заметил. — Они не должны меня видеть, — сказало существо. Оно росло, пуская лозы по стене вниз. Его лицо, однако, оставалось на месте, и оно выращивало новые лица вместо него, создавая последовательность выражений, как книжка-раскладушка. Или калейдоскоп... Кристаллы, похожие на кварц, росли рядом с листьями существа, когда оно достигло пола. — И я не причиню вам вреда. Я вообще-то не могу. Я существую лишь немного в Физической реальности, да и конституция у меня не для свершения насилия. Но Госпожа Лифт постоянно таскает меня от одного к другому, и я технически согласился на это, так что... Эми покосилась на Лиф, но если девочка и заметила существо, она не подала виду. Они были связаны? Она не помнила, чтобы кто-то упоминал невидимые говорящие растения среди способностей Лиф, но имя девочки-кейпа намекало на что-то ботаническое. Существо прочистило горло. У него не было горла. Но оно всё равно его прочистило. — Нам нужно поговорить. Даже Госпожа Лифт не сможет растягивать свою историю бесконечно, так что мы должны использовать то время, что у нас есть. Могли бы вы... отвернуться от ваших похитителей, но так, чтобы не вызвать подозрений? Так было бы лучше, скорее всего. Я схожу с ума, — решила она. — Я схожу с ума и галлюцинирую говорящее растение с тревожным расстройством. Более искусная лгунья зевнула бы и потянулась, но Эми просто свернулась калачиком на полу и повернулась к стене. За её спиной Лифт и члены АПП продолжали болтать, как старые друзья, а не похитители и пленники. — Это было здесь? — сказал один из них. — Потому что я знаю парня, которого прошлой ночью атаковал рой жуков. Выглядело так, будто он головой в осиное гнездо врезался. Растение перетекло по стене, пока не остановилось прямо перед её лицом. — Думаю, так сойдёт, — сказало оно. — Меня зовут Виндль, и я знаю, что вы Панацея. Если у вас есть какой-то план побега, то я могу передать его Лифт. Эм, у вас ведь есть план? Который не включает взрывающиеся головы или, или быть замороженной во времени навечно? Эми уставилась на него, чувствуя странное оцепенение перед всей ситуацией. — Я уже не понимаю, что реально. — О. Что ж, полагаю, это ожидаемо. Я и сам не уверен, что считаюсь реальным, если судить по, надо признать, ограниченному определению, которое сейчас в моде. Но я друг, а эта категория сейчас гораздо важнее, учитывая ваше затруднительное положение. Она моргнула. — Что? — Простите, я редко выхожу в свет и, кажется, не разговаривал ни с одним человеком, кроме Госпожи Лифт, с тех пор как встретил ту Алетискую королеву. Получается, плана нет? Вы упоминали, что можете создать дерево с ланч-боксами. А можно создать ланч-бокс без дерева? Или, может, сделать дерево достаточно маленьким, чтобы его не заметили? То что я прошу, так это еды, по сути, если ваши силы позволяют её произвести. Эми моргнула. — Ты... голоден? — Нет-нет, это для Госпожи Лифт. Её силы требуют пищи, и если бы у неё была еда, она, возможно, смогла бы придумать для вас обеих побег. О. Что ж, это было не менее логично, чем всё остальное. — Какие у неё силы? — спросила она. — Они говорили что-то об исцелении и мече? — А. Ну... — Виндль начал рассказывать, используя термины, которых Эми никогда раньше не слышала, но которые звучали технически. Абразия. Прогрессия. Рост и Перерождение. Инвеститура. Реалматическая теория. Даже если бы её мозг не выгорел из-за стресса, недосыпа и принудительной нейрохирургией, половина этого всё равно прошла бы мимо её ушей. Но она уловила суть. Она надеялась что уловила. И она начала обдумывать план.

WWW

Костяшки пальцев Мрака заныли под чёрными кожаными перчатками, когда он сидел на корточках за вентиляционной шахтой. Было что-то романтичное в том, чего люди ожидают от кейповских битв, что-то детское и глупое, чего здесь не случится. Никаких больше игр. Никакой театральщины. Просто кусок мусора, который причинил боль тому, о ком он заботился, Просто кусок мусора, который он собирался вбить в землю, пока его кровь не начнёт стекать с кулаков и пока его не начнут умолять остановиться. Это было то, к чему он привык. Он удержался от того, чтобы взглянуть на ближайшую крышу, где пряталась Виста. Всё зависело от неё. Всё могло пойти наперекосяк очень быстро, если бы её обнаружил Они Ли, высланный на разведку. И даже если её не заметят, ситуация могла накалиться сотней других взрывоопасных способов. — Она справится с давлением? — прошептал он. Сплетница приподняла бровь рядом с ним. — Ты меня сейчас спрашиваешь? Я сейчас в состоянии нестояния. А мои силы дают мне только ебейшую головную боль и желание застрелится. Сплетница всегда казалась уверенной, контролирующей любую ситуацию, но, глядя на неё сейчас, он мог видеть трещины в её фасаде. То, как её глаза выглядели вялыми, а голос звучал напряжённо. Он хотел оставить её в лофте, но им нужна была любая помощь, какую они могли получить, и она настояла на том, чтобы идти. — Забудь тогда о своих силах. Что ты думаешь? Она поморщилась и закрыла глаза. — Она ребёнок. Она не боится смерти и вполовину так сильно, как следовало бы. — Она улыбнулась ему. — Или, может, я путаю её с кем-то другим. Мрак стиснул зубы за маской и повернулся к остальным. — Вы, сзади, как там? Регент крутанул в руке свой скипетр, зная, как это его раздражает. Если он испортит миссию, жахнув сам себя током... — Не жалуюсь. Я знаю, что должен волноваться, но у меня такое чувство, что если всё пойдёт наперекосяк, я просто перезагружу старое сохранение. Это странно? — Не особо. — Не для тебя. — Сука? — Я щас сдохну от скуки в ожидании, — прорычала она. — Хоть бы они уже пришли, чтобы можно было начать. Как и я. Рейчел не очень ладила с друзьями, по крайней мере с людьми, но она находила драку таким же катарсисом, как и он. Вдалеке послышался гул. Моторы машин, судя по звуку, много. — Три попытки угадать, кто это, — сказал Регент. Мрак глубоко вздохнул. — Не отвлекаемся. У нас только один шанс. — Он осмотрел линию горизонта, но если Они Ли был там - а он знал, что он там - то он не стоял нигде на виду. Место, которое они выбрали, выглядело как пустырь, окружённый полуразрушенными зданиями с трёх сторон, а четвёртая выходила на улицу. Это было широкое пространство, в основном ровное, только с несколькими вентиляционными шахтами и выступающими трубами, и поверхность выглядела выветренной и грязной от многолетнего городского запустения. В самом дальнем конце пустыря, где прятались Неформалы, Мрак уже использовал свою силу, чтобы незаметно замаскировать открытый дверной проём, ведущий в одно из соседних зданий. Как бы ни пошло дело, это будет их путём к отступлению. Пустырь, на котором они находились, ничем не отличался бы от сотен других неосвоенных или заброшенных участков в Броктон-Бей в предрассветных сумерках. По крайней мере, он на это надеялся. Гул становился громче. Сначала он увидел фары, возвещающие прибытие машин, пока те не ворвались в поле зрения. В колонне было более дюжины автомобилей, старых и побитых, но на ходу. Несколько припарковались на улице, но большинство въехало прямо на пустырь, чтобы держаться поближе друг к другу. Это была человеческая природа. Даже несмотря на то, что АПП превосходили их числом двадцать к одному, никто не хотел быть тем парнем, которого убьют первым, если что-то пойдёт не так. В центре группы одна из них была в противогазе, с гранатомётом на плече. Бакуда, предположил он. Он никогда не видел её раньше, даже по новостям, но она была единственной в костюме. — Есть шанс, что она прислала приманку? — прошептал он. Это было бы умно — оставаться в безопасности на базе, пока другие люди рискуют жизнями. Другие члены банды держались от неё на почтительном расстоянии, но это само по себе ничего не значило. Сплетница пожала плечами. — Поговори с ней и узнай. — Мрак бросил на неё острый взгляд, который она не могла видеть, но язык его тела ясно дал это понять. — Что? Я... на девяносто процентов уверена, что она не взорвёт нас без предварительных насмешек. Девяносто процентов? Он взглянул и увидел Бакуду, стоящую в своём джипе, одной ногой на приборной панели. Она тянулась к чему-то похожему на мегафон. Да, она сначала поиздевается, прежде чем убить. Наверное. Мрак выпустил больше своей силы, затемнив всё ниже пояса, и вышел из укрытия. Сплетница и Регент были прямо за ним, а Сука замыкала шествие. — Бакуда! — крикнул он. В замкнутом пространстве пустыря его голос, казалось, отражался эхом громче обычного. — Наши требования просты. Ты оставишь нас в покое, и мы оставим тебя в покое. — Серьёзно? — Голос Бакуды был механическим и монотонным, усиленный мегафоном. — Мои требования тоже просты. Сдохите. — Она вскинула гранатомёт в их сторону, но в последний момент её рука дёрнулась, сбив прицел. Граната попала в соседнее здание и взорвалась - затем взрыв инвертировался, засасывая все ближайшие обломки в воронку, прежде чем упасть на землю спрессованным комком. Мрак выставил стену тьмы, когда АПП открыла огонь. Он взглянул на Сплетницу, когда они нырнули обратно за вентиляционные шахты. — Итак, она приманка или нет? — О. Нет, это точно она. — Она усмехнулась. — Я уверенна на девяносто процентов. Он вытолкнул свою силу наружу, заполняя пустырь тьмой и полностью поглощая АПП. Он пригнул голову, делая себя как можно меньшей мишенью, пока они бежали к открытой двери. — Сейчас! Оглянувшись через плечо, он увидел, как "заброшенный пустырь" взметнулся вверх, превращаясь в здание, которым он всегда и был. Он слышал панические крики членов банды — и тех, кто остался на улице, отрезанных от основных сил, и тех, кто оказался в ловушке на крыше обречённого многоквартирного дома. Через несколько мгновений Неформалы ворвались в переулок, где их уже ждали собаки Суки, полностью мутировавшие. Виста тоже была там, карабкаясь вниз по стене искажённого, покосившегося здания, с капюшоном на голове и старой тряпкой, обмотанной вокруг нижней половины лица. Мрак вскочил на ближайшую собаку и схватил Висту за руку, подтягивая к себе вперёд. — Сработало! — сказала она. — Не могу поверить! Он посмотрел на неё сверху вниз. — Чего? — Ну, я была почти уверена, что сработает. Но, типа, если бы кто-то стоял с краю "крыши", это бы всё заблокировало. — Она застенчиво опустила голову, словно боясь, что он, злодей, объединившийся с ней только по необходимости, подумает о ней хуже. — По крайней мере, запасной план был стопроцентным, что бы ни случилось. Запасной план. Сжать здания вместе, как кирпичи в стене, чтобы ни одна машина не могла проехать. Это замедлило бы АПП, но им нужно было больше, чем просто замедление. Им нужны были шок и трепет. Поэтому, когда они выбирали место встречи, они нашли ветхий многоквартирный дом, предназначенный под снос, и Виста сплющила его до уровня тротуара, чтобы он выглядел как пустой пустырь. Всё, что Виста искажала, возвращалось в норму через несколько минут после её ухода, но здание, которое она уже вернула в нормальное состояние с людьми, запертыми наверху? То останется навсегда. Собаки бежали так быстро, как могли, больше не заботясь о скрытности. Рёв моторов предупредил его, что несколько членов АПП, которых они упустили, начали преследование. Четыре машины, и неизвестно, сколько людей внутри были вооружены. — Виста. — Он застелил улицу своей силой. — Твоя очередь. — Поняла, — сказала она, и дорога заволновалась под тонким слоем тьмы. С его силой, скрывающей обзор, водители не заметили изменений, пока не стало слишком поздно. Неровная местность не была проблемой для собак, но когда машины врезались в неестественные кочки на скорости пятьдесят миль в час, шины завизжали, и дорога пробила их подвеску, как кувалда стекло. Даже после того, как сила Висты рассеется, эти машины уже никуда не поедут. — Отличная работа, — сказал он. — Я приберегала это для Скрип , — ответила она, её голос был полон гордости, совсем не похожий на испуганную, жалкую девчонку, с которой они столкнулись полчаса назад. — Но это? Это для всех. — Она протянула руку, и пустая дорога перед ними сжалась гармошкой, целые городские кварталы проносились мимо них, словно были шириной всего в несколько ярдов. Впервые за много дней Мрак позволил себе почувствовать триумф. С помощью Висты они доберутся до штаб-квартиры АПП раньше Бакуды и уйдут оттуда с запасом времени. Всё пройдёт как по-маслу.

WWW

Бакуда выглянула за край здания, подавляя чувство головокружения. Откуда, чёрт возьми, это взялось? Неформалы не могли вырастить здание из ничего! Это была... это сила Висты? Она, возможно, и не узнала бы её, если бы не потратила дни на изучение действия сил девчонки для некоторых своих бомб, и вот она, деформация пространства вблизи и лично. Бакуда не поднялась вместе со зданием, просто улицы стали дальше. Вокруг неё её солдаты начали паниковать, когда тьма рассеялась и наступил шок. Она взорвала одного из них, заставив замолчать остальных. — Возьмите себя в руки! — крикнула она. — Это была милая уловка, но не забывайте, кто здесь главный! — Контроль. Лидер должен контролировать. Рядовые должны бояться своего лидера больше, чем врага. — Видите ту дверь? Идите через неё и проверьте, работают ли лестницы. — Нет ничего лучше твёрдого слова и жестокого убийства, чтобы восстановить порядок. Им придётся оставить машины, что их замедлит... но некоторые ведь ещё остались на улице, не так ли? Она снова взглянула вниз, убеждая себя, что Виста не может опрокинуть здание и сбросить её на смерть. Она была почти уверена, что силы ребёнка так не работают. Солдаты, оставшиеся на уровне земли, уже садились в машины и мчались за Неформалами. Хорошо. По крайней мере, некоторым не нужно приказывать завязывать шнурки. Но как только её люди начали нагонять Неформалов, их машины сломались, серо-коричневый дым смешался с чёрными облаками Мрака. Бакуда разочарованно покачала головой. Если хочешь, чтобы что-то было сделано хорошо, иногда приходится делать это самой. Она вскинула гранатомёт на плечо и прицелилась. Цель двигалась и была довольно далеко, но там, где ей не хватало в точности, она могла компенсировать чистым радиусом поражения. Поймав собак в прицел, она нажала на спусковой крючок. Снаряд описал дугу в воздухе, но прежде чем упасть, сам воздух исказился, а вместе с ним и траектория гранаты. Бакуда смотрела, как взорвалась не та улица. Раздражающая девка с раздражающей силой. Приятная мысль промелькнула в голове Бакуды о том, как она использует свою Виста-бомбу на девчонке, которая вдохновила этот дизайн, но это подождёт. У неё были дела поважнее. Если Виста объединилась с Неформалами, кто ещё замешан? Естественно Стражи. Протекторат тоже. В конце концов, Бакуда атаковала весь город. Если бы ей удалось освободить Лунга, она бы легко противостояла героям города, но без него... Она стиснула зубы и потянулась к одной из своих бомб пространственного смещения. Эта была особенная, созданная как крайняя мера на случай, если ей нужно будет сбежать из опасной ситуации. Её солдаты запаниковали, когда она прижала бомбу к груди, но она была не обязана им ничего объяснять. Вспышка света почти ослепила её сквозь закрытые глаза, но когда она моргнула, то была уже в своей мастерской. Она прихватила с собой кусок крыши и, похоже, руку одного из парней, стоявших слишком близко. Последнее было неожиданностью и создавало беспорядок. Можно ли использовать это в нападении, чтобы... Что ж, она залезет в эту кроличью нору позже. Сейчас у неё была работа. Сколько пройдёт времени, прежде чем Протекторат постучится в её дверь? Пятнадцать ? Двадцать минут? Даже с половиной своих людей на той крыше у неё всё ещё было численное преимущество, но это преимущество состояло из кучи мусора. Она всё равно их соберёт, конечно. Надеюсь, герои потратят время на арест всей этой толпы, подарив ей ещё немного времени. Потому что они больше не были ей нужны. Ей больше не был нужен Лунг. Всё, что ей было нужно так это её шедевр, и она станет всем, чего они боятся. Прошлой ночью она объявила войну городу. Она признавала это, и они тоже. Но теперь она была мотивирована как никогда, и, поработав ещё немного, город не будет её врагом. Он станет её заложником.

WWW

— А потом он мне подмигивает, — сказала Лифт, — и прыгает прямо в пасть этой грёбанной твари! — Значит, он умер? — сказал Лом. Все четверо охранников сосредоточились на ней, в этом и был весь смысл. Обычно она изо всех сил старалась не привлекать внимания, но способна быть и в центре внимания, когда хотела. Всё, что нужно - хорошая история, а Лифт училась у лучших. Помогало и то, что охранникам было безумно скучно, а единственный другой человек в комнате смотрел в стену, притворяясь спящим. — Ха! Нет, — сказала она. — Большепанцерник, должно быть, высрал его или как то так, потому что несколько лет спустя я— — О, да заткнись уже! — рявкнула Эми, садясь. Она бросила в неё горсть мусора. Надеюсь, охранники не заметят семена, смешанные с ним. — Эти люди не наши друзья, они наши тюремщики, и по одному слову той мрази они станут нашими палачами! Хотя Лифт знала, что всё это притворство, хотя слова всё равно задели. В этом и был смысл, и охранники все повернулись от неё, чтобы уставиться на Эми. Виндль с нетерпением кружил вокруг одного из семян. — Вот это, Госпожа. Зелёное - для еды, чёрное - для побега. Она зажала зелёное семя пальцами ноги и отвернулась от всех, будто надулась. Затем, пока Эми стала центром внимания, Лифт поднесла семя ко рту и выдохнула. У неё осталось не так много Крутости. Она съела всё, до чего могла дотянуться, но больше не владела собой и не могла есть, когда хотела. Она была в западне, Осколочный клинок в её голове был готов навсегда заключить её в её же собственной форме. Освободи меня, маленькое семечко, — подумала она, когда едва заметный лучик света сорвался с её губ, и семя начало прорастать. Просто стебель, просто крошечный листок, но он был больше, чем раньше. Лиф откусила кусочек, и он был безвкусным и мягким, но был вполне съедобен. В желудке он ощущался более существенным, чем должен был, и мгновение спустя она почувствовала внутри ещё немного Крутости и снова выдохнула. Растение вновь выросло, длиннее, толще, больше, и снова она съела его до основания. — Это работает! — сказал Виндль. — Инвеституры, требуемой для роста растения, меньше, чем Инвеституры, получаемой при его поедании. Ты понимаешь, что это значит? Она не понимала и ей было всё равно. Она была голодна и ела. — Это значит, что ты метаболизируешь не Буресвет, ты метаболизируешь Перпендикулярность! Я бы не счёл это возможным, если бы не видел, как это делал Чёрный Шип, но, очевидно, ты тоже так можешь! Не в таких масштабах, но... Лиф похлопала его по лицу-лозе и продолжила есть своё растение. На вкус оно было как свобода. Как надежда. — Эй! — сказал один из охранников через несколько мгновений. Бита, судя по голосу. — Что это у тебя там? Ты что жрёшь там? Ой-ой. — Да ладно, — сказала Эми. — Она же ребёнок. У детей всегда есть конфеты. Бури. Ничто так не возбуждает у людей желание смотреть на что-либо, как указание им не смотреть на это. Бита встал и подошёл ближе. — Покажи, — приказал он. Лифт запихнула остатки в рот и повернулась, её щёки раздулись от зелёной кашицы. — Ощ щто фзать? Он уставился на неё, но ни у кого из них не было пальца на устройствах, которыми можно активировать её бомбу. Они не стали бы их использовать, если только она не вынудит их. — Выплюнь. Она быстро прожевала и покачала головой. — М-м-м. Она проглотила, наполняя желудок, наполняя душу. Её Круть вернулась в полном объёме. — Слушай, когда я говорю тебе что-то сделать, ты должна это сделать. Ничего личного, малышка, но~ На полу перед ней лежали чёрные семена, которые сделала Эми. Лиф коснулась одного пальцем ноги и влила в него сразу кучу Крутости, и он взорвался, превратившись в дерево. Чёрное, как обсидиановые деревья Шейдсмара, тонкое, как скелет, и его корни впивались в трещины бетонного пола; в остальном оно было как любое дерево. И, как любое дерево, оно тянулось к свету, ветви пробивали потолок и погружали комнату во тьму. Теперь фабриали-активаторы бомб стали виднее. Бита потянулся, чтобы достать свой из кармана, но она первой схватила его и сделала скользким, пока он не рассыпался. Сразу после того, как она сделала его ботинки скользкими, так осталось только трое. Лифт увидела, как Эми бросилась на охранника на своей стороне комнаты, поэтому она сосредоточилась на монтировке и ноже. Лом замахнулся на нее своим оружием, но промахнулся, хотя она была единственным, что он мог видеть в темноте. Он замахнулся снова, и она кое-что поняла. Он меня задерживает. За его спиной, прислонившись к стене, стоял Нож, его лицо освещал свет его фабриаля. Сколько времени потребовалось, чтобы все это сработало? Лифт не знала, и не собиралась ждать, чтобы узнать. Она задела один из корней, устилавших пол, и направила его в его сторону. Большинство деревьев отличались упрямством, и Лифт приходилось подталкивать их, если она хотела, чтобы они сделали что-то особенное, а это - нет. Казалось, дерево желало сделать всё, что только могла вообразить Лифт, и она представила, как у него под рукой вырастает ветка и на его лице вырастает пучок листьев. Нож попытался отступить, но был прижат к стене. Лифт схватилась за ветку скользкими руками и скользнула вниз к нему, выбив фабриаль из его руки и сделав его скользким до расколов на кусочки. — Госпожа! — крикнул Виндль. Лифт пригнулась под атакой Лома и скользнула рукой в его карман, делая нечто фабриалеобразное скользким. — Дыа? — Она пустила корень вверх по его лодыжке и вокруг ног, чтобы он не мог доставить больше хлопот. — Сюда! — Виндль кружил вокруг Биты, которому удалось достать второй фабриаль. Лифт метнулась через комнату и запрыгнула на него, затем тоже опутала его корнями. И вот так всё было кончено. Трое охранников Лифт оказались в ловушке в дереве, а Эми удалось вырубить своего и оставить его спящим на полу. Старшая девочка смотрела на сцену, тяжело дыша. — Я... я обычно не занимаюсь такими вещами, — сказала она. — А когда занимаюсь... обычно всё проходит не так гладко. — Она выдавила улыбку. — Но сработало. Мы не умерли. Лифт ухмыльнулась в ответ. — Ага! Мы свободны! — И поскольку она больше не умирала с голоду, она высвободила ещё немного своей Крутости и отрастила волосы. Они беспокоили её с тех пор, как она проснулась и обнаружила их сгоревшими после того, как пнула огонь в лицо, но у неё не хватало сил доселе тратить их на это. Эми положила руку на каждого из сознательных охранников, усыпляя их. — Не совсем, — сказала она. — Бакуда всё ещё может взорвать нас, когда захочет, а если мы выйдем из зоны действия, бомбы взорвутся сами собой. — Она оглядела пол. — Эй, не могла бы ты встать сюда? Я ничего не вижу, но если бы я могла достать один из их телефонов, я могла бы позвать на помощь. Я выбила его у неё из руки, но он должен быть где-то здесь... — О, я склиздила его, — сказала Лифт. Она пожала плечами. — Бита тянулся за ним, так что... Ты умеешь ими пользоваться? — Чем, телефоном? Думаю, у них просто были приложения для активации бомб, или, может, они могли просто позвонить по номеру. — Она поморщилась. — Что означает, что нас могут убить в любой момент от неверного набора или от звонка мошенника. Вот это была бы славная смерть. — Как и их, — сказала Лифт, глядя на бывших охранников. Теперь они либо спали, либо боролись с лозами, но все в комнате всё ещё были в ловушке. Случайный шанс мог убить их, и капризы Бакуды были не лучше. Лифт шла на риски, глупые риски, из-за которых Виндль ныл, но если с ней что-то случалось, она всегда могла сказать: "Это я. Я сделала так, чтобы это случилось". Бакуда отняла это у неё. Она отняла это у всех и убила столько людей просто ради самоотвержения в глупой идее. — Наверное, — сказала Эми. — Я стараюсь не думать об этом слишком много. Но я почти уверена, что эти были преступниками задолго до того, как появилась Бакуда. — Я тоже. Эми закатила глаза. — Я имею в виду настоящих преступников. — Прямо как и я, — сказала Лифт. — Я украла ужин Лунга... три? Трижды пока что. И пнула его по лицу. — Ну конечно же. Ладно. Мы тут время теряем. Может, мы могли бы, не знаю, выскользнуть и устроить засаду на другую группу охранников в другой комнате? Если бы я могла достать телефон, то позвала бы на помощь, сообщила бы всем героям в городе, где прячется Бакуда, и спасла всех. Сразу после того как выясню, где мы находимся. Спасти всех. Лифт всегда чувствовала отстранение, когда люди говорили о спасении всех. О спасении мира. У «всех» не было имени. У «всех» не было лица. У людей на полу вокруг неё были. — У меня есть другая идея, — сказала Лифт. — Возможно пустая трата времени. Вероятно очень тупая. Эми приподняла бровь. — Какая? Лифт взглянула на людей вокруг себя. — Ты как с головами работаешь?

WWW

Лиф опустилась на колени и выдохнула на труп, отращивая человеку голову. — Могло быть и лучше, — пробормотала Эми. В первый раз, когда старшая девушка увидела эту часть способностей Лифт в действии, она офигела. Нет, не совсем. Она охуела, когда у мужчины взорвалась голова, и она закричала что-то вроде: "О боже, о боже, я убила его!". В первый раз, когда она смотрела, как Лифт исправляет свою ошибку, и она пялилась как дурочка. На четвёртом разе она казалась лишь слегка ошеломлённой, просто прикасаясь к мужчине, чтобы убедиться, что он мирно уснёт. Лифт уставилась на неё. — У тебя это очень плохо получается. Эми закатила глаза. — Спасибо. Очень ценю поддержку. Очень помогла. — Нет, я серьёзно. Ты взорвала номер четыре даже быстрее, чем первого. — Эй, я никогда не говорила, что я техник по бомбам! Чёрт, я никогда не говорила, что я нейрохирург! Я никогда не говорила, что умею делать что-то из этого, так что не наезжай на меня, когда я не могу сделать невозможные вещи, чтобы облегчить тебе жизнь! Лифт откусила кусок своего овощного стебля и плюхнулась спиной к стене, сердито жуя. Эми сделала ей новый, но на вкус он был такой же плохой, как и первый. Как смесь сельдерея и спаржи. Отвратительно. Она откусила ещё и захотела плакать. — Лиф? — сказала Эми. — Я... а, чёрт. Слушай, я не хотела... — Она подошла и села рядом с ней. — Я не самый лучший человек для такого рода вещей. Я даже не настоящая героиня, я просто целительница, и я почерпнула свои манеры поведения у постели больного из просмотра дерзких медицинских драм. Там есть одно шоу, где... неважно. Я хочу сказать, что если бы здесь была Слава, или Лазершоу, или кто то ещё, то они бы сказали что-то очень смелое и ободряющее, и ты бы почувствовала себя лучше, потому что знала бы, что, как бы плохо ни было, ты будешь в порядке. Но вместо этого у тебя есть я, так что если ты можешь, не знаю, закупорить свои проблемы ещё на двадцать минут? К тому времени мы либо выберемся отсюда, либо умрём... То есть, я имею в виду, выберемся, так что... м-да. Не смотря на всё, Лифт фыркнула. Свобода была так близко, но она всё ещё была вне досягаемости. — У тебя это очень плохо получается. — Как я и сказала. Дерзкие медицинские драмы. Главный герой моего любимого шоу - полный мудила . Это была та ещё авантюра в любом случае, мы всё ещё можем найти способ позвать на помощь. — Нет, я имею в виду... если бы ты могла достать их бомбы, ты могла бы достать мою бомбу. Тогда я могла бы достать твою или, по крайней мере, исцелить тебя после того, как она взорвётся, и мы могли бы просто уйти отсюда. Это было бы как украсть у неё ужин. Старая Кляксомордая спустилась бы сюда искать нас, и она бы такая: "Эй! Куда делись те две девчонки? Я собиралась их съесть!" А мы были бы там, где хотели, ели блинчики или что-то странное и крутое, что приготовила Всезнайка. Эми уставилась на неё. — И всё? Ты хотела подшутить над Бакудой? И, я почти уверена, она не ест людей. Лифт пожала плечами. — Это моё призвание. — Что ж. Моё - это быть спасённой, когда я влезла во что-то не по своей компетенции. И я знаю, что быть девой в беде это не самая вдохновляющая роль, но... но это означает, что кому-то будет не всё равно, чтобы прийти и спасти меня, и... и это не то, что дано каждому. Кому-то было не всё равно, чтобы прийти и спасти меня. Это заставило её задуматься о своей первой схватке с Лунгом, когда Они Ли отрезал ей ноги. И когда Брайана и Лизу арестовали, Лифт помогла спасти их обоих. Лифт потерла руку о рукав и подняла взгляд. — Они всегда приходят? Она кивнула. — Всегда. Один телефонный звонок, и моя сестра проломит стену, чтобы ударить Бакуду по лицу. Может, даже сломает ей шею. Так случилось с последним злодеем, который напал на меня. Может, в этот раз даже получится. — Она мечтательно улыбнулась на мгновение. — И кто знает? Может, твои друзья - они ведь тоже кейпы, да? Может, они тоже появятся. Лифт улыбнулась подумав об этом. Конечно, они застали Лунга врасплох на прошлой неделе, когда ей нужна была помощь, но сейчас? Она попыталась представить, как они вчетвером атакуют армию Бакуды, словно штурм крепости, и покачала головой. — Ага, но они не придут. Они слишком умные для такого.

WWW

— Это безусловно самая тупая вещь, которую мы когда-либо делали. — Не знаю, — крикнула Виста сквозь звуки стрельбы. — Когда я впервые встретила вас, ребята, вы грабили банк средь бела дня. Похоже, для вас, ребят, это новый уровень. — Нас превосходили числом всего четыре к семи, — сказал Регент. — Причём, я должен это подчеркнуть, тогда нас не пытались убить. Хотя, эти нихрена не умеют стрелять, и никто из них не использует окна верхних этажей в качестве снайперских позиций. Оборона уже организована, стрелки ожидают атаки. Предупреждены заранее. Бакуда предупредила их. Бакуда в здании. Бакуда вернулась... Лиза схватилась за голову и сильно надавила на виски, чувствуя, как пульс стучит в черепе. После всех пережитых ситуаций, предел наступил именно сейчас. На самом деле это не правда. Она уже достигла предела, определяя примерное местонахождение Лифт, превозмогла его, когда они столкнулись с Вистой, и с тех пор ощущала, как тащит свой мозг словно по асфальту. — Думаю, Бакуда каким-то образом обогнала нас и вернулась сюда, — простонала Лиза. — Не знаю как. Технари. План был - войти и выйти, пока эти громилы внутри без лидера, а Бакуда и большая часть её сил находиились в ловушке. Это был бы тот тип быстрого налёта, удара и бегства, в котором специализировались Неформалы. Вот тебе и на. Теперь они были окружены, прижаты огнём, и единственным укрытием была искажённая Вистой дорога. — У нас нет выбора, — сказал Мрак. — Придётся атаковать. Регент, ты, я и Сука идём вперёд. Ты дёргаешь их, я их запутываю, а собаки их пугают. Виста... — Здесь слишком много людей, слишком близко друг к другу, — сказала она. — Тогда... искриви пространство, чтобы сбить их с толку, или что-то в этом роде. Всё, что ты можешь сделать, поможет. А Сплетница? Просто... просто скажи мне, что мы найдём её там. Численность врага, огневая мощь слишком велики, чтобы преодолеть. Пути к отступлению становятся... Лиза задохнулась от боли. Ущерб... Лиза стиснула зубы и заставила себя улыбнуться, притворяясь, что её не тошнит и она не хочет плакать. — Бакуда не убьёт её, пока та не докажет, что опасна или бесполезна, и единственное здание поблизости, которое более защищено, есть её настоящая мастерская. Она вряд ли будет хранить ОМП рядом с пленными. Она будет там. И когда они её найдут, Лиза обменяет шоколадный батончик на лекарство от головной боли, и они все пойдут домой. Как-нибудь. Она не была слишком уверена, как сработает эта последняя часть, честно говоря. С каждой секундой АПП окапывались всё глубже, а их сторона всё больше замедлялась. Для команды, которая гордилась блестящими побегами, их единственным планом побега теперь была надежда на лучшее. Она начинала думать, что этого недостаточно. Остальная часть команды вскочила на собак и перемахнула через барьер, который сделала Виста, оставив двух девушек одних в окопе. Как там говорится? В окопах атеистов не бывает, или что-то в этом роде? Что ж, кто-то в таком положении позвал бы на помощь кого угодно, даже... Лиза достала телефон и сфотографировала Висту. Девушка была не в костюме, и её нынешний наряд закрывал совершенно другие части лица, чем её визор, но, надеюсь, она всё ещё была узнаваема для тех, кто её знал. Растрёпанная, но всё ещё она. Виста взглянула на неё. — Что ты делаешь? — Использую спасательный круг, — сказала она, набирая текстовое сообщение. — Звонок другу. Думаю, ситуация требует этого. — У тебя есть друзья? Лиза одарила её плоским взглядом. — Я имею в виду, друзей-кейпов, которые могут нам помочь? Которых ещё нет здесь? — Ладно, я звоню врагу. — Обычные линии экстренной связи поставили бы её на удержание, но у неё всё ещё был номер Мисс Ополчение в телефоне с прошлого раза, когда она звонила ей. — Потому что... Нынешних врагов недостаточно? — Тех, что не желают нас убить? Абсолютно. — В худшем случае герои арестуют их, и они сбегут из исправительного учреждения через месяц. Позорный конец того, что начиналось как побег из тюрьмы, но не самый трагичный. Она могла бы попросить помощи, но герои бы ей отказали. Она могла бы объяснить все факты, но к тому времени, как они закончат рассчитывать риски, будет слишком поздно. Поэтому она отправила им сообщение, которое, как надеялся её уставший, измученный мигренью мозг, даст результат. "Виста у нас" - гласило сообщение. Будьте на пересечении Нортон и Эвергрин через десять минут, или она умрёт. И это даже не было ложью.

WWW

Эми посмотрела на выход из подвала, в котором так долго была заперта, готовая навсегда оставить это место позади. Но когда она потянулась к двери, Лиф не последовала за ней. Вместо этого она осталась стоять там, её свечение было единственным светом в комнате. — Эй, — сказала она. — Как думаешь, что случится, если мы их разбудим? Эми взглянула на четырёх членов АПП, спящих и опутанных корнями. — Они могут сказать Бакуде, что мы сбежали, и мы потеряем элемент неожиданности. — Когда твой враг может убить тебя мыслью, элемент неожиданности - это всё, что у тебя есть. — В лучшем случае они уйдут и оставят нас в покое. — Они могли бы решить помочь им, но она серьёзно сомневалась. — Что случится, если Бакуда узнает, что они отпустили нас? Эми вспомнила свою первую охрану, людей, которые были такими же пленниками, как и она. — Она убьёт их. Лиф кивнула и присела на корточки, выдохнув светящийся дым в лицо одному из охранников. Его глаза распахнулись, словно его окатили ледяной водой. Должна ли она остановить это? Часть её хотела. Это снижало их шансы выбраться отсюда, и Эми не нравилась идея рисковать собственными жизнями, чтобы спасти четырёх бандитов. Она даже не была эгоисткой. Если бы ей удалось связаться с героями, они могли бы уничтожить Бакуду и спасти сотни людей, которых она заставила работать на себя, так что это были не четыре жизни против двух, а четыре против сотен. Наибольшее благо для наибольшего числа людей. Но она не пыталась остановить её. Это потребовало бы от неё убедить девушку, которая светилась, как ангел, не пытаться спасать людей. И... и она думала о своей первой охране и вспомнила, как Бакуда убивала их на её глазах. Мужчина, который проснулся, огляделся, пока Лиф начала разрезать его путы серебристым ножом, появившимся в её руке. — Что... что происходит? — сказал он. — Мы освобождаем тебя, — сказала Лиф. — На что похоже? И перестань дёргаться. Или продолжай... Ага. Вот, возьми свой нож обратно и вырывайся, пока не освободишься. — Она вскочила и направилась к следующему опутанному члену банды. — Я серьёзно. — Он звучал скорее злым, чем растерянным. — Что вы задумали? — Это было бы хорошей идеей, — признала Эми, — иметь план. Мы планировали обезвредить вас четверых и сбежать, но сейчас, похоже, мы просто импровизируем. Перерезав большую часть корней, он разорвал остальные и поднялся на ноги. Он уставился на неё, с ножом в руке. Её силы... были не очень хороши в ножевом бою. Лиф могла бы исцелить её, если бы мужчина что-то попытался, но это не сделало бы удар ножом более приятным. — И всё? — сказал он. — Откуда ты знаешь, что я не скажу Бакуде, что вы двое освободились? — Может, и скажешь, — признала она. — Но пока Бакуда думает наградить тебя за верность или наказать за неудачу, она заметит, что у тебя больше нет бомбы в голове. Он нахмурился на это, затем медленно, осторожно ощупал затылок. Так легко было привыкнуть к бомбе. К тупой боли. К горячей, опухшей шишке. К угрозе. Когда он обнаружил, что её нет, его глаза расширились от изумления, почти испугавшись того, как сильно изменился его мир всего за несколько слов. Затем он прошёл мимо неё. Ни вопросов, ни благодарности, только желание сбежать. Он остановился у двери. — Я слышал, что Бакуда начала новый проект в своей мастерской. Идею бомбы, которую она получила от твоих сил. Я подумал, что это странно. Зачем ей бомба, которая исцеляет людей? Эми почувствовала, как её тело застыло. И далее трое других были освобождены и они тоже ушли, не сказав ни слова ни одной из них. Может, они благодарили её глазами, но Эми смотрела прямо перед собой, когда они проходили мимо, не воспринимая ничего. Бомба, основанная на мне. Как бы это работало? Её силы давали ей совершенное знание биологии кого-то и требовали, чтобы она визуализировала, что хочет изменить. Если Бакуда уберёт это и сведёт к слепому эффекту Эпицентра, что останется? Случайные мутации? Бакуда видела, как она использовала свои силы, пытаясь сбежать. Одного охранника она парализовала болью, а всех их усыпила. Значит, бомба боли? Бомба сна? Каков худший сценарий? — подумала она. Что самое ужасное я могла бы сделать со своими силами? Её никогда не хвалили за хорошее воображением. На короткое мгновение она оказалась проклята им. Эми остановила последнего члена банды, единственную девушку в группе. Эми вырубила её сама, пока Лиф разбиралась с остальными, хотя бы потому, что та была ближе всех и единственная, кто не был вдвое больше Эми. — Эй. Где мастерская Бакуды? Девушка уставилась на неё, но всё же ответила. — Большое здание из красного кирпича, наискосок через перекрёсток отсюда. Не промахнёшься. Эми продолжала стоять там ещё мгновение, её мысли метались от одного кошмарного сценария к другому. Бомбы бодихоррора. Бомбы, создающие чудовищ. Ебучий зомби-апокалипсис. Эми провела годы, помогая людям, стремясь к наибольшему благу для наибольшего числа людей, и за один день безумная террористка могла уничтожить всё, над чем она работала. Лиф потянула её за рукав, глядя на неё своими жуткими, перламутровыми глазами. — Ты идёшь? Или хочешь остаться здесь, а я пойду дальше? — Нет! Нет, я иду. — Она не собиралась задерживаться в этой комнате дольше необходимого. Когда свет ещё горел, всё и так выглядело плохо, но теперь единственным светом осталась Лиф. Осмотреться. Найти телефон. Передать это кому-то более компетентному. Но... кто был более компетентен, чтобы справиться с вооружённой версией её собственных сил? Все герои в городе страдали от уязвимости к ней - у них была плоть. Но силы Эми наверное не сработали бы на ней самой, а Лиф, возможно, могла исцелить себя быстрее, чем воздействие чего бы то ни было от бомбы Бакуды. И самое главное, они были практически через дорогу от того места, куда им следовало двигаться. Это был глупый план. Это даже не было планом, это было просто глупо. Однако это было всё, что у неё было. — Эй, мелкая, — сказала она. — Если бы тебе пришлось уничтожить Бакуду, как бы ты это сделала? — О, это легко. Я бы подкралась к ней и обняла её. Эми моргнула. — Тебе стоит доработать это немного. Во что-то, знаешь, менее дебильное. — Почему? Это отличная идея. — Она выразительно подняла палец. — Она не сможет меня взорвать, пока я обнимаю её. Это звучало... почти неплохо, на самом деле. И если у Лиф есть её невидимая штука с мордой-лозой в качестве наблюдателя, это даже могло сработать. — Ладно. Вот что мы сделаем. Мы проберёмся в мастерскую Бакуды и уничтожим её. — Боже, в голове это звучало лучше. — Надеюсь, она не занята. И не охраняется. И никто не заметит нас по пути туда. — Мы все умрём. Лиф, однако, ухмыльнулась. — Потрясно! Мы украдём её ужин! — Нет! То есть, наверное, если она оставила там еду. Или это метафора? Я не... я не понимаю тебя. Она рассмеялась. — Ничего. Мне ты всё равно нравишься. Пошли! Вместе они покинули комнату, в которой были заперты так долго, и пробрались через здание. Это была какая-то заброшенная фабрика, которая разваливалась задолго до того, как АПП въехала туда. Текучие трубы, люминесцентные лампы, потрескавшиеся бетонные стены. Но людей не было. Когда они наконец нашли лестницу на первый этаж, она поняла почему. Снаружи доносились звуки криков и стрельбы. АПП с кем-то сражались. Конкурирующая банда? Или прибыли герои? Лиф выглянула через разбитое окно, выставив перед лицом серебристый лист металла с дырочкой для глаза, чтобы защитить лицо. — Ну? — спросила Эми. Если это Новая Волна, Бакуда могла бы выполнить угрозу, которую Эми прочитала в видео с заложниками, и убить её, так что, надеюсь, это просто Протекторат. Худшим сценарием была Империя 88. Если бы они знали о детонаторе смерти Бакуды, они бы сочли это бонусом, а не сдерживающим фактором. — Они здесь, — прошептала Лиф, отступая от окна. — Они здесь! — Кто? Улыбка расплылась по её лицу, и она рассмеялась, скользя по коридору с невозможной скоростью. Эми побежала за ней, потому что не хотела оставлять дитя в одиночестве - она не хотела оставаться одна - но затем чудище проломило входную дверь здания, то, которого Эми узнала. Больше чем лошадь, пасть, полная клыков, и костяные шипы, натягивающие кожистую шкуру. Ещё два последовали за ним, с наездниками, и тьма клубилась вокруг них, как чёрная миазма. Только не они. Кто угодно, только не они. Ей хотелось бежать, спрятаться, сделать что угодно, чтобы она не нашла её здесь, но Лиф, чёртова Лиф, она закричала и побежала к Неформалам. — Лиф, нет! — крикнула она. — Вернись! Ты не~ Лиф развернулась на коленях, её волосы закрывали половину лица, ярко ухмыляясь, светясь в контрасте с тьмой позади неё. Мгновение спустя эта тьма устремилась к ним, как приливная волна, поглотив их обоих. А потом ничего не стало. Ни света, ни звука. Эми не могла слышать даже собственного дыхания или собственного сердцебиения. Она сглотнула, пытаясь смириться с происходящим. Затем она увидела Лиф, светящуюся, как фонарь, тьма расступилась, окружая их пузырём. И, словно приветствуя старую подругу, Лиф обняла девушку, которая знала слишком много, девушку, каждое слово которой отравляло душу.

Я заключу с тобой сделку, Славная Дырка. Запрись в хранилище, и я не произнесу ту единственную фразу, которая разорвёт твою семью на части.

— Ты была права! — сказала Лиф, оглядываясь на неё. — Кто-то всё-таки пришёл нас спасать! — Она снова повернулась к Неформалке. — А я-то думала, ты слишком умна для такого! Злодейка улыбнулась в ответ на колкость. На удивление человеческое выражение мелькнуло на её лице. — Что поделать? Недосып пробуждает во мне худшее. — Она скользнула взглядом по Эми, и улыбка её изменилась, став куда более соответствующей её натуре. Слишком понимающей, слишком самодовольной, слишком жестокой. Это не про тебя, самовлюблённая дура. Не тебе разгребать последствия этой грязной тайны. Не тебе задыхаться от стыда и разбитого сердца. Ей. — Ты завела странных друзей, пока тебя не было. Похоже, это сейчас в моде. Лиф не было с ними в банке, но она была с ними сейчас. Эми принимала её за какого-то ребёнка с суперсилами, играющего в кейпа, утверждающего, что она злодейка, потому что любит рассказывать истории. Но Лиф обвела вокруг пальца охранников историями, а теперь обвела вокруг пальца и её. Эми хотелось бежать, хотелось вырваться, хотелось кричать, но больше всего она желала, чтобы тогда она позволила той насмешливой, издевающейся злодейке умереть на полу банка, вместо того чтобы оставить её в живых. — Но я уверена, что если мы отбросим наши разногласия, мы все сможем выбраться отсюда целыми, — сказала Сплетница, улыбаясь, как дьявол, продающий подержанную машину. — Так что скажешь, Панацея? Перемирие?