Глава 2: Путь в Олачиль

      Ветер с юга был тяжёл, как мокрое знамя, и пах гарью.       Дорога петляла среди чёрных дубов, чьи ветви будто срастались вверху, пряча нас от неба. Сиф шёл впереди, ступая бесшумно. Изредка оглядывался — не для уверенности, а чтобы знать: я рядом.       Я помнил Олачиль по старым картам — город света, магов, чьи заклинания освещали земли вокруг. Говорили, в их башнях обучались мудрейшие. Говорили, дети играли с блуждающими огоньками, как с мячами.       Теперь у подножия нас встречала деревня с пустыми окнами. Стёкла выбиты изнутри, будто жители сами вырвались наружу в панике. На брусчатке валялись гнилые фрукты, над которыми роились мухи — опухшие, грязные, как нарывы.       За домами кто-то плакал. Или что-то, что когда-то было ребёнком. Сиф зарычал, но я поднял руку — не сбиваемся с пути.       Каждый шаг будто вбивал в спину гвоздь. Это не была усталость — это был страх. Не за себя. За него. За Сифа. И за Орнштейна, который останется ждать… и не дождётся.       У колодца стоял старик в сером плаще. Его лицо терялось в тени капюшона, но я чувствовал — тьма сочилась изнутри него. Он поднял голову. Глаза — два чёрных озера.       — Уходи… пока не поздно… — прошептал он, и слова, казалось, уже тянуло в бездну, откуда нет возврата.       Я прошёл мимо, не оборачиваясь.       Становилось темнее, хотя солнце всё ещё висело в небе. Тени вытягивались, дома искажались — будто камень и дерево начинали сгибаться, подчиняясь чему-то под землёй.       На перекрёстке я увидел статую воина с факелом. Его лицо было искажено страхом, и я понял: это не скульптор вложил ужас в его черты.       «Я иду на смерть» — мысль пульсировала в висках. Но страха не было. Смерть — спутник рыцаря с первой клятвы.       А вот забвение… оно страшнее.       Я оглянулся. Деревня уже тонула в тумане. Рядом — белый силуэт Сифа, единственное, что казалось живым.       Я коснулся его шеи.       — Ещё немного, друг. Ещё немного.       И мы пошли туда, где начиналась Бездна.