3. Амнезия инвентаризации не помеха!

            Вопросов у Вернал было множество. Вот только светить перед ней некоторыми фактами биографии моей «тушки» явно не стоило. Никаких преимуществ в данный момент эта информация не приносила, так ещё и не могла быть подкреплена доказательствами с моей стороны. Ну, какой из меня сейчас чародей? Ту жалкую струйку пламени я выдал на голых инстинктах, сразу же упав после этого в обморок. Хорошо ещё, что местные придумали этому факту какое-то свое объяснение.       Что они там с Рэйвен упоминали? Кристалл огненного Праха? Звучит как будто бы знакомо… Если призадуматься – можно провести параллели с некоторыми минералами, широко распространенными на Тэдасе. Точнее – их видами, которые подвергались насыщению магией искусственным или естественным путем. А в одном конкретном случае и сами являлись источником магической энергии.       Лириум... Кто-то относил его к металлам, ведь структура лириумных жил напоминала железную руду. Кто-то считал кристаллическим минералом, обманувшись внешним видом. Но в чистом виде необработанный сырой лириум не использовался, из-за высокой токсичности для любых живых существ. Разве что гномы, добывающие его, имели некоторый иммунитет. Всё менялось, когда лириум растворяли в воде или нагревали до распада в мелкий порошок.       Зачарование оружия и брони, снижение энергозатрат для масштабных заклинаний магов, приобретение храмовниками способностей по противодействию магии, яды, ручные бомбы, эликсиры с различными свойствами – всё это и многое другое давал народам Тэдаса разведённый лириум. Он же являлся неотъемлемой частью ритуала по входу сознания чародея в Тень. Именно с этой церемонии начались злоключения ученика Ферелденского Круга Магов по имени Алим Сурана.       Все остальные магические минералы были производными лириума, в той или иной степени. Одни формировались естественным путем рядом с лириумными жилами вроде «камня жизни», другие получали, пропуская через вышеупомянутый камень магическую энергию с разным стихийным окрасом. Ни капли не удивлюсь, если и здесь есть что-то подобное. В конце концов, те физические возможности, которые показывала Вернал в бою с Гримм, вполне могли объясняться применением магии или очень крутых воинских техник, основанных на силе души.       Да, неодарённые на Тэдасе могли творить чудеса, используя лишь собственное тело и душу, но лишь после многолетних тренировок, под руководством опытного инструктора. Впрочем, изредка попадались «самородки», из которых и состоял отряд Алима. Даже Морриган, всю жизнь изучавшая лишь магию под присмотром своей матери, могла при нужде выдать двойное сальто… В прыжке… Превращаясь в гигантского паука! И смотрелось это одновременно жутко и завораживающе, неудивительно, что Алим так увлекся черноволосой чародейкой.       Возвращаясь к допросу, я ухитрился выдать краткую выжимку из политического хаоса, творящегося на Тэдасе, упомянул многочисленные расы и их краткую историю, изрядно завысил уровень научного и культурного развития, чтобы избежать любого упоминания магии… И, естественно, проехался по больной теме Алима – Церкви Андрасте! О, да, церковников и преподобных мамаш Сурана ненавидел всей душой, и я бы не сказал, что он не имел для этого основания!       Видя, что Вернал не особо заинтересовалась темой религии, я перевел рассказ на Мор. Опять-таки, выдавая не реальные факты, а искаженную версию, где разумные расы Тэдаса просто боролись с вылезающей каждые несколько веков нечистью. Ну и представился, как научный сотрудник специального отряда, отвечающего за борьбу с монстрами на территории отдельно взятого королевства Ферелден.       Всё это выглядело как полный бред, но бред логичный и правдоподобный, если учесть то, что я успел увидеть на этой планете. По сути, завышение научного развития нужно было не только для сокрытия всего, что связано с Тенью и магией, но и для обоснования неудачной шутки про выход за пределы атмосферы. Кажется, у местных это не совсем приличная тема для разговора.       Интересным мне показался тот факт, что Вернал абсолютно спокойно восприняла наличие четырех разумных гуманоидных рас на родине Алима. И это при том, что в лагере я видел только типичных представителей человеческой расы. Пусть цвет волос и черты лица у некоторых рождали вопросы, но это были люди! А я, на минуточку, в теле эльфа, всю свою сознательную жизнь считавшего людей угнетателями и поработителями. Значит и в этом мире были, а может, и сейчас существуют другие гуманоидные расы?       — Фавны, — скорчила недовольную физиономию шатенка, стоило мне уточнить этот момент. Видя мое непонимающее лицо, девушка решила пояснить, — Выглядят как люди с чертами животных. Когти, уши, хвост, перья, мех. Могут заводить совместных детей с обычными людьми. В большинстве королевств отношение негативное.       — У нас люди с эльфами тоже могут иметь потомство. Но выглядят они, почему-то, как люди, — вспомнил я Алистера. Вот ведь ирония судьбы! Бастард, нагулянный прежним королем от служанки-эльфийки, станет королем Ферелдена!       — На Ремнанте дела обстоят по-другому. Ребёнок с высокой долей вероятности будет иметь черту фавна-родителя или схожую, — пожала плечами Вернал, — Но я никогда не интересовалась этой темой. И вообще, вопросы здесь задаю я!       Уртемиэля я отмазал довольно легко, объявив научным экспериментом по увеличению мозга рептилий, в попытке приблизить их к мабари, ручным боевым псам, распространенным в Ферелдене. Мол, сбежал от злобных Тевинтерских ученых, прибился ко мне, помогал остановить Мор… И главное, ни слова лжи!       Да, Боги-драконы были заражены Скверной, природа которой до сих пор неизвестна, подчиняющей их заложенной программе и превращающей в Архидемонов. Вот только признаков полной деградации мозга при заражении у Уртемиэля не наблюдалось… А значит, действуй он сознательно в интересах Мора, грамотно тасуя ресурсы и резервы, Ферелдену настал бы окончательный и бесповоротный кирдык через три-четыре месяца после битвы при Остагаре. Это с учетом зачистки Бресилианского леса, тэйрнинга Гварен, Орзаммара и прочих удаленных мест!       Возможности обсудить этот вопрос у нас не было, но что-то в моей памяти намекало, что Уртемиэль и его собратья были очень недовольны своей судьбой… И тем, что их заставляли делать. К счастью, местное солнце уже клонилось к закату, Рэйвен ещё не вернулась, а значит, у меня будет время обсудить стратегию поведения с вредной ящерицей, успешно притворяющейся спящей последние пару часов.       Наконец, Вернал устала стенографировать полёт моей бурной фантазии. Лагерь осветился парой десятков факелов, но в нашем уютном уголке, где стояла клетка, царил романтичный полумрак. Вот только предмета романтики не наблюдалось, к сожалению. Фигурка у допрашивающей меня девушки была шикарной, личико тоже можно было назвать миловидным, но внутри почему-то ничего не шевелилось. Ее начальница, или лидер, как ее тут называют, смотрелась в этом плане намного эффектнее, но в эту сторону я даже думать не рисковал. Глазища красные, вдруг она опытный маг крови и умеет в чтение мыслей хоть немного?       Самым приятным результатом моей откровенности я считал бочку с водой для гигиенических процедур, и выданный комплект одежды. Ничего особенного: обувь, тонкие холщовые штаны, майка и рубашка с длинными рукавами. Главным признаком высокого уровня развития цивилизации были добавленные к этому носки и трусы-боксёры. Все вещи были чистыми, да и одеяла на койке ничем и никем не пахли, что безмерно радовало. Алим бы посчитал это шикарным сервисом, но моя часть сознания восприняла уровень комфорта как само собой разумеющийся.       На ноги предполагалось что-то, напоминающее помесь закрытых сандалий с легкими сапогами, за счет удобной фиксации голеностопа несколькими ремешками и шнуровкой. Самое то, быстро и достаточно тихо передвигаться по лесу, если, конечно, умеешь это делать. Похожую обувь носили долийцы в своем лагере, хотя, по уровню защиты их вариант был надежнее на порядок.       Учитывая сытный ужин, всё вместе было слишком щедрым подарком за один продолжительный рассказ о жизни в другом мире. Меня не оставляла мысль, что за всё это придётся расплачиваться. Систему товарно-денежного оборота на этой планете я совершенно не представлял, зато память Алима упорно подсовывала вариант, которым мне предполагалось компенсировать издержки гостеприимных аборигенов. И что-то меня не тянет становиться рабом, неважно, какого плана. Даже копать картошку от забора до заката не хочу! Кстати, а чего я вообще хочу?       «Иди в жопу, а? Ты же сам не знаешь, чего хочешь! Я вообще не понимаю, как ты живешь с таким хаосом в голове!». — Прилетевшая извне мысль была настолько неожиданной, что я даже отскочил от уставившегося на меня дракончика. Уртемиэль молчал с момента нашего появления в этом мире, если не считать его предупреждение во время боя с Гримм. — «Думай медленнее и более структурировано. Или произноси слова шёпотом, лучше на каком-нибудь из языков Тэдаса, а не на местном, чтобы никто не подслушал».       — Я сам ничего не понимаю в своей башке! Две личности, я же тебе говорил, — переход на Торговый, он же Королевский язык, общепринятый в Ферелдене, дался мне легко и непринужденно. Странное ощущение, когда ты можешь свободно говорить на нескольких языках… Стоп, это чувство от Алима, или от «родной» части моего сознания? — И я вообще не представляю, как они взаимодействуют между собой! Вот это видишь? — я обвел рукой стопку одежды, клетку и видимую часть лагеря.       «Теперь я понимаю. Уровень цивилизации здесь намного выше, чем на Тэдасе. Ты этим одновременно удивлён и считаешь нормальным. Мне интересно другое. Слабая связь с Тенью, одна доминирующая раса на планете, отсутствие значимых пантеонов Высших». — ящерица оскалилась, продемонстрировав ряд крепких и острых зубов. — «Открывает любопытные возможности. Нет конкурентов, значит надо всего лишь вернуть себе силы. Помоги мне, смертный с двумя душами, и я вознагражу тебя!».       — Ты вообще адекватный, или Скверна всё ещё на мозги давит? — зашипел я на бывшего Бога, — У меня проблемы с памятью! Магией пользоваться не могу! Сраный стихийный выброс отправляет меня в отключку на несколько часов! Мы практически ничего не знаем об этом мире! И мы в клетке, Архидемон тебя… — тут я немного опомнился, решив не нагнетать обстановку. В конце концов, виноваты во всем Алим и Архитектор, а мой спутник и сам являлся жертвой обстоятельств, — Извини…       «Прощаю. Пока я всё равно не имею на тебя влияние, а значит, не могу наказать тебя за дерзость. Но советую не забывать, что ты говоришь с Богом». — Уртемиэль обошёл меня по кругу, как будто принюхиваясь. — «Вернуть целостность твоей душе, а потом уже работать с памятью? Хм-м… Или нет? Это слишком долгий путь. Не имея возможностей для тонких манипуляций с сознанием, проще раскрыть каждую часть постепенно… Доминирующая потом сама займёт свое место, но есть шанс, что ты получишь полноценное раздвоение личности».       — Иными словами, ты предлагаешь сидеть на жопе ровно, копя жирок на халявной копчёной оленине, которую, между прочим, меня заставят отрабатывать! Или всего лишь усугубить и без того хреновую ситуацию с моей головой, так? — я изо всех сил заставлял себя говорить шёпотом, — Почему нельзя заново записать в меня навыки применения колдовства? Ты же вроде учил вместе с остальными Богами первых Тевинтерских Магистров магии, и как-то закладывал им в голову теорию с руководством к практике, если я правильно помню. Значит, работать с чужим сознанием умеешь, так в чем проблема?       «Это было в Тени, идиот! Или ты Сомниари, и способен полноценно вылезти сознанием в Тень отсюда?»       — Как будто ты сейчас на это способен, — буркнул я, устало присев на кровать. А ведь Уртемиэль прав. Тень закрыта для нас обоих, а значит… Либо шьём мозги «наживую» с непонятным итогом, либо ковыряем каждый кусок по отдельности, долго и нудно. И что мне, прикажите, выбирать? — Давай попробуем для начала выделить оба куска сознания. И от того, что было Алимом Сураной, нам бы с азов ученичества начать…       «Для начала, забудь про память Алима и присядь. Пока работаем с другим куском, он вызывает у меня намного больше вопросов». — Уртемиэль встал прямо передо мной. Я подчинился и сел на койку, глядя в ярко желтые глаза с вертикальным зрачком, — «Медленно вспоминай всё, что ты сегодня видел. Людей, их одежду, оружие. Сам лагерь, вещи в нем. Всё, что чуждо Алиму».       — Легко сказать, — я попытался сосредоточиться, прикрыв глаза. Тут же выскочила проблема отсутствия нужных слов в Торговом языке. Но ведь для Уртемиэля проблема языкового барьера не существует? Ему же нужно слово и мысленная ассоциация, подробная и осознанная? Значит, переходим на местный «английский», — Огнестрельное оружие. Синтетическая ткань. Пластмасса. Полимеры. Техника. Компьютер. Двигатель внутреннего сгорания. Электроэнергия. Ракета. Планетарная система. Глянцевый журнал. Девушки с кошачьими… Блин! — чертова Вернал с ее рассказом о фавнах, как же не вовремя вспомнилось!       «Интересно. Для тебя это действительно не в новинку, ты явно понимаешь то, о чем говоришь. Но при этом, на Тэдасе эти понятия неизвестны. И все термины не имеют ни малейшего отношения к магии», — дракончик всерьез задумался, не прекращая смотреть на меня. Потом по-змеиному гибко изогнулся и почесал правой задней лапой бок, — «Насчет последней ассоциации не уверен, но нужно понимать полную картину. Как эта часть твоего сознания воспринимает магию? Может быть, проблема кроется здесь».       — Хочешь сказать, что мой мозг сам ставит себе барьеры, мешая воспринимать способность колдовать как данность? — вместо ответа Уртемиэль чисто человеческим жестом кивнул головой, — Да, я уверен, что в моем мире магии не было! Но это же не означает, что я не допускаю её существование? Я читал, смотрел и играл в кучу…— на секунду я задумался, как бы объяснить бывшему богу понятия «масс-медиа» и «компьютерные игры», — Кучу всякого дерьма на эту тему!       «Покажи мне», — Уртемиэль подошёл поближе, не разрывая зрительного контакта, — «Все ассоциации, которые у тебя возникают при упоминании магии. Только то, что не имеет отношения к Тэдасу. Кажется, я начинаю понимать суть».       — Легко! — я начал активно думать о магии, волшебниках, колдовских ритуалах, сознательно отталкивая мысли меня-Алима по этому поводу. Сначала было сложно, ведь обрывочные воспоминания бывшего протагониста компьютерной игры не хотели меня так просто отпускать, но потом я нащупал нужную мысль, — Сказки! Братья Гримм! Русские народные, со всякими волшебными зверями и говорящими рыбами… О-о-о! Куклы Вуду! Толкиен! Метеорб-сорка! Бесконтактное карате! Колесо Сансары! Рен-Тиви! Битва экстрасенсов!       «Стоп! Я не хочу знать кто такой Пахом!», — ящер отшатнулся от меня, как от зачумленного, — «Что за… Как вы вообще дошли до этой жуткой ереси? Что за кошмарный мир породил тебя, человек без имени?».       — Мир, как мир! — я даже обиделся на подобный наезд. Может мы и не идеальны, зато в куче моментов, наверняка обогнали Тэдас несколько веков назад, судя по моим ассоциациям и восприятию окружающей реальности! Да, у нас нет магии! Зато есть Интернет! — Не лучше и не хуже вашего Тэдаса! Делать-то что будем? В моем мире действительно не воспринимали всерьез любые сверхъестественные способности, которые ты называешь магией. Но у меня же половина сознания занята бывшим ферелденским магом! Крутым магом, раз он дожил до встречи с тобой, в этом я уверен точно. Так какого хрена я не могу понять, как мне сделать простейший «Светляк»?       «Дай мне подумать», — Уртемиэль отошёл в дальний угол клетки и улегся на пол, спрятав голову под передними лапами. Подивившись гибкости его шеи, в которой, казалось, совсем не было костей, я завалился на жестковатую кровать. Одеяло не требовалось, на улице было достаточно тепло, несмотря на поздний вечер. Судя по всему, на Ремнанте царило лето, а мы находились где-то в субтропической зоне. Забавно, что такие ненужные понятия всплывают легко и непринужденно, а что-то важное…       Напрягая зрение, я разглядел какое-то шевеление между палаток. Лагерь освещался немногочисленными факелами; большая часть народа собралась у огромного костра, неподалеку от ворот, явно что-то празднуя. В воздухе витали запахи жарящегося мяса с ароматными травами, и песни, которые моя основная часть сознания определила как «блатняк». Звучал заливистый смех, крики, и, судя по теням, кто-то даже пытался танцевать.       Мимо клетки проскользнула Вернал, бросив на нас оценивающий взгляд, и исчезла так быстро, что я не успел ее окликнуть, поглощенный своими мыслями. Магический и технологический мир... Ремнант ухитрялся непонятным образом совмещать в себе оба понятия, и это, черт возьми, завораживало.       «Есть одна идея… Но я не уверен, что это сработает, и ты должен уснуть под моим контролем», — мысль бывшего Архидемона ворвалась в мое сознание внезапно.        — У тебя опыт тысячелетий, взаимодействие с магами Тевинтера и легионами Порождений Тьмы. С чего ты решил, что что-то может пойти не так? — разлившийся по клетке сарказм можно было черпать ложками, — Ладно, проехали… Ты хочешь пробить через меня канал с Тенью, воспользовавшись спящим сознанием? Получить оттуда какую-то информацию?       «Не совсем. Я заставлю тебя пережить яркий момент из твоего прошлого. Из прошлого Алима Сураны, великого мага, одолевшего меня. Ты был инициирован как Серый Страж кровью Андорала, моего брата. И в отличие от моего тела, в тебе ещё не выветрились остатки тех зелий, которые ты принимал», — блин, а вот об этом я не подумал! Во мне до сих пор Скверна? Серый Страж, герой Ферелдена, это конечно звучит круто. Но это всегда билет в один конец, причем с ограниченным сроком использования.       Приняв мутаген Серых Стражей, и выжив после ритуала, когда зачарованная особым образом смесь лириумного настоя, крови Порождений Тьмы и предыдущего Архидемона изрядно перекорёживает организм, любой разумный приобретает как полезные способности, так и таймер, отсчитывающий время до его гарантированной смерти. Пятнадцать-двадцать лет – а потом голос в голове, приказывающий тебе убить всех окружающих, становится нестерпимым. Настолько, что тебе приходится спуститься на Глубинные Тропы, в подземелья гномов, и там героически погибнуть, стараясь забрать с собой как можно больше врагов.       У Алима не было времени полноценно вкусить все «штрафы» его невольно избранной профессии, зато преимущества он оценил сразу. Увеличение магической силы, пропускной способности канала в Тень, возможность оперировать большими объемами энергии, иммунитет к отраве, содержащейся в крови Порождений Тьмы… Да и физические данные возросли; раньше одна мысль о двенадцатичасовом марше с рюкзаком вызывала ужас и желание умереть на месте, но после Лотеринга, подобные нагрузки надолго вошли в привычку.       — Начни тогда уж с Остагара. Когда я был принят в Серые Стражи, а ты бросил в атаку свой авангард, погубив короля, Дункана и ещё пару десятков тысяч неплохих людей, — не то, чтобы Алим особо сожалел о «шемленах», то есть, людях… Но в лагере было множество слуг-эльфов, которые просто не успели убежать, когда волна Порождений Тьмы захлестнула укрепления ферелденской армии.       «Я не буду перед тобой извиняться за действия, которые я совершал под воздействием Скверны. Всё, что я по этому поводу думал, уже было озвучено. Можешь не тратить свое время на злость, это бессмысленно», — а он хорошо придумал, со снятием ответственности за свои действия под «веществами». Вот только, отрицающая магию часть сознания упорно твердила о том, что «вещества» - это не смягчающее, а отягощающее обстоятельство.       С другой стороны... Мертвых уже не вернуть, а Уртемиэль сейчас является самым близким мне существом на этой планете. Да и он действительно пытался сопротивляться... Значит, вариантов нет, придется довериться ему полностью. Я заворочался на койке, переворачиваясь на бок и устраиваясь поудобнее. Уртемиэль присел у изголовья, так что наши глаза оказались на расстоянии десятка сантиметров друг от друга. И что мне теперь делать? Считать овец?       «Расслабиться полностью. Очистить голову от всех мыслей, кроме одной. Думай об Остагаре», — легко ему говорить, блин! Шикарная идея, пытаться уснуть, думая о той бойне. Обычно, для состояния релаксации советуют думать о море. Легкий бриз, создающий легкую рябь на водной глади. Небольшие волны шуршат, перекатывая золотистый песок. Если лечь в них, они будут тихонько качать тебя, главное попытаться ощутить этот процесс, эти звуки слабенького прибоя, ни с чем не сравнимый запах, чувство прохладной воды, прокатывающейся по коже... Море. Оно всегда завораживало и успокаивало. Море...       

***

      Море зелёного огня приближалось медленно и неотвратимо. Проклятый туман, тянущийся с диких земель Коркари, искажал отблески факелов в руках монстров, придавая этому шевелящемуся ковру тысяч и тысяч огоньков жутковатый потусторонний оттенок. И хотя до этой накатывающейся волны было несколько сотен метров, ужас, вызываемый ею, чувствовался даже здесь, на крепостной стене. И многоголосое пение жриц Андрасте, медленно обходящих первые ряды стоявшего внизу королевского войска, ещё больше усиливало кошмарную картину.       Расчёты дальнобойных баллист, немногочисленные цепи стрелков, занимающие этот ярус, группы легковооруженных ополченцев, прикрывающие мост и главный лагерь, – все молча смотрели, как новые цепочки зловещих огней выныривали из черноты далёкого леса, вливаясь в надвигающуюся орду. Сколько же их тут? Сорок тысяч? Пятьдесят? Сто? И вот с этим я должен бороться? Какие у нас вообще шансы?       Сзади раздался приглушённый женский всхлип. Я бросил взгляд через плечо, чтобы убедиться в своей правоте. Ну конечно же, Элисса. Вцепилась в наплечник Алистера и стоит, глупо хлопая глазами. Что, больше не тянет на подвиги? И вот это у нас представитель высшей аристократии проклятого всеми богами и демонами Ферелдена. Тьфу…       Нет, она была вполне неплоха для высокорожденного шема. К Песне Света относилась скептически, слегка кривя уголки губ в тот момент, когда до ставки Серых Стражей доносились вопли преподобных мамаш. В Кинлохе такие нюансы быстро учишься подмечать, если хочешь завести надёжных друзей и не угодить на заметку к Храмовникам. На эльфов как на дерьмо не смотрит, чем также сильно отличается от большинства ее соплеменников. Даже грубо рыкнула на Алистера, когда он попытался начать ныть, по поводу того, что Дункан прислал ему очередного мага.       В общем, если бы не список благородных предков, наверняка превосходящий по толщине гримуар Верховного чародея Ирвинга, и эта резкая смена настроений, от жажды мести до тяги к глупому геройству – с тэйрной Кусланд можно было бы и познакомится поближе. И пофигу, что уши у нее не острые. Мы же теперь равны, блять! Новоиспечённые брат и сестра по ордену! А скоро будем трупами, как только это зеленое море огней сомнёт и возомнившего о себе невесть что королька, и его генерала-истеричку и его дружка, любящего нетрадиционные методы вербовки.       Снизу донёсся сигнал, и тут же воздух вокруг нас наполнился громкими хлопками и дружным гудением получивших слабину туго натянутых тросов. Полтора десятка гигантских копий, длиною в два с лишним человеческих роста, унеслись в ночную тьму, чтобы потом низвергнуться с небес, убивая и калеча по нескольку монстров за раз. А обслуга орудий, подбадривая себя забористой руганью, тут же бросилась к лебедкам, заново взводя эти чудовищные копии арбалетов.       Глупые шемлены! Разве эти комариные укусы помогут остановить надвигающуюся стихию? Любой опытный маг смог бы нанести орде в разы больший урон, кинув ту же Геенну или Бурю, но нет же! «Мы никогда не доверим свою жизнь твоим чарам, маг!» – заявила в лицо Старшему чародею Ульдреду мерзкая старуха в одеждах Преподобной матери. Ничтожная тварь, способная лишь упиваться своей властью и унижать других – третьему по силе в Ферелденском Круге Магов! Надеюсь, Порождения Тьмы будут рвать ее на куски медленно.       — Сейчас… Сейчас… Да-а-а! — вынужден согласиться с Алистером, это действительно было впечатляюще, хоть я и не спешил выражать свои эмоции вслух. На несколько секунд передний край кошмарной светящейся реки как будто потускнел, заслоненный внезапно возникшей тенью. А потом тень распалась, обернувшись устремившимися к земле сотнями оперенных стрел. А там, внизу, скрытые от меня ночной тьмой лучники первой и второй линии вновь натягивали тетиву…       Собираемая стрелами жатва постепенно смещалась вглубь наступающей армии Мора и вот уже долину, где разворачивалось сражение, наполнил гулкий злобный лай, издаваемый сотнями мощных собачьих глоток. Воины Пепла наконец-то выпустили из рук ошейники, и навстречу изрядно поредевшим первым рядам орды рванулись боевые псы мабари. Судя по тому, что я видел позавчера, в исполнении Дротика, личного мабари Элиссы, про первые, вторые и следующие несколько рядов можно забыть. А потом псы просто потеряют скорость, завязнут в набрасывающихся на них полчищах монстров и погибнут, забрав с собой несколько тысяч врагов. Но всё равно, этого было мало, слишком мало…       — Выдвигаемся к башне Ишала, — заявил Алистер, подхватывая лежащий у ног треугольный щит и выпуская из рук Элиссу. Черт, когда он успел ее обнять? О чем эти два придурка вообще думают? Впрочем, вышеупомянутая леди моментально взяла себя в руки, превратившись из испуганной симпатичной двадцатилетней девушки в воина. Пусть ее доспех был намного легче, чем у нашего старшего собрата по ордену, да и клинок слегка уступал в размерах, но леди Кусланд уже не раз демонстрировала, что в состязании «кто убьет больше генлоков» она ничем не уступает Алистеру.       Так же не стоило забывать про Дротика, с которым она явно тренировалась работать в паре. Весила собака раза в два больше своей хозяйки, могла с места развивать скорость, сравнимую с мчащейся галопом лошадью, и была достаточно умной, чтобы понимать сложные команды. Тем больше радости мне принесли позавчера их гневно-разочарованные лица, когда напитанный по максимуму энергией Тени огнешар просто разбросал последний отряд Порождений Тьмы обугленными изломанными куклами. О, да, наконец-то у меня получилось! Пытающегося встать вожака добила стрела Давета. А кое-кто, не будем указывать пальцем, проиграл спор, хе-хе…       — Ложись! — выдернул меня из приятных воспоминаний отчаянный вопль кого-то из лучников, мимо которых мы в данный момент пробегали. Я машинально обернулся в сторону долины, и… Мафератовы яйца Андрасте за обе щеки!       Время замедлилось. Я раскрыл рот для крика, понимая, что это конец. Пылающая комета, превышающая в размере мой лучший огнешар раза в три, клюнула мостовую в десятке шагов от меня. А потом лопнула с оглушительным грохотом, разбрасывая вокруг осколки камня и щупальца всё того же ядовито-зеленого огня. «Колдовство», успел подумать я, прежде чем мир на какое-то мгновение померк.       Очнулся я от тряски. Первая мысль была о том, что это чертовски забавно. Я видел лицо Элиссы совсем рядом, на расстоянии вытянутой руки. И судя по мимике, это лицо что-то яростно кричало. А я не слышал ничего. Вообще ничего. Почему я не мог добиться такого же эффекта, когда меня в очередной раз отчитывала Винн? Или, когда нас заставляли слушать эти тупые псалмы о Создателе?       — АЛИМ! СКАЖИ ЧТО-НИБУДЬ! ПОЖАЛУЙСТА! — звук вернулся внезапно. Весь, сразу. Звон стали и крики десятков тысяч сражающихся неподалеку людей. Отчаянная ругань и крики боли тех, кто находился ко мне намного ближе. Басовитое гудение, сопровождающее очередной выстрел баллисты. Беспокойный голос Алистера, призывающего нас с Элиссой поторопиться. И новый взрыв чего-то, напоминающего снаряд огромной катапульты, зачарованный таким образом, чтобы он смог пролететь всё то расстояние, отделяющее осадную технику Порождений Тьмы от моста, на котором мы находились. Стоп! Откуда у этих монстров вообще осадная техника?       — Алистер, какого хрена? Как они вообще смогли до нас достать? — я рывком вскочил на ноги, не обращая внимания, на отшатнувшуюся девушку, — Почему Дункан нам ни о чём подобном не рассказывал? — моя ругань никак не мешала нашему маленькому и не очень дружному отряду довольно резво двигаться к цели.       — Да он вообще не особо делился важной информацией по Мору, — буркнула недовольная леди Кусланд, пристраиваясь со своим псом в наш тыл, — Если вспомнить наши разговоры по дороге к Остагару…       — Вот-вот. Режь, протыкай, замораживай и жарь во имя защиты всех невинных от великого зла, — подхватил я, — А то, что у порождений Тьмы есть свои маги, сказать было слабо? Мы же чуть не потеряли всех, кто шёл в дозоре! Позавчера был маг! Сегодня – зачарованные осадные машины! Послезавтра Порождения Тьмы пойдут на нас, напевая Песнь Света?       Сказать по правде, лечь мы там, в диких землях Коркари могли всем отрядом, уж больно выгодная позиция была у эмиссара. Его ошибкой было, что он атаковал сразу, как только Давет, Элисса и Дротик показались из-за холма. У них было время увернуться и отступить, а потом уже я, при поддержке нашего единственного лучника, навязал ему магическую дуэль на дальней дистанции. Наша единственная дама, тем временем, в очередной раз сломала мой шаблон, прокравшись ползком вдоль русла неширокой речки, чтобы в нужный момент выскочить из «скрыта» и воткнуть врагу клинок в спину.       — Не богохульствуй, — рыкнул Алистер, казалось более оскорбленный тем, что я поставил под сомнение непогрешимость Дункана.       — …Если тебя слышат другие, — громким шёпотом продолжила за моей спиной Элисса. Ладно, признаю. Она достаточно хороша для шема.       Подбежав к воротам, из которых выскакивали испуганные люди в откровенно хреновой броне, выдаваемой ополчению, я испытывал странные чувства. Первым из них, конечно же, было желание отдышаться. Маги не бегают! В Башне Кинлох этим занимались только совсем уж маленькие дети, а тут кое-кто явно забыл, что я не посвящал всё своё свободное время физическим тренировкам!       — Башня захвачена! Они лезут из-под земли! Пробили подземный тоннель на первом этаже и прут десятками! — прокричал нам какой-то мужчина. Он отличался от остальной толпы более ладно сидящей кольчугой, подогнанным по голове шлемом и мощным арбалетом в руках. Но главным было то, что, отбежав на десяток шагов, он развернулся и взял ворота на прицел. Судя по мечу на поясе, это был кто-то из солдат регулярной армии.       — У нас приказ короля Кайлана! Мы должны пробиться наверх любой ценой и подать сигнал войскам тэйрна Логейна! Я, Серый Страж Алистер, прошу вас о помощи, — попытался остановить бегущих старший Серый Страж. В смысле, старший из присутствующих, так как до нашего с Элиссой появления он числился самым младшим.       Впрочем, если ситуация на поле боя не изменится, мы рискуем остаться последними Серыми Стражами Ферелдена. И если дело обстоит так, как говорит этот солдат, и это будет ненадолго. Мы все тут останемся, на руинах этого древнего памятника завоеваниям Тевинтерской империи. Хотя… Это всё равно лучше, чем Усмирение.       Самое удивительное – нас услышали. Первым подошёл тот самый воин с арбалетом, а за ним собралось ещё десятка полтора ополченцев. Алистер и Элисса быстренько распределили людей, и, выстроившись клином, тылы которого составляли лучники из вчерашних крестьян, мы ворвались в ворота. Алистер едва успел поднять щит, как в него вонзилось несколько стрел.       Широкая площадка с деревянными помостами в полусотне шагов от нас уже была оккупирована Порождениями Тьмы. Дюжина низкорослых уродливых генлоков, размахивая зазубренными мечами, выскочили наперерез нашему отряду, а за их спинами, там, где мощёная дорога делала поворот к башне, накладывали новые стрелы вражеские лучники, повинуясь злобному рыку командира – здоровенного гарлока с луком, упакованного во вполне приличные доспехи. Кто-то из ополченцев в страхе вскрикнул, но я уже заканчивал выстраивать в голове конструкт заклинания, помогая себе взмахами посоха.       Руна «Экстра», задающая вектор направления, встает прямо передо мной. Руна-преобразователь «Фульга» становится на локоть дальше и выше на пару ладоней. Соединить энергоканалом. Руна «Мотус», она же «движение», в двух локтях передо мной. Кидаем на неё энергоканал от преобразователя, и второй, в два раза тоньше, от фокусировщика. Руна «Центрум», направляющая всю мощь заклинания в точку, отодвинутая на ладонь от «Мотус» и соединенная с ним очередным энергоканалом. Жри, сука!       Со стороны это выглядело так, будто я быстро начертил перед собой посохом какую-то незримую геометрическую фигуру, после чего, заорав, метнул извивающийся, ослепительно-белый жгут молнии в поднимающего свой лук вражеского командира. Тот как-то обиженно хрюкнул, смешно взмахнув обугленными до черноты культями, с которых капал расплавленный металл наручей и склонил голову вниз, как будто признавал поражение.       — Святые сиськи Андрасте! — охнул кто-то у меня над ухом, и только тогда генлок начал падать, не отрывая взгляда от прожжённой в груди сквозной дыры, размером с голову человека. А я с удивлением отметил, что убойность одного из самых простых заклинаний подскочила как минимум вдвое. Ну, или я опять на нервах влил в нее слишком много сил…       «Экстра … блять, да отъебись ты!» — оттолкнул я пяткой посоха проскочившего мимо Алистера генлока с двумя кинжалами, слишком жаждущего познакомить их с моей бездоспешной тушкой. Задорно рубящаяся с очередным генлоком Элисса, не оглядываясь, пнула ногой отшатнувшегося любителя ножей и магов, что дало мне необходимую секунду для завершения коротенького заклинания.       «Экстра-Игнис-Флюо-Флюо!» — ринувшегося ко мне обратно монстра, заручившегося поддержкой двух своих собратьев по Мору, ударила расходящаяся конусом струя огня. Главное, развести последние две руны под углом, а потом наслаждаться результатом. Увы, для молнии и льда формула была намного сложнее. Гримуар остался где-то в лагере, а без него мне оставалось довольствоваться тем минимумом, которое было отточено в Круге.       Злобное ворчание сменилось воем, да и в целом энтузиазма у них поубавилось. Стоявшего в фокусе заклинания, так вообще перестало волновать всё, кроме попыток сбить с себя пламя. Его товарищи отделались лишь серьёзными ожогами, но и этого хватило, для того чтобы выскочившие из-за спины ополченцы зарубили их за пару секунд. А мы продолжали идти дальше… Шаг за шагом, заклинание за заклинанием…       Башня возвышалась над нами, казалось, ещё один рывок, ещё одна площадка – и мы внутри, но я не обольщался. Кинув «Ледяную Хватку» в одного из наседающих на Алистера крикунов, я отступил в конец нашего маленького отряда. Сумка на поясе всё ещё была со мной, а в ней находилось оружие последнего шанса, выглядевшее как маленькие пузырьки, с плескавшейся внутри тягучей синей жидкостью. Я уже чувствовал легкое магическое истощение и не знал, что будет ждать нас внутри.       Глоток лириумного зелья прокатился ледяной волной по пищеводу, даруя ни с чем не сравнимое чувство эйфории. И Силы. Силы, способной уничтожить любое препятствие у меня на пути. Казалось, даже отступила накопившаяся в мышцах усталость. Сорвавшаяся с вершины моего посоха магическая стрела впилась точно в прорезь шлема вожака гарлоков, защищающего лестницу перед воротами в башню. Спустя долю секунды туда же вошёл по самое оперение арбалетный болт, выпущенный так и не представившимся солдатом, первым решившим помочь нашему отряду. Путь в башню Ишала был расчищен.