Глава Шестнадцатая

Мотоцикл Мисс Ополчения мягко урчал по потрескавшейся и разбитой дороге. Несмотря на отключение электроэнергии, чтобы видеть света было достаточно, хотя солнце ещё не взошло. Город начинал ощущаться знакомым, и ей это не нравилось. Дело было не в разрушенных зданиях, нет, для нее в детстве они были бы подобны особнякам. Три стены из четырех есть просто дом с открытой дверью. Дело было и не в запахе. Дым, пепел, запах пороха не слишком отличались от обычного смога города, а океанский бриз со временем развеял бы и это. Нет, дело было в страхе. Это была атмосфера. Её сила, переключающаяся между пистолетами и винтовками, ножами и мачете, давала выход негативным эмоциям, но этот новый страх - этот старый страх - был чем то таким, что она могла бы вдыхать в легкие. Она съехала на обочину рядом с рухнувшим зданием и нашла ребенка, наполовину погребенного под обломками. Пол: женский. Возраст: от десяти до двенадцати. Имя: неизвестно. Время смерти: неизвестно. Ближайшие родственники... Мисс Милиция закрыла глаза, прерывая отчет, который уже начала мысленно составлять. По всему городу были десятки таких случаев, и скоро измученные рабочие бригады прибудут, чтобы расчистить завалы и доставить тело в морг для оформления. Ты быстро сделала себе имя, Бакуда, — подумала она. — Ты можешь пожалеть об этом. Она поехала дальше, так как мало что еще могла сделать. Пока остальная часть ее команды могла использовать это затишье, чтобы отдохнуть или подготовиться, Мисс Ополчение могла продолжать патрулирование. Она была свидетельницей трагедий в результате атак Бакуды и была готовой отреагировать на АПП или любых оппортунистов, стремящихся воспользоваться хаосом. В кармане завибрировал телефон. СМС с номера, который она не сохранила, но узнала. Сплетница звонила ей меньше часа назад, желая узнать, заполучили ли СКП тело Лиф. Сообщение начиналось с фотографии девочки, может, двенадцати лет, с прядью светлых волос, выглядывающей из-под капюшона, и черной тканью, обернутой вокруг нижней половины лица. Она была измождена и потрепана, и едва узнаваема. У нас Виста, — продолжалось сообщение. — Будьте на пересечении Нортон и Эвергрин через десять минут, или она умрет. Она прочла сообщение, посмотрела на прикрепленное изображение, затем прочла снова. Ее сила притупляла гнев, но не способность к насилию, когда насилие было необходимо. Сплетница, — подумала она. — Ты выбрала ужасное время для этих игр.

WWW

— Виста, — сказал Мрак. — Мне нужно, чтобы все это здание превратилось в крепость. Ни одной щели, через которую можно протиснуться, и c толстыми стенами, чтоб нельзя было пробить. — Сейчас, — ответила она, сжимая разбитые окна вокруг себя в игольное ушко. — Это может занять некоторое время, если внутри уже есть люди. Чем больше людей в зоне, тем сложнее искажать пространство. — Люди? Какие люди? Виста заколебалась, нащупывая своей силой пустоты. — Три... группы. Не могу сказать, сколько в каждой. Мрак выругался себе под нос. — Спасибо за предупреждение. В стороне Регент крутил свой скипетр между пальцев. — Знаете, на что это похоже? — спросил он. — На ту игру про зомби. Ну, знаете, где вы заперты в хижине или типа того, и вам нужно забаррикадироваться, чтобы они не вломились и не съели ваши мозги? — Таких как минимум десять, — сказал Мрак. — И у тех зомби не было артиллерии, которую Бакуда использует против нас, как только начнет воспринимать нас всерьез. В этот момент из его тьмы пружинистой походкой вышла Сплетница, с улыбкой на лице. Виста подавила желание отшатнуться от нее. Мрак и Регент вели себя так похоже на Эгиду и Стояка, едва казалось что они были злодеями, но Сплетница... Сплетница выглядела так, будто спокойно может застрелить кого-то без предупреждения с задором. — Какова ситуация? — спросил Мрак. Она глубоко вздохнула. — Я чувствую себя абсолютно замечательно. Нет, серьезно, я могу разразиться песней, как диснеевская принцесса. Регент застонал. — Пожалуйста, не надо. Мы же не просто так перестали ходить в караоке. Вы оба, вообще то, были ужасны. — Как там Лиф? — спросил Мрак. Виста уставилась на пятно тьмы в комнате. Лиф была там. Девочка, которая вернула ее к жизни. Девочка, которую Виста... которую Висте пришлось убить. Она видела её всего секунду, неожиданно, с Панацеей, прежде чем Мрак накрыл их обеих тьмой. Это блокировало сигналы бомб от Бакуды, чтобы технарь не могла взорвать их... — Ну, вот плохие новости, — сказала Сплетница. — Я надеялась, что мы сможем просто напичкать её и позволить принять взрыв на себя, но ее бомба замораживает людей во времени. — Бакуда теперь занимается манипуляциями со временем? — потребовал ответа Мрак. Регент хихикнул над какой-то внутренней шуткой, и Сплетница усмехнулась. — Ага, потому что так дела всегда идут веселее. — Как сила Стояка? — спросила Виста. — Да, только она не проходит через несколько минут, — ответила та. — Или вообще никогда, так что, скорее, как у Серого Мальчика . Серый мальчик. Виста видела некоторые из его работ. Бойня №9 была известна своими жестокими, затяжными расправами, и большинство из них в конце концов убивали своих жертв. Серый мальчик - нет. Даже будучи мертвым много лет, он до сих пор убивал своих жертв, растягивая их смерть до скончания веков. Этого не случится. Она думала о Лиф, скользящей по зданию СКП, как пингвинёнок, относящийся ко всему происходящему как к игре, в то время как Виста относилась к этому как к войне. Только не с ней. — Мы бежать то можем? — спросил Мрак. Сплетница покачала головой. — Если мы будем медлить и осторожничать, нас окружат и перебьют. Если мы поторопимся, Бакуда может успеть подать сигнал, и... Мрак кивнул. — Ясно. — Мы могли бы перейти в наступление, — продолжила она. — Захватить Бакуду, заставить её сотрудничать. Мы можем застать её врасплох своей вопиющей глупостью. — Звучит довольно глупо, — согласился Регент. — Последний вариант, — сказала Сплетница с гримасой, — убедить Панацею помочь нам. В комнате повисла тишина. Виста посмотрела на Неформалов, гадая, что не так, ибо это казалось совершенно очевидным. — Действуй, — сказал Мрак. — Но если это не сработает, нам придется играть в нападение.

WWW

Многие злодеи из кожи вон лезут, чтобы выглядеть жуткими. Одна из лекций Кэрол о кейпах. Но есть другой тип, за которым нужно следить в оба. Обаятельный злодей. Фальшивая оболочка дружелюбия и уважительности. Не позволяй этому обмануть себя. Не слушай их поверхностные оправдания или ложные идеалы. Помни о том, кто они есть, и никогда не забывай. Потому что если ты поверишь им и... Тогда она окажется там, где сейчас Эми: одна в темноте, в окружении врагов. Лиф слизывала остатки шоколадки с фантика, громко причмокивая. Издеваясь над ней. Это было отвратительно, то, как она ела, запихивая всё в рот, размазывая по лицу. Лиф поймала взгляд Эми и, неправильно его истолковав, протянула ей «Натс». Она покачала головой, не доверяя себе ни говорить, ни закричать. Как я вообще позволила ей себя одурачить? Лиф даже призналась, что была злодейкой, и Эми проигнорировала это, так отчаянно желая иметь кого-то, за кого можно ухватиться, так отчаянно жаждая не быть одной. И к чему это привело? Лиф сыграла на ней как на скрипке и загнала её из тюрьмы Бакуды прямо в адские жвала. — Все будет хорошо, — сказала Лиф. Пространство, в котором они находились, было тёмным, кромешная тьма, если не считать света, исходящего от тела Лиф. Сила Мрака, чтобы "защитить их от Бакуды" или что-то в этом роде. — Они мои друзья. Они что-нибудь придумают. Вот этого я и боюсь. Бакуда, может, и была безумной маньячкой, но у неё, по крайней мере, не было причин держать на неё зла. Эми подумала о том, когда видела Сплетницу в последний раз: её лицо было разбито и распухло, образуя фиолетовый шар, голова вывернута под невозможным углом. Не самое приятное зрелище, зато это заставило ту заткнуться. В этот момент сам дьявол вошел в комнату, самодовольный, уверенный и тошнотворный. — Скучали по мне, девочки? — спросила Сплетница. — Я скучала, — сказала Лиф. Она подняла свои испачканные в шоколаде руки. — Ещё есть? — Прости, мелкая, кончились. Дома получишь сколько захочешь, хорошо? Эми задалась вопросом, сколько времени злодейка проводит перед зеркалом, репетируя образ заботливой старшей сестры. Или, может, такой уровень лжи просто был для неё естественным. Сплетница взглянула на неё, и в ответ на это Эми представила, та вспыхивает алым пламенем. — Итак, ситуация такова, — сказала Сплетница, и из ее голоса исчезла вся теплота. — Мы можем сдерживать толпу ещё минут пять, прежде чем Бакуда решит вмешаться, но нам не придется этого делать, если ты достанешь бомбу Лиф из её головы. Бомба в Лиф. Никакого плана, как достать бомбу из головы Эми, вообще не было. — Я не могу. Не убив ее. Я пыталась четыре раза... — И выяснила, что бомбы взрываются при изменении температуры или давления, — сказала Сплетница. — Создай вокруг нее капсулу из плоти, вынь всю штуку целиком, выбрось в окно, и ты будешь дома к завтраку. — Мне нравится этот план, — сказала Лиф. — Не так просто, — сказала Эми. — Это дурацкий план. Бомба находится под черепом, рядом с мозгом. Я не могу "создать вокруг нее капсулу", не захватив кусок серого вещества... — Так сделай это. Лиф может исцелять мозг так же легко, как и все остальное. Вынь кусок, она отрастит его обратно. Заставь её думать, что она дотошный налоговый инспектор с ОКР, и через секунду она вернется в норму. Казалось, это простой выбор. Слишком простой. Но она не могла доверять им, особенно Сплетнице. Если она начнет с мозга, который нельзя испортить, потом будет намного легче зайти чуть дальше, а потом еще чуть дальше. Нет. Она должна держаться своих правил. Это единственный способ быть уверенной, что ею не манипулируют. — Я не работаю с мозгами. — Никаких компромиссов. Никаких переговоров. — И знаешь что? Нет такого обещания, которое ты могла бы дать, которому я бы поверила, и нет такой угрозы, которой ты могла бы меня запугать, которой бы я от тебя не ожидала. Не притворяйся, что это перемирие, Сплетница. Я просто перешла из плена Бакуды в твой. — Почему? — спросила Лиф. — Что такого особенного в мозгах? Эми посмотрела на Лиф, затем взглянула на Сплетница. — Это... сложно. — Потому что она зациклена на своей сестричке и боится, что если начнет влиять на мозги, то промоет ей их, чтобы та влюбилась в неё. Эми уставилась на нее, поперхнувшись. Слышать свой самый сокровенный страх, свой самый глубокий стыд, произнесенным вслух, было сродни тому, как если бы из нее что-то вырвали, так небрежно... Даже Кэрол никогда не делала ничего подобного. — Хм, — сказала Лиф. — Она симпатичная? Сплетница пожала плечами. — Семь из десяти. — К-как ты смеешь... — Я смею, — сказала та, поворачиваясь к ней. — Я смею указать на то, что никому нет до этого дела. Никому нет дела до тебя, твоих надуманных правил, семейных драм или твоих грязных сексуальных фантазий. Всё, что нас волнует в данный момент - выбраться отсюда живыми. Ты поможешь нам или ты балласт? Эми сжала кулаки. Одно касание. Одно касание, и она могла бы сделать её такой же уродливой снаружи, какова она и внутри. Обвисшая кожа, висящая на костях, бородавки по всему лицу, постоянно сочащиеся гноем. Без рта, прежде всего. Это заставило бы её заткнуться. Но она не сделала этого. Она глубоко вздохнула и на мгновение закрыла глаза. — Значит, ты хочешь, чтобы я отбросила свои личные проблемы и сосредоточилась на общей картине? — Я не прошу многого. Эми заставила себя улыбнуться, и, как только улыбка появилась на лице, оказалось легко её удержать. — Общая картина такова: Бакуда сейчас в своей лаборатории, создает бог знает что, и с каждым днем её оружие становится всё ужаснее. То, что она проектирует, может уничтожить целый город. Может даже не остановиться на этой стране. Общая картина? Каждая секунда, которую вы здесь проводите, отвлекает её и привлекает внимание города к её местонахождению. Наведение на неё героев принесет миру больше пользы, чем всё, что я когда-либо могла бы сделать. Сплетница посмотрела на нее с выражением, которое могло быть либо отвращением, либо насмешкой. — А мы не можем уйти, пока Лиф не освободится. Эми пожала плечами, не глядя на девчонку. Не стоило ей связываться с Неформалами. — И если мы все погибнем в бою с ней, то для тебя это просто бонус, не так ли? Если вы все погибнете в бою здесь, Виктория никогда не узнает того, что знаешь ты. Ты никогда не сможешь разрушить мою семью. Мне никогда не придется тебя бояться. Она снова пожала плечами. — Ты сказала, не я. Сплетница рассмеялась... и вытащила пистолет и наставила его на неё. Она блефует. Она ни за что бы не... — Панацея? Иди к чёрту.

WWW

Пол сотрясся, когда что-то врезалось в стену снаружи. Один из псов низко зарычал, и Сука почесала его за ушами. — Мы всё ещё в порядке, — сказала Виста. — Стена там толщиной три метра. Она звучала так, будто пыталась убедить себя больше, чем кого-либо ещё. Мраку показалось это странным, учитывая, как долго она была кейпом, пока он не понял, что Виста обычно находилась по другую сторону. Это было похоже на ограбление банка. Они были внутри здания, пытаясь сделать свою работу и смыться как можно быстрее. Тем временем они были окружены врагами, и каждая сторона пыталась застать другую врасплох. Он... он не выбрался из того боя. Как и Сплетница. И он не ожидал, что Бакуда будет брать пленных. — Продолжай в том же духе, — сказал он вместо этого. — Еще несколько минут, и... Господи Иисусе! Регент, Виста и Сука огляделись, но звук выстрела и взрыва был заглушен его силой. Мрак уставился, как тело Панацеи упало на землю, а Сплетница вышла из его тьмы, как ни в чем не бывало. — Ну, это было убойно, — весело сказала она. — Серьезно, — сказал он. — Вот так ты это комментируешь? — Лиф поспешно подбежала и начала воскрешать целительницу. — Что там происходит? — спросила Виста. — Она... — Панацея нам поможет? Нет, это провал, но я даю ей минутку остыть и прийти в себя. — Она подмигнула ему, будто это была большая шутка. — Итак, какой план Б? Сбежать с буквальной бомбой остановки во времени, которая может взорваться без предупреждения, или напасть на технаря в её мастерской? Регент взглянул на Мрака, в то время как Сука полностью игнорировала обсуждение, так что решать пришлось ему. Как обычно. Если они побегут, всё, что они смогут сделать — надеяться на удачу. Надеяться, что шальная пуля не заставит кого-то из них отстать. Надеяться, что пока они бегут от всей этой драки он сможет держать Лиф достаточно закрытой, чтобы сигнал не активировал бомбу внутри. Он не чувствовал себя удачливым. Переход в наступление был безумием, но, по крайней мере, у них могу бы быть какой-то контроль. — Мы атакуем. — Он с самого начала хотел избить эту женщину в лепешку, не так ли? Похоже, его желание сбудется. Да поможет нам бог.

WWW

Я хочу домой, — думала Эми. — Я хочу домой, лечь в постель, проспать до полудня и... и больше не быть здесь! Но она была здесь. В темноте, окруженная врагами, которые хотели которые убили её. Её собственная кровь, забрызгавшая одежду, была тому доказательством. Лиф протянула к ней руку, но она отстранилась. — Ты будешь в порядке. — Я в порядке. Лиф посмотрела на неё, свет, исходящий от неё, заставлял её глаза словно светиться. — Нет, не в порядке. Но будешь. — Заткнись. Заткнись. Я доверилась тебе, помогла тебе сбежать, и... Внутрь шагнул Мрак, прерывая её. У него было физическое присутствие, которое возвышалось над ней и заставляло её вздрагивать, словно ожидая удара. Он заменил свой костюм с ограбления банка на простой мотоциклетный шлем и кожаную куртку, что делало его похожим не столько на злодея, сколько на бандита. — Ты как тут, нормально? Слова были обращены не к ней, поэтому она не ответила. — Дивно, Черепок. Когда мы уйдём? — Прямо сейчас. — Это привлекло её внимание. — Ты поедешь прямо за мной. Ты ничего не будешь видеть, это единственный способ обезопасить тебя. — Чего? — потребовала Лиф. — Вы собираетесь вечность держать меня во мраке? — Пока мы будем уверены, что Бакуда не взорвет твою бомбу, да. — Она могла сделать это когда угодно и до сих пор не сделала! — Это было до того, как мы ворвались сюда, чтобы спасти тебя. Насколько нам известно, Бакуда сейчас с детонатором и ждет момента чтобы убить тебя и всех, кто рядом. Лиф надулась скрестила руки. — Значит, я застряла тут, потому что вы, ребята, слишком шумные. — Да, и мы вытащим тебя отсюда целой и невредимой, с шумом или без. — Я думала, вы не можете уйти, пока не достанете её бомбу, — сказала Эми. Мрак повернулся к ней, и она пожалела, что заговорила. — Мы не вернёмся домой. Мы атакуем мастерскую Бакуды. Может, она будет более сговорчивой, чем ты. Делай что хочешь. Она моргнула. — Что? — Они собирались напасть на Бакуду? — Сплетница считает, что ты балласт, так что можешь оставаться тут. Может, АПП снова схватят тебя. А может, они тебя не заметят. Мне всё равно. Если пойдёшь с нами, поедешь с Вистой. Больше никто не осмелится держать тебя рядом. — Подожди, — сказала Лиф. — Виста здесь? Мрак кивнул. — Хм. Виста. Мрак говорил так, будто они работают вместе, бессмыслица какая то. Виста не стала бы связываться со злодеями, по крайней мере, добровольно. Может, её обманывают, или шантажируют, или... без понятия. Она была вольна уйти. Вольна бродить по району, полному АПП-шниками, которые попытаются захватить или убить её. Но бомбы в голове у неё больше не было. Сплетница достала ее самым грязным способом. Свободная. Если бы она могла добраться до крыши и одолжить телефон у Висты или что-то в этом роде... Или, может, именно этого и хотела Сплетница. Может, это была просто уловка, чтобы АПП убили Эми, чтобы Новая Волна не смогла обвинить во всём Неформалов. Казалось, они хотели, чтобы она ушла, так что, может, ей стоило остаться. Боже, это как пытаться перехитрить Симург. С другой стороны, Неформалы шли за Бакудой. Бакудой, которая могла создавать некое оружие на основе её собственных сил. Смогут ли Неформалы распознать биологическое оружие Технаря? Не приведут ли его в действие случайно? Она думала обо всех тех вещах, которые могла бы сотворить её сила. Тяжело думать о том чтобы вернуться домой, только чтобы потом обнаружить ужасные зверства, вызванные одной из этих штук. Она думала о том, чтобы сбежать, но бежать было некуда, зная, что она могла остановить это давным-давно, если бы действовала сейчас. Проклятье, — подумала она. Даже без бомбы она все ещё была в ловушке. — Я тоже пойду.

WWW

— Все готовы? Лиф сидела позади Мрака на одной собаке, Виста и Панацея на другой, а все остальные на третьей. Единственным человеком, который выглядел готовым, была Сука. Она всегда предпочитала прямой подход. — Держитесь ниже, смотрите вперед и старайтесь не подставляться под пули. На счет три. Раз. Он взял на себя лидерство. Если в него попадут, Лиф сможет его исцелить. Панацея сможет исцелить Висту, предполагая, что Виста сможет принять удар и удержаться на псе, а все остальные будут просто надеяться на удачу. Но шансы были не так уж плохи. Их цель была в паре сотен футов отсюда, склад, охраняемый парой дюжин АПП, возможно, лишь половина из них могли бы попасть в стену сарая. Они справятся. — Два. Продолжай говорить себе это. — Три! Виста растянула дыру в стене до размера гаражных ворот, и собака Мрака рванула вперед. Он выпускал свою тьму густыми облаками по бокам и сзади, надеясь дать своей команде укрытие, не ослепляя их. Застигнутые врасплох, люди на его пути закричали и бросились врассыпную. Оставайтесь напуганными, — думал он. — Оставайтесь напуганными и бегите! Когти Иуды вцепились в ржавый синий грузовик, и он оттолкнулся от него, едва не сбросив Мрака. Выстрелы хлестнули по воздуху, как звуки кнута, а затем загромыхали, когда подключилось больше стрелков. Иуда споткнулся и зарычал, получив попадание в бок. Он продолжал двигаться. Лиф исцеляла его, или чудище просто настролько живучее? Он не знал. — Виста! — крикнул он. — Укрытие! Они оторвались от основной толпы, и краем глаза Мрак увидел, как улица по обеим сторонам поднялась, образуя стены. Недостаточно быстро. Первоначальный шок прошел, и АПП начали организовываться. Пуля попала в Мрака, едва не сбив его с собаки, горячая агония пронзила его. Лиф крепко сжала его сзади, и он почувствовал, как его тело восстанавливается так же быстро, как пуля прошла сквозь. Те, кто следовал за ним, справлялись лучше, прикрытые его дымом и барьерами Висты, но не было способа сделать то же самое для него. Крик вырвался из его горла, когда он получил еще несколько попаданий в руки и грудь. Он почувствовал, как одна из пуль застряла в плече, когда плоть заживала вокруг нее, осталась тупая, постоянная боль. Это будет проблемой. Он старался не думать об этом. Ты уже умирал раньше. Это ты переживешь. Склад был уже близко, так близко, что Мрак мог сказать себе, что они справятся. Одна АППшница с безумным выражением на лице встала у него на пути, наставив на него дробовик, оружие с почти комично широким стволом. Погоди, это не дробовик, это... Он резко свернул влево, выпустив облако тьмы, когда женщина выкрикнула команду и выстрелила из своего гранатомета. Сила взрыва ударила Мрака, как таран, жёстко потрепав вестибулярку. Он ударился об асфальт и покатился, безвольно, голова кружилась. Иуда издал болезненный скулеж, врезавшись в мусор у стены. Мрак уставился в предрассветное небо, слишком ошеломленный, чтобы даже чувствовать боль. На мгновение ему показалось, что он увидел фигуру, смотрящую на них с крыши склада, что-то с формой человека, но с лицом демона. Затем она исчезла, сменившись лицом Лиф, склонившимся над ним, так близко, что они почти касались друг друга. — Оппля, — сказала она. — Ты поскользнулся. — Держа над ними одной рукой большой серебристый щит, она вдула в него белый свет, и он снова пришел в себя. Он сел, оглядывая крышу, но там ничего не было. Я видел Они Ли! Разве нет? Он посмотрел на Лиф, чтобы спросить, видела ли она его тоже, но тут осознал, что она больше не защищена его тьмой. Он выругался, снова накрывая её. — Да ну, серьезно? Это обязательно? — Обязательно, — сказал он, хотя она больше не могла его слышать. Он подхватил Лиф одной рукой, поморщившись от боли в плече, а другой взял её щит. — Пока Бакуда может убить тебя нажатием кнопки, я буду держать тебя в безопасности. Несмотря ни на что. Сука пронеслась мимо них на Бруте, выкрикивая имя Иуды, пока тот скулил на земле. АППэшка запихнула в дуло то, что выглядело как техно-граната, когда другие члены банды вокруг неё бросились врассыпную. Прежде чем она успела выстрелить, Регент взмахнул рукой, в последнюю секунду дернув руку, держащую гранатомет, вниз к земле. Раздался взрыв, похожий на треск сосулек, и даже на расстоянии Мрак ощутил волну ледяного холода. Брут поскользнулся на внезапно обледеневшей земле и сбросил всех, кроме Суки, со спины. В руке Мрак почувствовал, как щит трансформируется в меч. Он доковылял до внешней стены склада и вонзил лезвие в нее, обнаружив, что оно режет кирпич и бетон так же легко, как бумагу. Одной рукой он мог сделать только маленькое отверстие, да и то неаккуратное, но этого будет достаточно. — Виста! — крикнул он. Отверстие резко расширилось, образовав проем, достаточный для собак. Потрепанные, но живые, все вскопом ввалилась внутрь. Сука замыкала шествие, неся на руках настоящего Иуду, достав его из мясного кокона. Мы справились.

WWW

Виста сползла с собаки, как только они оказались внутри, схватившись за колени и тяжело дыша. Она не была ранена, но... но Боже, это было близко. — Ты в порядке? — спросила она, когда Панацея спрыгнула вниз. Панацея взглянула на растущий столб тьмы посреди комнаты. Лиф была там, исцеляя свою команду. Виста мельком увидела их, прежде чем Мрак увел их во тьму, но выглядели они нормально. — Мне нужно одолжить твой телефон, — сказала Панацея тихо. — А, конечно. — Она, наверное, хотела позвонить домой. Виста подумала о том, чтобы сделать то же самое, но это заставило бы её команду волноваться. Панацея набрала номер и подняла телефон в воздух. — Нет сигнала? Серьезно? — Здесь слишком много дыма от Мрака, наверное. Панацея выглядела так, будто хотела швырнуть телефон об стену, прежде чем вернуть его. Это просто... Я чувствую, что почти выбралась, и тут... — Я знаю, что ты имеешь в виду. — Правда? А ты вообще почему здесь? Ты не можешь сказать, что для того, чтобы остановить Бакуду, потому что у тебя было бы больше шансов, будь ты со своей командой, вместо того чтобы объединяться с этими, а ведь они хотели сбежать её еще две минуты назад. — Панацея заколебалась. — Они тебя похитили? Угрожали твоей семье? Ты не в костюме, так что не можешь сказать, что пришла по своей воле. — Я пришла по своей воле. — Виста наблюдала, как Регент вышел из тьмы и присоединился к Мраку в другом конце, целый и невредимый, если не считать пары порезов на костюме. Как бы объяснить Панацее всё так, чтобы она поняла? Если они выберутся отсюда, ей также придется объяснить свои действия команде. — Тогда почему? — Потому что... — Она подумала о битве с Лиф в здании СКП и о том, что увидела на записях камер наблюдения. Она подумала о том, почему хотела быть героем, и об истории, которую рассказал ей старик. — Потому что я хочу быть хорошим человеком. — Я не думаю... — Я не закончила. — Она сглотнула и перевела дыхание. — Я осталась в здании СКП во время взрывов. АПП использовали это как отвлекающий маневр, чтобы вытащить Лунга, и, полагаю, у Неформалов возникла та же идея. Ближе к концу боя я увидела, как Лунг преследует Лиф в шахте лифта.

— Силуэт с алмазными глазами на фоне огня и ярости. —

— Он был таким огромным, а она такой маленькой, и они были слишком близко друг к другу, чтобы я могла сжать шахту между ними. Если бы я выпустила одного, я бы выпустила обоих. Вместо этого я заперла их вместе, где, как я знала, Лиф умрет. На другом конце комнаты Мрак взглянул в её сторону, но ничего не сказал. Панацея вздохнула. — Виста. Когда два злодея сражаются друг с другом, главный приоритет героя - защита невинных гражданских, а не злодеев, которые создают все проблемы. Злодеи убивают друг друга постоянно, даже в тюрьме. К тому же, Лиф выбралась живой. — Она заколебалась. — Живой, по крайней мере. Никто не скажет тебе, что ты поступила неправильно. — Я поступила неправильно. Если бы поступила правильно, это не ощущалось бы так! — Она ощутила вкус лицемерия в собственных словах. Ей было все равно... или, по крайней мере, она убедила себя, что ей все равно... до тех пор... пока... Из тьмы вышла Адская гончая, исцеленная, и три пса-мутанта потопали к ней. — Она спасла мне жизнь, — прошептала Виста. — Я узнала об этом позже, но Они Ли отрезал мне голову, а Лиф приставила её обратно. Это отнимает у неё много сил, и, может, если бы она не... — она покачала головой. — Это не противостояние нас против них. Это борьба с самой собой. Теми, кто мы есть против тех, кем хотим стать. — Это прозвучало неубедительно, когда она произнесла это вслух. — Я плохо объясняю. — Значит, Неформалы заставили тебя чувствовать вину и ввязаться в эту гиблую миссию? Виста заколебалась. — Я убедила их позволить мне помочь им. — Ведь так всё и было, разве нет? — Конечно. Виста долго смотрела на столб тьмы в комнате. Даже не зная её, Лиф верила, что она стоит того, чтобы спасти ей жизнь. Правда ли это? Может да, а может нет, но она постарается. — Эй, Панацея? — сказала она. — Сплетница сказала, что ты отказалась исцелить Лиф. Почему? — Я... — Ее голос затих, когда из тьмы вышла сама Сплетница. Она не смотрела в их сторону, но Панацея напряглась и уставилась на неё. — Это сложно.

WWW

— Не могу поверить, что ты упал со своей собаки, — сказала Лиф, исцеляя Регента от пары царапин. — У этих штук столько выступов, за которые можно держаться ногами. Ты чё, снова позировал? — Конечно, нет! — возмущенно сказал Регент. — Я позирую на твердой земле и только так, благодарю покорно. Я жестикулировал. — Нужно было ли тебе жестикулировать верхом на собаке? — Нет, но это веселее. — Он сделал неприличный жест рукой, выходя из тьмы, и Лиф засмеялась и ответила ему тем же. Лиф повернулась к Суке. — А с тобой что? — Просто исцели меня, и покончим с этим. Иуда был ранен так сильно, что Суке пришлось вынуть его из мясного костюма и активировать заново. Это отнимало у неё много сил, чтобы сделать это быстро, особенно учитывая, что изначально она активировала всех трёх собак. Сука приняла исцеление Лиф с ворчанием и ушла. — Пожалуйста! — весело крикнула ей вслед Лиф. Рада быть полезной в деле, — сказала ей сила Лизы. — Не хочет оставаться позади. Не хочет оставаться одна. Никакой полезной информации. Ничего нового. Решила исцелить тебя последней. Хочет поговорить с тобой. Опять же, очевидно. Тем не менее, она была не сильно ранена, так что не возражала. Лиф взяла её за руку и посмотрела ей в глаза. — Лиза. Сплетница была в костюме, но так как они обе были покрыты силой Мрак, а её личность уже была известна СКП, это не имело большого значения. — Я не думала, что ты придешь за мной. Это кольнуло, но она все равно улыбнулась. — Эй, ты бы сделала для меня то же самое. — Она действительно сделала то же самое для неё, когда Сплетница была заперта в СКП со сломанной шеей. В плену, одна, ждала смерти. Улыбалась, притворяясь, что всё в порядке. Но в то время как Лиф удалось исцелить её своим дыханием, Сплетница не могла сделать ничего для неё с тех пор, как та пропала. — Да, ну, я не умная. Но... но есть вещи похуже, чем быть тупой. Прийти сюда было совсем не умным ходом, просто отчаянным. Если бы они думали, что Лиф может прожить неделю, не взбесив Бакуду, они бы подождали, пока придумают что-то получше. — Слушай, у нас не так много времени, так что говори то, что хотела сказать. — Ладно. — Лиф глубоко вздохнула. — Тебе не стоило стрелять в неё. — Может быть, но разговор с ней ни к чему бы не привёл, и она была реально раздражала. — К тому же, так мы вытащили бомбу из её головы. Не то чтобы Лиф была тем человеком, который мог бы это понять. Иногда люди должны умирать. Иногда они это заслуживают. — Она страдает. Ты знаешь это, потому что ты умная. — Это был не комплимент, это было обвинение. — И ты знаешь, что она напугана. — Конечно, знаю. — Не из сочувствия, просто так работала её сила. Она видела слабости и использовала их. — Но это не меняет того, что она сделала - что она делает. Ты слышала, что она сказала! Она хочет, чтобы мы умерли в бою с Бакудой, чтобы хорошим людям не пришлось иметь дело с нами. И прямо сейчас не Бакуда держит тебя в заложниках, а она. — Она становится злой, когда ей страшно. Это не делает её плохим человеком. Сплетница горько улыбнулась. — Ломать людей легче, чем строить их, а я играю на победу. — Девочке потребовалось бы несколько минут, чтобы спасти Лиф, но вместо этого им пришлось атаковать взрывную технарку в её мастерской, потому что Панацея желала побыть как можно более несносной. — Есть вещи похуже, чем быть тупой, — снова сказала Лиф. Сплетница отстранилась и улыбнулась, стараясь не думать о том, как она смотрела в больничный потолок, челюсть пульсировала от боли, и она ничего не чувствовала ниже шеи. Она бы вывернула Панацею наизнанку, если бы это потребовалось, дабы защитить Лиф, и сочла бы это удачной сделкой. — Не сегодня, Листик. Не сегодня.

WWW

Мрак оглядел свою команду и попытался убедить себя, что они готовы. В соседней комнате была основная часть склада, и где-то в здании Бакуда устроила свою мастерскую. Неизвестно, сколько её людей ждало их, и у скольких из них было тех-взрывчатка. Насколько он знал, всех их могло превратить в стекло в тот момент, когда они откроют дверь. Нет, они не были готовы. Они никогда не будут готовы, но они были здесь, и они не отступят. — Виста, — сказал он. — Открой дверь. Виста растянула щель между дверью и стеной достаточно широко, чтобы собаки Суки могли пройти. По другую сторону была основная зона хранения - огромное пространство с высокими потолками и узкими проходами между высокими стеллажами. Ряд членов АПП использовал штабель ящиков и тяжелое оборудование как баррикаду, нацелив на них дюжины стволов и другого оружия. — Огонь! — крикнул один из них. Мрак вкачал тьму в проем так быстро, как только мог. В то же время Виста... сложила пространство между ними, как петлю, заставив всю ту часть склада исчезнуть из виду. Члены банды палили вслепую туда, где, по их мнению, были Неформалы. Они были недисциплинированны и напуганы и вскоре расстреляли все пули. Их пустые пистолеты щелкали, пока они вглядывались в его тьму, не уверенные, победили ли они. — Сейчас! — крикнул Мрак. Сука свистнула, и её собаки врезались прямо в баррикаду, сбив их, как кегли. Гангстеры пришли в полное смятение ещё до того, как их накрыла тьма Мрака. — Сплетница? — Туда, — сказала она, указывая. — Административный офис. Мрак кивнул и побежал. Собаки Суки обогнали его, прикрывая группу своими тушами. Они были достаточно живучи, чтобы выдержать шальные пули, и достаточно устрашающи, чтобы АПП держалась на расстоянии. Со всех сторон усилился огонь, когда разрозненные группы начали реагировать на вторжение. — Следующий поворот направо, пустой проход! — крикнула Сплетница. Он резко свернул за угол. Проход сжимался, пока он бежал по нему, и он оказался на другом конце склада через несколько шагов. Регент и Сука были прямо за ним, а Сплетница... Звяк! — Берегись! — крикнула Сплетница, и она развернулась и побежала прочь обратно по проходу. Слишком поздно. Мрак увидел гранату прямо перед тем, как она взорвалась. Но она не взорвалась. Она вспыхнула ярким светом, и ударная волна отбросила его назад. Затем граната создала вихрь, затягивая их всех к себе. Он вцепился в стеллаж мертвой хваткой, глядя, как его тьма исчезает в нём, чувствуя, как его собственные крики исчезают в нем. Собаки выли и рычали, вонзая когти в бетонный пол, а ящики срывались с полок и улетали в технарскую-воронку. Воронка ослабла, когда Виста растянула пространство вокруг гранаты, чтобы дать им всем немного передышки. По крайней мере, Мрак предположил, что произошло именно это. Проход теперь был длиной с футбольное поле, но посередине стеллажи сероватого цвета погнулись и искривились вокруг имплюзии. Регент, Сука и три собаки избежали смерти, но остальная часть команды всё еще была по ту сторону. Его первым инстинктом было вернуться за ними. Выжили ли они? По крайней мере, Виста должна была. Собаки могли взобраться по обломкам и пересечь расстояние, но... Но они добрались до двери с табличкой "Административный офис". Если это было то место, о котором говорила Сплетница, оно было прямо здесь. Никакой армии между ними, только Бакуда и всё последние трюки, которые остались у неё за пазухой. Ему было ненавистно оставлять Сплетницу позади, но таков был план с самого начала. Ударить быстро и жёстко, ликвидировать цель, прежде чем они смогут перегруппироваться. Прости меня. Он ворвался в дверь — она даже не была заперта — и среди полок с полуготовыми устройствами он увидел Бакуду, сидящую в кресле. Он накрыл ее тьмой, прежде чем она успела его заметить, и повалил на землю, прежде чем она успела встать. Мрак снова и снова бил ее по лицу, её маска давала мало защиты от ударов. — Пожалуйста, — захныкала она, ее модулированный голос звучал механически. — Я сдаюсь! Технарка работала как Властелин. Как только её отделили от своих приспешников, она мало чего могла сделать. И Всё же... Это слишком легко. — Скажи своим людям, чтобы опустили оружие, Бакуда, — сказал он, убирая свою тьму, чтобы она могла слышать. — И деактивируй свои бомбы, все до одной. — Я не могу! — сказала она. — Я не Бакуда! Он уставился на нее. Сквозь разбитые линзы маски он видел её испуганные глаза. Регент последовал за ним в мастерскую, пока Сука ждала у двери. — Она заставила меня надеть это, — продолжила женщина. — Сказала оставаться здесь и... и... о Боже, как же больно. Она взорвалась, и Мрак почувствовал, как взрыв прошел через каждую клетку его тела, сжигая каждый нерв. Ослепляющая, едкая боль была всем, что он мог чувствовать, слышать или видеть. Ловушка. Падая на землю, единственная мысль пронзила пламя. Сплетница бы это предвидела.

WWW

Сплетница лежала под обломками. Она не была в ловушке, просто пряталась. Она могла выбраться в любой момент, но тогда ей пришлось бы иметь дело с людьми, пытающимися в неё стрелять. У Висты это неплохо получалось, но Сплетница давно усвоила, что с пушками сарказмом не поборешься. К тому же, похоже, бой почти закончился. Если она права, а она зачастую была права, остальная часть её команды добралась до мастерской Бакуды, и теперь это был лишь вопрос времени, когда... Она услышала взрыв с их стороны. Ну, черт. Бакуда не стала бы взрывать себя, а это значит, либо произошел ужасный несчастный случай, либо, что более вероятно, Бакуды здесь даже не было. К счастью, у неё был туз в рукаве, способ выбраться, взамен проиграв как можно хуже. Она достала телефон и позвонила боссу. У нее было довольно хорошее представление о его силах, которые она всячески преуменьшала, и если она права, если она скажет ему точно, как они облажались, он мог бы... Нет сигнала. Ёкарный бабай.

WWW

А теперь ссышь, парень? Ослабишь бдительность, и чё думаешь? Что они с тобой помягче будут? Голос отца, явившийся, чтобы мучить его в последний раз. Нет, они просто отпиздят тебя, пока ты лежишь. Вот так. — Прекрати, — прошептал Мрак, так тихо, что он, возможно, только прошептал слова. Или чё, сынок? Нытьё не поможет, можешь хоть заплакать. Хочешь, чтобы я прекратил? А? Тогда вставай, блять, и заставь меня! Мрак открыл глаза, чтобы уставиться на отца, но вместо этого увидел кого-то другого, склонившегося над ним, мужчину, который завязывал пластиковые стяжки на его запястьях. Он издал звук, похожий то ли на вскрик, то ли на рычание, и мужчина отпрыгнул. — Он еще жив! Горстка людей отступила к дверному проему, потянувшись за пистолетами. Мрак попытался подняться. Всё болело, словно его кожа была сделана из огня. Вместо этого он заставил свою тьму подняться, образуя большую гуманоидную фигуру, которая встала и повернулась к ним, облако внизу, но четкие линии наверху. Мужчины выстрелили в фигуру, их пули пролетели в нескольких футах от Мрака и разбили стекло позади него. Его тьма скользнула к ним, заставляя их отступить дальше из мастерской Бакуды, и... Один из мужчин упал, вскрикнув. Контейнер, ударивший его, взорвался облаком дыма, в котором, в отличие от его собственной силы, он ничего не видел. Однако он слышал крики и выстрелы. Затем крики один за другим стихли. Последний взрыв развеял дым, и в дверном проеме появилась новая фигура, ее движения были быстрыми и профессиональными, с дробовиком в руках. У нее были темные волосы и смуглая кожа, на ней была зеленая военная форма и бандана с американским флагом на лице. Её глаза сузились, когда она увидела его. — Ты! — сказала Мисс Милиция. — Я здесь за Вистой. Я знаю, ты похитил её. — Ее дробовик трансформировался в штурмовую винтовку. — Где она?