Акт 4. Глава 17. Пара проблем.

Лаборатория была наполнена висевшей в воздухе тишиной. Стены, пол и потолок были белыми, а единственными тёмными пятнами в этом стерильном пространстве тянулись чёрные провода от приборов к розеткам. Голограмма земли всё ещё висела в воздухе, медленно вращаясь, голубоватый свет падал на лица Джудас и Форчиза, которые стояли перед ней, не в силах отвести взгляд. Форчиз смотрел на карту, на маленькие грибочки над Восточной Европой и Индокитаем. И ядерные грибы над Индией, и густо населенной территорией Китая. Парень пытался переварить то, что сказали учёные. Он провёл рукой по лицу, потёр глаза, и тяжело вздохнул. Джудас стояла рядом, скрестив руки на груди, взгляд её скользил по цифрам, таблицам, графикам, которые сменяли один другой, она не понимала их значения. Форчиз повернулся к седому учёному, чтобы что-то спросить, но не успел. Дверь открылась, и в комнату быстро вошёл солдат, с напряжённым лицом, который до этого стоял у входа. Он сразу направился к Сиену, который стоял у стены, проверяя свой автомат. – Там наверху есть две проблемы... – тихо сказал он, почти шепотом. Сиен неторопливо поднял голову, кивнул и жестом позвал Джудас и Форчиза за собой. Они вышли в коридор и направились к лестнице, поднимаясь наверх. Девушка услышала их раньше, чем увидела. Она слышала глухие удары, хрип, и мерзкое рычание. Выйдя ко входу, трое увидели что у входных дверей, за толстым стеклом и железом, уже собралась не маленькая толпа. Когда они поднялись, Форчиз обратил внимание на то как солдаты забили дверь ящиками, стульями, всем, что попалось под руку, и стояли с оружием наготове, глядя в мутное стекло, за которым шевелились силуэты. – Хм... А Вторая проблема? – спросил Сиен, не выражая абсолютно никаких эмоций. Солдат, который привёл их, указал пальцем в угол комнаты. В углу, на холодном полу, скорчившись, лежал солдат. Он сжимался в комок, будто пытался стать меньше, и спрятаться от происходящего вокруг. Пальцы его побелели от напряжения, а сквозь них сочилась тёмная, густая кровь. Мужчина сжимал место укуса, которое уже начало распухать. Его колотила мелкая, неконтролируемая дрожь, а из горла вырывались булькающие хрипы, прерывавшиеся на редкие человеческие стоны. К мужчине подошёл другой солдат, он присел на корточки, и протянул руку, чтобы проверить пульс. В этот же момент укушенный резко дёрнулся, вцепился зубами в протянутую ладонь, а тот закричал, пытаясь вырваться. Форчиз и Джудас одновременно охнули. – Чёрт, – сказал Сиен, выхватывая пистолет из своего ремня. – Сквиз! осторожнее нужно. – После этих слов, он выстрелил обратившемуся в голову. Его тело дёрнулось и затихло. А солдат, которого он укусил, стоял, прижимая к груди израненную руку, он нахмурил брови, и приоткрыл рот от боли. Из лаборатории, на звук выстрела выбежал тот седой учёной, он ринулся к мужчине, сорвал с его плеча повязку, и закрыл ей место укуса. – Да зачем ему повязка?... – сказал Форчиз, кивая на жёлтую полосу, закрывающую рану. – Бесполезно же, очень жаль конечно, Сквиза, но... – Нет! – нервно, но твердо сказал учёный, поглядывая на дверь, на всё, что её подпирало, и тряслось от силы снаружи. – Она пропитана лекарствами, и спиртом. Она поможет. Должна. Джудас быстро посмотрела на него, потом на солдата, который сжимал раненую руку. Она посмотрела на входную дверь, за которой всё ещё стояла толпа, всеми силами пытаясь ворваться внутрь, на солдат, готовых открыть огонь в любой момент, на того парня, что морщился от боли. В её голове что-то щёлкнуло. Она быстрым шагом направилась к одному из солдат, стоящему у двери, и молча выдернула из его пояса небольшой топорик с блестящим лезвием. Тот дёрнулся, посмотрев на неё. – Эй, ты что выдумала? – начал Форчиз. Сиен посмотрел на девушку взглядом, в котором читалось непонимание. Джудас не слушала, и не смотрела по сторонам. Не обращала внимания на того, у кого забрала топорик. Она подошла к укушенному, жёстко схватила его за запястье, и, прежде чем кто-то успел остановить её, резким движением толкнула его ладонь на пол. Солдат закричал, забился, попытался вырваться, но Джудас, стиснув зубы, прижала его руку к полу и навалилась всем телом. Она держала крепко, вцепившись пальцами в его плечо. – Блядь, что ты делаешь? – Спросил Сиен, сжимая рукоять пистолета. Джудас, кажется, не слушала. Топорик взметнулся вверх и тут же обрушился вниз. После глухого удара, раздался противный хруст. На секунду всем, кто был в комнате, стало видно расколотую кость, а потом кровь хлынула тёмным, густым потоком, брызгая, и заливая всё вокруг. Солдат закричал, дёрнулся, крик быстро перешёл в сдавленный, хриплый стон. Он стиснул зубы, пытаясь перебороть боль тяжело дышав, иногда всхлипывая. Джудас замерла часто моргая. Её глаза защипало, и она поняла, что сейчас заплачет. Но вместо этого, она на стиснула челюсти, и снова подняла топорик, своей дрожащей рукой. Кровь уже залила пальцы, топорище скользило, но она сжала его крепче и опустила второй раз, уже не так ровно. Всё внутри неё кричало, но она не остановилась. Когда кость и плоть наконец отделились, она выронила топорик, присела в паре метров, и вытерла слёзы тыльной стороной ладони, оставляя на щеке красные разводы. Форчиз поднял брови, прижимая руку ко рту, а врач, побелевший как мел, просто смотрел, не в силах пошевелиться. Сиен смотрел спокойно, без эмоций, пока не обратил внимания на лица двоих. Солдат всё ещё страшно кричал, прижимая кровавый обрубок к груди. Глаза его тоже наполнились слезами, он смотрел на Джудас с ужасом. Девушка медленно поднялась. Её неконтролируемо трясло, и она не могла это остановить. Губы дрожали, на щеках блестели разводы от слёз, и крови, которые она так и не вытерла. Девушка посмотрела на свои руки, на топорик, валяющийся в луже, и её лицо исказилось. Глубоко выдохнув, она подняла голову, и посмотрела на остальных. Сиен подошёл к учёному, схватил его за плечо, указывая пальцем на солдата. – Парню нужно помочь, быстро. Врач кивнул и выбежал из комнаты. Дверь скрипнула за ним, он что-то крикнул, и вдалеке, в другом конце лаборатории, послышался топот. Тем временем солдаты у дверей продолжали заваливать вход ящиками, стульями, всем, что попадалось под руку. Стекло в дверях уже треснуло, пошло паутиной, а удары снаружи становились всё громче, всё настойчивее. Через несколько минут учёный вернулся. За ним шёл молодой парень лет двадцати, в очках, синяками под глазами от усталости, и лёгкой щетиной. В руках он держал бинты и бутылку со спиртом. Парень так торопился, что чуть не споткнулся на ровном месте, сказав что-то на незнакомом языке. – Так, и кому тут помощь нужна? Когда парень поднял голову и увидел Джудас, стоящую посреди комнаты, всю в крови, с топориком на полу, у её ног, он замер, его глаза расширились. Джудас посмотрела на парня, её взгляд не задерживаясь скользнул по его лицу. Она ещё тяжело дышала, руки её дрожали, а мысли были где-то далеко. Но потом что-то заставило её посмотреть ещё раз. Черты лица показались смутно знакомыми, она прищурилась, пытаясь стереть пелену с глаз. Через мгновение в её голове закрутилась мысль "Откуда я знаю это лицо?" – Ну, что встал? Сейчас Сквиз истечёт кровью, и отвечать за это будешь ты. – Заговорил Сиен. В кабинете было тихо. Вортекс сидел за столом, за окном уже темнело, и единственным источником света была лампа, бросавшая жёлтые блики на разложенные перед ним бумаги. Он писал что-то в блокноте, неторопливо выводя буквы. Потом отложил ручку, взял один из документов, лежащих в стопке, пробежался по нему глазами. Лицо его оставалось спокойным, только брови чуть сошлись к переносице, и он отложил бумагу в сторону, в железный ящик, стоящий у его ног. Мужчина закрыл его, провернув рычаг. После чего трижды проверил, работает ли замок, не подведут ли его ключи. Затем, немного откинувшись на спинку стула, Вортекс потянулся к маленькой жестяной коробке, стоящей на краю стола. Откинул крышку, внутри лежали аккуратные квадратики шоколада, завёрнутые в тонкую фольгу. Он взял один, медленно развернул, положил в рот и прикрыл глаза, позволяя горьковато-сладкому вкусу растечься по языку. Взяв ещё один, он откусил половину и запил глотком чуть тёплого, но всё же настоящего кофе из термокружки. Простые люди внизу доедали серую кашу, а он жевал шоколад, чувствуя, как сахар медленно питает уставший мозг. Смакуя последний кусочек, он услышал шаги за пределами кабинета. Кто-то не спеша шёл по коридору. Мужчина не поднимая головы, взял следующую бумагу. В коридоре, мимо стены, на которой висел плакат, прошёл солдат. На плакате был изображён обычный рабочий в спецовке, и с каской на голове. Он указывал пальцем на того, кто читал, взгляд его был строгим, и требовательным. Снизу, крупными красными буквами, было написано. "А ты готов работать ради будущего циклона?". Солдат прошёл мимо, даже не глядя на плакат. И когда он скрылся за поворотом, свет в коридоре мигнул, лампа под потолком зажужжала, разгоняя темноту.