Глава 5

Повозка везла Лололошку по каменистой дороге за город. Впереди виднелись поросшие деревьями горы, чувствовался запах влажной земли и сладких цветов. Лололошку убаюкивало мирное качание повозки, и он задремал. — Просыпайся, парень. Приехали, — окликнул его грубоватый голос извозчика. — Мне тебя ждать некогда. Отпустив извозчика, Лололошка осмотрелся на месте. Его привезли к склону горы, возле которой было пространство, огороженное каменным забором. На воротах стояли два стражника. Они сверились, что Лололошка есть у них в записях и пропустили внутрь. Внутри было несколько двухэтажных домиков, большие кострища и несколько навесов, где сидели несколько мужчин и переговаривались. Не зная к кому подойти, Лололошка направился к самой большой кучке. — Здравствуйте. Я Лололошка – ваш новый шахтёр. — вежливо представился он. Мужики смерили его взглядом и один невысокий, но видимо самый главный, встал и представился. — Орестес. Старший по Кристальным шахтам. Мы приготовили тебе койку и инструменты. Пошли, покажу что у нас и где, пока перерыв не закончился. Запоминать было не так много, так что Лололошка сгрузил все свои вещи в сундук возле его постели и взял выданные ему железную кирку, лопату и специальные перчатки для работы с кристаллами. Звёздные кристаллы добывали в шахте, которая уходила вглубь горы, как рана на теле. По потолку тянулись скопления сияющих кристаллов. Казалось, будто само звёздное небо уходило спать в гору, когда начинался день. Шахтёры добывали кристаллы, которые потом везли в мастерские, где их обрабатывали специальным образом, что их можно было трогать голыми руками без вреда для себя. Лололошку определили в четвёртую смену – там было двенадцать молодых людей, в основном новенькие, кто таскал инструменты и разбивал большие жеоды на маленькие кусочки. Часто поручали промыть остатки от каменной пыли, а на это требовалась вода, которую носили из колодца. Приходилось бегать и за водой к колодцу. «Я снова в роли мальчика-на-побегушках» — подумалось Лололошке, когда он нёс большое ведро с водой. — «Но хоть кормят вкусно». Во время перерывов бывалые шахтёры любили поболтать, а поскольку доброжелательный вид Лололошки и его готовность выслушать кого угодно были просто обезоруживающими, некоторые мужики рассказывали порой и секреты работы со звёздными кристаллами. — Вот ничё-ничё. — говорил один, — А потом бац! И кожа у моего сменщика покрылась волдырями! Ну надо ж было ему коснуться этих кристаллов голыми руками! Лололошка не понял как кристаллы могли так обжечь, ведь от них не исходил жар, а сами шахты были прохладными. Тем более он сам их не раз касался случайно, просто забывал, что нужно было работать в перчатках, но никаких ожогов не было. Возможно, это было из-за его Искры, которая также защищала его от действий ядов и давала повышенную выносливость, но на сто процентов он не был в этом уверен. Вскоре новичкам в четвёртой смене разрешили спускаться глубже в шахту и самостоятельно добывать кристаллы. Когда в пещеру спустилось несколько человек – вся смена и ещё парочку старших мужиков, кристаллы начали пульсировать мягким звёздным светом. — Это новая пещера и мы ещё не так много отсюда добыли, но эти кристаллы никогда не вели себя так. — восхищённо произнёс один из старших. — Идума, — позвал его второй старший. Этого звали Таймон. Лололошка запомнил его, потому что они жили в одном доме и часто садились за один стол на обеде. — Нам нужно сообщить, что кристаллы светятся. — Они и так знают, что кристаллы светятся! — раздражённо вскрикнул Идума. Видно было, что несмотря на красоту пещеры, он не знает, что делать. Но он вытащил из-за пояса свою кирку и ударил по скоплению кристаллов на стене. Все застыли. Ничего страшного не произошло. Кристалл просто отвалился от стены, но не перестал переливаться светом. — Ну-ка! Что встали? Вы сюда работать пришли или глазеть?! Бегом-бегом-бегом! Четвёртая смена принялась за дело. Они почти не брали перерыв, хотя к концу дня глаза неприятно болели от постоянного мигания, даже у Лололошки, который был в солнцезащитных очках. Но зато довольные Таймон и Идума сказали, что им хорошо заплатят. Старшие шахтёры всё же выполнили обещание и всем щедро заплатили. Но Лололошка не знал куда тратить эти деньги – в лагере шахтёров ларёк был, но там можно было приобрести средства крайней необходимости, а инструменты выдавали бесплатно. Поэтому Лололошка ждал, когда будут заслуженные выходные и он сможет вернуться в Астралис, увидеться с Джоном и походить по рынку. — Не, я, конечно, отправил гонца с посланием, но уж больно странно всё это. — услышал Лололошка разговоры старших шахтёров тем же вечером. — За столько лет работы ни разу не было, чтобы необработанные кристаллы так горели. — Бывало такое. — тягуче сказал Орестес, прихлёбывая вином. — Мне дед рассказывал, что у них в шахте был этот… Ну как его… Мироходец! Лололошка живо навострил уши. Мироходец?! Прям как он? — Так шахта вся чуть ли не искрилась, каждый раз, когда он внутрь заходил. Ещё дед говорил, что тот мог без перчаток кристаллы трогать. — Да неееет! — с недоверием протянули все слышащие. Даже повар, который уже закончил с подачей блюд и теперь тоже приступил к трапезе, присоединился к всеобщему гулу. — Ну так мой дед говорил. А он шахтёром ещё ого-го каким был! Всякое видал. — А что потом было с тем мироходцем? — спросил Лололошка. — А. Так это. Он потом стал дозволенным в каком-то знатном доме и ушёл из шахт. Больше о нём я ничего не знаю. — Ну а почему кристаллы так сияют? — решил спросить ещё парень из смены Лололошки. — Да кто ж его знает? Тогда все подумали на эту особую магию мироходцев. Будто кристаллы чуют приближение мироходцев. Но старейшины говорят, что мироходцы уже давно здесь не живут, так что, пацаны, может кто-то из вас мироходец, но это вряд ли. Все молодые начали переговариваться и делиться историями о удивительных путешественниках, которые обладали другой магией, до этого не видной в Кирене. Лололошке не хотелось раскрывать своё происхождение. Почему-то казалось, что сейчас это помешало бы ему. Уже перед сном Лололошка пробрался в склад, где лежали свежие кристаллы. Они встретили его привычной яркой пульсацией. Так они чувствуют мироходцев. Как же? Лололошка надеялся, что за время работы в шахте ему удастся взять какой-нибудь кристалл чисто для научных целей, но шахтёры строго следили, чтобы никто не воровал кристаллы. — Слушайте, — как-то задал он вопрос одному из старших, — А что потом делают с кристаллами? Старший шахтёр, широкоплечий мужчина с густыми бровями и басовым голосом, посмотрел на него исподлобья, будто проверяя, шутит новичок или нет. Убедившись, что вопрос серьёзный, он хмыкнул. — Ты как думаешь, мы просто так их, для красоты выкапываем? Лололошка пожал плечами. — Ну не знаю. Маги их используют, наверное. Или жрецы… — Все используют, — перебил старший. — И маги, и жрецы, и целители, и даже резчики амулетов. Только не все кристаллы. Звёздный кристалл же не просто светит. Он помнит. Думаешь, почему мы в перчатках? Кристаллы запоминают того, кто его коснулся, запоминает ритмы, слова, даже намерения коснувшегося! Поэтому лучшие кристаллы идут в храмы. Их там вычищают для ритуалов. Некоторые хранят в себе пророчества. — Получается, — нахмурился Лололошка, — В каждом кристалле чья-то память? — Иногда – целая судьба, — угрюмо кивнул шахтёр. — Поэтому, кстати, их и нельзя красть. Один кристалл, который не должен был попасть не в те руки, мог загубить всю семью. Бывали случаи. Ночью Лололошка всё равно не удержался и снова пробрался на склад. Он вовсе не собирался воровать – он просто хотел проверить. Научный интерес, ничего более. Никаких корыстных целей. Он прошёл между ящиками, подошёл к открытому лотку, где лежали очищенные кристаллы. Когда шахтёры добывали кристаллы, то откалывались довольно большие куски – размером с ладонь или даже со всей рукой. Но когда их обрабатывали на первом этапе – они становились размером с грецкий орех. Каждый светился изнутри ровным, холодным, мерным пульсом. Как будто дышали. И когда Лололошка приблизил руку – они вспыхнули. Лололошке показалось, что он уже видел где-то такую яркую вспышку, но не мог вспомнить где. Кристаллы вспыхнули будто узнали его. Будто они узнали что-то в нём. Ох, поскорее бы рассказать Джону об этом. Что бы тот сказал? «Ух-ты» — удивился Лололошка, — «Я начинаю скучать по Джону». Он положил небольшой кристалл себе в карман. Утром пришло сообщение об отпуске на четыре дня. Бумага была официальной, с восковой пурпурной печатью и подписью. Причина – проведение внеочередной проверки кристаллических пульсаций с участием представителей главнвного дома и экспертов из храма звёздного лада. «Что бы то ни значило» — подумал Лололошка. Он путался, если использовали официально-деловой стиль речи. Но он уже знал кто приедет. Дом Гелиадов. Старшие смен переговаривались у костра, бросая взгляды в сторону ворот, словно ожидая, что Гелиады прибудут прям в эту же минуту. Кто-то даже отряхивал хламиду и пытался привести в порядок не только себя, но и других шахтёров. Но до приезда делегации оставалось пару часов, поэтому всем рядовым шахтёрам было велено собраться. У Лололошки вещей не прибавилось, так что сборы не заняли много времени, поэтому он предложил свою помощь другим шахтёрам. Когда все пожитки были собраны и загружены в повозку, все услышали ритмичный стук копыт по камням. Прибыла делегация. Четырёхколесная колесница с гербом восходящего солнца остановилась у ворот. Из неё вышли двое: темноволосый мужчина в бронзе, украшенной серебряным узором звёзд, и темноволосая женщина постарше в пурпурном с золотом наряде, с золотым обручем на голове. Следом – носильщики с деревянными ящиками и артефактами, закрытыми полупрозрачной тканью. Всё было без какого-то шума, но этих двоих окружала такая сильная аура власти, что она ощущалась даже на расстоянии. От них хотелось отвести взгляд, хотя бы из уважения. Один из шахтёров прошептал Лололошке: — Это Кассия Геллиад. Жена главы. А мужчина – её старший сын Александр. Наследник и прославленный воин. Шахтёры уже загружались в повозку и последним шёл Лололошка. Он всё ещё смотрел на Геллиадов, как вдруг Кассия повернула голову прямо в его сторону и их взгляды встретились. Она смотрела долго, очень долго. Лололошка не был уверен – нужно ли ему поклониться или просто отвести взгляд. Но Кассия повернула голову к сыну и продолжила идти. Лололошка забрался в повозку, и та поехала. Солнце поднималось над горами, повозка дрожала на ухабах, а мысли находились в кристальной шахте, среди мерцающего света.