Глава четырнадцатая. Цепляясь за жизнь

Вика проснулась от хруста веток. Девушка резко открыла глаза и поднялась с холодной земли. Она страшно замёрзла этой ночью, и теперь её тело дрожало от холода. Вика огляделась, пытаясь вспомнить вчерашний день. Всё случилось так внезапно, что она до сих пор не могла поверить, что находится в диких лесах, где нет ни одного человека, кроме тех, кто, как и она, выжил после авиакатастрофы и теперь живёт как Робинзон. Но Вика не хотела оставаться здесь навсегда. Она верила — через несколько дней её найдут. Нужно только немного подождать, и всё будет хорошо. Девушка поднялась на ноги и вышла из своего укрытия. Теперь перед ней встала новая проблема — голод. Ей придётся самой добывать пищу, пока её не спасут. — Чёрт, что же мне теперь делать? — в отчаянии прошептала она. — Надо соорудить что-нибудь для охоты. Я не хочу умереть здесь от голода. Я не такая слабая и беспомощная, как думали мои одноклассники. Вика взяла с собой телефон, который ни на один процент не разрядился, что безумно радовало её. Если связь исчезнет — она обречена. Девушка тяжело вздохнула и направилась исследовать местность. Лес состоял в основном из высоких хвойных деревьев, похожих на русские сосны. Местами попадались небольшие берёзки. Повсюду росло множество кустов с сочными ягодами, но Вика опасалась, что они могут быть ядовитыми, и не трогала их. Это утро было очень солнечным. На небе не было ни малейшего облачка — казалось, будто Бог взял и тщательно очистил небосвод. Ходить было нелегко. Каждый раз Вике приходилось забираться на высокий холм, а потом спускаться с него, из-за чего она быстро уставала. Поднявшись на очередной холм, девушка поняла, что стоит на вершине невысокой горы. Это не мешало ей увидеть вдалеке огромные горы Хуаншань — а облака находились глубоко внизу, словно она парила над ними. Горы были покрыты густыми лесами, реками и маленькими озёрцами — невероятно красивое зрелище. Воздух был свеж и чист. Солнце светило ярко, но не обжигало — иначе Вика умерла бы не только от голода, но и от жажды. Вика полюбовалась видом и двинулась дальше в надежде найти еду. Вдруг в кармане порванных джинсов завибрировал телефон. Девушка быстро выхватила его и ответила на звонок, для неё бесценный. Она была бы безумно рада услышать кого угодно — даже телефонного оператора. — Алло! — крикнула она в трубку, но в ответ услышала только шипение. Видимо, связь была плохой. — Алло! Вы меня слышите?! — с надеждой повторила Вика, но ответа не последовало. — Чёрт! — в отчаянии выдохнула она и пошла дальше, ощущая нарастающую печаль и страх. Она боялась думать о том, что ждёт её завтра, послезавтра и дальше. А что если я останусь здесь навсегда? — Вика! Возьми себя в руки. Ты справишься, — начала отчитывать себя девушка. — Сейчас надо найти еду и вернуться в лагерь.

***

— Заводите её, — улыбнулся убийца Димы. Охранники затащили обессиленную от горьких слёз Надежду и усадили её на стул напротив мужчины. — Спасибо, — кивнул он охранникам и велел уйти. Мать Димы сидела неподвижно, тихо всхлипывая и плача. Её терзали муки — она не могла осознать, что её любимого сына больше нет. Ей было так плохо, что жить не хотелось. Без Димы она не могла существовать дальше. Она винила себя: «Если бы я пришла раньше — всё было бы иначе…» — Ну, здравствуй, Наденька. Не ожидал тебя здесь увидеть. Как спалось? — изобразил заботливого мужчину он. Надежда не шелохнулась, только опустила голову, чтобы не смотреть на него. Мужчина хмыкнул и встал, подходя к ней. — Мне не нравится твоё молчание. — Ты заплатишь за это. — Неужели? А я думаю иначе. Вы с Владимиром проиграли. Битва окончена, Надь. Смирись. Но не волнуйся — я разрешу тебе посмотреть, как Повелитель будет разрушать Москву. Зрелище получше любого фильма ужасов. Тебе понравится. — Мы не сдадимся. Влад скоро придёт и спасёт меня, а ты сдохнешь. — Правда? — звонко засмеялся он. — Тогда мне не о чём беспокоиться. Твой муженёк идёт прямо в капкан. Здорово, ты меня обрадовала. — Ты за всё заплатишь, подонок! — в отчаянии закричала Надя, пытаясь снять наручники. — Старайся-старайся, — усмехнулся он. — Только Диму ты не вернёшь. Это вы виноваты в его смерти. Вы. Услышав имя сына, Надежда заплакала жалобно. — Ах, какие слёзы, — засмеялся мужчина и приблизился к ней. — Дай я тебя успокою. После этих слов он попытался снять с неё одежду. Надежда сопротивлялась, но наручники мешали. Враг стал насиловать её. Женщина кричала, плакала, била его, но он был сильнее. — Не трогай меня, ублюдок! — заорала она, укусив его за руку. Это было единственное, что могла сделать для защиты. Мужчина взвыл и с силой ударил ей пощечину. Женщина упала на ледяной пол, плача от отчаяния. — Парни! — позвал он охранников. — Уведите эту мразь и заприте так, чтобы её никто не нашёл. — Нет! — истерично закричала Надя, вырываясь из рук, но её скрутили и вывели из помещения. Мужчина зловеще улыбнулся, плюхнулся в кресло и положил ноги на стол. Он думал о близкой победе, которая будет триумфальной.

***

Владимир Николаевич подъехал на инвалидном кресле к Игорю, который разговаривал с охраной. — Игорь, можно с тобой поговорить? Тот быстро обернулся, извинившись перед охранниками, и подошёл к другу. — Что случилось, Влад? — Тебе удалось связаться с Надей? — Пока нет. Её телефон недоступен. — У меня плохое предчувствие. Нужно срочно к ней. — Хорошо. Я отправляюсь с нашими за ней. — Подожди. Если она в руках у мерзавцев, мы попадём в ловушку. Нельзя рисковать. — Но бросить её нельзя. — Знаю, но безопасность детей важнее. — Ты прав. Тогда пошлю пару разведчиков. При удаче они спасут её и Диму. — Хорошо. И ещё. Не могу связаться с Викой. Попробуем снова. Вейж Ли уже близко, но лучше удостовериться, что всё в порядке. — Влад, война становится всё труднее. — Это точно, — вздохнул мужчина. — Ладно, надо действовать. — Игорь, спасибо тебе. Ты многого для нас сделал. — Это мой долг. Ты мой лучший друг, и я не мог не помочь. — Если со мной что-то случится — позаботься об Анне и Наде. — Не хоронь себя. Ты сильный. Скоро будешь ходить. Главное — верь в себя. — Стараюсь, но все трудности меня сломали. — Не дай им уничтожить тебя. Я всегда помогу. — Спасибо. Игорь и Влад дружески обнялись и отправились спасать пленных.

***

Вика шла уже несколько часов. Она умирала от голода, жажды и ужасающей усталости. Девушка зашла в лес слишком далеко, надеясь встретить какое-нибудь животное — кролика или белку — лишь бы успокоить урчащий желудок. Она оперлась рукой о ствол дерева, собираясь сесть, но вдруг почувствовала, что стоит на чём-то мягком. Взгляд упал вниз — под ногами лежала обсохшая, костлявая рука, опутанная червями и мухами. Вика вскрикнула от ужаса. Перед ней лежал труп человека. Пересилив страх, она подошла к телу, осознавая, что в одежде могут быть полезные вещи. Запах разложения вызывал тошноту и головокружение, но голод был сильнее. Она прикрыла нос и рот рукой и стала рыскать в грязной военной форме китайского солдата. В одном кармане обнаружился проржавевший фонарик, который, к счастью, работал, острый перечный нож, пистолет и патроны. Вика нашла пожелтевшие бумаги с надписями, но не знала китайского, поэтому не взяла их. Она встала, зарядила пистолет и пошла дальше, стараясь не думать о мёртвеце. Но мысли не отпускали. Вдруг она замерла от ужаса. Никогда прежде она не видела такого кровавого зрелища. На ветках висели десятки казнённых китайских солдат, подвешенных на верёвках. Некоторые трупы лежали на земле с оружием в руках. Вика почти тошнило от запаха и вида. Она зажала нос рукой и старалась не смотреть. На одном из солдат она заметила крепкий, гибкий лук — лучшее оружие для охоты. Девушка стала думать, как забраться туда. Несмотря на отвращение, другого выхода не было — нужное оружие здесь. Вика уцепилась за ветку и полезла вверх, пока не приблизилась к цели. Труп плавно раскачивался, словно дразня девушку. Она заставляла себя преодолеть страх и добыть лук. Крепко обхватив ствол дерева, дотянулась до оружия и потянула на себя, но лук словно прилип к разлагающемуся телу. Вика достала нож и разрезала ткань одежды, к которой лук был прижат, и оружие оказалось у неё в руках. Теперь нужно было спуститься. Тем же путём было нельзя. Девушка обняла ствол, взглянула на труп напротив, затем на верёвку, что держала его над землёй. — Прости, но тебе придётся спуститься вниз, — сказала Вика и перерезала ножом верёвку вокруг шеи. Мертвец с грохотом рухнул на землю, слышался хруст костей. Похоже, он висел там много лет. Вика перевела дух, глубоко вздохнула и отвязала верёвку от ветки. С большим трудом спустилась на ветку ниже, привязала один конец верёвки к низшей ветви, крепко схватила другой и, закрыв глаза, спустилась вниз, словно Тарзан. Падение было жёстким, но она не получила ни царапины. Вика поднялась, отвязала верёвку, схватила лук со стрелами и побежала, чтобы побыстрее уйти из этого жуткого места.

***

Охранники толкнули Надежду вглубь камеры и заперли на несколько замков. В помещении ничего не было, кроме голых стен и ледяного пола. Женщина прижалась к стене и громко всхлипнула, думая о любимом сыне — дороже всех, кого она любила сильнее жизни. Теперь она лишилась самого дорогого. Казалось, жить больше нет смысла. Их борьба окончена. Надя, гремя цепями, закрыла лицо дрожащими руками и заплакала. Её тело дрожало от горя, сердце бешено колотилось. Она чувствовала страшную слабость и беспомощность. Отдала бы жизнь, чтобы снова увидеть и обнять сына. Но это невозможно. Жизнь жестока. Очень жестока. Но именно эта жестокость учит нас не сдаваться, делает сильнее и смелее. Когда мы переживём все испытания — получим награду. Награду за терпение, силу, дух. Не все выдержат этот путь, ведущий к светлому будущему. Главное — идти вперёд, не терять надежду и не переставать быть добрым.

***

Дима с трудом пошевелил окровавленными пальцами. Почувствовал холод земли, капли дождя и свежесть ветра. Парень открыл слипшиеся глаза, но видел лишь расплывчатое смазанное пятно. Вокруг всё превращалось в шум, режущий уши. Он ощупал пространство вокруг. Найдя кирпичную стену, мокрый асфальт и ржавые мусорные баки, дополз до стены и прислонился спиной. В голове гул, искажённые воспоминания, слёзы и страх. — Я должен найти силы… — прошептал Дима, стиснув зубы. — Ради мамы… ради Надежды… ради Вики… и всех, кого я люблю… Ветер усилился, и в проёме между крышами зажглись огни большого города, словно маяки надежды в ночи.