Глава четвертая. Внутри глейда.

Моё удивление ничем нельзя было скрыть. Однако не могу не признать, что идея Чака пришлась как нельзя кстати. Физические упражнения помогли мне выплеснуть плохие эмоции.  Я выбрала метание ножей.  Сначала пришлось общаться с Галли, но его группа находилась в противоположной стороне от Ньюта, так что я не сильно сетовала на это. Разумеется, не обошлось без насмешек над нами. Чак не знал, что на них ответить и как меня защитить, поглядывая в мою сторону, он взглядом извинился за них. Я же в это время старалась никак не реагировать на них. Если честно, это получилось странно. Уверенна, в любой другой ситуации, я бы сцепилась с Галли, высказав ему всё, но сейчас будто сил на это не было. Всё было не так очевидно, как раньше.  Пока насмешки со стороны Галли и остальных ребят вокруг продолжались, я лишь подумала — а хватит ли у меня сил поднять нож? Я и не метала их ни разу, наверняка это дело не из простых.  Моё состояние в этот можно описать подавленным. По крайней мере, так я думала, пытаясь не расплакаться. В конце концов, Галли рявкнул, чтобы от меня отстали. Это было неожиданно, но, взглянув на него, я поняла, что это стало такой же неожиданностью и для него. Он не смотрел на меня, продолжал хмурится и периодически закатывал глаза, когда у нас наконец получилось заговорить о деле. Чак просил разрешения присоединится к ним, на что Галли окинул нас скептическим взглядом:  Ты ей это предлагаешь?  Мне всё меньше нравилось, что я веду себя как забитый ребёнок, особенно когда ответственность за меня падала на плечи Чака. Отвратительное чувство, я обязана взять себя уже в руки. Видимо, из-за таких мыслей у меня вырвалось:  Я сама захотела попробовать.  Как только мои слова прозвучали, я почувствовала себя ещё глупее. Галли наконец обратил свой скептический взгляд ко мне и буравил им меня с минуту. Я не отступала, но моё лицо точно выражало обиду на весь мир.  Галли в какой-то момент не выдержал и, отведя взгляд в сторону от всех, нехотя сказал:  Ладно. Пробуй, раз так хочешь.  Не все ребята из этой группы прекратили свои смешки в мою сторону, но кто-то глядел с интересом. Один парень по соседству от меня протянул пару ножей. Я кивнула в благодарность, а Чак уже заторопился отойти от этой толпы к мишеням. Я несмело переложила один из ножей в правую руку, вставая в какую-то стойку. Вроде бы парни стояли так.  Чак наблюдал за всем, ненадолго облокотившись на бревно. Когда же я стала поднимать руку в попытке прицелиться, он спросил: Знаешь, как метать их? — Обернувшись к нему с опустившимися руками, покачала головой. Вообще-то, нет.  Не успела я получить ответ Чака, как кто-то забрал нож из моей левой руки. Это был Галли, он снова избегал моего взгляда.  Тогда смотри и учись, — он указал взглядом на свои ноги, сразу же продолжая, — ноги поставь на ширине плеч или чуть шире. Желательно распределить свой вес равномерно или с небольшим перевесом на заднюю ногу.  Смотря на него, я не стала дожидаться чего-либо ещё и сразу стала повторять за ним. Он выставил левую ногу вперёд и встал к мишени боком. Было немного неудобно оглядываться на него, ведь теперь он проводил все махинации за моей спиной. В какой-то момент я опустила руки для удобства и чуть подобрала ноги, на что Галли тут же попросил вернуть всё обратно и я последовала его совету. Кто ещё захочет возиться тут со мной?  Для начала попробуй кидать без вращения. Для этого возьми нож за рукоятку, даже лезвие можешь захватить. Тут главное держаться за центр тяжести.  Я приподняла руку, даже не глядя на неё. Всё своё внимание я обратила к ножу в руках Галли.  Согни руку под прямым углом и резким движением кисти отправляй нож в мишень, — сказав это, Галли продемонстрировал всё, проигнорировав моё лицо близ его руки. Я бы и здесь высказала ему всё, что думаю, вот только и тут обстоятельства такого не предполагали. — Совет, не отпускай нож слишком рано, он должен лететь почти параллельно земле. Я закивала ему в ответ и сразу же стала пробовать повторить за ним. Пока настраивалась, мой взгляд зацепился за мишень, в которую метился Галли. Он попал в центр — меня учил мастер своего дела. Переведя взгляд на пустую мишень перед собой, я замешкалась, пару раз переставляла ноги, опускала и снова поднимала руку с ножом. Моя ладонь уже успела вспотеть, а нож в ней — заскользить. Ребята сзади начинали посмеиваться, я не вслушивалась в их слова, но вот реплики стоящих ко мне ближе всего слышала отчетливо: Давай, новенькая, всё получится! — негромко подбадривал меня Чак. Смелей, - спокойным тоном поддерживал Галли. Теперь он стоял по правую сторону позади меня, чуть ближе к Чаку, больше не он не отводили взгляд, наоборот сосредоточил его на моей руке и стойке, — не попробуешь — не узнаешь.  Я отвернулась от них всех и с закрытии глазами выдохнула, собираясь с силами и мыслями. Когда я в очередной раз вытерла ладонь о штаны, кто-то выхватил нож из моей руки. Я не успела обернуться, как его поспешно вложили в мою правую руку, поднимая её и настраивая под нужный угол. Сосредоточится было невозможно, меня сбили с толку — кто стоит за мной и чья эта рука?  Кидай, — ответ сам нашёл меня, когда моя шея покрылась мурашками от, казалось бы, негромко произнесенной фразы. Я чуть не выронила нож вовсе, вот только рука Ньюта не отпускала мою, не позволяя этому случится. Именно тогда-то мой организм сдался. Всё, что я сдерживала долгое время, норовило вырваться наружу. За секунду моя хватка ножа окрепла и, несмотря на накатившиеся слёзы и прикушенную до боли щеку, я выстрелила ножом. Переборщила, кинула слишком резко — нож попал в самый низ мишени, не затронув нарисованный круг. Кажется, я почувствовала привкус крови во рту.  Теперь руки Ньюта лишь придерживали мои, но он не торопился отходить.  Попробуй ещё раз, — не знаю, хотел ли он сказать что-то ещё, я недовольно выдохнула, обрывая все его попытки и поспешила к ножу в мишени. Я отходила всего на пару метров, но и за это время можно же отойти?! Такие мысли были у меня в голове, когда, возвращаясь с ножом в руке для повторения, я увидела, что Ньют не сдвинулся ни на метр.  Он смотрел спокойно, без лишних эмоций. Я же — попыталась испепелить его взглядом. Не сработало: Ньют остался невозмутимо стоять на том же месте. Я встала чуть поодаль от него — не стрелять же мне в цель сбоку?  Когда моя рука уже была наготове, сзади послышался недовольный вздох, а следом меня дернули на прежнее место. Возмутиться я не успела, меня перебили, повторив уже прозвучавшее сегодня «кидай».  Что он вздыхает вообще? Я тоже на него злюсь, не он один такой. Зачем только выдергать меня обратно? Я и с того места кинула бы.  Радует только одно, он отошел на шаг назад от меня. Ну я тебе покажу — не нужна мне твоя помощь.  Недолго раздумывая, я отправила ещё один нож к мишени, в этот раз всё получилось ещё хуже. Из-за эмоций я будто даже не смотрела, куда кидаю. Нож пролетел сбоку от мишени. Я недовольно простонала, закатив глаза, а кто-то сзади цокнул в ответ. Это был Галли. Обернувшись на это цоканье, я почти сразу спросила, думая, что меня осенила гениальная идея: Галли, может, ещё раз покажешь?  Он снова цокнул и как-то странно покачал головой, зажмурив один глаз. Ну и что это такое? Да уж, расчитывать на помощь не приходится.  Когда же я обернулась к мишеням, настроившись забрать нож, встретилась, чуть не столкнувшись, с Ньютом. Он забрал ножи с двух мишеней, взял зачем-то мою левую руку и, не отпуская меня, передал кому-то сзади второй нож.  Что ты делаешь? — я спросила это как-то негромко и уже собиралась повторить свой вопрос более отчетливо, но Ньют со своим холодным взглядом остановил меня.  Не глядя, он вложил новый нож в мою опущенную правую руку и тут же поднимал её, отвечая: Разве ты не просила помочь тебе? Просила, но не тебя, — продолжала недовольно я, а он отвечал всё так же невозмутимо, даже позволил себе ухмыльнуться:А помогу тебе я, не придирайся, — с каждым словом я хотела съязвить только больше, а он уже заносил мою руку для броска, не оставляя мне времени на размышления. — Бог любит троицу, не так ли?    Кое-как смирившись с происходящим, я перевела недовольный взгляд с него на мишень. От любви до ненависти один шаг, не так ли?  Решайся, принцесса, — прерывал мои размышления Ньют, — отстану, если научишься.  Я замерла, а выслушав его, недовольно выдохнула, крепче сжимая рукоятку ножа. Бог и вправду любит троицу, иначе я не могу объяснить, что попала во второй круг от центра, даже не прицеливаясь особо. В этот момент меня слишком переполняли эмоции, но всё моё недовольство вышибло этой неожиданностью. Получается, научилась?  Ещё какое-то время я не опускаю запустившую нож руку, да и в принципе не меняю своего положения. Застыла, а Ньют тут как тут, говорит попробовать ещё раз. В этот раз он протянул свободный нож передо мной и отступил от моей спины.  Давай ещё разочек, — в ответ я смотрю чуть нахмурившись, и он негромко продолжает, убеждая в правильности своих слов, — чтобы запомнилось.  Уже спокойнее я заново настраиваюсь на бросок. Снова поставила ноги чуть шире прежнего и в этот раз решила игнорировать все звуки вокруг. Я пришла сюда, чтобы выплеснуть плохие эмоции. Сомневаюсь, что одного броска мне хватит. Пока Ньют отошел, я могу сосредоточится на поставленной задаче. Так я и отстранилась от всех: перестала слушать кого-либо вокруг и смотреть на что-либо кроме мишени. Пару раз раскачиваю руку — и нож слетает с неё, попадая наполовину в центр, наполовину на вторую линию.  Ещё с первого моего попадания сзади начали доносится ободряющие аплодисменты от парочки парней. Разумеется, в их числе был Чак. Несмотря на то, что аплодисментов стало больше, среди них я рада только Чаку. Может быть, ещё немного Галли, всё-таки он немного помог, спасибо ему. Ньют не аплодирует. Наоборот, он скрестил руки на груди и говорил почти безэмоционально.  Научилась, — следующее слово он произнес еле слышно, сопроводил его кивком и тут же удалился из всей этой толпы, — поздравляю.  Отличное поздравление, просто прекрасное — зло ответила я в своей голове, но вслух сказать не успела.  И чего это я только завелась так? Хотя нет, что это он устроил? В моём сознании продолжают бороться две личности: одна из которых пытается успокоить ту, которую задели слова у костра. В них же не было ничего такого, он правильные вещи говорил. Вот только его тон… ну правда, неужели нельзя было помягче говорить?  Снова тяжело выдохнув, я достаю ножи из мишени. Возвращаясь, замечаю, что кто-то из парней ушёл вслед за Ньютом, и с их стороны уже доносятся расспросы с подколами, а я лишь продолжаю метать ножи с новой силой. Чак заводит со мной какой-то разговор, что не относится толком ни к чему. Это даже на разговор не походит, Чак больше рассказывает свой монолог, чем ожидает моего ответа, наверное, он пытается разбавить таким образом обстановку. Когда я в очередной раз пошла вынимать ножи из мишени, до меня донесся голос Галли. Оказывается, остались только мы втроём, все остальные сбились в одну большую кучу у костра.  Я бы принёс тебе ещё ножей, чтоб не так часто бегала, вот только пора переходить к другому.  Чак тут же присоединился к нему, добавляя:  Да, сейчас начинаются танцы.  Танцы? Не припомню такого в фильме. Мой недоуменный вид играет только на руку, и Чак продолжает. Скажем так, когда старшие разгорячатся под напитками, — в этот момент он говорил тише, нежели чем прежде, Галли всё ещё был рядом, пусть и занимался уборкой в паре метров от нас, — они собирают всех остальных и мы собираемся в круг у костра. Обычно мы закидываем руки на плечи соседей и таким образом начинаем запевать какую-то мелодию на прощание. Её придумал Ньют, чтобы сплотить всех, хотят они того или нет. Мол, ты можешь встать с теми, с кем хочешь, но все мы связаны в один круг. Интересно… - задумчиво выдаю я, а Чак и не усомнился в моей реакции, тут же продолжил рассказывать. Правда? Тогда я рад! Нам-то всем эта традиция поначалу не очень нравилась, слишком уж это сентиментально, не думаешь? Через какое-то время здесь я понял, что только в такие вечера могу хоть немного открыться, а эта традиция позволяет даже всплакнуть, если хочу. Никто не осудит, лишь подколят — максимум.  В конце Чак почему-то притих, на что я не обратила внимания, ведь Галли вернулся к нам. Я кинула ножи в какой-то ящик у него в руках. Он закрыл его, и мы все вместе отправились к костру. Тут-то Чак и заговорил снова. Очень робко, и из-за его стеснения я почти ничего не услышала.  Тебе возможно не… — его губы продолжали шевелиться, но кто-то из глейдеров уже запел и все остальные только подкидывали палки в колеса, присоединяясь. Чак пододвинулся ближе ко мне, но Галли уже чуть ли не за руки тащил нас к костру, чтобы успеть. Я так и не услышала продолжение фразы Чака, когда мы оказались в кругу. Не похоже, чтобы Галли пропихивал нас, скорее тут специально оставили место, дожидаясь оставшихся. Галли тянул меня своей левой рукой, так что и встала я слева от него. Тогда и подумать не могла, что снова окажусь близ Ньюта так скоро.  Мне хватило одного взгляда в ту сторону, сразу же попыталась юркнуть между Чаком и Галли, последний окинул меня непонимающим взглядом и кивнул налево, но всё уже было бесполезно, потому что в круг меня быстро вернула правая рука Ньюта.  Новенькие обычно стоят рядом с лидерами, — сказал он, наклонившись ко мне буквально на секунду, а сразу после вернул свой взгляд на остальных.  Круг замкнулся и теперь начал двигаться. Сначала все просто раскачивались, напевая что-то, а после начались какие-то хороводы. Не знаю, что было хуже: когда на меня наваливался Галли или Ньют или когда они же направляли меня ближе к костру. Ну и соседей я себе выбрала. Без понятия, по какому принципу некоторых сталкивали ближе к костру, чем следовало, но Чаку также не повезло, как и мне. Однако Чака просто откидывали назад после столкновения с огнём, чтобы точно остудился, а я же падала в сторону Ньюта. Мне тяжело поверить, что так происходило по случайности, иначе я хоть раз упала бы в сторону Галли, но нет, всё это время оказывалась бок о бок с Ньютом. Наши взгляды пересекались, но высказать что-либо я не успевала, а он лишь усмехался с каждой моей попытки заговорить в этом круговороте движений. Когда круг перестал раскачиваться вперед и назад, вправо и влево, настроение толпы стало потихоньку успокаиваться. Руки разъединялись и какие-то группки не спеша уходили спать.  Я продолжала завороженно смотреть на костёр, теперь из далека. Не думаю, что мне можно уйти так же просто, как это сделали остальные. Либо же я в очередной раз постеснялась сделать что-либо, не предупредив. А чтобы предупредить точно нужно было дождаться, пока вся оставшаяся компания договорит с остальными глейдерами. Я имею ввиду основную компанию, которая мне известна: Алби, Ньют, Минхо, Галли и Чак.  Мне не особо хотелось говорить с кем-либо, кроме Чака, но у меня сложилось ощущение, что прощаться мне следует не с ним. С ним наоборот всё проще простого — помахала рукой и, считай, попрощались. Однако моё новое общество состоит не только из него и, соответственно, прощаться я должна не только с ним.  Я не втискивалась в образовавшийся круг, встала позади, где-то между Минхо и Чаком, немного помялась, а когда нашлась минутка тишины, Минхо, заметив меня, кивнул, мол: «говори».  Я хотела попрощаться, но почему-то сначала спросила то, что крутилось у меня в голове последние полчаса:  Я думала, вы рады новичкам — зачем кидаете в пекло во время хороводов?   Минхо посмотрел на меня с удивлением, словно пытался сдерживать смех.  Ведьмочка огня испугалась?  Да почему мой цвет волос их так напрягает? Мотнув головой, я ответила: Нет, мне правда интересно. Ну конечно, всем интересно, как выжить здесь, — чувствую, Минхо ещё сдерживал свои шуточки.  Когда же все замолчали, обратив на нас внимание, Чак попытался ответить, да только Галли его перебил: так смотрят… Это проверка на трусость. Если пугаешься огонька — нам не по пути.   Галли расправил плечи и поставил руки на бока в попытке придать себе устрашающий вид, но я уже не смотрела на него, потому что Ньют решил смягчить обстановку. Это чисто символический обряд, не переживай об этом.  Он стоял правее Алби, а тот стоял передо мной, поэтому логичным исходом стало то, что Алби описал круг одной ладонью и отправил нас всех спать, как только мы замолчали.  Уходя, я услышала новую усмешку Галли. Он обернулся и на ходу продолжил разговор, решив, что я обязана услышать и это:  А раньше новенькие должны были дать клятву на углях. Сейчас вы отделываетесь больно легко. Когда это? — недоуменно спросил Чак, а я мысленно задалась тем же вопросом. Не припоминаю такого в книгах или фильмах.С прибытием Чака мы отменили эту традицию. Следуя ей, новенькие должны были произнести клятву, держа в руке раскаленный уголёк от затухающего костра, — Галли ухмылялся, со всем наслаждением запугивая меня и Чака. Я в ответ сказала первое, что попало мне в голову, а Чак уже перебивал своим вопросом.Какой ужас, без ожога ведь не обойтись…Почему отменили с моим прибытием?  Сначала я подумала, что Галли проигнорировал Чака, но, формально, он показал нам свои ладони и этим и дал нам ответ. Не просто ожоги — шрамы на всю жизнь. Они означают, что я готов пролить свою кровь за глейд.  Весь образ Галли и его уверенность разрушалась, как только Минхо перестал сдерживаться и, нагнав нас, рассказал свою версию событий.  И давно у нас глупость принимают за преданность?  Мы с Чаком смотрели на них недоумевающее, пока Галли закатил глаза и ускорился, обгоняя нас, но не уходя далеко. Наверное, не мог оставить язык Минхо без присмотра.  У меня таких ожогов нет, — для убедительности, он быстро продемонстрировал нам руки и сразу же продолжил, — а он просто упал в угли, перепив разочек.  Мы с Чаком совсем как дети. Я знаю, казалось бы, весь сюжет этой вселенной, и так легко повелась на этот бред. Даже стыдно стало. Я на какое-то время притихла. «Молчи — за умного сойдешь» — так звучит пословица?  Чак же не унимался, с упоением слушал Минхо и решил высказать своё недовольство Галли.  Зачем запугиваешь? — Чак как-то осмелел. Неужели думает, что со мной стало безопаснее? Я не помощник, если дело дойдет до драки. Ой да ладно, ты завывшего ветерка испугаешься, что уж тут о байках говорить, — я уверена, что Галли закатил глаза, пока отвечал.  Спор дальше не продолжается, нас нагоняет Ньют, да и мы почти подошли к хомстеду.  А вы и не думали отходить ко сну, — усмехнувшись, говорит он нам, — вас слышно за километр. Кто-то ещё долго спать не будет, — очевидно, Галли имел ввиду Чака. Галли, оставь свои проблемы при себе, — потягиваясь, говорит Минхо.  Интересно, этот парень когда-либо получал за свои шутки? Скорее всего, нет, он же главный бегун — слишком важный для них человек.  Тут Ньют приобнял Минхо за плечи и даже меня притянул зачем-то, говоря: Давайте успокаиваться. Если разбудите кого-нибудь, подниму вас завтра ни свет, ни заря.  Галли и Чак незаметно ускорились, не произнеся в ответ ни слова. Минхо усмехнулся и оттолкнулся от Ньюта. Кому ты грозишься этим?  Ньют также усмехнулся в ответ, не задерживая больше друга. Теперь эта троица почему-то отдалялась от нас, а мы замедлились. Не успела я спросить Ньюта, как он задал свой вопрос, наклонившись ко мне и оставляя одну свою руку на моём плече. Чего притихла, неужели испугалась?  Не могу сказать, что действительно напугалась, поэтому помотала головой.  А здесь принято так быстро меняться в настроении? — не без укора, спрашиваю я. Странно вот так идти в обнимку до хомстеда, когда чуть более часа назад метала ножи из-за гнева на него. Если так подумать, я даже поплакать не успела, а так хотела. Что-то подсказывает мне, что это плохо обернется… Ньют же вырывает меня из этих мыслей: Не сердись, не хочу испортить тебе весь праздник, — в моих глазах стоит прежнее сомнение, и он продолжает, — надеюсь, ты насладилась танцами у костра, — он делает паузу, будто решаясь на следующее предложение, а после, отведя взгляд, невзначай добавляет, — понравилось метать ножи? Хорошее развлечение, — расплывчато отвечаю я. Не скажу же я, что это было лучшим моим действием за сегодня? Нет, оно стало таковым, потому что мне полегчало в процессе. Если скажу, что понравилось — как это расценят другие? Сумасшедшая, выплескивает свои эмоции метанием ножей — берегись! Вдруг в тебя попадет? Ну вот и отлично, — отвечает Ньют и после, похлопав меня по плечу, отстраняется. Он придерживает дверь в хомстед и ждёт, пока я зайду внутрь.  Здесь разговаривать становится неприлично. Я не решаюсь заговорить и на втором этаже. Уверена, здесь-то никто не спит, да только — вдруг на первом услышат?  Ньюта эти переживания не волнуют и он, ничего не стесняясь, прощается вслух. Не шепотом и не просто помахав — он говорит своим обычным, как всегда уверенным, голосом. Хороших снов, принцесса.  Мы остановились у двери в мою комнату, и я удивленно обернулась на него, отвечая тихо. Хороших…  Теперь-то он махнул, отвернувшись и пойдя к своей комнате.  Если я была в конце коридора, то он был где-то в середине. Вернее, это была соседняя комната, но дверь в неё располагалась больно далеко. Наверное, это их сдвоенная комната с Алби. А вторую дверь они отдали сегодня мне. Тяжело разглядеть в темноте, но в этом можно будет убедиться завтра.  Сейчас я закрываю за собой дверь и радуюсь существованию какой-никакой задвижки на ней. В моей комнате нет ничего, чем можно было бы подпереть дверь, поэтому я решаюсь довериться этим парням на одну ночь.  Устроившись в гамаке и накрывшись одеялом, обнаруженным внутри него, я потихоньку проваливаюсь в сон, отгоняя все плохие мысли усталостью.